Библиографическое описание:

Суворова И. Ю. Историческая перспектива изучения идентичности [Текст] // Психологические науки: теория и практика: материалы междунар. науч. конф. (г. Москва, февраль 2012 г.). — М.: Буки-Веди, 2012. — С. 61-63.

This article aims to consider the basic approaches of identity study and to emphasize the main line of investigations, which allows predicting a new tendency of investigations.

Проблема идентичности является одним из центральных, а также наиболее противоречивых вопросов психологии социального познания. Проблема изучения исходит из самого содержания данного феномена. Поскольку идентичность есть восприятие себя как части социума, то есть формируется в информационном пространстве, то ее понимание и традиции изучения напрямую зависят от культурной среды и социально-временных особенностей. Поэтому на протяжении изучения идентичность накопилось множество данных, не сводимых под одну теорию.

Целью данной статьи является обзор основных подходов и направлений в изучении с тем, чтобы создать более полное представление об идентичности и определить новые направления в исследованиях.

Идентичность как психологическое образование впервые была описана Э. Эриксоном. Работая в рамках психоанализа, Эриксон рассматривал идентичность как «процесс, локализованный в ядре индивидуальной, также и общественной культуры, процесс, который устанавливает идентичность между двумя этими идентичностями» [2]. На формирование этого определения большое влияние оказало высказывание З. Фрейда, который описывал свои ощущения от переживания единства с культурой и своим народом. Это было переживание единства с духом своего народа, как будто все представления, культура, нормы его этнической группы дублировались и выстраивались в нем самом как личностные образования. Таким образом, под идентичностью Эриксон понимал поэтапное формирование отношений человека к миру посредством взаимодействия сперва с ближайшим окружением, затем, начиная с подросткового возраста, с проявлениями культуры. Через систему отношений формируется определение себя как целостной личности. Личностная и социальная идентичность представляют единое целое и определяют отношение к себе и миру.

Наблюдая за молодежными протестами, Эриксон впервые описал кризис идентичности, на сегодняшний момент ставший ключевым феноменом в изучении идентичности и психологии социального познания вообще. Так, автор утверждает, что причиной кризиса идентичности и затруднения в самоопределении возникает при смешении ролей, когда «молодой человек не синтезирует, а противопоставляет друг другу свои сексуальные, этнические, профессиональные и типологические возможности» [2]. Причину этому автор ищет в особенностях современных социо-культурных отношений, когда, в связи со стремительными изменениями образа жизни, отсутствует сильная идеология, которая легла бы в основу формирования идентичности современной личности.

Подход Э. Эриксона не получил широкого распространения в социальной психологии, однако есть смысл подчеркнуть те положения, к которым постепенно приходят современные исследователи:

  1. Идентичность понимается как психологическое образование, сформированное через отношение личности и внешнего мира.

  2. Личностная и социальная идентичности неотъемлемы друг от друга, формируются как единое образование.

  3. К кризису идентичности приводят рассогласования между элементами идентичности.

Некоторое время спустя, серия социально-психологических экспериментов определила традиции изучения идентичности. Проводя исследования в летнем лагере, М. Шериф установил, что при столкновении интересов двух команд (например, соревнование в силе) всегда происходит межгрупповой конфликт, который заключается в негативном отношении к членам противоположной группы. Далее, Г. Тешфелом и Дж. Тернером было показано, что для формирования негативных установок по отношению к членам другой команды не обязательна борьба за ресурсы, достаточна лишь значимость принадлежности к одной или другой группе. Причем, чем сильнее будут выражены сходства в убеждениях членов внутри группы, тем очевидней будет межгрупповой конфликт. Также авторы делают и второй вывод, дополняющий первый. Чем сильнее будут восприниматься отличия членов другой группы, тем теснее будут внутригрупповые отношения первой, и тем ярче будет выражен межгрупповой конфликт.

Тешфел и Тернер представили стратегии выбора поведения расположенными на одной оси, на одном полюсе которой находится восприятие своей группы как однородной. Тогда межгрупповая дискриминация будет выражена максимально. Или воспринимать себя отличным от членов данной группы. В этом случае межгрупповая дискриминация будет минимальной. Другими словами, личностная и социальная идентичность представляются как противоположные, взаимоисключающиеся процессы [5].

Однако, традиция рассмотрения идентичности как только лишь совокупности признаков сходства с представителями определенной группы и различия с остальными группами опускает ту глубину понимания данного вопроса, описанного Э. Эриксоном, согласно которой идентичность понимается как, в первую очередь, психическое образование, сформированное отношениями элементов в окружающем мире и конструирующиеся на разных психических уровнях.

Далее, что часто опускается в ссылках на теорию социальной категоризации, авторы указывают на роль мотивации в формировании межгрупповой дискриминации. Основным предметом анализа классического подхода в изучении идентичности была социальная стратификация. При описании социальных слоев общества было отмечено, что враждебное взаимоотношение между классами происходит из-за неравного распределения власти и престижа. А поскольку эти критерии всегда были основой взаимодействия социальных групп, то здесь не возможно не выделять ключевую роль мотивации. В эксперименте с распределением денежных вознаграждений между двумя группами мотивация к объединению была сформирована искусственно. То есть, участники эксперимента были вынуждены воспринимать себя членами той или иной группы, поскольку эта принадлежность была единственным ориентиром в ситуации эксперимента.

Изучая причины формирования межгруппового конфликта, авторы не ставили перед собой задачу изучить идентификацию в отсутствии мотивации к объединению, поэтому данные исследований подтверждали предположение об обратных отношениях личностной и социальной идентичности.

Исследование формирования внутригруппового фаворитизма и межгрупповой дискриминации в условиях отсутствия мотивации к выделению различий свой и чужой группы позже было проведено Jean-Claude Deschamps и Thierry Devos [3]. Выборка составила 88 девочек художественного училища, которые были разделены на две группы. Первая группа еще раз была разделена на две подгруппы по принципу предпочтения одного или второго современного художника. Во второй группе также были предпочитатели одного или второго художника, однако они не были разделены на группы. Целью исследования было проверить, сформируется ли негативная оценка к предпочитателям другого художника во второй группе. Как и предполагалось, в первом случае различия между «мы» и «они» были значимыми, что привело к формированию межгрупповой дискриминации, тогда как во втором случае различия в предпочтениях не имели личностного смысла.

Исходя из этого, авторы делают вывод, что личностная и социальная идентичности не являются противоположными феноменами, а дополняют друг друга как различные категории. Здесь можно провести параллель с теорией Эриксона, где идентичность рассматривалась как целостное психическое образование, сформированное через отношение к объектам окружающего мира. Тогда процесс самокатегоризации можно рассмотреть как систему отношений субъекта с миром, находящуюся в имплицитном состоянии. В определенных ситуациях, в зависимости от мотивации индивида и значимости факторов окружающей среды, в этой системе отношений на первое место выступают те или иные элементы.

В своей работе W. Doise задался вопросом структуры идентичности [4]. В исследовании принимало участие две группы. Первую составили дети-инвалиды, вторую – здоровые. И первую, и вторую группы попросили описать представления об инвалидах и здоровых детях в общем, а также написать представления о себе. В результате, если описания группы инвалидов и здоровых детей были различными, то самоописания в одной и во второй группе были очень схожи по структуре и содержанию. Второе исследование, проведенное Zeegers, представило контент-анализ объявлений «одиноких сердец» с 1945 по 1986 гг. Интересно отметить, что самопрезентации отличалась в зависимости от времени. Были выделены три периода: с 1945 по 1965, с 1965 по 1975, с 1975 по 1986. В первом периоде самопрезентация включала такие категории, как серьезность, опрятность, образованность. Далее эти категории становились более размытыми и не поддавались классификации.

Различие самопрезентаций в зависимости от временного промежутка указывает на то, что на процесс категоризации в большой степени влияет система традиций и норм, принятых в данном обществе в данное время. Одинаковая схема самоописания различных групп людей, погруженных в одинаковую социальную ситуацию, свидетельствует о том, что внешние, выработанные культурой отношения и ценности влияют на всех индивидов и способствуют формированию схожих схем восприятия окружающих и себя. Обобщая вышесказанное, можно добавить, что общественные нормы и правила несут в себе определенные отношения к объектам окружающего мира. Интериоризируя эти отношения, индивид формирует систему категорий, по которой заданным образом воспринимает окружающий мир и себя. Таким образом, идентичность здесь понимается как принятие определенных структур категоризации.

Дальнейшие американские исследования все больше отходят от традиционной линии изучения идентичности, намеченной Тешфелом и Тернером, и в большей степени уделяют внимание личностному фактору: отношениям, категоризации, восприятию, конструированию и т. д.

На выделение линии исследований идентичности в отечественной психологии большую роль сыграли социально-психологические последствия распада Советского Союза. Внезапное разрушение старого уклада жизни привел к серьезным затруднениям поиска категорий и, как следствие, кризису идентичности. Исчезновение сильного центра спровоцировало этнические конфликты. Основные исследования вопроса, связанные с личностной, социальной и этнической идентичностью, были проведены Г. М. Андреевой, Т. Г. Стефаненко, О. А. Тихомандрицкой, Е. П. Белинской и др.

Утверждалось, что с распадом СССР изменились не только категоризации, к которым человек может себя причислять, но и сама суть процесса идентификации, основной направленностью которой стал поиск смысла [1]. Причем в исследованиях было отмечено, что при остром переживании кризиса, который был в 90-ых гг., люди были готовы принять негативную идентичность, лишь бы как-то себя идентифицировать (что не согласуется с теорией Тэшфела и Тернера). Таким образом, идентичность здесь рассматривается, как необходимость, определяющая место и сущность человека в информационном пространстве.

В заключении можно сказать, что, несмотря на различные линии исследований, выделяются основные черты и механизмы формирования идентичности.

  1. Идентификация подразумевает определение себя, своей роли и места в социуме, или, более обще, в информационном пространстве.

  2. Идентичность представляется системой отношений категорий, которая формируется посредством социальных норм, ценностей, установок и т.д.

  3. В зависимости от ситуации, в которую погружен индивид, наиболее значимыми выступают те или иные элементы системы категорий.

Современные исследования имеют тенденцию отталкиваться от личностного фактора, что позволяет рассматривать данную проблему более глубоко. Тем не менее, данное направлении еще слабо разработано, и тема нуждается в дальнейшем детальном изучении.


Литература:

  1. Лебедева Н. М. Теоретико-методологические основы исследования этнической идентичности и толерантности в поликультурных регионах СНГ//Идентичность и толерантность. – М., 2002;

  2. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. – М.: Флинта, 2006;

  3. Deschamps J.-C., Devos T. Regarding the Relationships Between Social Identity and Personal Identity//Social Identity. International Perspectives. – SAGE Publication, 1998;

  4. Doise W. Social Representation in Personal Identity//Social Identity. International Perspectives. – SAGE Publication, 1998;

  5. Tajfel H., Turner J. An Integrative Theory of Intergroup Conflict//The Social Psychology of intergroup Relations, -Brooks, 1979.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle