Библиографическое описание:

Щербакова Н. Е. Арттерапевтические и психодиагностические методы коррекции осужденных женщин [Текст] // Актуальные вопросы современной психологии: материалы II междунар. науч. конф. (г. Челябинск, февраль 2013 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2013. — С. 78-86.

В статье, помимо теоретических аспектов психокоррекционной работы с клиентом, представлено такое ее направление как арт-терапия (терапия искусством). Также опыт индивидуальной практической работы с осуждённой женщиной по диагностике уровня «эмоционального выгорания» и принятия ситуации лишения свободы. Представлен опыт работы с клиенткой: приведены результаты психологической диагностики, психокоррекции на разных её этапах и, в целом, консультирования осужденной женщины.

Ключевые слова: психокоррекция, арт-терапия, эмоциональное выгорание.


Термин «коррекция» буквально означает «исправление». Психокоррекция — это система мероприятий, направленных на исправление недостатков психологии или поведения человека с помощью специальных средств психологического воздействия.

Выделяют специфические черты психокоррекционного процесса, отличающие его от психотерапии:

  • Психокоррекция ориентирована на клинически здоровую личность, имеющую в повседневной жизни психологические трудности, проблемы, жалобы невротического характера, а также на людей, чувствующих себя хорошо, но желающих изменить свою жизнь либо ставящих перед собой цель развития личности.

  • Коррекция ориентируется на здоровые стороны личности независимо от степени нарушения.

  • В психокоррекции чаще ориентируются на настоящее и будущее клиентов.

  • Психокоррекция обычно ориентируется на среднесрочную помощь (в отличие от краткосрочной — до 15 встреч — помощи при консультировании и долгосрочной — до нескольких лет — помощи при психотерапии).

  • В психокоррекции акцентируется ценностный вклад психолога, хотя отклоняется навязывание определённых ценностей клиенту.

  • Психокоррекционные воздействия направлены на изменение поведения и развитие личности клиента.

Основное отличие психокоррекции от воздействий, направленных на психологическое развитие человека, заключается в том, что психокоррекция имеет дело с уже сформированными качествами личности или видами поведения, и направлена на их переделку. Основная задача развития состоит в том, чтобы при отсутствии или недостаточном развитии сформировать у человека нужные психологические качества.

Известно, что арт-терапия — это специализированная форма психотерапии и психокоррекции, основанная на искусстве, в первую очередь изобразительной и творческой деятельности.

Первоначально арт-терапия возникла в контексте теоретических идей З. Фрейда и К. Г. Юнга, а в дальнейшем приобрела более широкую концептуальную базу, включая гуманистические модели развития личности К. Роджерса и А. Маслоу.

Важнейшей техникой арт-терапевтического воздействия является техника активного воображения, направленная на то, чтобы столкнуть лицом к лицу сознательное и бессознательное и примирить их между собой посредством аффективного взаимодействия.

В качестве ещё одного возможного коррекционного механизма рассматривается сам процесс творчества как исследование реальности, познание новых, прежде скрытых от исследователя сторон и создание продукта, воплощающего эти отношения.

Выделяют два основных механизма психологического коррекционного воздействия, характерных для метода арт-терапии.

Первый механизм состоит в том, что искусство позволяет в особой символической форме реконструировать конфликтную травмирующую ситуацию и найти её разрешение через переструктурирование этой ситуации на основе креативных способностей субъекта.

Второй механизм связан с природой эстетической реакции, позволяющей изменить действие «аффекта от мучительного к приносящему наслаждение».

В работе с осужденными женщинами приходится учитывать их психологические особенности, эмоциональные состояния в условиях лишения свободы. Положительно зарекомендовал себя такой метод работы сданной категорией лиц как «Психологический театр».

«Психотерапевтический театр» — это особая форма терапии, где возможно разрешение глубоких личностных проблем, свободное выражение чувств и эмоций. Через занятия творческой деятельностью и восприятие этого процесса у осуждённых идёт пробуждение тех эмоций, которые часто остаются невостребованными в повседневной жизни, происходит восстановление нарушенных контактов внутри личности. Она обретает собственную ценность.

Методика проведения занятий психотерапевтического театра включает проведение театральных, литературных, драматургических, социально-психологических тренингов и арт-терапевтических сеансов.

Для составления сюжета психотерапевтических этюдов, написания пьес, литературных композиций создаются психотерапевтические сюжетные лаборатории из числа участников театра. Промежуточные результаты предъявляются в форме «показов», которые выносятся на обозрение и обсуждение всех участков, подвергаются анализу и критике экспертов.

На арт-терапевтических сеансах предлагается использование музыки в психотерапевтических целях. На каждом занятии по арт-терапии создаются необходимые условия для открытых доверительных контактов внутри группы, восприятия информации, творческой атмосферы работы, которые поддерживаются самими участниками группы психологической коррекции и сами по себе имеют для них ценность.

Кроме возможности обрести душевное равновесие в процессе оздоровительных арт-терапевтических сеансов-тренингов осуждённые не меньше ценят возможность открыть новый опыт творческого выражения себя и эффективного разрешения психологических проблем «здесь и теперь». Именно с такими ожиданиями осуждённые приходят на занятия по арт-терапии.

У осуждённых женщин, прошедших курс по арт-терапии, наблюдается улучшение физического и эмоционального самочувствия (оценка субъективного состояния осуждённых), уменьшение количества жалоб невротического характера (снижение количества обращений за медицинской помощью), устойчивость положительных изменений в сфере поведенческой и эмоциональной культуры (экспертная оценка сотрудников ИУ на основе наблюдений).

Арттерапия имеет следующие преимущества перед методиками, основанными исключительно на вербальном воздействии:

  • вызывает положительные эмоции, помогает преодолеть апатию, безразличие, отсутствие инициативы, безнадёжность, тоскливое настроение и сформировать более активную жизненную позицию;

  • мобилизует творческий потенциал человека и отвечает его фундаментальной потребности в самоактуализации, то есть раскрытии потенциальных возможностей индивида и утверждении им своего индивидуального способа бытия в мире;

  • сближает людей, что особенно ценно в ситуациях взаимного отчуждения в местах лишения свободы;

  • представляет уникальную возможность для проявления бессознательных психических процессов, выражения скрытых потребностей, актуализации вытесненных и забытых негативных действий и поступков, которые нуждаются в ревизии и новой самооценке.

Знание психологических особенностей осужденных необходимо для правильной организации взаимодействия с ними, для достижения целей их исправления. Знание психологии личности помогает определить наиболее целесообразный путь позитивных изменений, выбрать оптимальные методы воздействия, обеспечить дифференцированный и индивидуальный подход к каждому осуждённому.

Важность теории в психологическом консультировании, как и в других областях психологической практики, трудно переоценить.

Теория помогает консультанту формулировать динамичные гипотезы, разъясняющие клиенту проблемы, и позволяет чувствовать себя в безопасности при столкновении с хаотичным, дезорганизованным внутренним миром некоторых клиентов. Bramer, Shostrom (1982) подчеркивают, что консультант, не усвоивший теоретические основы своей профессии, не ознакомившийся с исследованиями, выполненными в данной области, не сможет ничего сделать для клиента, кроме применения частной техники.

Каждая теория выполняет четыре основные функции: обобщает накопленную информацию; делает более понятными сложные явления; предсказывает последствия разных обстоятельств; способствует поиску новых фактов (George, Cristiani, 1990).

Эти функции вполне подходят к любой теории, лежащей в основе консультативной практики. Теория помогает консультанту обобщить опыт работы с самыми разными клиентами, понять природу большинства их проблем и формы проявления конфликтов, способствует эффективному применению конкретных методов. Благодаря теоретической подготовке консультант может выдвигать гипотезы в своей практической работе и предвидеть результаты консультирования.

Каждый консультант на основе практики «конструирует» свою теорию, которая чаще всего опирается на уже известные теоретические парадигмы, или ориентации (психоаналитическую, поведенческо-когнитивную, экзистенциально-гуманистическую). С накоплением опыта постоянно происходит корректировка, расширение, укрепление теоретической базы. От чего зависит выбор той или иной теоретической ориентации? Прежде всего, его определяет точка зрения консультанта на природу человека.

Консультирование и терапия клиентов, находящихся в ситуации лишения свободы, — трудная работа, начиная с поддержки и заканчивая принятием данной ситуации, разрешением тяжёлой и болезненной реакции, если клиент этого хочет. Профессиональная задача пенитенциарного психолога заключается в том, чтобы помочь клиенту по-настоящему пережить настоящее эмоциональное состояние, а не в том, чтобы притупить остроту душевных переживаний.

Изучение личности осуждённого способствует профилактике нарушений со стороны отрицательно настроенных осуждённых, формированию положительной психологической атмосферы в коллективе осуждённых, повышению эффективности деятельности самодеятельных организаций.

Зная прошлое и настоящее осуждённых, анализируя их отношение к совершенному преступлению, к наказанию, режиму, администрации колонии, трудовой деятельности, к окружающим людям, психолог прогнозирует поведение осуждённого, как во время отбывания наказания, так и после освобождения.

В настоящее время исследования в области пенитенциарной психологии идут в направлении типологизации и изучения отдельных категорий осуждённых. В исправительных учреждениях представляет особый интерес изучение вновь прибывших в исправительное учреждение, освобождающихся условно-досрочно, имеющих право передвижения без конвоя, состоящих на профилактическом учёте, перемещаемых на строгие или улучшенные условия содержания и др. Каждая из перечисленных групп требует особого внимания и дифференцированного подхода.

Таким образом, если основная цель изучения личности осуждённого — подбор индивидуальных эффективных методов психологического воздействия, то основная миссия пенитенциарных психологов — изменить криминальную направленность осуждённых, прервать порочный круг преступлений, не допустить повторных правонарушений или, по крайней мере, снизить уровень отрицательного влияния криминальной среды на конкретного человека.

В статье представлен опыт диагностической работы с женщиной, осуждённой к лишению свободы на срок семь лет.

Постановка психологического диагноза и выработка рекомендаций по индивидуализации процесса исполнения уголовного наказания проводилась на основе изучения индивидуально-психологических особенностей личности осуждённой по следующим диагностическим тестам: методика «Диагностики уровня «эмоционального выгорания» В. В. Бойко; опросник «Копинг-поведение в стрессовых ситуациях», разработанный Норманом С. Эндлером в соавторстве с Джеймсом А. Паркером и ассоциативный рисуночный тест.

Представим результаты диагностики Марии А., 35 лет, осуждённой к семи годам лишения свободы.

По результатам диагностики из основных стилей совладающего поведения, у Марии наиболее ярко представлены такие стили, как: «самоконтроль» (при котором отмечаются усилия по регулированию своих чувств и действий), и «поиск социальной поддержки» (при котором она находится в поиске информационной, действенной и эмоциональной поддержки от других людей).

Отмечая выраженность совладающего поведения Марии, была выявлена такая тактика, как «конфронтативный копинг», что означает, что при стрессе в большей степени Марии присущи агрессивные усилия по изменению ситуации, которые предполагают определённую степень враждебности и готовность к риску. Дистанцирование, как некоторые когнитивные усилия отделиться от ситуации и уменьшить её значимость.

Усилия по регулированию своих чувств и действий (то есть самоконтроль), а также усилия в поиске действенной и эмоциональной поддержки от других людей (поиск социальной поддержки), и мысленное стремление или усилия, направленные на бегство, избегание или уход от проблемы, а не дистанцирование от неё, ярко выражены.

Изучение переживаний трудных ситуаций, с которыми Мария пытается совладать, проливает свет на важные стороны проблемы — такие, как, например, внутренние и внешние ресурсы совладания. Это, прежде всего, внешние критерии, такие как: объективные показатели состояния здоровья, срок осуждения и пр.

На пике профиля «эмоционального выгорания» отмечаются симптомы: «неадекватное избирательное, эмоциональное реагирование» и «редукция профессиональных обязанностей», при этом отмечается выраженность таких симптомов, как: «неудовлетворённость собой» и «загнанность в клетку», «расширение сферы экономии эмоций».

Симптом «переживания психотравмирующих обстоятельств» проявляется у неё усиливающимся осознанием психотравмирующих факторов, которые трудно или вовсе неустранимы (до освобождения ещё более трёх лет). При этом у Марии раздражение постоянно растёт, накапливается отчаяние и негодование. Неразрешимость ситуации приводит к развитию прочих явлений «выгорания».

Симптом «расширения сферы экономии эмоций» имеет место тогда, когда данная форма защиты осуществляется в общении с родными во время коротких или длительных свиданий.

Мария отмечала у себя, что она не в состоянии войти в положение другого, сочувствовать, сопереживать, отзываться на ситуации, которые должны трогать (симптом «эмоционального дефицита»), то есть отмечает у себя притупление чувств (реагирование без чувств и эмоций). Её почти ничто не волнует, не вызывает эмоционального отклика — ни позитивные обстоятельства, ни отрицательные, то есть возникает деперсонализированный защитный эмоционально — волевой антигуманистический настрой, который также проявляется на уровне физического и психического самочувствия. Иногда она пытается включать свой религиозный опыт, но это не приводит её к успокоению.

В результате своих неудач и неспособности повлиять на психотравмирующие обстоятельства, Мария обычно испытывает недовольство собой, конкретными обязанностями, при которых включается механизм «эмоционального переноса» — энергетика направляется не только и не столько во вне, сколько на себя. К ней часто приходит чувство безысходности и потребность в самооправдании.

Результаты ассоциативного рисуночного теста APT показали особенности эмоциональной сферы Марии А., её ориентацию в среде, характер взаимоотношений с окружающими, актуальные потребностей и пр. В целом, можно отметить, что её психическая деятельность чаще всего остаётся без внешнего проявления в форме мысли, намерения, желания и т. д. Сдерживание внешних психических проявлений приводит к возникновению определённого физического (в соответствующих группах мышц) и психического напряжения, что находит продолжение в любых продуктах её деятельности, в частности и в рисунках.

Данные, полученные с помощью проективной методики АРТ (см. рисунок 1), послужили основанием для выдвижения предположений о том, что Мария в максимальной степени стремится учесть элементы ныне существующей для неё среды. Она активно стремится к полноценной ориентировке, пропуская окружающий мир через свои представления и понятия, хотя при этом занимает пассивную позицию, что может говорить нам о выраженности психастенических черт характера (вялость, апатичность, безнадёжность положения, тревожность). Она тщательным, образом стремится учесть каждый элемент окружающего мира, но они крайне нерешительны и тревожны. Мария не верит в свои силы, что приводит к детальной, но чисто созерцательной и пассивной ориентировке.

Несколько противоречиво выступило наличие у Марии агрессивных тенденций, установок и подозрительности. Она восприимчива, подозрительна, находится при этом в ожидании проявления агрессии со стороны окружающих.

Отмечая особенности поведения Марии в социальной группе (в отряде других заключённых женщин), можно было говорить о том, что в целом она придерживается конвенциональных норм, существующих в отряде, при этом отмечается стремление привлечь к себе окружение, быть в центре внимания, испытывая одновременно недовольство собой, своими социальными действиями, положением в группе.

Особенности общения: Мария общительна, легко устанавливает контакты, хотя с большей частью женщин придерживается формализованного и регламентированного общения. Также отмечается выраженная тенденция к самоутверждению. Субъективное восприятие и оценка Марией действительности содержит реальное противоречие к неоднозначности жизненных ситуаций (её восприятие полностью определяется полярными оценками).

Выявление актуальной личной ситуации Марии в сфере отношения с лицами противоположного пола (с мужем, который приезжает на свидания редко), позволяет предположить, что эмоционально-чувственный аспект отношений, постоянно меняющийся во времени и по степени интенсивности находится в зоне крайней неудовлетворённости (нет стабильности, определённости). Мария отмечает наличие больших преград этому (не только материальных).

Рис. 1. Проективный рисунок клиентки.


Особенности поведения Марии в конфликтной, неустойчивой ситуации заключаются в том, что она для разрешения их выбирает агрессивный путь, идущий на конфликт, который ограничивается чаще всего сферой бытовых отношений, хотя иногда у Марии обнаруживается стремление к рациональному разрешению неустойчивой ситуации, или, по крайней мере, пытается психологически нейтрализовать её путём вытеснения из своего сознания.

Наиболее характерные черты своей личности Мария отметила следующие: подвижна, женственная, заинтересована в том, что о ней говорят и думают. Она надеется на лучшее. Старается освободиться досрочно, поэтому заботится о том, чтобы соблюдать определённый режим проживания в отряде, старается работать и т. п.

Представлю алгоритм психокоррекционной работы с осуждённой Марией, имеющей высокий уровень выраженности симптомов «эмоционального выгорания».

С практической точки зрения в ходе работы с Марией, было отмечено два основных подхода: а) забота о себе и снижение уровня стресса; и б) трансформация негативных убеждений, чувства отчаяния, утраты смысла и безнадёжности. Первым шагом в работе с Марией было — принятие ситуации лишения свободы, на глубоком уровне признание своих внутренних проблем и свою боль (так как дорогу к изменениям открывает полнота осознания, наполненность смыслом — то есть принятие каждого момента без попыток осудить происходящее).

В работе с клиенткой использовались не только рисуночные технологии с последующим их обсуждением и принятием, было проведено несколько сеансов релаксации. Мария была параллельно включена в группу женщин для занятий по обучению аутогенной тренировке, на которых активно включались техники дыхания, а также наработки ресурсного состояния, формированию нового образа жизни, её позитивного восприятия.

Снижение стресса:

  1. Забота о себе (стремление к равновесию и гармонии, здоровому образу жизни, удовлетворять потребность в общении).

  2. Удовольствие (релаксация, игра).

  3. Умение отвлекаться от переживаний, постоянно нарабатывать ресурсное состояние.

Трансформация отчаяния:

  1. Стремление находить смысл во всём — как в значительных событиях жизни, так и в привычных, обыденных действиях.

  2. Стремиться бросить вызов негативным убеждениям и отчаянию.

Первым шагом в работе с Марией было — принятие существование данной ситуации (лишения свободы), на глубоком уровне признать свои внутренние проблемы и свою боль, так как дорогу к изменениям открывает полнота осознания, наполненность смыслом — то есть принятие каждого момента без попыток осудить происходящее.

Мария была включена в арт-терапевтическую группу женщин. В индивидуальной работе с Марией, помимо беседы, использовались рисуночные технологии с последующим их обсуждением и принятием.

Несколько сеансов было посвящено релаксации. Мария была параллельно включена в группу женщин для занятий по обучению аутогенной тренировке, на которых активно включались техники дыхания, а также наработки ресурсного состояния, формированию нового образа жизни, её позитивного восприятия. Завершилась работа экспериментами «Я из будущего» — «Письмо к себе».

В целом, состояние Марии значительно улучшилось, она научилась справляться с агрессией и тревогой, регулировать своё состояние, отношение к происходящему и помогать себе. Мария научилась ставить краткосрочные и долгосрочные цели, что обеспечивало, прежде всего, обратную связь, свидетельствующую о том, что она находится на правильном пути, и повышало её долгосрочную мотивацию. Достижение краткосрочных целей — это успех, который повышает степень самовоспитания, при этом, мы заметили, что Мария включала цели, доставляющие ей удовольствие.

Она нашла в своём окружении женщин и стала делиться с ними своими чувствами, причём, если, вначале наших встреч, Мария искала у них социальной поддержки, то по завершению работы с ней, — стала сама активно помогать другим, находить разумное решение в возникшей проблеме или сложной ситуации. Мы также отметили, что в большей степени стала сохраняться положительная точка зрения в отношении её действий.

Мария обучилась методам саморегуляции (релаксация, идеомоторные акты, определение целей и положительная внутренняя речь), что также способствовало снижению уровня стресса, ведущего к «выгоранию». Определение реальных целей помогало ей сбалансировать свою свободную от работы на производстве деятельность и личную жизнь в условиях лишения свободы. Определяя реальные цели, она находила время для внутренней личностной работы над собой (она писала себе письма, которые вскрывала через месяц или два), что способствовало осознанию улучшения состояния и придавало ей большей уверенности в себе, что справиться со всем сама. Этим она нашла свой собственный способ нейтрализации чувства обиды, объясняя себе поведение окружающих женщин (её обидчиц) и вынуждающих их поступать именно так, а не иначе. Психосоматическое состояние Марии также значительно улучшилось.

Таким образом, коррекционные возможности арт-терапии, связанные с предоставлением человеку практически неограниченных возможностей для самовыражения и самореализации в продуктах творчества, утверждением и познанием своего «Я», позволяют создавать осуждённым женщинам «продукты» творчества (спектакли), объективируя аффективное отношение к миру, что облегчает процесс коммуникации и установления отношений с окружающими. Интерес к результатам творчества со стороны окружающих, принятие ими продуктов творчества повышал самооценку женщин, участвующих в спектаклях, а также степень их самопринятия и самоценности.


Эпизод из практики работы с осужденной Марией

Мария пришла ко мне на очередную встречу (после тестирования и обсуждения результатов диагностики). В кабинете приглушённо звучала функциональная (расслабляющая музыка).

П: Здравствуй, Маша! Проходи, располагайся так, как тебе будет удобно.

К: Здравствуйте!

П: Сегодня у нас с тобой будет сорок минут для общения. Что бы ты хотела сегодня обсудить или сделать для себя?

К: Я хочу понять своё состояние… Мне всё ещё трудно свыкнуться с мыслью своей сложившейся ситуации…. (молчит — длинная пауза — чувствуется, что ей трудно говорить) родные и дети далеко… муж тоже …. Как они там? Мне без них плохо…

П: Я тебя понимаю (пауза — совместное сопереживание). Что ж, давай попробуем разобраться с тем, что есть. Маша, попробуй сейчас максимально точно описать своё состояние. Как оно проявляется, когда ты говоришь, что тебе плохо?

К: Меня душит ревность, муж давно не писал…

П: Когда ты говоришь: «Меня душит ревность», что ты реально чувствуешь при этом?

К: Мне трудно дышать, такое ощущение, что где-то здесь (показывает рукой на область груди), какой-то ком… Я хочу от него избавиться…, но не знаю как…

П: Маша, попробуй на выдохе закрыть глаза, представить «здесь и сейчас» этот ком и описать его, хорошо?

К: Я постараюсь.

Маша делает глубокий вдох и закрывает глаза.

П: Сконцентрируй своё внутреннее внимание на том месте, где ты испытываешь этот дискомфорт и опиши свои ощущения.

К: Он большой…. Красный… как будто огненный… он занимает много места в груди и поэтому, наверное, мне трудно дышать………… В теле появляется мелкая знобящая дрожь… Мне холодно……… Ноги как будто деревянные… По — моему я вообще их не чувствую……….

П: Продолжай наблюдать и описывать, главное не торопись и будь спокойна при этом. Я внимательно слушаю тебя. Ты говоришь очень важные вещи.

К: Мне становиться труднее дышать, как будто не хватает воздуха…

П: Дыши глубже. Всё нормально. Сохраняй спокойствие и старайся дышать глубоко, при этом очень важно концентрировать внимание на этом месте. Я рядом с тобой. (Пауза) Что сейчас происходит?

К: Вроде бы ком становиться меньше, но он не уходит…

П: Молодец, Маша. Продолжай дышать дальше также глубоко.

К: Мне хочется его выплюнуть.

П: Попробуй это сделать.

Маша с закрытыми глазами пытается выплюнуть ком.

К: Не получается.

П: Маша, могу я дотронуться рукой до того места, где ты ощущаешь этот ком?

К: Да, конечно.

П: Покажи мне ещё раз это место.

Маша показывает, и я кладу свою руку на это место.

П: Продолжай дышать так глубоко, чтобы я чувствовала это дыхание (Через дыхание присоединяюсь к дыханию Маши, и незаметно увожу её на свой ритм дыхания — техника присоединения (из НЛП).

П: Маша, я сейчас попробую давить рукой на это место, чтобы усилить эти ощущения, а ты продолжай спокойно глубоко дышать, хорошо?

К: Да.

П: (Через 2–3 минуты) Что сейчас происходит?

К: Он становиться совсем маленьким и начинает куда-то от меня отдаляться….

П: Молодец, ты всё правильно делаешь, пусть отдаляется, продолжай дышать, пока он совсем не исчезнет.

К: Хорошо.

П: Маша, что сейчас происходит?

К: Ком ушёл. (Пауза). А теперь я увидела большое лицо мамы, только одно лицо.

П: Опиши его.

К: Она сейчас строгая, смотрит на меня, и, я думаю, сердится, осуждает. Она очень недовольна мной…

П: Ты можешь, что-то сказать маме или спросить у неё.

К: У меня язык не поворачивается, я боюсь её…

П: Попробуй. Это очень важно для тебя.

К: А что сказать?

П: Я не знаю, может ты хочешь что-нибудь у мамы спросить? Или просто скажи ей что-то. Я думаю, маме можно что-нибудь сказать, чем-то поделиться….

К: Я никогда раньше этого не делала… Мы были далеки друг от друга… Мы редко разговаривали, а по душам никогда… (дрожь в теле у Маши усиливается, нарастает напряжение в области лица)…

П: Вот и скажи сейчас маме это…

К: (пробиваются первые слёзы, дрожат губы, учащается дыхание… очень тихо и неуверенно Маша говорит) Мама…., я никогда раньше не решалась с тобой поговорить…, мне казалось, что мы были далеки друг от друга… мы редко разговаривали, а по душам вообще никогда…я не знала как об этом тебе сказать… я не могла подобрать слов…

П: Молодец!

После похвалы Маша начинает плакать, затем сильно рыдать.

П: Возьми себе столько времени, сколько нужно, и поплачь. Это очень важно сейчас для тебя. Я буду рядом.

К: (плачет, рыдает) — происходит катарсис.

П: (через 2–3 минуты обращаюсь к Маше): Маша, мама всё ещё смотрит на тебя?

К: Да. Я думаю, она сожалеет об этом. Теперь она смотрит добрыми и ласковыми глазами…

П: Как ты думаешь, мама хочет что-то тебе сказать?

К: Она говорит мне, что чувствует свою вину за это. Она сожалеет, что не была со мной близка. Она любит меня… (Маша плачет) Я тоже её очень люблю….. и всегда любила!!!

П: Что ты ещё сейчас видишь, какую картинку?

К: Мама обняла меня…. мы сидим вдвоём на берегу реки… мы смотрим на воду и молчим. Нам очень хорошо вдвоём. Мне кажется, что я только сейчас понимаю свою маму.

П: Маша, а как «поживает» твой ком?

К: Его просто нет.

П: И что ты сейчас чувствуешь?

К: Мне легко… дышать тоже легко и свободно… мне кажется, что сейчас моя грудь переполнена радостью и счастьем, какой-то свободой! Я хочу скорее пойти в отряд и написать письмо маме. Я ей всё-всё расскажу. Я попрошу у неё прощения, и скажу, как я на самом деле благодарна ей, за всё, за всё… Мои дети сейчас с ней… Я знаю, что ей трудно… Я очень её люблю!

П: Маша, Я рада за тебя. Сейчас ты хочешь открыть глаза?

К: Можно я ещё побуду с мамой?

П: Конечно.

Через пять минут Маша открыла глаза. У неё был совсем другой взгляд. Она сияла, радовалась. Чувствовалась какая-то лёгкость во всём теле. Было ощущение, что она сейчас встанет и «полетит».

П: Как ты сейчас себя чувствуешь?

К: Мне хорошо. Спасибо Вам. Можно я буду к вам приходить?

П: Конечно можно. Маша, на самом деле ты молодец! Я знаю, что у тебя получиться написать маме доброе, хорошее письмо. Удачи тебе. Ты справишься со всем, и у тебя всё получится. До свидания!

К: До свидания!


КОММЕНТАРИЙ:

Одна из причин блокирования энергии Марии — это стрессы, эмоциональные травмы и незаконченные дела, ситуации, отношения. Конечно, она была не в курсе своих собственных энергетических блоков (иногда человек сознательно или бессознательно делает так, чтобы не переживать всех чувств в сложной ситуации).

Цель, которую я использовала на этой встрече с Машей, заключалась в реинтеграции (иногда полное воссоединение) частей тела (при таком подходе разум рассматривается как часть тела), а также высвобождение эмоций, заключённых в её теле, о существовании которых она и не подозревала. Реализовать эти цели стало возможным, помогая Маше дышать, а также посредством эксперимента (встреча с лицом мамы), которые помогли Марии познать своё тело, свои чувства и эмоции, скрытые внутри неё.

В целом, проведённый на встрече с Машей эксперимент, рассматривался в контексте усиления её активности. Вместо того, чтобы рассуждать, ей предлагалось предпринять любые внешние наблюдаемые действия, отображающие то, о чём она говорит или то, что с ней сейчас происходит (о проведении эксперимента в данном понимании мы можем говорить каждый раз, когда вслед за предложением следуют активные внешне наблюдаемые действия клиента).

Также, хочется заметить, что исходя из предположения, что мы возвращаемся в прошлое, не удерживаясь, не присутствуя в настоящем, точнее наполняя настоящее грузом прошлого, в значительной степени вследствие избегания будущего. Отношения с будущим являются базовыми для развития экзистенциальной автономности.

Данный эпизод из практики работы с клиенткой показал связи будущее — прошлое — будущее. Здесь важно ещё напомнить, что развитие экзистенциальной автономности имеет довольно часто следующую стадиальность:

а) автономизация от груза прошлого, освобождение от напряжения, связанного с незавершёнными ситуациями, травматическими событиями и отношениями; довольно часто клиент освобождается от прошлого не путём долгосрочной терапии, прорабатывающей подробно все существенные травматические зоны прошлого, а встречей с целостностью своего прошлого (как в приведённой выше встрече с клиенткой).

б) встреча с будущим — в данном случае проблемные отношения с матерью, тревога за детей и мужа, и беспокойство, связанное с дистанцированностью поневоле от них, а также не простроенное собственное личное будущее — были причиной конфлюэнтных взаимоотношений со своим будущим. Клиентка постоянно одновременно возвращалась к тревожившему её и прошлому, и будущему и избегала думать об этом. Только встреча с различными аспектами своего прошлого позволили ей почувствовать себя независимой от него, и автономизироваться;

в) третья стадия — «возвращение» в настоящее, выращивание способности к присутствию «здесь и теперь», автономно от прошлого и будущего;

г) четвёртая стадия — интегрирующая: «укорение» в настоящем при одновременном соприкосновении с границами своего прошлого и своего будущего и при необходимом достаточно хорошем контакте с опытом прошлого, и с собственным реальным будущим.

По завершению работы с Марией, я отметила быстрые последующие изменения в её личности. Имели место и примеры мощных психологических защит, казалось бы, сводящих на нет весь терапевтический эффект, но как раз в этих ситуациях наибольшую ценность приобретали результаты совместной с клиенткой интерпретации данных или какой-либо ситуации.

В завершении описания работы с Марией, приведу её отзыв о нашей совместной работе: «Благодаря работе психолога со мной, я смогла найти себя и открыть в себе что-то новое (пока не могу подобрать даже слов). Она помогла мне лучше понять себя и других людей. Самое главное, что в отличие от внешнего мира, на наших встречах не было ограничений в действиях. Я как-то лучше стала понимать, чего хочу от жизни и какое место в жизни хочу занять. После этих встреч, я чувствую полное удовлетворение, хотя ситуация осталась прежней (на свободу ещё не скоро), но зато теперь — я знаю как жить!».

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, эффективность полученных результатов на практике доказывает использование апробированных комплексных программ в диагностических и профилактических целях в работе психологов и работников исправительных учреждений и выступает мерой превенции делинквентного поведения в пенитенциарных учреждениях.

Гуманное отношение к преступникам предполагает коренное изменение проводимой с ними работы на значительно более высокой профессиональной основе. Отношение к наказанию — главное личностное переживание осуждённого. Это своеобразное кредо, характеризующее уровень правового и нравственного сознания осуждённого и опосредующее отношение к целям и средствам исправления, ресоциализации, воспитательной работе, образовательному обучению и профессиональной подготовке. Данный феномен отличается подвижностью и динамичностью, что позволяет сотрудникам исправительного учреждения заниматься его формированием.

Правильное восприятие наказания осуждённым возможно только при возникновении «установки на раскаяние», которая играет роль фильтра на пути усвоения всех воспитательных воздействий. Поэтому для эффективной психокоррекции чрезвычайно важно перестроить установки осуждённых по отношению к наказанию и преступлению.


Литература:

  1. Алёшина Ю. Е. Индивидуальное и семейное психологическое консультирование. М., 1994.

  2. Анцыферова Л. И. Личность в трудных жизненных условиях: переосмысливание, преобразование ситуаций и психологическая защита // Психологический журнал. 1994. Т.15. № 1. С. 3–19.

  3. Барабанова М. В. Изучение психологического содержания синдрома выгорания //Вестник МГУ. Сер.: Психология. 2005. № 1.

  4. Беличева С. А. Основы превентивной психологии. М., 1993.

  5. Водопьянова Н. Е., Старченкова Е. С. «Синдром выгорания: диагностика и профилактика», «Питер», 1-ое издание, 2005г., 336 стр.

  6. Гаврилина Л. К. Теория и практика коррекции личности. — Сыктывкар, 2002.

  7. Гингер С., Гингер А. Гештальт — терапия контакта. Спб., 1999.

  8. Дебольский М. Г. Психологическая служба уголовно-исполнительной системы// Энциклопедия юридической психологии /Под общ. ред. проф. А. М. Столяренко. — М.: Юнити — Дана, 2003.

  9. Еникеев М. И. Основы общей и юридической психологии. М., 1996.

  10. Зинкевич — Евстигнеева Т. М. Чудеса на песке: практикум по песочной терапии. — М., 2007.

  11. Исурина Г. Л. Групповые методы психотерапии и психокоррекции //Методы психологической диагностики и коррекции в клинике. Л., 1983.

  12. Исправительно-трудовая психология: Учебн. пособие для слушателей вузов МВД РФ /Под ред. К. К. Платонова, А. Д. Глоточкина, К. Е. Игошева. — Рязань: РВШ МВД СССР, 1985. — 360с.

  13. Использование метода песочной терапии в психокоррекционной работе с осуждёнными женщинами /автор-составитель В. Н. Сахарный — М.: ФСИН России, 2008. — 40 с.

  14. Крюкова Т. Л. Методы изучения совладающего поведения: три копинг-шкалы.- Кострома: Авантитул, 2007. — 60 с.

  15. Лешукова Е. Синдром сгорания. Защитные механизмы. Меры профилактики. //Вестник РАТЭПП. СПб., 1995. № 1.

  16. Либина А., Либин А. Стили реагирования на стресс: психологическая защита или совладание со сложными обстоятельствами? / Стиль человека:психологический анализ. — М.: Смысл, 1998. С. 190–204.

  17. Нельсон-Джоунс Р. Теория и практика консультирования. СПб.: Питер, 2000.

  18. Орел В. Е. Феномен «выгорания» в зарубежной психологии: эмпирические исследования и перспективы. //Психологический журнал, 2001 т. 22, № 1.

  19. Осипова А. А. Общая психокоррекция. Учебное пособие. Творческий Центр. Москва, 2007 (стр.160–164).

  20. Рабочая книга пенитенциарного психолога. / Под ред. Мокрецова А. И., Голубева В. П., Шамиса А. В. ВНИИ ГУИН, М., Юрист, 1998.

  21. Характеристика личности осуждённого (социально-психологический портрет)/ Учебно-методическое пособие. — М: НИИ УИС Минюста России, 2004. — 56 с.

  22. Эль Г. Н. Человек, играющий в песок. Динамичная песочная терапия. — С-Пб., 2007.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle