Библиографическое описание:

Османова Н. М. Основные факторы и направления в социально-психологической теории правового и морального самосознания [Текст] // Психология в России и за рубежом: материалы III междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, июль 2016 г.). — СПб.: Свое издательство, 2016. — С. 11-14.



Разными школами и направлениями в зарубежной и отечественной психологии различная роль отводится таким основным факторам в развитии и функционировании морального и правового сознания, как врожденные особенности; внешние условия (прежде всего, социально-экономические); внутренняя позиция самого человека. Если рассматривать основные парадигмы исследования нравственного сознания, то их относительно немного, по сравнениями с теориями правового сознания.

Антрополого-биологическая модель. Крупный вклад в это направление внес Ч. Ломброзо, итальянский врач-психиатр, основавший целую школу анализа личности, известную теперь как «позитивистская». Однако, его попытки объяснения преступности антропометрическими показателями в настоящее время в большинстве своем не подтверждаются.

Проблема в данной модели не только в реальности, а в восприятии — насколько действенны стереотипы восприятия правового сознания, в том числе подозреваемых. Так, Н.Д, Финкель полагает, что немаловажное значение имеют прототипы (стереотипы) в обыденном правовом сознании. В частности, подозреваемый может быть похож на преступника, что делает его преступником в глазах субъекта оценки. Или стереотипной категоризации подвергаются свидетельства, на их основе преступления расцениваются (или не расцениваются) как преступления, и далее относятся к определенному типу.

ПсихоанализЗ. Фрейда также связывает мораль и преступления с глубоко личностными причинами: характером, темпераментом, инстинктивными стремлениями к разрушению и т. д. Соответственно, на методологическую ограниченность многих современных исследований правосознания указывает М. В. Гладких [2, с.181]. По мнению автора, следует признать для понимания правосознания и мотивации человеческих поступков значительную роль в этих процессах эмоциональной, а также иррациональной, интуитивной, динамичной бессознательной деятельности; только вместе они представляют целостную картину психической жизни. Однако, помимо предложения признать важность и исследовать должным образом, автор ничего более не предлагает. Конкретные методики не приводятся, только рекомендации — использовать в качестве основы психоаналитическую теорию. Психоанализ не однороден в понимании нравственности. З. Фрейд считал, что нравственность по сути — внешняя сила, чуждая человеку, и нравственность — это замена принципа удовольствия реальностью, подавление инстинктов. Сторонники психоанализа, однако, часто приводят иные основание развития нравственности.

Интуиция. Сложную структуру правового сознания предлагает А. В. Смоленцев [8, с.188], у которого правовая совесть — это интуитивный компонент правового чувства (естественно-правовой), тогда как второй компонент — официальный (позитивно-правовой). Интуитивный компонент является ведущим в структуре правового чувства, и играет роль содержания; в нем нет ссылок на внешний авторитет и законы, как в официальном компоненте. Развитое правовое чувство, считает автор, носит иррационально-рациональный характер, в основе которого — правовая совесть, которая частично биологически унаследована, отчасти — результат нравственных норм культуры. Понятием «правовой совести» оперирует также А. А. Жигулин [5, С. 29–37]. Это нечто вроде интуитивного понимания, стремления к справедливому жизненному, нравственному праву. Помимо правовой совести характерной чертой, особенностью юридической психологии является наличие в ней интуитивных правовых догадок, прозрений, мгновенного правового инсайта, который лежит в бессознательной сфере человеческой психики, на подсознательном уровне правового сознания. Инсайт как психологический феномен представляет собой внезапное целостное, системное «схватывание», понимание сущности вопроса.

Правовые эмоции (как элемент правового сознания) человека, в трактовке автора, выражаются в его переживаниях по поводу права, вновь изданного закона, нормативного акта, правотворческой, правоприменительной, правоохранительной деятельности государственных органов, существующих преступности, правонарушений и системы борьбы с ними и т. п. Такие переживания выступают в виде удовлетворенности или негодования, возмущения, удовольствия или недовольства. Вследствие этого правовые эмоции оказывают существенное влияние на юридическое «лицо» общества, ибо само регулирующее воздействие правосознания обязательно предполагает включенность в данный процесс правовых чувств, настроений, аффектов, переживаний личности.

Правовую волю выделяет также в ресурсном «наборе» правового сознания А. А. Жигулин. Она тормозит «сползание» правосознания в «яму» юридического нигилизма и маргинальности. Иной компонент правосознания — правовой долг, который представляет собой строгое внутреннее предписание для лица не переходить рамки возможного и дозволенного законом. Таким образом, полагает А. А. Жигулин [5, С. 29–37], сложно структурированный слой правосознания объединяет в себе духовный комплекс чувств, настроений, эмоций, переживаний, иллюзий, воли, воображения, совести, интуиции, психологических стереотипов правового поведения. Автор явно делает акцент на полностью или частично не осознаваемых субъектом права психологических явлениях и механизмах оценки права, хотя и не пользуется психоаналитической теорией. При этом практически не включены в состав правового сознания когнитивные компоненты, такие как оценки, знания, представления и т. д.

Бихевиоризм.Вбихевиоризме точка зрения на природу сознания (в том числе правового) иная, хотя не отрицается роль физиологических факторов. В частности, Э. Торндайк [9, С. 9–248] полагает, что наше поведение влияет на наши чувства более, чем чувства влияют на поведение. Изречения: «Поступайте с нашим ближним так, как бы вы хотели, чтобы он поступал с вами, и вы полюбите его», так же верно, как верно и другое: «Любите вашего ближнего, как самого себя, и вы будете поступать правильно относительно него», говорят бихевиористы.

Наблюдение как метод используется редко, и также редко приводится как рекомендуемое средство для диагностики, обычно для оценки дошкольников и младших школьников, когда методы самооценки недоступны. Вероятно, это объясняется трудоемкостью метода, а также сложностью проведения наблюдения, интерпретации, необходимостью определенной квалификации исследователя. Тем не менее, исследования такого рода проводятся. Так, П. Ф. Чекина [10, с.107] исследовала дошкольников, одновременно фиксируя вербальное поведение и реальное поведение; основной критерий нравственной воспитанности — сочувствие и сопереживание. Существуют детально разработанные схемы для оценки и самооценки нравственного развития школьников. Т. П. Грибоедова [4, с. 64] предлагает схему, в которой по шкалам следует оценить отдельного человека, например, от «может чувствовать состояние героев литературных произведений, сопереживать им» до «безразличен к событиям, происходящим в литературных произведениях, воспринимает только общую сюжетную линию». Оценивается отношение к природе, искусству, труду, младшим, сверстникам, себе и старшим.

Когнитивный подход. С одной стороны, в эту концепцию включается модель правового сознания как знания и мнения о праве. Исследования, выполненные в рамках данной методологии, прежде всего, направлены на знания о праве, и используются своего рода «тесты достижений», в которых оценивается уровень информированности. С другой стороны, часто исследуется уровень развития правовых понятий и концепций. Например, предлагается дать определение понятиям «право», «закон», соотнести их. Или, задания на информированность предполагают знание таких фактов, как форма государственного устройства, возраст вступления в права и обязанности, срок исковой давности и т. д. В моральной сфере такой подход также иногда применяется. Например, в работе А. М. Аджиевой некоторые вопросы направлены на диагностику знаний относительно этикетных форм поведения, в открытой форме предлагается вопрос, например: «Застольный этикет предусматривает …» [1, с. 198.] Когнитивный подход к правовому и особенно моральному сознанию, с другой стороны, обычно понимается как прямая связь между развитием интеллекта и правовыми (моральными) суждениями [6, с. 160].

Личностные характеристики. Проблема собственно научная также в том, что, вероятно, на правовое сознание могут влиять отдельные черты личности по Р. Б. Кэттеллу. Так, прежде всего это фактор G — «совестливость — недобросовестность», который характеризует «совестливых» как ответственных, обязательных, порядочных, тогда как их противоположность характеризуются как эгоисты, способные на обман, презрительно относящиеся к моральным ценностям. Это также, вероятно, фактор Q3 — «контроль желаний — импульсивность», которые характеризует степень осознания и осведомленности социальных требований (в отличие от G, который описывает скорее отношение), но также и принципы индивида относительно общественных норм и моральных требований.

Социологический подход. В рассмотренных выше психологических теориях утверждается, что на основе индивидуального морального сознания и правосознания вырабатывается отношение каждого человека к нормам, на основе отношения совершаются отдельные поступки или нарушается правопорядок (субъектом является индивид). Но такой подход может вызвать возражения. Так, Е. О. Голынчик [3, с. 108–116] считает, что субъектом представлений о справедливости (в правосознании в частности) является социальная группа, которая вырабатывает, конструирует эти представления в соответствии с приоритетными для нее ценностями, нормами, обычаями и традициями. При этом общие принципы, преломляясь через особенности группы, ее менталитета, приобретают свою специфику и преобразуются в некоторые упрощенные житейские представления; они рассматриваются как разновидность социальных представлений. Соответственно, эта методология предполагает исследование специфики отношений к праву разных социальных групп.

Таким образом, индивидуальное поведение складывается под сильным влиянием как непосредственного взаимодействия в своей группе, так и под влиянием представителей других групп, на которых человек почти незаметно как бы проверяет себя, тем самым формируя свои воззрения и свой образ действии. Социология морали в мозаичности субкультур видит иную проблему — отсутствие идентичности. Человек не определяется в морали, а избегает всякой идентичности с группой и ее моралью, становится «социальным туристом». Соответственно, методология исследований в социологическом подходе предполагает особый интерес к социологии права и морали, причем в самом широком контексте. Социология морали, например, предполагает изучение морали в связи с системой общественных отношений в целом и отдельными ее компонентами — с экономическими, политическими и правовыми особенностями общества.

Литература:

  1. Аджиева А. М. Формирование духовно-нравственных качеств личности старшеклассников на основе морально-этических традиций горских народов Северного Кавказа: Дис. … канд. пед. наук. — Карачаевск, 2006. — 198 с.
  2. Гладких М. В. Понятие индивидуального правосознания в свете психоаналитической теории: Дис. … канд. юр. наук. — Ставрополь, 2004. — 181 с.
  3. Голынчик Е. О. Социальные представления о справедливости // Мир психологии. — 2004. — № 3. — С. 108–116
  4. Грибоедова Т. П. Нравственное развитие личности школьника: подходы к диагностике. — Новокузнецк: ИПК, 2001. — 64 с.
  5. Жигулин А. А. Психологические аспекты правосознания // Научно-исследовательские публикации. — 2014. — № 2. — С. 29–37.
  6. Лидак М. В. Регулятивная функция современного правосознания. Монография. — Пятигорск — Минеральные Воды: ПГЛУ — МВФ МОСА, 2011. — 160 с.
  7. Морозова Е. А. Особенности морального развития личности молодежи в условиях разных образовательных сред: монография. — Самара: СамГУПС, 2012. — 180 с.
  8. Смоленцев А. В. Правовое чувство: Дис. … канд. юр. наук. — Нижний Новгород, 1999. — 188 с.
  9. Торндайк Э. Принципы обучения, основанные на психологии: Пер с англ. // Основные направления психологии в классических трудах. Бихевиориизм. — М.: АСТ-ЛТД, 1988. — С. 9–248.
  10. Чекина Л. Ф. Психолого-педагогическая диагностика нравственного развития детей и подростков: учебное пособие. — Тольятти: Кассандра, 2013. — 170 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle