Библиографическое описание:

Гибадуллина Э. М. Биоэкономические и биополитические аспекты процесса хозяйственного освоения Казахстана в XVIII-начале XX вв. // Биоэкономика и экобиополитика. — 2016. — №1. — С. 48-54.



Economic development of the territory of the Kazakh steppe in the pre-revolutionary period was the formation of the extensive type of economic relations, characterized by the development due to the increase in exploitation of natural capital, export in the Central regions of the state of biological raw materials in the form of products produced by the Kazakh nomadic aul: cattle, wool, skin, offal. The percentage of the peculiarities of development of economy and biopolitics, the Russian government, was the existence here until the beginning of XX century caravan trade and barter, fairs, became a form of removal of resources from the backward edge in the more developed province of Central Russia.

Keywords: relationship metropolis-colony, transit zone, extensive type of economic, biological raw materials, the export of raw materials, barter.

withtranscriptionandpronunciation

Являясь буферной зоной между центральными губерниями России, Западной Сибирью и восточными территориями — государствами Центральной Азии, Синьцзяном, Китаем и Монголией, Казахская степь, занимая транзитное положением между ними, играла особую роль в движении товаропотоков– важнейшем направлении реализации так называемой «восточной политики» Российского государства.

Особенностями российской торговли в XVIII в. были медленность торгового оборота, отсутствие свободных капиталов, что сковывало торговлю и привязывало ее к казне, значительные сезонные и территориальные колебания цен, связанные с обширностью территории страны, плохими дорогами и малочисленностью купечества, отсутствие специализации, наличие множества посредников при передаче товара от производителя к потребителю, государственная деятельность по надзору за торговлей (устанавливались цены на товары, процент купеческих доходов, места для торговли и часы их работы, качество товаров и т. д.). Эти особенности подавляли предприимчивость купцов, заставляли их приспосабливаться к обстоятельствам и тратить усилия для преодоления трудностей.

Основной формой торговли продолжал оставаться ярмарочный торг, что было связано со слабым развитием промышленного и сельскохозяйственного производства, неразвитостью торгово-транспортной сети, низкой платежеспособностью населения и отсутствием массового спроса. В числе ярмарок преобладали сельские, оборот которых составлял около 10 тыс. руб., основную роль на этих ярмарках играло крестьянское население, постепенно втягивающееся в торговую деятельность и составляющие конкуренцию купечеству. В течение всего XVIII в. в России действовала только одна Товарная биржа в Петербурге, открытая в 1703 г. Услугами стационарных торговых заведений в 1750 г. пользовались не более 4 % жителей России [1, с. 104].

В XVIII – первой половине XIX вв. территория Степи использовалась преимущественно как коридор для караванной торговли с азиатскими государствами. Крупнейшими перевалочными пунктами трансазиатской торговли являлись казахские и западносибирские города: Тобольск, Тюмень, Томск, Семипалатинск, Петропавловск.

Вместе с тем, в первой половине XIX в. торговля непосредственно с казахами-степняками стала приобретать самостоятельное значение для экономики России, по свидетельству Н. Г. Апполовой, представители российской коммерции стали отдавать явное предпочтение торговым связям с Казахстаном, так как в процессе углубления географического разделения труда, формирования специализации экономических районов в едином всероссийском товарном рынке начал вырисовываться хозяйственный профиль Степи в качестве источника животноводческого сырья и рынка сбыта промышленных товаров и хлеба.

Проникновение российских купцов в первой половине XIX в. в глубь Казахской степи также носило нерегулярный характер. Основной обмен продолжал происходить в приграничной зоне: на таможнях, меновых дворах, меновнических ярмарках Оренбурга, Петропавловска, Ямышеской крепости. Казахское население еще больше, чем западносибирское, нуждалось в мануфактуре, металлических и кожевенных изделиях. По данным Т. Ж. Шоинбаева, в 1851–1853 гг. вывоз сырья из Казахстана был на 35 % больше, чем из Хивы, Бухары, Ташкента и Коканда вместе взятых, в Казахстан поступало на 126 % товаров больше, чем на рынки всех среднеазиатских государств.

Хозяйственное освоение Казахстана в пореформенный период осуществлялось параллельно с начавшейся в России, с присущим ей экстенсивным типом развития экономики, капиталистической модернизацией, сопровождавшейся активным экономическим ростом, последствия которого постепенно доходили и до периферийных регионов Российской империи.

Пореформенная Россия продолжала оставаться преимущественно аграрной страной. Вследствие сельскохозяйственной специализации российской экономики быстрыми темпами развивались перерабатывающие отрасли промышленности: хлопчатобумажная, свеклосахарная, производство сельскохозяйственных орудий. Однако после реформы 1861 г. по темпам роста промышленного производства Россия опережала не только Европу, но и США. Включившись в мировую хозяйственную систему, российская промышленность получила возможность использовать достижения западной науки и техники, передовой технологии и опыта промышленного строительства [2, с. 55].

Темп роста продукции капиталистической промышленности в России за 1860–1880 гг. был более высоким, чем в Англии, Франции и Германии; происходило техническое перевооружение промышленности, свидетельствовавшее о завершении промышленного переворота в России.

В 1860 г. добыча угля в России составляла 121 тыс. тонн, а в 1899 г. она достигла уже 10 млн. тонн, нефти соответственно 4 тыс. тонн и 8598 тыс. тонн. Из предметов потребления особенно выросло производство хлопчатобумажных тканей: продукция бумаготкацкого производства увеличилась с 48 млн. руб. в 1870 г. до 237,5 млн. руб. в 1897 г. Объем производства кожевенной продукции увеличился с 14,6 млн. руб. в 1866 г. до 26,7 млн. руб. в 1890 г., мукомольной промышленности − с 21,4 млн. руб. в 1879 г. до 80,6 млн. руб. в 1892 г., производство сахара-песка выросло с 319 тыс. т. в 1887 г. до 701 тыс. т. в 1899 г. [3, с. 19].

В сложившихся условиях российская экономика нуждалась в увеличении биоресурсов и Казахстан, подобно другим окраинным регионам государства, был превращен в составную часть системы «колония − метрополия». Это произошло в тот период, когда экономика региона находилась еще на докапиталистической стадии развития.

В природно-климатических условиях края, характеризующихся резко выраженной континентальностью и зональностью, бедностью почвенных и водных ресурсов, наиболее целесообразным и рациональным являлся кочевой способ хозяйствования; развитие других видов производственной деятельности происходило вопреки деструктивным факторам среды обитания в процессе интеграции в единый хозяйственный механизм метрополии.

Российские капиталисты предпочитали вкладывать средства в те отрасли экономики края, которые обслуживали экономические интересы центра, что, в целом, придавало однобокий характер экономическому освоению колониальной окраины. Несмотря на то, что во второй половине XIX − начале XX вв. здесь начали создаваться акционерные предприятия в горнорудной и нефтедобывающей отраслях промышленности, разветвленная сеть банков и кредитных учреждений, Казахстан продолжал оставаться источником дешевого сырья, рынком сбыта и сферой приложения капитала торгово-промышленной буржуазии Центральной России.

В традиционное хозяйство Казахстана элементы капитализма проникали медленно и неравномерно, здесь долго сохранялись патриархально-родовые отношения. В результате воздействия извне, а не внутреннего развития, в Казахстане создавалась обстановка, свойственная эпохе первоначального накопления.

Особую роль в процессе интеграции экономики региона в общероссийскую хозяйственную систему играл российский торговый и ростовщический капитал, что характерно для отношений между метрополией и колониями: как показывает история мировой экономики, промышленный, а затем и финансовый капитал эксплуатируют сырье, размещают в колонии товары, ввозят капитал, организуют торгово-промышленную деятельность, сотрудничая при этом с компрадорской буржуазией, используя дешевую рабочую силу местного малоквалифицированного населения.

Если во второй половине XIX в. предпринимательская активность в Центральной России из сферы торговли начала постепенно перемещаться в сферу промышленности и финансов, то на территории Казахстана в указанный период по сумме основного налога торговые предприятия значительно преобладали над промышленными, среди которых, в свою очередь, преобладали средние и мелкие торгово-промышленные предприятия (от 2 до 6 рабочих), занимавшихся первичной обработкой сырья и принадлежавшие торговым фирмам; на торговые предприятия приходилось 79 % от числа выбранных промысловых свидетельств, на промышленные предприятия − 4,7 %.

После присоединения Казахстана и включения его в орбиту действия общероссийской политико-юридической, социально-экономической систем, эволюция торгового предпринимательства происходила здесь по общероссийскому сценарию. Развитие торговли тормозили докапиталистические формы хозяйства местного населения, узость внутреннего рынка, слабые межрайонные экономические связи. Вместе с тем, в условиях богатства ресурсов региона и слабо развитой конкуренции торговля приносила прибыль даже при вложении незначительного капитала и отсутствии квалифицированных специалистов.

Во второй половине XIX − начале XX вв. на территории Казахстана были развиты различные организационные формы торговли, соответствующие типам хозяйствования: в кочевых районах, как правило, господствовала меновая развозно − разносная торговля, в районах с полуоседлым типом хозяйства и в местах передвижения кочевников — ярмарочная, а в районах с преобладанием оседлого городского и станичного населения — стационарная (магазины, лавки, торговые дома и др.).

Проявлением экстенсивного характера хозяйственных отношений, развивавшихся в Казахстане в указанный период, является меновая торговля, сохранившаяся в некоторых районах вплоть до 1917 г., которая осуществлялась в виде натурального обмена с номадами с целью приобретения за бесценок натурального сельскохозяйственного сырья.

Как отмечал современник «торговля ограничивается исключительно сбытом предметов, необходимых для повседневной жизни туземного населения, в обмен на скот. Киргизы совсем не знакомы с употреблением денег. Затрудняясь в расчете стоимости мелкой разменной монеты, они выменивают нужные им ткани и разные предметы по хозяйству большей частью на баранов, так что единицею при всех торговых сделках служит у них баран. Денег наших у них совсем нет в обращении, преимущественно потому, что они не могут уяснить себе стоимость их. Например, очень часто случается, что киргиз пригонит на базар баранов на продажу. Ему предлагают 2 руб. 50 коп.и 3 руб. за барана, он не берет, а тут же променивает их сартам (узбекам — Э.М.) на разный товар, который получает по самой широкой оценке не более как на один рубль» [4, с.250].

Каждое казачье или крестьянское поселение имело для киргизов значение рынка, куда они гоняли свой скот, везли накопившиеся кожи для обмена на хлеб, чай, материи и другой товар, которым запасались зажиточные казаки для такой меновой торговли. В казачьих поселениях, кроме постоянных купеческих рядов, были временные торговые лавочки, наполнявшиеся товаром в базарные дни; в обычное время торгующие производили торг в домах. К тому же торговлей занимались не только лица, записавшиеся в гильдию, но и все сколько-нибудь обладающие средствами станичные жители. Поэтому годовые размеры производящейся в уездах меновой торговли не поддавались сколько-нибудь точной оценке [5, с.46].

Показателем экстенсивного характера экономических отношений, преобладавших в Казахстане, был и рост значения ярмарок, превращение их в 80–90-е гг. XIX в. в основную форму торговли, которая начала приобретать межрайонное и всероссийское значение тогда, когда в центральных губерниях Российской империи на смену ей уже утверждалась стационарная торговля.

Во второй половине XIX в. в крае действовало 270 ярмарок, торговые обороты которых составляли 60–70 млн. руб. Оборот ярмарочной торговли в крае в 1894 г., например, составил сумму в 18 млн. 691 тыс. руб. по привозу и 12 млн. 255 тыс. руб. по продаже, так что на ярмарках, в среднем, продавалось привезенных товаров на 210 тыс. руб. и реализовывалось местных товаров на 137 тыс. руб., то есть больше, чем в каком-либо другом районе страны − в Среднеазиатском районе по размерам ярмарочных оборотов, приходящихся на 1 жителя, принадлежало первое место в Российской империи [6, с.413–416].

Представляя, с одной стороны, условия для успешного сбыта кочевниками предметов фабричной и заводской промышленности, с другой − значительную выгоду в обмене предлагаемых произведений степи, она имела характер скорее мены, нежели рынка, основанного на денежных расчетах.

Ярмарки способствовали развитию не только розничной, но и оптовой торговли в крае: торговцы из различных губерний осуществляли здесь значительные закупки скота и продуктов животноводства, которые поставляли на ярмарки казахи; из российских товаров среди местного населения пользовались спросом изделия промышленности, слабо развитой в регионе и представленной, в основном, предприятиями по переработке сельскохозяйственного сырья. Кроме постоянного обмена степных произведений на предметы европейской промышленности, существовавших на линии оседлых поселений и в степи, здесь замечалось развитие ярмарок в тех пунктах, которые по времени года (глубокой осенью или зимой) или условиям кочевания (летом) служили местами сбыта для более или менее значительного скопления казахов с их стадами.

По сумме кредитов, взятых предпринимателями в региональных отделениях известных российских банков, на первом месте стояла торговля скотом и мясом, на втором — хлебом, на третьем — промышленными товарами [7, с.191–192].

Во второй половине XIX в. в регионе получает распространение стационарная торговля. Примечательно, что наиболее густая торговая сеть, особенно магазинов, была развита в столичных, прибалтийских губерниях и районах Северного Кавказа. В большинстве же других районов России, особенно в средне-черноземных и восточных губерниях, плотность торговой сети была значительно ниже. В столичных губерниях магазины составляли 27 % всех торговых предприятий, ларьки − 14 %, в средне-черноземной зоне на магазины приходилось 14 %, а на ларьки — 31 % всех торговых предприятий, в северо-западных губерниях — соответственно 11 % и 34 %, в Средней Азии — 10 % и 52 %. Подавляющую массу торговых предприятий почти во всех районах составляли мелкие лавки. Даже в столичных губерниях лавки составляли 59 % всего числа торговых предприятий [3, с.93].

Стационарная торговая сеть располагалась преимущественно по окраинным районам Казахстана: в бывших пограничных городах, в станицах, где издавна проводились ярмарки, происходили еженедельные базары и торжки, где были устроены меновые и гостиные дворы.

Торговые предприятия, как объекты стационарной торговли, в зависимости от объема торгового капитала делились по выборке промысловых свидетельств — патентов на 5 разрядов. Так, например, по статистическим данным 1912 г. в Семипалатинской области, по первому разряду было выдано 50 свидетельств; второму − 783, третьему − 1402, четвертому − 954, пятому − 287, то есть 40,3 % приходилось на долю мелкой торговли, 27,4 % занимали ларьки и палатки, на третьем месте стояли различные магазины [8, с.61–64].

Популярность небольших розничных лавок, объяснялась, по-видимому тем, что, обладая незначительным торговым оборотом, они имели возможность своевременно реагировать на меняющийся спрос, чаще обновлять ассортимент товаров и иметь небольшую, но гарантированную прибыль, способную удовлетворять повседневные потребности торговцев.

Отличительной особенностью торговли в крае была слабая специализация. В торговых предприятиях были одновременно представлены разнотипные товары: мануфактура, скот, зерно.

Во второй половине XIX – начале XX вв. Россия оставалась аграрной страной, вывозившей сельскохозяйственную продукцию и ввозившей промышленные товары. Первое место в составе экспорта занимал хлеб, на втором месте — лес, третье место занимал лен, четвертое — семена масличных культур. Промышленные товары составляли всего 3–4 % экспорта, причем основная их часть вывозилась в пограничные страны Азии.

Первое место в составе импорта занимали машины, хлопок в указанный период отошел на второе место, так как отечественная промышленность стала ориентироваться на свой среднеазиатский хлопок. Третье место принадлежало импорту металла.

Восточное направление во внешней торговле России имело важное значение в реализации ее геостратегических планов, среди которых — усиление политического влияния в регионе. Казахстан, имевший трансконтинентальное положение, был частью этой политики, так как именно через его территорию шел грузопоток товаров из центральных губерний России в бывшие приграничные города Казахстана, а из них − в Бухару, Коканд и Ташкент, пограничные восточные государства.

Трансконтинентальное положение региона способствовало развитию здесь транзитной торговли: закупленные азиатские товары — хлопок — сырец, шелк, мерлушки, шерсть, козий пух, сушеные фрукты, а также ковры, шелковые и бумажные материи и др. доставлялись в обратном направлении на ярмарки и базары центральных губерний, в магазины и торговые лавки, при этом часть товаров распродавалась в казахских кочевых аулах или по пути движения караванов.

Высокий уровень прибыли в торговых операциях, значительная динамика товарно-денежного оборота в регионе лишали русскую и местную буржуазию желания развивать тяжелую промышленность в крае, требовавшей крупных капиталовложений, квалифицированные кадры.

Капиталистической промышленности в крае были присущи специфические колониальные черты: само появление промышленных предприятий было не результатом развития внутренних экономических сил, а следствием расширения масштабов и сферы деятельности в Казахстане русского и иностранного капиталов; купеческий капитал стремился проникать в такие отрасли производства, которые не требовали значительных затрат, базировались на местной сырьевой базе, а постоянный спрос на их продукцию способствовал формированию стабильного рынка сбыта. Больше всего этим условиям отвечали производства, основанныена переработке растительного и животногосырья: мукомольное, кожевенное, салотопенное, маслодельное, пивоваренное и др., что и предопределило их преимущественное развитие.

Даже в начале XX в. промышленность Казахстана была отсталой, с низким техническим уровнем. Предприятия носили карликовый характер, где отсутствовали какие-либо технические совершенствования, и всецело зависели от промышленности Центральной России, куда поступало сырье после первичной обработки, из которого производилась готовая продукция, возвращавшаяся обратно для реализации среди населения.

Тяжелая промышленность Казахстана была представлена несколькими рудниками, небольшими фабриками и нефтепромыслами, находившимися в руках иностранных концессионеров; на долю тяжелой промышленности падало около одной четвертой части промышленной продукции Казахстана [9, с.11].

Экономические связи Казахстана с Центральной Россией значительно усиливались по мере проникновения в регион банковского капитала, который принимал большое участие в торговых операциях, содействовал торгово-промышленным кругам в эксплуатации богатых ресурсов края. Широкое проникновение банковского капитала в торговлю усилилось на рубеже XIX-XX вв.

В пореформенный период в России получила широкое развитие организация системы банковского кредита, акционерных обществ, являющейся необходимым условием капиталистического преобразования хозяйства. Наряду с Государственным банком, учрежденным в 1860 г., появились и непрерывно росли частные банки, общества взаимного кредита, акционерные общества и т. д. Вклады всех коммерческих банков за 15 лет (с 1864 по 1879г.) выросли почти в четыре раза, а сумма выданных ссуд увеличилась за эти же годы в 27 раз [10, с.92].

Кредитная система Казахстана включала, подобно Российской империи, отделения Государственного банка, филиалы акционерных коммерческих банков, общества взаимного кредита, городские общественные банки. Отделения государственного банка в 70–80-е годы XIX в. были открыты в Уральске, Петропавловске, Семипалатинске, Омске, Верном. В начале XX в. в крае открылись отделения крупнейших коммерческих банков: Русско-Азиатского, Петербургского, Международного коммерческого, Азовско-Донского коммерческого, Русского для внешней торговли, Русского торгово-промышленного, Сибирского торгового, Петербургского учетного и ссудного, Соединенного банка, Волжско-Камского, Московского купеческого. Прочное место в кредитовании хозяйства занимали общества взаимного кредита и городские общественные банки. Банковский кредит в торговых операциях расширялся в Казахстане по мере развития стационарной торговли.

На территории и Казахстана и Киргизии к 1914 г. находились 44 банковых учреждения и 345 кредитных и ссудно-сберегательных товариществ, что в 4,5 раза превысило их количество в 1900 г. Первое место среди областей края по количеству кредитных учреждений занимала Акмолинская область. Петропавловск был центром торгово-промышленной деятельности этого региона. Крупным центром торговли скотом, продуктами животноводства и мукомольной промышленности был Семипалатинск. В Западном Казахстане важными пунктами по снабжению Поволжья продуктами животноводства были гг. Уральск и Кустанай [7, с.191].

Торгово-промышленная деятельность не могла полноценно развиваться без соответствующей дорожно-транспортной системы, способной обеспечить мобильность трудового населения и перевозку грузов. В России, имевшей обширную территорию и разнообразные, далеко отстоящие один от другого, экономические районы, железные дороги имели исключительное значение для расширения внутреннего рынка и для усиления торговых связей страны с мировым рынком.

Железные дороги, связав самые отдаленные районы страны с центром и между собой, способствовали углублению их специализации, развитию внутреннего и внешнего рынка, росту мобильности населения. Железные дороги связали производство различных отраслей промышленности с их сырьевой базой и с рынками сбыта.

Первой железнодорожной линией, появившейся на территории Казахстана, была узкоколейка Покровская слобода — Уральск, построенная в 1893 г. Протяженность этой линии по Казахстану составляла 113 км. В 1897 г. была построена узкоколейная железнодорожная линия Урбах-Астрахань, которая прошла через территорию Западного Казахстана на протяжении 100 км., что позволило связать Уральск с Астраханью и Саратовым через переправы.

В конце XIX в. было закончено строительство Великой Сибирской магистрали, протянувшейся через территорию Северного Казахстана на 180 км. В 1906 г. завершается строительство железнодорожной магистрали Оренбург-Ташкент, которая пересекла территорию Казахстана на протяжении 1780 км [9, с.8–9].

В Восточном Казахстане до 1917 г. железнодорожных линий, соединявших административно-экономические центры с другими районами России, не было; протяженность же всех железнодорожных путей края составляла 2800 верст.

Оренбургско-Ташкентская и Сибирская дороги, увеличивая рынок «вширь», территориально присоединяя к нему далекие окраины, вызвали строительство новых перерабатывающих предприятий, усиление вывоза сельскохозяйственного сырья и завоза промышленных товаров из метрополии. По существовавшим железнодорожным линиям непрерывно отправлялись из Казахстана живой скот и сельскохозяйственное сырье в Центральную часть России. В связи с этим Казахстан превратился в сырьевой источник текстильной и кожевенной промышленности Центральной России.

Вместе с тем, особенностью железных дорог в дореволюционной России был бессистемный характер их расположения, они опоясывали окраины территории, а внутренние районы оставались в стороне и поэтому были слабо связаны между собой, скорость передвижения грузов оставалась очень низкой. Поэтому наиболее доступным видом транспорта вплоть до начала XX в. продолжал оставаться гужевой, по проселочным дорогам империи двигались бесконечные обозы. Распространенным средством связи в Казахстане вплоть до начала XX в. являлись верблюжьи караваны, перевозившие грузы за несколько тысяч километров.

Между Казахстаном, где были слабо развиты товарно-денежные отношения, пути сообщения, и европейской частью Российского государства формировались большие «ножницы» в товарных ценах в пользу последней, что гарантировало быструю и высокую норму прибыли торговому капиталу в регионе. В Казахстане, воспринимавшемся предпринимателями из центральных регионов страны в качестве своеобразного «российского Эльдорадо», капиталовложения осуществлялись преимущественно в те отрасли экономики, которые в сложившихся условиях давали высокий процент прибыли без значительных затрат — в торговлю и предприятия перерабатывающей промышленности. В результате здесь сложился своеобразный тип торгово-промышленной буржуазии, сочетавшей коммерческие операции с промышленным предпринимательством.

Проникновение капиталистических отношений в казахские степи, в целом, приводило к разложению натурального хозяйства, основанного на кочевом и полукочевом скотоводстве, ломке патриархально-феодальных отношений в ауле. К концу XIX в. кочевое хозяйство сохранялось в степных районах по Сырдарье, в Центральном Казахстане, в Бетпак — Дале, на Мангышлаке, в Семипалатинской и Акмолинской областях. Скотоводческое хозяйство стало приспосабливаться к нуждам рынка. Сужение сферы скотоводства способствовало увеличению доли земледелия в экономике края. Усиливалась социальная дифференциация казахского общества, часть которого активно включалась в торговую деятельность.

Литература:

  1. Банникова Е. В. Торговля и купечество в феодальной России. Учебное пособие/ Оренбург, Изд-во ОГПУ, 2002.
  2. Хромов П. А. Экономическая история СССР. Период промышленного и монополистического капитализма в России. − М.: Высш. школа, 1982.
  3. Дихтяр Г. А. Внутренняя торговля в дореволюционной России. — М.:Изд-во АН СССР, 1960.
  4. Асфендияров С. Д. История Казахастана (с древнейших времен), 2-ое издание / Под ред. проф. А. С. Такенева. − Алма-Ата: Казак университеты, 1993.
  5. Статистика Российской империи. XXVII. Волости и населенные места 1893 г. Выпуск 5. Семипалатинская область. − Издание Центрального статистического комитета МВД. СПб.: 1895.
  6. Торгово-промышленная Россия. Справочная книга купцов и фабрикантов / Сост. под ред. А. А. Блау. –Спб., 1899.
  7. Бекмаханова Н. Е. Многонациональное население Казахстана и Киргизии в эпоху империализма (60-е годы XIX в.- 1917 г.) Москва: Наука, 1986.
  8. Абилов К. Ж. Торговые дома как форма организации предпринимательской деятельности в дореволюционном Казахстане / Вестник КазНУ. Серия историческая. 2005. № 1(36).
  9. Чуланов Г. Промышленность дореволюционного Казахстана (Историко-экономический очерк) Алма-ата: Изд-во АН КССР, 1960.
  10. Ковалевский М. М. Экономический строй России. − СПб.: Эхо, 2001.

References:

  1. Bannikova E. V. Trade and the merchant class in feudal Russia. Manual. Orenburg, Publishing house of the OGPU, 2002.
  2. Khromov P. A. Economic history of the USSR. A period of industrial and monopolistic capitalism in Russia. − M.: Higher. school, 1982.
  3. Dichter G. A., Internal trade in pre-revolutionary Russia. — M.:Izd-vo an AC SSSR, 1960.
  4. Asfendiarov S. D. History of Kazakhastan (from ancient times), 2nd edition / edited by Professor A. S. Takenawa. − Alma-ATA: Kazak universities, 1993.
  5. Statistics of the Russian Empire. XXVII. Townships and settlements 1893 Issue 5. The Semipalatinsk region. − Publication of the Central statistical Committee of the Ministry of interior. SPb.: 1895.
  6. Commercial and industrial Russia. Reference book of merchants and manufacturers / Comp. ed. by A. Blau. –SPb., 1899.
  7. Bekmakhanova N. E. The multinational population of Kazakhstan and Kyrgyzstan in the era of imperialism (60-e gody XIX V. — 1917 g.) M.: Nauka, 1986.
  8. Abilov K. Zh Trading house as a form of business organization in pre-revolutionary Kazakhstan / / Vestnik KazNU. A series of historical. − № 1(36), 2005.
  9. Chulanov G., The Industry of pre-revolutionary Kazakhstan (Historical-economic essay) Alma-ATA: Izd-vo an AC KSSR, 1960.
  10. Kovalevsky M. M. Economic structure of Russia. − SPb.: Echo, 2001.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle

Посетите сайты наших проектов