Библиографическое описание:

Андреев А. В. Соотношение понятий «светская» и «религиозная» нравственность личности // Педагогика высшей школы. — 2017. — №1.

Препринт статьи



В статье рассматривается значение нравственности для образовательной и воспитательной деятельности подрастающего поколения, а также ее понятие и содержание с точки зрения светских и религиозных научных позиций. Производится анализ научных точек зрения авторов, отрицающих связь нравственности и религиозности человека, а также авторов, выводящих содержание нравственности из мировых религий. Далее рассматривается взаимная критика представителей светской и религиозной концепций нравственности. В заключение осуществляется соотношение светской и религиозной концепций нравственности, а также делаются выводы по теме исследования.

Ключевые слова: личность, воспитание, нравственность, религия

В. А. Беляева и А. А. Петренко пишут, что одной из сфер деятельности современной педагогической науки является исследование проблем духовно-нравственного воспитания подрастающего поколения. Это необходимо с целью сохранения, а также восстановления духовно-нравственных ценностей и культуры, отражающих ментальность и самобытность русского народа [5, c. 8]. В свою очередь А. Ю. Григоренко указывает, что от усвоения и сохранения духовно-нравственных ценностей, культуры и традиций зависит будущее любого народа [13, с. 116]. Л. П. Гирфанова, отмечая упадок нравственного содержания современного образования, указывает, что данная проблема в первую очередь связана с необходимостью четкого определения смысла и содержания тех понятий, которыми апеллирует педагог в своей образовательной и воспитательной работе [10, с. 51]. Поэтому определение природы нравственности является очень важной задачей для образовательного и воспитательного процесса. Не смотря на то, что категория нравственности вызывает живой интерес психологов, социологов, историков и философов, установление ее содержания не представляется простой задачей. Это обусловлено тем, что нравственность является довольно масштабным явлением и полнота его содержания не может быть объективно выражена в рамках какой-либо отдельной концепции. Кроме того, процесс изучения нравственности затрудняется наличием светского и религиозного подходов к ее интерпретации. Поэтому далее целесообразно провести анализ светского и религиозного подходов нравственности с их последующим содержательным соотношением. Так как нравственность личности изначально изучалась в рамках философии, следует охарактеризовать понятие нравственности с позиции философского знания. Так К. А. Гельвеций считает, что нравственность основана на себялюбии через соблюдение общественных интересов (принципов гармоничного социального сожительства), которым индивид научается в процессе своего развития [2, с. 50]. И. Кант указывает, что нравственность является автономным от личностных склонностей, побуждений и социальных интересов человека внутренним, изначально заложенным императивом практического разума [2, 66]. Далее автор отмечает, что в своей нравственной деятельности человек руководствуется такими постулатами, как: свобода воли, бытие Бога и бессмертие души. При этом идея Бога для И. Канта носит вторичный характер, так как она необходима для сосредоточения личности на абсолютном, светлом образе [20, с. 54]. Нравственность по Г. В. Ф Гегелю — это процесс преломления абстрактного права через нормы морали, который развивается через институты семьи, гражданского общества и государства в целом, как носителя наивысшего права [2, 74]. Автор ставит категории нравственности и морали в прямую зависимость от развития духа [9, с. 93]. В концепции Ф. Ницше нравственность предстает как нестабильный инструмент подчинения слабых умов касте господ. Нравственность и мораль, основанные на принципах добра, справедливости и уважения, не входят в категорию нравственного вообще, а истинным законом, регулирующим отношения в обществе, являются принципы силы и безжалостной борьбы за власть. При этом автор выделяет мораль «господ» и мораль «рабов», различия которых обусловлены разными представлениями о добре и зле [21, с. 39].

На основе ранее рассмотренных философских трудов можно заключить, что содержание нравственности у видных представителей философии трактуется совершенно по-разному. Далее следует рассмотреть светскую нравственность с позиции современной психологии. Так В. Ф. Зыбковец подразумевает под нравственностью особый эмоционально-волевой склад личности, основанный на официальной идеологии государства и господствующих в обществе нормах морали, которые находят прямое отражение в мыслях и действиях человека [15, с. 9–20]. Ф. Ф. Кузнецов также уделяет большое внимание влиянию на нравственность государственной идеологии, считая, что явление патриотизма укрепляет нравственный фундамент личности [17, с. 82]. В. И. Бакштановский связывает категорию нравственности с личностным нравственным конфликтом и волевым преодолением собственных ценностей и идеалов, противоречащих категории нравственного бытия [3, с. 77]. М. П. Барболин рассматривает нравственность в качестве основы генетической памяти, воли и характера. Нравственность играет роль жизненного начала в организации жизненного пространства и жизненного процесса [4, с. 95]. В свою очередь А. Б. Купрейченко указывает, что с позиции теории социального научения, нравственность трактуется, как результат усвоения социально выработанных и утвержденных норм поведения, которые личность усваивает через собственный опыт и наблюдение за поведением окружающих людей [18, с. 43]. А. В. Юревич, рассуждая о нравственности, выделяет три составных части ее поддержания в обществе: распространение новых видов морали, их перевод с социального уровня на уровень индивидуальной нравственности и понуждение к соблюдению нравственных норм [27, с. 20].

Рассмотрев научные точки зрения психологов на содержание светской нравственности, целесообразно провести анализ ее связи с религией. Так И. А. Авдеева считает, что связь между религией и нравственностью не подчиняется формуле их прямой взаимосвязанности. Автор указывает на тенденцию обратной пропорциональности, обосновывая свою позицию приведением статистических данных, демонстрирующих рост уровня религиозности населения и одновременный спад общественной нравственности [1, с. 191]. Л. Г. Горностаева также указывает на независимость нравственного состояния человека от его вероисповедания. Автор считает, что религиозность человека не является ни обязательным условием нравственности, ни ее гарантией [12, с. 14]. В. В. Варава придерживается аналогичного мнения и пишет, что нет причинно-следственных связей между религиозностью и добром, неверием и злом (как и наоборот) применительно к конкретному живому человеку [8, с. 26]. В. Ф. Зыбковец указывает, что нравственность возникла задолго до религии и независимо от нее. При этом, религия, как отмечает автор, в процессе своего формирования преобразовала в нравственные законы те нормы поведения людей, которые отвечали условиям наиболее благоприятного социального сосуществования [15, с. 21]. В свою очередь В. П. Лега подтверждает наличие сложившейся в светской науке тенденции к обособлению нравственности от религии. Нравственность, согласно светской концепции, не зависит от религии. Быть нравственным человеком можно и не являясь последователем одной из мировых религий. При этом автор отмечает, что простое признание себя носителем любой религии не делает человека верующим в истинном смысле этого слова [19, с. 85].

Ранее представленные научно-философские концепции природы нравственности позволили сформировать обобщенное представление о светских моделях нравственности. При этом данные концепции не предполагают рассмотрение религиозной природы нравственного содержания личности. Далее будут рассмотрены профессиональные взгляды ученых и философов, придерживающихся противоположного мнения в отношении исходного содержания нравственности. Так Н. А. Бердяев пишет, что русский народ обязан своим нравственным воспитанием русскому православию [6, с. 25]. Отвергая исключительно индивидуальный характер нравственного развития, автор указывает, что люди должны стремиться не только к личному спасению, но и к всеобщему спасению и преображению [7, с. 206]. С. Франк рассматривает нравственность как форму реализации внутренней религиозной духовности (веры), называя подобную деятельность «нравственной правдой». Под «нравственной правдой» автор подразумевает беззаветное служение Духу Истины через бескорыстное делание добрых дел и заботу о ближних [26, с. 338]. При этом, как пишет О. Е. Серова, спасение в рамках христианского православия достигается посредством обретения истинного знания через стремление к Богу [24, с. 65]. В. И. Пашков также отмечает, что в православной традиции существование нравственности немыслимо без веры в Бога. Нравственность, по мнению автора, — это отношения личности с людьми и обществом, основанные на божественном образе [23, с. 301].

Далее целесообразно рассмотреть точки зрения исследователей, подвергающих светскую концепцию нравственности конструктивной критике. Так В. П. Лега указывает, что концепция нравственности И. Канта позволяет выявить противоречие в светских нравственных теориях. Проанализировав труды И. Канта, автор пишет, что если мир только материален, то мораль не применима к человеку, как природному существу, ограниченному законами природы, по которым он вынужден жить [19, с. 85]. На отсутствие логического обоснования светской основы нравственности так же указывает тезис И. Канта, согласно которому догматичность нравственного закона, не поддающаяся рациональному объяснению и выведению его значимости из мира материального, не может приниматься за подлинную нравственность. Сам философ под таким законом подразумевал религию [25, с. 89]. В. О. Глуховцев и Е. Ю. Рудкевич пришли к выводу, что утвердившееся в науке тенденция к светской интерпретации нравственности обусловлена упрощением модели ее понимания. Авторы отмечают, что светская нравственность базируется на «искусственном» нравственном центре, сформулированном людьми. Подобным нестабильным центром выступает «мораль» в ее неоднозначной светской интерпретации [11, с. 69]. Мораль можно определить, как способ регуляции взаимоотношений между людьми, основанный на различении категорий добра и зла [14, с. 159]. В свою очередь М. З. Мусин указывает, что светская нравственность обуславливает формирование светской морали, носящей деструктивный характер. Автор отмечает, что с упразднением религиозной легитимности нравственных ценностей, источник нравственности начинают видеть в стремлении человека испытывать наслаждение и избегать страдания. Как отмечает автор, подобная интерпретация занижает значение морали и сводит ее к принципу «социального общежития» [22, с. 148]. Как указывает Д. В. Колесов, подлинная нравственность, в отличие от светской морали, от идеологии не зависит. Подобная идеологическая зависимость морали позволяет менять ее содержание, исходя из интересов господствующей социальной группы. Автор отмечает, что, если нравственно ориентированный индивид корректирует собственное поведение, исходя из совести, то индивид, ведомый светской моралью, корректирует свое поведение исходя из общественного мнения [16, с. 36–39].

В заключение следует указать, что в светской трактовке природы нравственности, как научной категории, учеными, в качестве обоснования автономности нравственности от религии, применяется принцип независимости нравственности человека от того, религиозен он или нет. В виду ранее сказанного, необходимо заметить, что при подобной трактовке нравственности, религиозность человека рассматривается в большей степени с позиции соблюдения им церковных обрядов и религиозных догм, а не с позиции искренней веры в нравственные религиозные идеалы. Также стоит указать, что светские трактовки нравственности сознательно ориентированы на ее смысловое упрощение и подчинение объективным законам материального мира. Если представители какой-либо светской концепции затрагивают экзистенциальные истоки нравственности, то, как правило, начинают оперировать абстрактными философскими категориями, уходя от прежней сути собственной научной точки зрения. В подобном видении природы нравственности прослеживается внутреннее логическое противоречие. Если подобным образом рассмотреть религиозные концепции нравственности, то можно указать на их большое практическое значение для обозначения нравственной природы человека. С позиции теологов и религиозных ученых, светская наука, охотно приписывающая нравственности исключительно социальную и биологическую обусловленность, тем самым лишает себя возможности объективного определения сути нравственных законов. При этом даже со светской точки зрения, можно отметить, что догматичный характер религиозной нравственности, направленный на следование за божественным идеалом нравственной чистоты и абсолютной доброты, по своей сути способен обеспечивать нравственное воспитание и определение природы нравственности эффективнее, нежели содержательно нестабильная светская мораль, или условия оптимального социального сожительства.

Литература:

  1. Авдеева И. А. Нравственность и религия в опыте современной российской действительности // Вестник Тамбовского университета. Серия: гуманитарные науки. 2010. № 10 (90). — С. 190–196.
  2. Архангельский Л. М., Шварцман К. А. Человеческая природа и нравственность.- М.: «Мысль», 1979. — 286 с.
  3. Бакштановский В. И. Моральный выбор личности: альтернативы и решения.- М.: Политиздат, 1983. — 224 с.
  4. Барболин М. П., Барболин В. М. Введение в общую методологию: модели единой организации жизни. Пространство фундаментальных и нравственных законов (организации жизни природы, человека и общества). — СПб.: Петрополис, 2006. — 128 с.
  5. Беляева В. А., Петренко А. А. Модель духовно-нравственного воспитания студенческой молодежи в научно-образовательном центре духовно-нравственной культуры и воспитания вуза // Гуманитарий: актуальные проблемы науки и образования. 2013. № 2 (22). — С. 1–14.
  6. Бердяев Н. А., Лосский Н. О. Русский народ. Богоносец или хам? — М.: Алгоритм,2014. — 240 с.
  7. Бердяев Н. А. Философия свободного духа.- М.: Республика,1994. — 480 с.
  8. Варава В. В. Религия и нравственность в свете философии // Вестник Воронежского государственного университета. 2012. № 2 (8). — С. 21–32.
  9. Гегель Г. В. Ф. Философия права. — М., 1990. — 524 с.
  10. Гирфанова Л. П. К вопросу о духовно-нравственном становлении человека // Педагогический журнал Башкортостана. 2012. № 5 (42). — С. 51–57.
  11. Глуховцев В. О., Рудкевич Е. Ю. Религия и нравственность // Педагогический журнал Башкортостана. 2012. № 2(39). — С. 55–71.
  12. Горностаева Л. Г. Мировые религии. Морально-правовой дискурс: монография.- М.: Российский государственный университет правосудия, 2013. — 150 с.
  13. Григоренко А. Ю. Подготовка учителя к духовно-нравственному воспитанию учащихся // Universum: Вестник Герценовского университета. 2010. № 1. — С. 116–120.
  14. Зеленкова И. Л. Этика. Учебное пособие.- Мн.:ТетраСистемс, 2003. — 288 с.
  15. Зыбковец В. Ф. Происхождение нравственности.- М.: Издательство политической литературы, 1974. — 126 с.
  16. Колесов Д. В. Множественность различий нравственности и морали // Развитие личности. 2008. № 1. — С. 33–60.
  17. Кузнецов Ф. Ф. Размышления о нравственности.- М.: «Советская Россия», 1988.– 446 с.
  18. Купрейченко А. Б., Воробьева А. Е. Нравственное самоопределение молодежи. Монография. — М.: Институт психологии РАН, 2013. — 480 с.
  19. Лега В. П. Христианская нравственность: взгляд с точки зрения классической философии // Вестник Кемеровского государственного университета культуры и искусств. 2010. № 10. — С. 79–88.
  20. Лушников Д. Нравственность и религия (к вопросу об объективных началах нравственности) // Христианское чтение. 2013. № 3. — С. 36–57.
  21. Максимова П. А. Парадоксы христианского милосердия в философии Ф. Ницше и творчестве Л. Бунюэля // Вестник Московского университета. Серия 7: философия. 2008. № 6. — С. 39–59.
  22. Мусин М. З. Возможна ли нравственность, независимая от религии? // Вестник Ярославского государственного университета им. П. Г. Демидова. Серия: гуманитарные науки. 2011. № 1. — С. 146–151.
  23. Пашков В. И. Историко-теоритический анализ понятий «духовность» и «нравственность» // Знание, понимание, умение. 2013. № 2. — С. 298–302.
  24. Серова О. Е. Духовность — это не роскошь, а вопрос выживания… // Материалы Челпановских чтений. Т. 2. — СПб: Нестор-История, 2011. — С. 61–69.
  25. Фокина З. Т. Философия: учебное пособие.- М.: Московский государственный строительный университет, 2014. — 108 с.
  26. Франк С. С нами Бог.- М.: АСТ: АСТ Москва: хранитель, 2007. — 382 с.
  27. Юревич А. В. Три источника и три составные части поддержания нравственности в обществе // Вопросы психологии. Научный журнал.2012. № 6. — С. 20–24.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle

Посетите сайты наших проектов