Библиографическое описание:

Федина Л. П. Психологические особенности семей в программе ЭКО [Текст] // Актуальные вопросы современной психологии: материалы междунар. науч. конф. (г. Челябинск, март 2011 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2011. — С. 111-115.

Проблемой фертильности и ее нарушением у человека исследователи занимались во все времена. Первое упоминание в русской литературе о бесплодии мы находим в руководстве Н.М. Амбодика-Максимовича «Искусство повивания, или Наука о бабичьем деле» — первого российского руководства по акушерству. Женскому бесплодию была посвящена серия монографий отечественных гинекологов С.Н.Хейфеца, С.Н.Давыдова, Н.М.Побединского и др.[13].

Бесплодие в браке является проблемой уникальной в медицине, что связано с двумя обстоятельствами: во-первых, данное патологическое состояние определяется состоянием здоровья обоих супругов; во-вторых, репродуктивное здоровье женщины во многом зависит от ряда факторов, обусловленных сочетанием социального, психического неблагополучия и практически всегда физического нездоровья и психологического напряжения в семье [6]. К социальным последствиям бесплодного брака относятся: снижение социальной активности наиболее работоспособной группы населения; резкое повышение числа разводов среди данного контингента; влияние частоты бесплодного брака на демографическую ситуацию в популяции и государстве в целом. Психологическое неблагополучие у супружеских пар с бесплодием характеризуется повышением лабильности нервных процессов; заторможенностью, снижением интереса к окружающей среде, жизни и работе; формированием комплекса неполноценности; развитием тяжелых психосексуальных расстройств. Все эти ситуации лишь усиливают неустойчивость семейных отношений. Физическое неблагополучие супружеской пары предполагает, прежде всего, заболевания, влияющие на репродуктивное здоровье которыми являются 200-250 млн. случаев сексуально-трансмиссивных заболеваний в год со всеми вытекающими для репродуктивной функции последствиями; вероятность увеличения частоты опухолей репродуктивной системы у нерожавших женщин по сравнению с популяцией; отдаленные последствия влияния эндокринных нарушений репродуктивной системы и длительной гормонотерапии на здоровье женщины [6].

В европейских странах распространенность бесплодия в среднем составляет около 14%, в России - от 8 до 17,8%. Статистические данные «Руководства Всемирной организации здравоохранения по стандартизированному обследованию и диагностике бесплодных супружеских пар» выделяют 22 причины бесплодия у женщин и 16 причин бесплодия у мужчин [15]. Причиной бесплодного брака в 40-50% случаев является патология репродуктивной системы в равной степени как мужчины, так и женщины, а в 5-10% - патология у обоих супругов [2;5]. В 10% от всех случаев женского бесплодия составляет бесплодие неясного генеза, одной из причин которого некоторые авторы считают психогенные факторы: стрессы, эмоциональные воздействия, различные подсознательные конфликты [12].

Разработка и внедрение в практику методов вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ), благодаря достижениям медицинской науки второй половины ХХ и начала ХХI веков, дала реальную возможность иметь детей супружеским парам, ранее обреченные на бездетность. Одним из наиболее перспективных методов лечения бесплодия является разработка метода экстракорпорального оплодотворения (ЭКО), которая вывела проблему лечения бесплодия из тупика традиционных подходов и позволила добиться наступления беременности у женщин, ранее обреченных на бездетность. Результативность экстракорпорального оплодотворения, в настоящее время, достигает максимально 40%. Количество детей, родившихся в результате применения этого метода, исчисляется уже миллионами [6]. Впервые в России ЭКО было успешно реализовано в Научном Центре акушерства, гинекологии и перинатологии РАМН (Москва) в 1986 году, где родился первый ребенок.

Несмотря на значительное число работ, посвященных изучению формирования психоэмоциональных нарушений у женщины с бесплодием, до настоящего времени остаются нерешенными ряд вопросов, в частности, влияния психологического здоровья на репродуктивную систему супружеской пары в целом. Проведение работ по изучению психоэмоциональных нарушений, определению возможности их диагностики и своевременной коррекции бесплодных пар является наиболее актуальным в настоящее время.

Решение супружеской пары о принятии участия в программе экстракорпорального оплодотворения как способе решения проблемы длительного бесплодия является достаточно важным шагом, предполагающим высокую степень доверия друг друга, согласование ценностных и мотивационных установок по данному вопросу. Несмотря на то, что с медицинской точки зрения данный способ является наиболее эффективным, сугубо психологическое отношения к процедуре экстракорпорального оплодотворения в настоящий момент является неоднозначным, как с точки зрения непосредственных участников данного процесса, так и в глазах общественности.

Кроме того, актуальным аспектом данного вопроса является изучение связи психологических особенностей супругов с вероятностью возникновения бесплодия как такового. Безусловно, в чистом виде данную взаимосвязь выявить достаточно сложно, так как между психологическим состоянием испытуемых и особенностями функционирования их репродуктивной системы существует достаточное количество, а так же дополнительных промежуточных факторов; тем не менее, изучение степени такой взаимосвязи представляется достаточно актуальной.

Другим важным аспектом рассматриваемой проблемы является возможность психологической коррекции психологических особенностей супружеских пар как средство, положительно влияющее на исход процедуры ЭКО.

Целью практического исследования в рамках нашей диссертационной работы являлось выявление психологических особенностей супругов, находящихся в программе экстракорпорального оплодотворения.

Наше исследование состояло из следующих двух этапов:

  1. Изучение психологических особенностей супругов, находящихся в программе экстракорпорального оплодотворения;

  2. Изучение влияния коррекционной программы на успешность прохождения процедуры ЭКО.

Первая задача решалась при помощи задействования контрольной группы испытуемых, вторая предполагала выделение двух подгрупп испытуемых в рамках экспериментальной группы.

В исследовании приняли участие две группы испытуемых: страдающие бесплодием различного генеза (группа Respon) 138 супружеских пар, а так же группа фертильных испытуемых (группа Fertil) 64 пары, имеющие детей. Формирование экспериментальной группы проводилось на базе частных центров планирования семьи города Москва.

Для проведения первого этапа исследования — сравнительного исследования некоторых индивидуально-психологических, а так же социально-психологических особенностей испытуемых обеих групп мы задействовали следующие диагностические мето­дики:

  1. Стандартизированный многофакторный метод исследования личности (СМИЛ)[9];

  2. Клинический опросник для выявления и оценки невротических состояний [14];

  3. Шкала самооценки депрессии Цунга [16];

  4. Тест М. Куна, Т. МакПартленда «Кто Я?» [3];

  5. Шкала субъективного благополучия [10];

  6. Тест-опросник «Удовлетворённость браком» [11].

На подготовительном этапе мы разработали специальную анкету, состоящую из социально-демографических данных о супругах и вопросов, направленных на исследование качества жизни, в которой были выявлены иерархия, социального статуса семей.

По социально-демографическим характеристикам испытуемых наибольшее количество женщин в исследуемой группе Respon были в возрасте 31–35 лет. Средний возраст группы сравнения Fertil существенно не отличается от исследуемой группы. Бесплодные пары отличаются более высоким образовательным уровнем, а так же тесно вязанным с ним социальным положением. Причем если менее высокие показатели по данным критериям у фертильных женщин можно объяснить их занятостью в воспитании детей, то достаточно схожие результаты у мужчин в это объяснение укладываются в меньше степени. По-видимому, на примере испытуемых, задействованных в нашем исследовании мы видим подтверждение приведенных в теоретической части работы данных о том, что достаточно такие достаточно положительные тенденции современного общества как повышение образовательного уровня, а так же профессиональной активности представителей обоих полов, к сожалению, может негативно сказываться на репродуктивных возможностях.

Так же тесно связанными с двумя предыдущими критериями представляются лучшие жилищные условия представителей группы Respon.

По критерию «Первый — повторный брак» обе группы являются достаточно сопоставимыми.

Cреди пациенток с первичным бесплодием преобладают испытуемые в возрасте 31–35 лет (42,4%), тогда как со вторичным бесплодием — 36–40 лет (60%).

Личностные качества исследовались с помощью опросника СМИЛ через анализ средних стандартных значений.

Шкалы : группа Respon, группа Fertil

Рисунок 1. Сводный график общих профилей выборки испытуемых.

Исходя из анализа профилей обеих выборок в независимости от разделения профилей по гендерному признаку, общий эмоциональный фон экспериментальной группы (Respon) по сравнению с контрольной (Fertil), можно охарактеризовать напротив стабильным фоном настроения, стремлением к доминированию в коллективе и высокой мотивацией к достижению успеха.

Далее в ходе исследования групп при помощи методики СМИЛ нами были составлены профили, данные которых, мы приводим ниже. Для удобства представленные профили мы разделили на мужской и женский варианты по каждой выборке.

Шкалы

L

F

K

1

2

3

4

5

6

7

8

9

0

Т-баллы

38

57

51

55

69

55

58

50

73

62

68

49

57




РРисунок 2. Мужской профиль группы Respon.

В данном профиле присутствуют: стремление проявить полную откровенность; стенический тип реагирования, ограничена социальная активность; избегание ситуаций, грозящих не успехом, уход от конфронтации, интровертный, сенситивно-индивидуалистический тип реагирования; стиль общения сдержанный; в момент возникновения стрессовой ситуации могут усилиться тормозимые тенденции и стремление к ограничению; ограничительное поведение, сужаю­щее диапазон активности, уход в мир субъективно значимых интересов; впечатлительность, неудовлетворенность, своеобразие высказываний и поступков, пессимизм в оценке своих перспектив; возможным тип дезадаптации может являться депрессивная реакция.

Шкалы

L

F

K

1

2

3

4

5

6

7

8

9

0

Т-баллы

36

57

56

49

68

60

60

65

70

68

67

59

68

Рисунок 3. Женский профиль группы Respon.

Женский профиль экспериментальной группы выявил: акцентуацию по неврастеническому типу;активность снижена в связи с неблагоприятной ситуацией; избегание ситуаций, грозящих не­успехом; неустойчивый баланс между стремлением к сохранению контактов с окружением и утверждением своих позиций; сниженный фон настроения, повышенная тревожность; настроение легко улучшается при благоприятном стечении обстоятельств; тип реагирования сенситивно-индивидуалистический, а также тревожно-мнительный и интровертный (обращенность в мир внут­ренних переживаний); отказ от удовлетворения своих интересов ради дру­гих при достаточно выраженной амбициозности; женственный стиль межличностного поведения сочетается с определенной непокорностью; тормозимые тенденции и неуверенность блокировка действий, резкое снижение настроения и жизненного тонуса, реакция тревоги и чувство страха сочетаются с импульсивностью и склонностью к рискованным поступкам, а также с элементами демонстративности; уход от реальных проблем; повышенная рефлексивность, тенденция к преувеличению имеющих­ся проблем; ведущие потребности проявляются в глубокой и постоянной привязанности, в понимании и сочувствии, в ограничении контактов и избегании кон­фликтов; присутствует чувство несчастливости, болезненный самоана­лиз; депрессивная реакция, периоды ак­тивности сменяются повышенной усталостью и другими неврастени­ческими проявлениями.

Шкалы

L

F

K

1

2

3

4

5

6

7

8

9

0

Т-баллы

49

59

45

45

42

46

74

44

73

52

69

66

44

Рисунок 4. Мужской профиль группы Fertil

По результатам тестирования контрольной группы (Fertil) мужской профиль выглядит как акцентуированный по гиперстеническому типу; независимость в отстаивании своего мнения; проекция собственной недоверчивости и агрес­сивности на окружающих; отрицание трудностей, позитивная самооценка; стремление к доминированию, настойчи­вость в преодолении сопротивления окружающих, выраженные муж­ские черты, пренебрежение к общепринятым нормам, склонность к риску.

Шкалы

L

F

K

1

2

3

4

5

6

7

8

9

0

Т-баллы

57

59

56

47

43

47

58

68

57

50

47

59

57

Рисунок 5. Женский профиль группы Fertil

Женский профиль контрольной группы (Fertil) представляет собой следующие параметры: стенический тип реагиро­вания; эгоцентричность; прагматичная реакция на стресс; рациональный тип восприятия; затрудненная полоролевая адап­тация.

Для выявления и оценки невротических состояний мы использовали «Клинический опросник для выявления и оценки невротических состояний». Приведем ниже некоторые, наиболее значимые результаты исследования.

Таблица №1

Среднегрупповые результаты по опроснику для выявления оценки невротических состояний


Шкалы

Группа Respon

Группа Fertil

Тревога

1,8

0,7

Невротическая депрессия

1,6

- 1,3

Астения

1,4

0,9

Истерический тип реагирования

2

- 1,4

Обсессивно-фобические нарушения (навязчивости)

0,8

- 1,25

Вегетативные нарушения

1,2

1,1


В контрольной группе Fertil показатели испытуемых по всем шкалам находятся в зоне здоровья за исключением шкалы «Обсессивные нарушения», по которой, тем не менее, показатели находятся в промежуточной зоне, ближе к зоне здоровья.

Что касается показателей испытуемых из экспериментальной группы Respon, то по трем из шести клинических симптомов, а именно «невротическая депрессия», «истерия» и «обсессивно-фобиче­ские нарушения» показатели находятся в зоне неустойчивой психической адаптации, что свидетельствует об определенной степени невротизации испытуемых. По результатам вычисления t-критерия Стьюдента разница в значениях по данным шкалам в группах испытуемых является статистически значимой (p=0,01).

Совокупность данных синдромов можно охарактеризовать следующими проявлениями. Бесплодие испытуемых приводит последних к вегетативным нарушения: у испытуемых возможно появление сердцебиения, повышенной потливости, похолодания конечностей, нарушение сна и аппетита. При даль­нейшем развитии данных синдромов возможно появление сомато-вегетатив­ных заболеваний, таких как язвенная болезнь желудка, гастриты и т. д. Сочета­ние данной симптоматики с обсессисно-фобической тенденцией приво­дит к появлению навязчивых состояний, чувству паники (в перспективе к паническим атакам), апатии, бессилия и истощенности, иррациональ­ным страхам, а так же различным родам защитного ритуального поведения. Наличие симптома «невротическая депрессия» следует интерпретировать как заниженный эмоциональный фон, а так же снижение общей энергетики и работоспособности. Безусловно, что данные симптомы наблюдаются у большинства испытуе­мых не все вместе, однако выявленная картина составляет достаточно неблаго­приятный прогноз.

Полученные результаты были дополнены опросником-самоотчетом «Шкала самооценки депрессии Цунга». Шкала Цунга предназначена для самооценки депрессии. Представим ниже средние значения уровня депрессии и среднеквадратичного отклонения обеих группах, а так же значение t-критерия Стьюдента.

Таблица №2

Среднегрупповые результаты по «Шкале самооценки депрессии Цунга»

Группа

Среднее

Интерпретация

T

Respon

57,2

Лёгкая депрессия

3,3

(p0.01=2,76)

Fertil

45,3

Отсутствие депрессии

Как видим, представители экспериментальной группы Respon демонстрируют отличительно более высокие значения по данной методике, а именно, можно говорить о выраженном легком уровне депрессии в данной группе, в то время как в контрольной группе Fertil данный показатель находятся в пределах нормы. Полученные различия так же подтверждаются вычислением критерия Стьюдента.

Для изучения содержательных характеристик идентичности личности мы использовали тест М. Куна, Т. МакПартленда «Кто Я?» [5]. Вопрос «Кто Я?» напрямую связан с характеристиками собственного восприятия человеком самого себя, то есть с его образом «Я» или Я-концепцией. Качественный анализ особенностей образа «Я» испытуемых обеих групп позволяет сделать следующие выводы:

  • образ «Я» бесплодных является более негативно окрашенным, что проявляется в более частом выборе соответствующих самохарактеристик;

  • в то же время нельзя называть данный образ полностью негативным, так как положительные характеристики так же получают определенное количество выборов. Можно так же охарактеризовать полученную картину как внутренне противоречивую, рассогласованную.

  • образ «Я» испытуемых, имеющих детей, можно назвать более положительным и более внутренне согласованным, что проявляется в устойчиво большем количестве положительных выборов.

  • степень дифференцированности образов «Я» представителей обеих групп можно охарактеризовать как достаточно высокую и примерно одинако­вую, то есть для описания себя испытуемые обеих групп используют достаточно большое количество характери­стик.

По шкале «Субъективного благополучия» представители экспериментальной группы Respon набрали в среднем 6,2 стена, что говорит о наличии определенных личностных нарушений; серьезные проблемы у таких испытуемых отсутствуют, но и о полном эмоциональном комфорте говорить нельзя. Испытуемые из контрольной группы Fertil по данной методике продемонстрировали достаточно положительную картину. Среднее значение по данной методике равно 40,1 первичных баллов или 3 стена, что соответствует значению, немного превышающему средний результат по методике, и говорит о достаточно низкой выраженности качества, выявляемых методикой: испытуемые с умеренным субъективным благополучием, серьезные проблемы у них отсутствуют, но и о полном эмоциональном комфорте говорить нельзя.Различия между группами испытуемых являются статистически значимыми при p=0,05.

Исследования по методике «Удовлетворенность браком» показали, что из всех испытуемых нет ни одного, кто был бы отчетливо неудовлетворен своим браком. Однако, в среднем показатели удовлетворенности испытуемых из группы Fertil являются более низкими, отстоящие от показателей испытуемых из группы на одну категорию;

«Частичная удовлетворенность» и «Значительная удовлетворенность», промежуточная категория — «Скорее удовлетворенность, чем неудовлетворенность». Полученные данные, таким образом, подтверждают существенное значение наличия детей для благополучного существования брака и, соответственно, негативную роль их отсутствия как фактора, снижающего уровень удовлетворенности браком.Различия между группами являются статистически значимыми и, таким образом, подтверждают существенное значение наличия детей для благополучного существования брака и, соответственно, негативную роль их отсутствия как фактора, снижающего уровень удовлетворенности браком.

Таким образом, подводя итоги проведенного исследования, можно сделать однозначные выводы об особенностях индивидуально-психологического и социально-психологического статуса испытуемых, страдающих бесплодием. Статистически достоверно нами было получено, что бесплодные испытуемые отличаются наличием ряда невротических симптомов умеренной степени выраженности, однако их комплексный характер позволяет выразить опасение усиления данных неблагоприятных тенденций в будущем в случае отсутствия проблем с бесплодием. Выявленные невротичные симптомы сочетаются так же с умеренным уровнем депрессии, что говорит о пониженном эмоциональном фоне испытуемых, снижении энергетики и общего самочувствия.

Эмоциональное неблагополучие бесплодных испытуемых сочетается с достаточно негативным самовосприятием, негативно-противоречивым образом Я, наличием самообвинительных тенденций, а так же общим субъективным неблагополучием.

Кроме того, бесплодие и сопутствующие ему неблагоприятные психологические особенности негативно сказываются на уровне удовлетворенности семейной жизнью испытуемых.

Литература:
  1. Бодалев А.А., Столин В.В. Общая психодиагностика. — СПб.: 2003.

  2. Кулаков, В.И. Практическая гинекология (Клинические лекции)/ Под ред. акад. РАМН В.И. Кулакова и проф. В.Н. Прилепской. М.: «МЕДпресс-информ», 2001. 298-318, 366-382, 401-410,410-417.

  3. М.Кун, Т.Макпартленд; модификация Т.В.Румянцевой / Румянцева Т.В. Психологическое консультирование: диагностика отношений в паре – СПб., 2006. С.82-103.

  4. Пепперел Р.Дж., Хадсон Б., Вуд К. Бесплодный брак. – М.: Медицина, 1986. – 336 с.

  5. Плигин, А.А. Руководство к курсу НЛП-Практик. М.: КСП+, 2000.-46-63.), 6. Пшеничникова Т.Я., Сухих Г.Т. Бесплодный брак. Акушерство и гинекология, 1994; 4: 57-3.

  6. Руководство ВОЗ по стандартизованному обследованию и диагностике бесплодных супружеских пар / пер. с англ. Р.А. Нерсеяна. — 4-е издание. — М.: Изд-во «МедПресс», 1997.

  7. Сидоренко Е.В. Методы математической обработки в психологии. — Спб.:, 1996.

  8. Собчик Л.Н. СМИЛ. Стандартизированный многофакторный метод исследования. – СПб.: Речь, 2003. – 219 с.

  9. Соколова М.В. (автор адаптации) Шкала субъективного благополучия. 2-е изд. – Ярославль: НПЦ «Психодиагностика», 1996.

  10. Столин В.В., Романова Т.Л., Бутенко Г.П. Опросник удовлетворенности браком // Вестник Московского ун-та. Сер.14. Психология. - 1984. - №2. - С. 54 - 61.

  11. Филиппова, Г.Г. Психология материнства. М.: Изд-во Института Психотерапии, 2002

  12. Хейфец С.Н. Бесплодие эндокринного происхождения у женщин.– М.: Медицина, 1970.– 190 с.

  13. Яхин К.К., Менделевич Д.М. Клинический опросник для выявления и оценки невротических состояний / Клиническая и медицинская психология: Практическое руководство. М., 1998. C.545–552.

  14. WHO manual for the standardized investigation and diagnosis of infertile couple, Cambrige University Press, 1993

  15. Zung W. W. K., Durham N. C., A self-rating depressionscalle.Arch Gen Psychiatry.1965; 12: 63-70

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle