Автор: Малышева Ольга Константиновна

Рубрика: Спецвыпуск

Опубликовано в Молодой учёный №22 (102) ноябрь-2 2015 г.

Дата публикации: 16.11.2015

Статья просмотрена: 123 раза

Библиографическое описание:

Малышева О. К. Семантика эмоциональности в художественном пространстве рассказа А.П. Гайдара «Голубая чашка» // Молодой ученый. — 2015. — №22.1. — С. 202-204.



 

В рассказе «Голубая чашка», написанном А.П. Гайдаром в 1936 году, исследователями отмечается (при всех различиях оценок и интерпретаций) одно общее свойство — лиризм, то есть «эмоциональная окрашенность, поэтическая взволнованность, задушевность» [9, т. II., с. 186]. Для этого этапа творчества писателя характерен иной тип конфликта, по сравнению с ранним периодом, произведения которого объединяет «стремление к созданию внешне занимательной интриги, к изображению остро событийных конфликтных ситуаций» [4, с. 17]. В.Б. Шкловский писал: «Начиная с «Голубой чашки», у Гайдара появился новый голос и новое литературное умение. Он как-то более лирически понял жизнь» [цит. по: 2, с. 359]. Такая оценка свидетельствует о расширении авторской картины мира: эпические, героико-романтические мотивы, рожденные трагической эпохой революции, гражданской войны в стране, судьбу которой разделил Гайдар в юности, дополнились лирическими, семейными, общечеловеческими мотивами. Это влияет на усложнение жанра произведения, который называют «поэтическим рассказом» [3, с. 14]. Именно поэтому в организации художественного пространства рассказа важнейшую роль играют средства выражения семантики эмоциональности [14; 15].

Лирическая структура произведения выдвигает на первый план точку зрения говорящего (автора или персонажа). Такое понимание организации художественного текста соотносится с актуальным в современной лингвистике антропологическим направлением [10]. Антропоцентрический фактор является своеобразным фокусом, в котором преломляются и находят то или иное выражение такие функционально-семантические категории, как экспрессивность, эмоциональность и оценка [14, с. 73].

Экспрессивность рассматривается как функционально — семантическая категория, характеризующаяся различными формами проявления экспрессивной функции языка, его способностью выражать в содержании языковых единиц многообразие эмоциональных и оценочных отношений субъекта речи к тому, что происходит во внешнем или внутреннем мире человека. Важнейшая составляющая экспрессивности — эмоциональность (эмотивность), содержанием которой является чувство (эмоция) говорящего. В лингвистике утвердилось мнение о том, что экспрессия оказывается следствием выражения эмоционального в речи [11]. Субъективная природа объединяет с вышеназванными еще одну категорию — категорию оценки: для того, чтобы оценить ситуацию, автор высказывания должен ее прочувствовать. В художественной речи различные средства выражения семантики эмоциональностиоформляют авторскую модальность, отражающую позицию говорящего (автора или персонажа) [13, с. 199].

В предложении русского языка выделяют несколько способов представления эмоциональной семантики: а) эмоциональная окраска, б) эмоциональное отношение, в) эмоциональная оценка, г) эмоциональное состояние [6, с. 75]. Использование одного из данных способов или их комбинация обусловлено развитием внутреннего, лирического сюжета произведения. Начало рассказа представляет собой авторскую речь, в которой обозначено противоречие интересов членов семьи: во время отпуска, на даче, рассказчик и его шестилетняя дочь Светлана «думали ловить рыбу, купаться, собирать в лесу грибы и орехи. А пришлось сразу подметать двор, подправлять ветхие заборы…» [1, с. 273]. Это стало причиной взаимного недовольства Маруси, с одной стороны, и отца с дочерью — с другой. В данном случае эмоциональная семантика передается через эмоциональное состояние героев. Эмоциональное состояние — это фрагмент функционально-семантического поля состояния [6, с. 77]. В предложении предикат с этим значением может иметь несколько форм выражения. Наиболее частотным в тексте рассказа оказывается употребление глаголов, обозначающих состояние, в функции предиката односоставного или двусоставного предложения: «Нам все это очень скоро надоело, а Маруся одно за другим все новые дела и себе и нам придумывает» [1, с. 273–274]. Глагол надоесть имеет значение «стать неприятным, скучным от однообразия, повторения и т.п., перестать интересовать» [9, т.II, с.346]. После того как отец с дочерью, смастерив деревянную вертушку, забрались на крышу дома и оттуда увидели в соседнем дворе веселую компанию ребятишек около старика с балалайкой, их настроение заметно улучшилось: «Посмеялись мы и думаем: вот подует ветер, закружится, зажужжит наша быстрая вертушка. Ото всех дворов сбегутся к нашему дому ребятишки» [1, с. 274].

Планы, которые строили рассказчик и Светлана (пещера для лягушки, бумажный змей, катание на лодке всей семьей), звучат диссонансом эмоционального состояния Маруси, негативно оценившей совместную работу мужа и дочери: «Ты погоди немного, нам всего три гвоздя доколотить осталось. — Завтра доколотите! приказала Маруся. — А сейчас слезайте, или я совсем рассержусь» [1, с. 275]. Рассердиться — «почувствовать раздражение, большое неудовольствие, негодование» [9, т. III, с. 662]. Ответной реакцией на недовольство Маруси явилось чувство обиды: «Переглянулись мы со Светланой. Видим, плохо наше дело. Взяли и слезли. Но на Марусю обиделись» [1, с. 276]. В тексте рассказа глагольные предикаты отражают изменение эмоционального состояния героев–путешественников с негативного (чувства обиды, беспокойства, тревоги) на позитивное (чувства радости, любви): «Вода оказалась не близко, и, возвращаясь, я уже беспокоился о Светлане. Но она не испугалась и не плакала, а пела» [1, с. 290]; «Вдруг раскрылась дверь, и быстро, бесшумно вошла на носках Маруся! И так я тогда обрадовался»; «Это ведь мы не по правде ушли из дома? Ведь она нас любит» [1, с. 299].

Другим способом выражения семантики эмоционального состояния героев является предикатив — личный (краткое прилагательное) и безличный (категория состояния) [6]: «Видно было, что ждала она нас долго, наконец-то дождалась и теперь крепко рада» [1, с. 304]. В рассказе по частоте употребления преобладают предложения с безличными предикативами: «Но мне без Маруси стало скучно»; «…Разбили и не сознаетесь. Стыдно, товарищи!»; «И солнце к нам в окна заглядывает. …А нам совсем не весело» [1, с. 276]; «Я босая, а там лягушки — и мне страшно. И очень жалко стало мне тогда попавшую из-за меня в беду Светланку» [1, с. 293].

Косвенными показателями эмоционального состояния героев выступают второстепенные члены предложения, выраженные разнообразными грамматическими формами имени существительного (с досады), прилагательного (печальным), наречиями (ласково, радостно) и др.

В речевых структурах автора и персонажей рассказа (прямой речи, внутренней речи) присутствует и такой способ оформления семантики эмоциональности, как эмоциональная окраска, свойственная восклицательному предложению [6; 14]. Этот тип предложения занимает «определенное, установленное место в функциональной типологии — в статусе эмоционально отмеченного варианта повествовательных, побудительных или вопросительных предложений» [6, с. 75–76]. Универсальным средством выражения эмоциональной окраски высказывания является восклицательная интонация, которая может быть усилена эмоциональными частицами, междометиями: «После завтрака Маруся вдруг собралась и отправилась в город, а мы сели и задумались. Вот тебе и на лодке поехали!» [1, с. 276];

С точки зрения структурно-семантических свойств восклицательные предложения часто имеют побудительный характер: «И когда она увидела песчаный берег, зеленые острова, то позабыла все на свете и, радостно захлопав в ладоши, закричала: Купаться!» [1, с. 292]. В форме инфинитивной конструкции — восклицании реализуется не категоричное побуждение, типичное для таких предложений, а эмоциональный, радостный призыв к совместному действию. Эта семантика может быть выявлена в «синонимической парадигме» [12, с. 75], включающей соответствующие конструкции; ср.: Давай купаться! = Давай искупаемся!

Среди повествовательных восклицательных конструкций своей экспрессивностью выделяются предложения с ярко выраженной оценочной функцией, например: «Как будто бы сияние озарило голубые Светланкины глаза, вздрогнули опустившиеся ресницы, и милый задумчивый Марусин взгляд упал мне на лицо. Разбойница! — подхватывая Светлану, крикнул я» [1, с. 300]. Подобные конструкции квалифицируются как разновидность неполных предложений — ситуативные реплики повествовательно-предикативного характера, дающие название, определение или экспрессивную характеристику субъекта, известного собеседникам из обстановки речи [5, с. 154]. Предикат обычно выражен существительным. Для этого восклицательного предложения свойственна прежде всего экспрессивная функция, отражающая особенности психологии персонажа: искренность, эмоциональность, открытость.

Семантика восклицательных предложений в авторской речи синкретична: в ней переплетаются собственно эмоциональное и оценочное значения. Если в начале рассказа чувства обиды, ревности, разочарования рассказчика по отношению к жене приводят к обобщенно-негативной оценке происходящего, то во время путешествия «куда глаза глядят» вместе с дочерью тревожные мысли рассеиваются, тают под летним солнышком, возвращается ощущение счастья, выраженное в знаменитой афористичной концовке: «А жизнь, товарищи... была совсем хорошая!» [1, с. 304]. Светлая, эмоциональная, хрустальной, как родник, чистоты поэтика произведения [7] глубоко впечатляла современников писателя («Гайдар писал тогда самый изумительный свой рассказ — «Голубую чашку» [8, с. 22]) и по сей день продолжает привлекать читателей разного возраста.

 

Литература:

  1. Гайдар А.П. Голубая чашка //Собрание сочинений в 4-х т. Т. 2./ А.П. Гайдар. — М.: Детская литература, 1964. — С. 273–304.
  2. Гайдар Т.А. Примечания // Гайдар Аркадий. Собрание сочинений в трех томах/Сост. и общ. ред. Т.А. Гайдара. — М.: «Правда», 1986. — Т. II. — С. 359–361.
  3. Кассиль Л. Гайдар // Гайдар А.П. Собрание сочинений в 4-х т. Т.1.– М.: Детская литература, 1964. — С. 5–35.
  4. Кондратьев Б.С. Типология конфликтов в повестях А.П. Гайдара // Аркадий Гайдар и круг детского и юношеского чтения: материалы XVI Всероссийской научно-практической конференции с международным участием, посвященной 110-летию со дня рождения А.П. Гайдара. Арзамас, 22–24 октября 2014 ?. /Отв. ред. Б.С. Кондратьев; Арзамасский филиал ННГУ. — Арзамас: Арзамасский филиал ННГУ, 2014. — С. 16–21.
  5. Лекант П.А. Синтаксис простого предложения в современном русском языке. — М.: Высшая школа, 1986. — 176 с.
  6. Лекант П.А. Рациональный и эмоциональный аспекты русского предложения // Русский язык в школе. — 2004. — № 4. — С. 75–78.
  7. Основина Г.А. «Обращение к Гайдару всегда как глоток из чистого родника» (о рассказе А.П. Гайдара «Голубая чашка» // Творчество Аркадия Гайдара. Герой. Жанр. Слог. Монография /И.Г. Минералова, Г.А. Основина, Н.И. Рыбаков и др. — М.: Литера, 2006. — С. 77–86.
  8.                  Паустовский К.Г. Золотая роза //Избранные произведения в 2-х томах. Т. 2. — М.: Художественная литература, 1977. — 434 с.
  9. Словарь русского языка: в 4 ?. / Под ред. А.П. Евгеньевой. — 2-е изд., испр. и доп. — М.: Русский язык, 1981- 1984.
  10. Татаринцева Е.Н. О некоторых теоретико-методологических вопросах современной антропоцентрической лингвистики //Вестник Алтайской академии экономики и права. — 2011. — Т. 1. — С. 45–49.
  11. Человеческий фактор в языке. Языковые механизмы экспрессивности. — М.: Наука., 1991. — 214 с.
  12. Чумакова Т.В. Парадигматика однокомпонентных инфинитивных предложений с семантикой возможности/невозможности // Приволжский научный вестник. — 2013. — № 8–2 (24). — С. 74–78.
  13. Чумакова Т.В. Синтаксические средства выражения авторской модальности в романе И.А. Бунина «Жизнь Арсеньева» // Филологические науки. Вопросы теории и практики. Тамбов. Грамота. — 2014.– № 12 (42): в 3-х ч. Ч 1. — С. 199–201.
  14. Чумакова Т.В. Восклицательное предложение как средство выражения семантики эмоциональности в романе М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» // Вестник Южно-Уральского профессионального института. — 2014. — № 3 (15). — С. 99–106.
  15. Чумакова Т.В., Кузьмина Д.Л. Синтаксические средства выражения семантики эмоциональности в эпической поэзии А.С. Пушкина //Вестник Южно-Уральского профессионального института. — 2015. — № 2 (17). — С. 72–79.
Основные термины (генерируются автоматически): выражения семантики, выражения семантики эмоциональности, средства выражения семантики, эмоционального состояния, Чумакова Т.В, эмоционального состояния героев, «Голубая чашка», Синтаксические средства выражения, эмоциональная окраска, Южно-Уральского профессионального института. —, выражения семантики эмоционального, тексте рассказа, пространстве рассказа А.П, Гайдар А.П, следствием выражения эмоционального, чувства обиды, средство выражения семантики, средства выражения авторской, эмоциональное состояние, эмоционального состояния Маруси.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос