Автор: Токмова Оксана Александровна

Рубрика: История образования и педагогики

Опубликовано в Образование и воспитание №2 (7) апрель 2016 г.

Библиографическое описание:

Токмова О. А. Воспитание и обучение в хакасской семье // Образование и воспитание. — 2016. — №2. — С. 11-14.



В течение веков народ разрабатывал и проверял повседневной жизнью основополагающие педагогические концепции и оптимальные методы к жизни подрастающих поколений. Впоследствии заповеди народной педагогики являлись исходной точкой в развитии педагогической науки. Мировоззренческой основой народной педагогики стали вековые заветы предков поддерживать непрерывное движение народной жизни к ее новым историческим рубежам. Хакасская пословица гласит: «Пусть очаг будет вечным, пусть жизнь будет бесконечной». Считалось, что в детях заключена возможность достижения этой цели и реализация самых высоких помыслов народа. Хакасская пословица гласит: «Он прожил долгую жизнь, повторился много раз в своих детях и правнуках». Таким образом, бессмертие человека, как и бессмертие народа — в детях. Но в детях хорошо воспитанных. Как гласит народная мудрость «Воспитание — бесценное богатство». Из чего следует, что воспитание подрастающей смены, подготовка ее к деятельной жизни для каждого народа — смысл его общественного существования [1].

В традиционной культуре хакасов воспитание детей не было четко закреплено в каких-либо нормах. Оно было органично включено в образ жизни народа.

С 5–6 лет мальчика уже сажали на коня, выбирая при этом самого смирного. Первый раз ребенка сажали вместе со взрослым мужчиной. Когда мальчик переставал бояться лошади, его привязывали к ней одного так, чтобы он не упал. Приучали детей к езде верхом обязательно на неоседланной лошади. Это было вызвано опасением, что мальчик мог упасть и при этом запутаться в упряжи или его ступни могли застрять в стременах.

Примерно с этого же возраста мальчиков учили запрягать лошадь, как для верховой езды, так и с телегой или повозкой. Девочек тоже учили ездить верхом на лошади или управлять ею, т. к. могла возникнуть необходимость отправить девочку за скотом или вместе со взрослыми за сеном. Девочки чаще всего имели свои седла, если это позволяло благосостояние семьи, но девочки также могли ездить верхом без седла. Всем женщинам, а значит, и девочкам запрещалось садиться на ызых'у (освященную лошадь рода), которая считалась чистой и священной. А поскольку женщина была «нечистым» существом, то она не могла прикасаться к ызых'у. Только женщина, родившая и воспитавшая девятерых сыновей, могла садиться на освященную лошадь.

Как только ребенок овладевал навыками верховой езды, одной из главных его обязанностей становилась пастьба скота (примерно с 6–7 лет). Первое время он выезжал вместе с отцом или старшими братьями, а затем и один или со своими сверстниками. В это время ребенка обучали навыкам обращения со скотом. У каждого ребенка во время пастьбы были свои обязанности. Нередко весь скот семьи, включая овец, коров и лошадей, пасся вместе. За ним следили несколько детей, обычно 4–5 человек. Один ребенок следил за тем, чтобы телята не высосали молоко у коров, другой смотрел за ягнятами, третий — за лошадьми и т. д. Иногда дети жили по нескольку дней там, где пасется скот. Тогда другие дети привозили им еду.

Начиная с 7–8 лет детей начинали брать с собой на сенокос. Дети могли сгребать сено, а также отвозить уже высушенное и готовое для длительного хранения домой. Взрослые набрасывали сено на телегу и закрепляли его, а ребенок (мальчик или девочка) вез его домой. Косить и скирдовать сено детям не разрешалось, т. к. не разрешалось брать в руки острые предметы.

В возрасте примерно 10 лет дети становились полноправными работниками в семье. Каждый ребенок точно знал круг своих обязанностей и неукоснительно их выполнял. Начиная с этого возраста дети могли отправляться вместе со взрослыми и в поле, на земледельческие работы.

Мальчик в этом возрасте должен был уметь полностью управляться с любыми домашними животными, работать на кошарах (хозяйственных постройках для скота), колоть дрова, следить за огородом, помогать при окоте скота [1].

Девочек учили всему тому, что имело отношение к ведению домашнего хозяйства. К 10 годам они сами убирали юрту, следили за чистотой посуды, мебели, умели готовить повседневную пищу, ухаживать за скотом, поддерживать огонь в домашнем очаге, пасти кур, гусей, ягнят. Учиться шить одежду девочки начинали с шитья одежды для кукол. Кукольная одежда должна была быть точно такой же, как и одежда для взрослых. Научившись шить кукольную одежду, девочка училась штопать сначала свою одежду, а затем и одежду остальных членов семьи. При этом взрослые следили за длиной стежков. Примерно с 12–14 лет девочка уже самостоятельно шила верхнюю одежду и сама украшала ее вышивкой.

Таким образом, к моменту наступления брачного возраста девочки и мальчики овладевали всеми необходимыми навыками самостоятельной трудовой деятельности как в доме, так и в сфере традиционного производства (скотоводство, охота, рыболовство, собирательство, земледелие, огородничество).

Родители (и вообще взрослые) очень внимательно следили за приобщением детей к труду. За хорошую пастьбу скота детей награждали наиболее вкусной частью мяса. Если ребенок спасал или находил ягненка, теленка, его отличали подарком, чаще всего дарили рубашку, какую-нибудь другую одежду или наделяли мясом.

Следует отметить, что в каждой семье был один человек, который следил за воспитанием детей. Чаще всего это был старший мужчина в доме. Времени для того, чтобы специально обучать ребенка какому-либо делу, чаще всего не было, поэтому он всему учился в процессе труда, подражая взрослым. Взрослые не акцентировали внимание на способностях ребенка, считая само собой разумеющимся участие детей в ведении хозяйства, и не заставляли делать что-либо без личного желания ребенка. Если ребенок постоянно отказывался от работы, то первое время считалось, что он еще не вырос, его кости не окрепли. Ему старались поручать работу, не требующую применения силы (в основном это была работа по дому). Но если ребенок достигал возраста саарбах и ничего не умел делать, то тогда он подвергался осмеянию со стороны взрослых и детей, если только он не был болен [1].

Интересным нам кажется обучение трудовым навыкам детей шаманов. Родители всячески старались не допускать даже упоминаний о родственниках-шаманах. Но если у ребенка проявлялись наклонности шамана, родители не препятствовали этому [3].

В возрасте 14–15 лет родители могли отправить ребенка в другую семью, для того чтобы он сам добывал себе деньги на свадьбу (мальчик) или на приданое (девочка). К этому возрасту ребенок должен был уметь выполнять все работы. Родители договаривались о плате с человеком, у которого работали его дети. Ребенка отдавали в зажиточные хозяйства сроком от месяца до полугода, иногда и на больший срок. Расчет получали родители после окончания работы. Мальчиков в основном нанимали для пастьбы скота, а девочек — для того чтобы нянчить маленьких детей. Эти дети жили со всей семьей в юрте, но наделялись низким социальным статусом, т. к. считались «чужими» для хозяина огня и юрты. Поэтому они спали возле двери.

В системе воспитания хакасы придерживались в основном метода свободного, но целенаправленного воспитания, и при этом не забывали силы воздействия слова. Большое внимание уделялось привитию детям традиционных этических норм поведения. Дети разных деревень нередко враждовали между собой. При встречах во время пастьбы скота они подтрунивали друг над другом, но драться было категорически запрещено. Если мальчик нарушал обычай и бил какого-либо человека, то считали, что у него тяжелая рука. В таких случаях мать заставляла сына сесть к очагу и взять рукой, которой он ударил человека, из него золу и съесть. Это действие-клятва предписывало ребенку уже никогда в жизни не поднимать ни на кого руку, даже в случае необходимой защиты.

Ребенок в хакасской семье пользовался и наделялся различными правами. Хакасское общество уже к началу XIX в. достигло определенной стадии развития, когда существовала достаточно развитая система обычного права. Правовые нормы патриархально-родового характера нашли свое выражение не только в обычном праве, но и в специальном Проекте Степных Законов 1822 г., которые были специально разработаны Государственным комитетом Российского государства. Как отмечалось ранее, разработчики достаточно хорошо изучили правовые институты хакасов и органично включили их в соответствующие разделы закона.

В Проекте Степных Законов для южных скотоводов и промышленников и кочующих земледельцев Енисейской губернии есть специальные главы, посвященные детям. Это главы «Дети» и «Опека» в разделе II «Частные гражданские законы инородцев», а также глава «Наследие» в разделе «Имущество». Права и обязанности детей упоминаются и в других главах, разделах и параграфах.

Дети по закону имели право на получение от родителей или опекунов полноценного содержания и воспитания до совершеннолетнего возраста. Причем если ребенок рожден вне брака, то он должен был воспитываться семейством матери. Но отец ребенка, о котором, как правило, узнавали окружающие, должен был при наступлении совершеннолетия подарить ему бычка и деньги. В некоторых случаях ребенок отдавался на воспитание в семью отца. И в том и в другом случаях ответственность за воспитание и содержание детей нес старший мужчина в семье. Если мать, выходя замуж» не хотела забрать своего внебрачного ребенка в новую семью, то старший мужчина в семье матери должен был взять на себя его воспитание.

В том случае, если мать или отец детей, рожденных вне брака, вступали в брак, их дети получали все законные права.

Хакасы справедливо полагали, что дети не повинны в грехе родителей, которые, в свою очередь, считались опозоренными и опозорившими своих родителей.

Другим неотъемлемым правом детей являлось получение от родителей наследства. Причем глава семейства мог завещать незаконным наследникам «только одни домашние вещи и платье» (п. 48). Юрты, скот, деньги и все долговые расписки завещались только детям, причем если в семье были приемные дети, то они наделялись наследством наравне с остальными детьми. Отец был обязан выделить дочери при ее выходе замуж приданое. В приданое, кроме скота, обязательно входил сундук с одеждой и отрезами ткани и абдре (маленькая коробочка) с украшениями. Если же этого не происходило по какой-либо причине, то дочь имела право на часть имущества отца после его смерти. Иногда сводные дети получали наследство от собственных родителей (дети отца — от отца, дети матери — от матери), как это зафиксировано в Проекте Степных Законов в п. 56. Имущество обычно делилось между всеми детьми поровну (для девочек — приданое), но младший сын получал свою долю наследства, отличавшуюся от доли своих братьев (ему доставалась юрта отца, его стадо и т. д.; как правило, доля младшего сына была большей, чем доли его братьев и сестер), т. к. младший сын после своей женитьбы не покидал родителей, а оставался жить в юрте вместе с ними. Его обязанностью было заботиться о родителях, и он считался главным наследником. После смерти отца именно младший сын распределял между своими братьями и сестрами наследство. В случае преждевременной смерти главы семьи вдова получала в собственность пятую часть имущества, дочери — по десятой части, а сыновья остальное делили поровну.

Вплоть до совершеннолетия детей отец (или опекуны) обязаны были платить за сыновей ясак и повинности.

Как гласил закон, обязанность детей заключалась в полном повиновении родителям, причем родители имели право вмешиваться в жизнь детей и в управление их имуществом вплоть до своей смерти. Особое внимание уделялось детям, которые в силу ряда причин оставались без родителей. Для присмотра над ними учреждалась опека из одного или двух избранных людей. Опека была завещательная (когда один из родителей еще при своей жизни назначал опекуна для своих детей) или учреждаемая (когда опекун выбирался из ближайших родственников или уважаемых в улусе людей Инородной Управой). Кроме того, Инородная Управа могла назначить опекуна сама, если находила, что мать или близкие родственники «не способны или худо управляют делами сирот» (п. 23).

В опекуны назначали людей хорошего поведения. Особый параграф запрещал выбирать «людей развратных, расточительных и жестоких» (п. 25).

Обязанности опекуна полностью совпадали с обязанностями отца (главы семьи), т. е. воспитание и содержание ребенка, сохранение и умножение его имущества. Инородная Управа могла в любой момент проверить опекуна. К тому же односельчане сироты внимательно следили за ним, часто приглашали в гости опекуна вместе с ребенком. Опека продолжалась до совершеннолетия ребенка или до его свадьбы.

В разделе III «Уголовные законы инородцев» также говорится о детях. В п. 66 говорится о том, что вор до 15 лет наказывается розгами в присутствии родителей. Дети, не повинующиеся своим родителям, также наказывались розгами. Таким образом, из материалов Степных Законов явствует, что воспитание и содержание детей должно было быть обязанностью не только родителей. Все общество следило за детством и становлением детей и в случае необходимости брало на себя заботу о них. В законах отражено право детей на собственность, наследство или приданое.

Литература:

  1. Бутанаев В. Я. Культура и быт хакасов. Абакан. 1986.
  2. Волков В. Г. Этнопедагогика Москва 1978.
  3. Тобурчинова О. Г. Трудовые традиции воспитания и современность. Абакан 2008.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle

Посетите сайты наших проектов