Библиографическое описание:

Пыжова О. В., Гузь В. О., Балковая А. К. Влияние семейной депривации на формирование у несовершеннолетних отклоняющих форм поведения [Текст] // Современная психология: материалы IV междунар. науч. конф. (г. Казань, октябрь 2016 г.). — Казань: Бук, 2016. — С. 22-26.



Семья является необходимой средой для развития и воспитания ребенка. Извечный философский вопрос: «Что необходимо ребенку для его нормального роста и развития?» Оказывается, множество всего: это и нескрываемая радость родителей при его рождении, и вовремя спетая колыбельная песня, это любимая игрушка в кроватке и улыбка близких людей, возможность двигаться, и отсутствие опасения, и … много чего ещё. Кажется, что это мелочи, но вот парадокс: если лишить человека этих «мелочей» — изменится его судьба! Складывающаяся в стране последние годы социальная ситуация с одной стороны создавала серьезные трудности для семьи, особенно многодетной, а с другой — сопровождалась несомненным ростом отклонений у несовершеннолетних, включая возрастание девиантные и аддиктивные формы поведения.

Большинство исследователей выделяют эмоциональную, сенсорную и социальную депривацию. Именно потому, что семья в воспитании ребенка играет основную, долговременную и важнейшую роль как один из типов социальной депривации следует выделять семейную депривацию.

Термин “депривация” активно используется в психологической литературе последних лет. Однако в определении содержания этого понятия отсутствует единство.

А. М. Прихожан, Н. Н. Толстых рассматривают депривацию как “лишение или ограничение возможностей удовлетворения жизненно важных потребностей”. “Симптоматика психической депривации может охарактеризовать весь спектр возможных нарушений: от легких странностей, не выходящих за рамки нормальной эмоциональной картины, до очень грубых поражений развития интеллекта и личности”.

Депривация — это недостаток, дефицит, ограниченность каких-то средств, условий, предметов для удовлетворения каких-либо потребностей личности, в результате возникают различные отрицательные психические состояния, вплоть до депрессии [3]. Материнская и семейная депривация — недостаточность материнского тепла и эмоционального резонанса в общении с ребёнком, отсутствие родителей/матери (истинное сиротство) или отсутствие семьи при живых родителях (социальное сиротство).

Проблемами депривации занимались и занимаются многие зарубежные и российские психологи и психиаторы. В. М. Шумаков, Г. В. Скобло и Т. М. Сокольская, 1986 и A. Pound, C. Puckering, 1988, показали, что ведущим фактором риска, предрасполагающим к раннему формированию психических и поведенческих отклонений является не только материнская депривация, но и дезадаптация родительских семей у больных детей в целом. Необходимо четко ориентироваться в таких базовых понятиях как здоровая семья, конфликтная семья, асоциальная семья, распавшаяся семья.

Для здоровой семьи характерна сильная родительская позиция с ясными семейными правилами; гибкие, открытые взаимоотношения между младшими и старшими членами семьи, с эмоционально теплые связи между поколениями. Опору семьи создают взаимно солидарные и поддерживающие друг друга родители. Они же обеспечивают и чувство безопасности для своих детей.

Для конфликтной семьи — характерны «запутанные отношения» между членами семьи, который находится на периферии семейного поля; семья с разъединенными, конфликтно существующими родителями; семья с неприязнью между отдельными членами семьи, старшим и средним поколениями, между родственниками по материнской и отцовской линиям. В такой семье у членов семьи зачастую наблюдаются проблемы с алкоголем; особенно у женщин, часто встречаются психосоматические, т. е. связанные с психогенными причинами, нарушения со стороны соматического здоровья, поэтому могут отмечаться «хронические, трудно излечимые заболевания», вина за которые перекладывается на членов семьи, в том числе детей. Общение взрослых и детей в такой семье находится на низком уровне, в нем отсутствуют забота, радость от общения. В отношениях доминируют разъединение, неприязнь и взаимное перекладывание вины; нежелание членов семьи обсуждать внутрисемейные проблемы, поэтому семья активно избегает поддержки со стороны психолога, служб социальной защиты, просто соседей; по отношению к семейным проблемам легко возникают состояниями тревоги и паники; часто наблюдается тенденция разрешать возникающие проблемы на эмоциональном уровне.

В конфликтной или дисгармоничной семье проявляется несоответствие между словами и действиями. Дети испытывают тревогу перед неопределенностью будущего, они могут тяготиться домом, подолгу задерживаются вне его. Нередко дети проецируют причину ссор на себя, что приводит к формированию заниженной самооценки. Еще более тревожной является ситуация, когда при семейном разладе дети начинают выступать с одним из родителей против другого. Ребенок становится дезориентированным в выборе эмоциональных отношений и это надолго определяет его последующие установки.

Для распавшейся семьи характерно соединение неприязненных отношений с застывшими, уходящими в прошлое конфликтами. Достаточно часто такая ситуация усложняется тем, что члены «распавшейся семьи» вынуждены по-прежнему проживать совместно, что усугубляет конфликтность и делает отношения патологически зависимыми. Типична ситуация, когда, подросток приходит с запахом алкоголя или признаками наркотического опьянения, мать звонит отдельно живущему супругу и требует от него вмешательства. Не исключено, что за этим стоит неосознаваемое подростком желание восстановить распавшиеся родительские отношения. Во многих случаях можно наблюдать, что дети и подростки могут прибегать к использованию алкоголя или наркотиков для своеобразного «шантажа» и демонстрации своих ожиданий от взрослых. При этом они, как правило, не осознают, что таким образом лишь пытаются изменить конфликтную семейную ситуацию.

Для асоциальной семьи с наркологическими проблемами и противоправным поведением членов семьи характерны: сочетание затяжных, конфликтных внутрисемейных отношений с криминальной и наркологической отягощенностью. Дети, проживающие в такой семье, испытывают различные формы давления: разъединенность и эмоциональное отвержение со стороны родителей, заброшенность и насилие, чувство вины и стыда за поведение других членов семьи, например, пьющих родителей. Они вынуждены соизмерять свое поведение и свои отношения с «двойным стандартом правил» — аморальным, как нормой поведения внутри своей семьи и моральными требованиями, определенными правилами поведения вне семьи — в школе, в общении с другими.

Утверждение, что воспитание в детских учреждениях и разлука с родителями вызывают нередко серьезные нарушения в развитии ребенка, привело к некоторым преувеличенным заключениям. Воспитание в детских учреждениях сразу превратилось в модель депривационной ситуации, тогда как семейное воспитание было провозглашено единственной надежной защитой от депривации. Это выражал лозунг: «Лучше плохая семья, чем наилучшее детское учреждение!»

Многолетний опыт ни у кого не оставляет сомнений в том, что многие дети растут в столь плохих семейных условиях, что под угрозой находится не только их воспитание, но прямо их жизнь. Практика, нашедшая распространение под впечатлением исследований о психической депривации, приводила часто к тому, что детей оставляли в неблагополучных семья. Причём цель всех социальных устремлений усматривалась в сохранении — и это при любых условиях — целости семьи. Так как надзор за семьей лишь в редких случаях являлся достаточно последовательным, то дети в течение целого ряда лет оставались в совершенно неудовлетворительной среде. Каждый социальный работник может привести целый ряд случаев, когда дети из такой воспитательной среды, дети с задержкой в физическом и психическом развитии, начинают значительно лучше развиваться именно после помещения в детское учреждение. Таким образом, возникает вопрос: испытывает ли ребенок в семье и при каких условиях недостаточное удовлетворение своих основных психических потребностей.

Данный вопрос задавали все те, кто критически задумывался над первоначальной концепцией материнской депривации по Боулби. Причем они сообщают, что в среде семьи могут возникнуть условия, которые от условий в учреждениях существенным образом не отличаются. Ребенок может страдать в результате сепарации от матери, хотя он физически с ней и не разлучен (например, с депрессивной или с психопатически весьма холодной матерью).

В отдельных конкретных случаях в семьях можно установить как недостаточное обеспечение стимулами, так и нарушение связей, а также частые сепарации, причем трудно распознать, что воздействовало ранее и что позднее, что являлось решающим и что лишь побочным. Нельзя также забывать, что депривация в семье весьма часто предшествует депривации в детских учреждениях или становится ее продолжением. Кроме того, эмоциональная ситуация ребенка в семье, как правило, бывает значительно более сложной, чем в детском учреждении: позиции, занимаемые родителями в отношении детей, бывают и при неблагоприятных условиях более интенсивными, более глубоко обусловленными и более индивидуально дифференцированными, чем позиции, занимаемые воспитательницами в детских учреждениях.

Условия, при которых, может возникнуть неудовлетворение основных психических потребностей ребенка, т. е. может возникнуть депривация, возможно разделить приблизительно в две группы.

Во-первых, это такие обстоятельства, когда по внешним причинам в семье царит совершенный недостаток социально-эмоциональных стимулов, которые необходимы для здорового развития ребенка. Это имеет, место, например, при неполной семье (отсутствуют отец или мать), если родители преобладающую часть дня находятся вне дома, если экономическое или культурное состояние семьи настолько низко, что у ребенка отсутствует стимуляция для развития.

Во-вторых, имеются случаи, где данные стимулы, хотя объективно в семье и имеются, но для ребенка они недоступны, так как в отношениях воспитывающих его лиц, образовался определенный внутренний, психический барьер. Последний препятствует удовлетворению потребностей, хотя источник удовлетворения находится почти под рукой. Так это бывает в цельных семьях, нередко с весьма благоприятным общественным и культурным положением, где, однако, мать, а также отец и другие воспитывающие лица эмоционально совершенно безразличны, у них нет связи с ребенком, они ему не уделяют никакого внимания, лишь редко, когда за ним ухаживают, обращаются с ним лишь механически. Как это нами уже приводилось, обе указанные ситуации часто пересекаются: например, мать настолько занята, что она не успевает создать свои отношения с ребенком, отдавая весь свой интерес только своей профессии, она не использует даже и то ограниченное время, которое у нее фактически остается для ребенка; это может быть, далее, ребенок одинокой матери, у которого отсутствует отец и который страдает нередко от отвергающего отношения матери, переносящей на него свои чувства разочарования и горечи, возникающие из-за трудного общественного положения.

Подростки с повышенным риском проблем в развитии и поведении, со склонностью к злоупотреблению психоактивными веществами, с психическими расстройствами различного генеза нередко являются «болевой точкой» любой из перечисленных типов семьи. Несомненно, их больше в неблагополучных и асоциальных семьях. Но при этом семьи с «проблемными детьми» нередко выходят из всех слоев общества и, несмотря на это, их связывают общие трудности детей, доставляющих беспокойство.

К неправильным стилям семейного воспитания, с которыми непосредственно сталкиваются в своей практической деятельности педагоги и психологи относятся: гиперпротекция (доминирующая), гиперпротекция (потворствующая), воспитание с возложением на ребенка повышенной моральной ответственности, гипопротекция, неустойчивый стиль воспитания, эмоциональное отвержение, гипоопека и жестокое обращение.

Неустойчивый тип отличается наибольшим риском приобщения к алкоголю, употреблению миксов, спайсов и наркотиков. У таких воспитанников страдают волевые качества: они не способны к систематическому труду, поэтому учеба в школе для них в тягость. Им не под силу организовать даже собственный досуг, однако при этом имеется высокая потребность в получении удовольствия, развлечениях, которые не должны требовать интеллектуального напряжения. Больше всего их привлекают уличные компании. Они легко втягиваются в совершение антисоциальных действий под влиянием авторитетного для них окружения.

Гипертимный тип с детства стремятся командовать сверстниками, склонны к озорству. Первые трудности в школе возникают вследствие неусидчивости, недисциплинированности и неаккуратности. Они не переносят условий регламентации поведения. В подростковом возрасте стремятся освободиться от контроля и опеки (реакции эмансипации). Круг интересов может быть широкий, но неустойчивый. В неформальных группах они «заводилы». Склонны к злоупотреблению алкоголем, психоактивных веществ. У них повышенный интерес ко всему новому — отсюда нередко случается наркотизация из любопытства.

Демонстративный тип отличается повышенной потребностью в признании окружающих. Они эгоистичны, требовательны в отношении удовлетворения своих притязаний, склонны к преувеличению своих способностей в глазах окружающих. Претендуют на лидерство, но не имеют для этого способностей. Самое большое наказание для такого подростка — лишить его внимания окружающих. Если не удается привлечь к себе внимание социально одобряемым способом, то они могут сделать это при помощи нелепых или заведомо неправдоподобных рассказов о себе.

Возбудимый (взрывчатый) тип характеризуется сильными влечениями и эмоциями, которые нередко проявляются т. н. «эффектом парового котла». Нередко с раннего детства отмечаются черты жестокости: мучают животных, с наслаждением издеваются над теми, кто слабее. Часто нуждаются в разрядке отрицательных эмоций с разрушительными действиями. В младшем возрасте склонны к употреблению одурманивающих средств (бензин, клей).

Нетрудно заметить, что личностная деформация укладывается в классические описания акцентуаций характера К. Леонгарда и сродни расстройствам личности (психопатиям) П. Б. Ганнушкина. Следовательно, отмечается воздействие двух факторов на формирование девиаций в поведении несовершеннолетнего.

Первый из них следует рассматривать как биологический фактор, определяющий в силу наследственной отягощенности, определенный риск психических и поведенческих расстройств у детей. Собственно психические расстройства, чаще это алкоголизм родителей и ближайших родственников, отмечены в абсолютном большинстве семей воспитанников, преимущественно это алкоголизм родителей и ближайших родственников.

Второй фактор следует рассматривать по своему воздействию как психосоциальный, потому что он определяет высокий уровень нарушений психосоциального семейного окружения детей.

Из всего вышеизложенного можно сделать вывод: признаками семейной депривации являются неблагоприятные условия проживания ребёнка в семье и педагогическая несостоятельность родителей. Депривация в семье приводит к деформации эмоциональной и социальной сфер личности. В эмоциональной сфере семейная депривация проявляется в виде дезорганизующих эмоциональных реакций, в их агрессивности, негативизме, фрустрированности, тревожности; в социальной сфере — в высоком уровне социальной дезадаптации (асоциальности, враждебности ко взрослым, депрессии).

Депривированный ребенок воспринимает окружающий мир как враждебный, а других людей, — как способных причинить ему боль.

Психическая депривация приводит к развитию у ребенка ощущения собственной беспомощности, безнадежности и потере чувства собственного достоинства и значимости.

Для нормального развития формирования личности и психики ребенка перенесшего депривацию в семье, а также для его успешной социализации необходимо понимать причины, побуждающие его к отклоняющемуся поведению и уметь правильно на него реагировать. Доверие к миру у детей переживших депривацию в семье может возникнуть только через любовь и тепло, так необходимое каждому ребенку независимо от возраста.

Таким образом, основная причина безнадзорности и асоциального поведения несовершеннолетних выступает отягощенная психопатологическая наследственность и нарушения ранней социализации в форме деструктивной семьи в сочетании с неправильными воспитательными формами воздействия, а также применение антипедагогического влияния на ребенка, включая семейную депривацию.

Литература:

  1. Прихожан А. М., Толстых Н. Н. Психология сиротства. 2-е изд. — СПб.: Питер, 2005. — (Серия «Детскому психологу»)
  2. Заика Е. В., Крейдун Н. П., Ячина А. С. Психологические характеристики личности подростка с отклоняющимся поведением // Вопросы психологии.-1990.
  3. Лангмейер Й., Матейчик З. Психическая депривация в детском возрасте. — Прага: Авиценум, 1984.
  4. Дети с отклоняющимся поведением / Под ред. В. С. Мухиной — М., 1989.
  5. Кондрашенко В. Г. Девиантное поведение подростков: социально-психологические и психиатрические аспекты. Минск, 1988.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle