Библиографическое описание:

Ким М. С. Целевой прием в медицинских вузах России [Текст] // Вопросы политической науки: материалы II междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, июль 2016 г.). — СПб.: Свое издательство, 2016. — С. 18-21.



Ключевые слова: социальная политика государства, система здравоохранения, целевой прием, договор на целевое обучение, социологический опрос

Система здравоохранения играет ключевую роль в национальной безопасности страны, обеспечивая здоровье населения [12, с.5]. Однако в последние два десятилетия в России наблюдается серьезный дефицит кадров [1, 8, 11]. Например, медицинские учреждения Пермского края укомплектованы персоналом только на 61,4 % [10].

Для решения данного вопроса правительство России предпринимает ряд мер. Среди них есть как традиционные, так и новаторские способы решения проблемы. К первым относятся такие меры, как расширение круга социальных льгот, индексация заработной платы медиков, целевая форма обучения в медицинских ВУЗах [2, 3]. Ко вторым — внедрение системы эффективного контракта [7], коммерциализация медицинских услуг [6], информатизация и автоматизации системы здравоохранения в целом [4, 9].

Целевое обучение — это возможность бесплатно учиться по направлению от предприятия или учреждения. Чтобы оформить целевое обучение, будущий студент должен заключить договор с государственным учреждением, которое дает ему направление на учебу, и вузом, в котором студент будет обучаться. По условиям договора оплату за обучение такого студента вносит организация или региональные органы власти. Студент, в свою очередь, после окончания ВУЗа обязан отработать в этой организации не менее 2–3-х лет. Если же студент решает расторгнуть договор, то он должен вернуть данной организации всю сумму средств, потраченных на его обучение [3, с. 684].

Целевой прием в Пермском крае является исправным «каналом поставки молодых специалистов в село» [10]. Однако далеко не все выпускники, обучающиеся по договору, спешат выполнить свои обязательства: 20–25 % из них просто не возвращаются домой [10]. Почему?

В ноябре-декабре 2015 года в рамках деятельности научной секции кафедры «истории Отечества, истории медицины, социологии и политологии» Пермского государственного медицинского университета имени академика Е. А. Вагнера автором статьи был проведен опрос в форме анонимного анкетирования, цель которого заключалась в выявлении отношения студентов-целевиков к целевому обучению.

В качестве респондентов выступили 62 человека (Таблицы 1,2).

Таблица 1

Участники опроса (в чел.)

1 курс

2 курс

3 курс

4 курс

6 курс

12

17

6

17

10

Таблица 2

Регион (в чел.)

Пермь иПермский край

Другие регионы

26

36

Каждый второй студент, поступивший на целевую форму обучения, имеет родственника-медика. Каждый третий мечтает о врачебной деятельности с детства (в основе которой лежит, прежде всего, стремление помочь ближнему человеку [5, c. 416]). Среди причин выбора профессии некоторые студенты также называют: «так пожелали родители», «не знали, какую профессию выбрать», «так получилось».

Про целевой набор участники опроса узнали из различных источников. Большинство респондентов — благодаря своим близким: родителям, друзья, знакомым (28 %). Не менее важную роль в распространении информации сыграли Интернет-ресурсы (54 %). Некоторое количество респондентов (15 %) узнало о существовании целевого набора благодаря подготовительным курсам в ПГМУ. Самым неэффективным источником оказалась ежегодная выставка «Образование и карьера» (3 %).

Более половины респондентов (61 %) приняли решение о заключении договора самостоятельно, подавляющее большинство родителей (97 %) отнеслись к решению своих детей положительно. Эти данные говорят об осознанности выбора будущей профессии и формы обучения со стороны многих респондентов.

Как правило, направление на целевое обучение респонденты получали либо из рук представителей администрации, либо непосредственно от медицинских учреждений.

Каждый третий респондент (31 %) изучил договор совместно со своими представителями (родителями, опекунами). Однако большая часть респондентов сделала это самостоятельно (63 %).

В сомнение при подписании договора пришли 34 % респондентов. Их интересовали следующие моменты: «какой точный размер выплат?» «Сколько длятся по времени условия договора?» «Где гарантия, что место действительно будет, ведь повсюду сокращения?» «Что делать, если изменится семейное положение», «если отчислят», «если не будет специальности, какой я хочу?» «Почему при подписании гарантировали жилье, а в договоре нет такого пункта?»

Почти все респонденты осведомлены о том, что при разрыве договора необходимо возместить в течение 6 месяцев расходы, связанные с предоставлением мер социальной поддержки, а также выплатить штраф в двукратном размере расходов. Большинство респондентов (90 %) знали об этом пункте договора. Возможно, такой высокий уровень осведомленности связан с тем, что этот пункт четко прописан в договоре.

Значительно меньшее количество респондентов осведомлено о том, что при разрыве договора студент может продолжать учиться на бюджетной основе. Вероятно, это связано с тем, что данный пункт не внесен в договор и не является общеизвестным и распространяемым фактом.

Почти каждый второй респондент, среди причин поступления на целевую форму обучения, обозначил низкий проходной балл и наличие социальных гарантий. Каждый третий респондент (35 %) выбрал целевой набор, потому что целевое обучение бесплатное. Также не маловажным фактором было предоставление общежития.

Каждый третий студент хотел бы разорвать договор на целевой обучение. Интересно отметить, что среди них больше представители других регионов (Свердловская область, Кировская область, республика Удмуртия)! Возможно, это говорит о более благоприятных условиях, существующих для молодых специалистов в Пермском крае.

Желание разорвать контракт возрастает со временем. Такое желание растет на 4-ом курсе и сохраняется в процентном соотношении вплоть до 6-го курса.

Причины разрыва договора разнообразны. Чуть более половины респондентов (55 %) хотят самостоятельно выбрать место работы. Не менее важными являются нежелание работать «простым» терапевтом и недовольство сроками действия договора (41 %). Серьезное возмущение (36 %) вызывает небольшой размер целевой стипендии и то обстоятельство, что в договоре не предусмотрена ординатура. Треть респондентов не устраивает будущая должность (27 %). Некоторые респонденты (14 %) уже нашли другое место работы.

Что может заставить целевиков изменить свое решение о разрыве договора? Более половины студентов назвали дополнительные денежные выплаты и прохождение ординатуры за счет организации (64 %), создание условий для карьерного роста (55 %), решение жилищного вопроса (50 %), изменение сроков действия договора (32 %).

Подводя итоги, нужно отметить следующие моменты. Во-первых, констатировать положительное отношение студентов к идее целевого обучения в целом. Во-вторых, признать, что для решения проблемы (отказа целевиков от исполнения договора) необходимо выполнить ряд требований: повысить заработную плату, решить жилищный вопрос, предоставить возможность обучения в ординатуре, смягчить сроки действия контракта.

Литература:

  1. Батенева Т. Проблему дефицита медиков надо решать деньгами // Российская газета [сайт]. URL: http://www.rg.ru/2013/04/16/vrachi.html (дата обращения: 12.02.2016).
  2. Детям медиков в России предлагают давать места в саду в первую очередь // РИА Новости [сайт]. URL: http://ria.ru/society/20150615/1071087688.html (дата обращения: 10.02.2016).
  3. Короткова М. Н. Социальная политика государства: о перспективах целевого приема в медицинских вузах России // Политика и общество. — 2016. — № 5. — С. 680–686.
  4. Короткова М. Н., Сухоева М. А. Политика государства в сфере здравоохранения: к вопросу об информатизации и автоматизации медицинских учреждений России на примере Пермского края // Политика и общество. — 2016. — № 1. — С. 90–96.
  5. Короткова М. Н., Таланова А. А. Об эффективности государственной политики в области донорства крови и ее компонентов // Молодой ученый. — 2015. — № 18. — С. 416–419.
  6. Короткова М. Н., Шпитько А. П., Коченков А. В. Отношение медицинского персонала к коммерциализации медицинских услуг // Актуальные вопросы общественных наук: социология, политология, философия, история. — 2015. — № 2. — С. 6–13.
  7. Кузьмин В. Правительство ищет пути преодоления дефицита кадров в здравоохранении // Российская газета [сайт]. URL: http://www.rg.ru/2013/04/12/medvedev.html (дата обращения: 12.02.2016).
  8. Невинная И. Почему выпускники медвузов не хотят работать по специальности // Российская газета [сайт]. URL: http://www.rg.ru/2013/09/12/mediki.html (дата обращения: 12.02.2016).
  9. Распоряжение Правительства РФ от 28.12.2009 N 2094-р «Об утверждении Стратегии социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона на период до 2025 года» // СПС КонсультантПлюс.
  10. Семенко К. Сельские миллионеры [сайт]. URL: http://www.rg.ru/2012/04/12/reg-pfo/perm-vrachi.html (дата обращения 10.02.2016).
  11. Скворцова: в российском здравоохранении не хватает 30 тысяч терапевтов // ТАСС [сайт]. URL: http://tass.ru/obschestvo/1974854 (дата обращения: 11.02.2016).
  12. Счетная палата Российской Федерации. О реализации государственной политики в сфере здравоохранения // Аналитический вестник. — 2013. — № 23. — С. 5–26.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle