Библиографическое описание:

Порческу Г. В. Оперативные единицы восприятия речи на разных лингвистических уровнях [Текст] // Филологические науки в России и за рубежом: материалы междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, февраль 2012 г.). — СПб.: Реноме, 2012. — С. 165-168.

Описание процесса восприятия речи, который не дан непосредственному наблюдению исследователя, возможно путем построения модели механизмов перцепции. При конструировании модели необходимо в первую очередь решить, что выступает в качестве оперативной единицы изучаемого процесса.

В большинстве психолингвистических исследований процессов восприятия принято говорить о единицах восприятия, в качестве которых выступают различные традиционные психолингвистические (лингвистические) единицы: от звука, слога, слова и до предложения и текста. Но могут ли они выступать в качестве оперативной единицы процесса перцепции.

Вычленение психолингвистических единиц, согласно А.А. Леонтьеву, это не регулируемая произвольным актом внимания, кажущаяся спонтанной, операция выделения опорных точек в речевой деятельности [11, с. 128—129]. Вычленение не связано с автоматизацией речевых действий; по-видимому, вычленимы те элементы речевой деятельности, которые соответствуют замкнутой системе команд в органы артикуляции — слог, слово, предложение. При этом А.А. Леонтьев утверждает, что если номенклатура осознаваемых элементов при вычленении задается структурой самого речевого механизма, то при высшей форме осознания мы можем задавать ее в известных пределах произвольно. Иными словами, от того, как мы организуем процесс свертывания и автоматизации речевых действий, зависит характер единиц, осознаваемых данным носителем языка. Например, любой взрослый носитель языка осознает морфемную структуру слова; но осознание эквивалента этой структуры в языковом сознании, может быть различным в зависимости от того, какая грамматическая модель была задана данному носителю языка при усвоении языка [10, с. 334].

А.А. Леонтьев подчеркивает, что восприятие речи — это чаще всего не первичное ознакомление с ее свойствами. Когда ознакомление произведено, то, в трактовке В. П. Зинченко, «возможно осуществление опознавательного (и репродуктивного) действия. Однако в этом случае опознавательное действие опирается на иную систему ориентиров и признаков... По мере ознакомления с объектом наблюдатель выделяет в нем новые признаки, группирует их, часть из первоначально выделенных признаков отсеивает...». Далее он (наблюдатель) объединяет отдельные признаки в структуры, целостные образы, которые и становятся оперативными единицами восприятия [7, с. 252—253].

Понятие «оперативной единицы восприятия» было введено В.П. Зинченко в начале 60-х годов. Согласно его точке зрения, оперативная единица восприятия – это содержание единичного акта перцепции [2]. А это может быть как признак предмета, так и сам предмет [16, с. 190]. Л.С. Выготский, описывая процессы восприятия речи, выдвинул положение об оперативных единицах восприятия текста. Анализ по единицам, по его мнению, это «анализ, расчленяющий сложное единое целое на единицы». Под единицей он подразумевает такой продукт, который «обладает всеми основными свойствами, присущими целому, который является далее неразложимыми живыми частями этого единства» [3, с. 15]. Уточняя эти положения, А.А. Леонтьев присваивает единицам анализа «статус речевых операций», поскольку именно из них складывается процесс восприятия речи [цит. по 6, с. 13-14].

В психологических исследованиях по восприятию речевого материала было показано, что в процессе слушания происходит укрупнение более или менее значимых по смыслу частей, которые составляют основу смыслового содержания текста. Накопление и укрупнение смысловой информации происходит путем выделения «смысловых опорных пунктов», которые являются результатом расчленения, анализа и объединения речевого материала [5, с. 99]. Дж. Миллер высказал предположение, что в процессе восприятии человек имеет дело с некоторым количеством формируемых им единиц восприятия или «отрезков» информации [12]. В зависимости от значимости входного акустического сигнала, соотношения в нем информативных и избыточных элементов, личностной установки воспринимающего и других факторов единица, по которой принимается решение в результате перекодирования, может быть больше или меньше. Эта единица «может быть представлена образом, словом, несколькими словами или умозаключением» [5, с. 100]. Как видно, единица восприятия не выступает как постоянная единица.

Вопрос о единицах восприятия до сих пор не получил однозначного ответа. Современные лингвисты допускают, что единицей восприятия может стать единица любого языкового уровня – от слога до текста. Так Р.К. Потапова отмечает, что в качестве оперативной единицы восприятия могут выступать единицы различных языковых уровней [14, с. 67]. В.Б. Касевич ставит под сомнение существование такой единицы восприятия, которая всегда бы использовалась как универсальная опорная оперативная единица восприятия. Человеку свойственна гибкая стратегия восприятия и, в зависимости от условий коммуникации – привычности или непривычности темы, ситуации общения, собеседника и т.п. – он использует разные единицы решения [8].

Е.В. Ягунова и Л.М. Пивоварова отмечают, что «при восприятии и порождении (обработке) текста неизбежно используются единицы разного масштаба, разной степени связанности и разных уровней иерархии. Эти единицы «задаются» характеристиками языка и контекста, предпочтение тех иных единиц имеет ярко выраженную вероятностную природу. В качестве такого рода оперативных единиц могут выступать как синтаксические, так и лексические единицы» [17].

Таким образом, большинство исследователей говорят о единицах восприятия, в качестве которых выступают традиционные психолингвистические (лингвистические) единицы: от звука, слога, слова и до предложения и текста. Названные единицы являются элементами более крупных единиц восприятия, но каждая из них не обладает свойствами этих более крупных единиц (слог не обладает свойствами текста, а слово – предложения), поэтому, как утверждает А.С. Штерн, если опираться на трактовку оперативной единицы в терминах Л.С. Выготского, они не могут выступать оперативными единицами. Они присутствуют в процессе восприятия, но являются лишь элементами объекта восприятия [16, с. 190].

А.С. Штерн полагает, что свойствами оперативных единиц обладает иерархический набор существенных лингвистических признаков (факторов). Они отражают минимальные психолингвистические операции, которые протекают имплицитно и формируют процесс восприятия речи. Эти единицы отражают свойства процесса восприятия (целого) [16, с. 190]. Эти единицы могут быть выделены на любом из лингвистических уровней.

Понятие признака в языкознании наиболее разработано для фонетического уровня описания, это дифференциальные признаки фонем. В восприятии фонеме соответствует определенный набор акустических признаков, выделяемых слуховой системой. Причем для лингвистической характеристики фонемы существенны прежде всего такие свойства, которые отражают взаимосвязи данной фонемы с другими фонемными единицами того же языка. Эти взаимосвязи делают набор фонем упорядоченной звуковой системой. Наиболее важными среди них являются отношения сходства и различия между фонемами как элементами функционально однотипного набора. Это дифференциальные или различительные признаки; именно они играют решающую роль в звуковой коммуникации. При восприятии устной речи различительные признаки служат целям идентификации фонем и опознавания слов и других языковых знаков [9, с. 28-29].

Однако и единицы других лингвистических уровней имеют свои признаки. Для слова лингвистическими признаками (ЛП) выступают его грамматические категории (часть речи, падеж), длина слова в слогах, фонемах или морфемах, ритмическая структура, ударный гласный, консонантная нагрузка, начальный звук и др. Комплекс перцептивно-значимых ЛП может служить основанием для выявления фонетических типов слов того или иного языка и описания их строевых характеристик [15, с. 58]. Так, для русского слова наиболее значимыми для распознавания признаками являются длина в слогах, ударная фонема, количество квазиомонимов, часть речи и частотность [16, с. 85, 130]. Результаты многочисленных исследований английского слова доказывают особый статус признаков частотность слова, длина слова в слогах и ударная гласная [15, с. 67]. В перцептивном словаре носителя языка выявлено существование двух основных механизмов восприятия английского слова: для короткого слова (включая трехсложное) и для длинного. Для короткого английского слова перцептивно значимыми признаками являются не только существенные для всех типов длины слова ЛП – ударная гласная и объективная частотность, но и признак начальная фонема [1, с. 18].

Вопрос о наборе оперативных единиц восприятия предложения в рамках модели восприятия по СЛП решается следующим образом: К лингвистическим признакам предложения относят порядок слов, залог, длину предложения, утверждение – отрицание, распространенность – нераспространенность и т.п. Так, признаки повествование – вопрос и залог становятся ведущими при восприятии русского предложения [16, с. 57-58]. В восприятии немецкого простого предложения значимыми оказываются такие структурные признаки как рамочная конструкция, время и модальность [4, с. 164]. Если вспомнить утверждение А. С. Штерн о некоторой степени изоморфизма лингвистических уровней в процессе восприятия [16, с. 185], можно предположить, что существенно определять процесс восприятия предложения также может признак частотность синтаксической конструкции, поскольку частотность оказывается важным фактором при восприятии и слогов, и слов.

Отдельно можно выделить оперативные единицы восприятия текста. Поскольку текст обладает минимальным набором лингвистических признаков, ведущими для него оказываются свои параметры. А.С. Штерн предлагает в качестве оперативных единиц восприятия текста принять наборы ключевых слов (НКС). С одной стороны они обладают той же цельностью, что и тексты, с другой наблюдается постоянное формирование НКС в процессе восприятия текста, т.е. можно говорить об обладании НКС статусом речевых операций [13; 16, с. 211-213, 217].

А.С. Штерн высказывает предположение, что наборы существенных лингвистических признаков отвечают единицам первого этапа процесса восприятия, когда в результате осуществления комплекса элементарных перцептивных действий формируется образ воспринимаемого речевого отрезка и его частей. Комплекс существенных признаков опосредует доступ к перцептивному эталону слога, слова, предложения или текста как целостной языковой единицы. На втором же этапе происходит распознавание элементов объекта и объекта целиком. Это, вероятно, «осуществляется сопоставлением информации полученной на пересечении признаков, с характеристиками перцептивных эталонов, имеющихся в мозгу реципиента» [16, с. 192].

Поскольку существенные лингвистические признаки можно трактовать как оперативные единицы перцептивного механизма, можно говорить, что «в разных условиях приема слушающие оперируют разным количеством оперативных единиц, их наборами и порядком по значимости» [16, с. 187]. В этом проявляется их динамическая организация. Однако иерархическая организация оперативных единиц не означает их последовательного включения в процесс, нет такого признака, с которого всегда начинается распознавание элементов объекта. Включение оперативных единиц происходит одновременно.

Таким образом, вслед за А.С. Штерн мы выделяем в перцептивном процессе два вида единиц: единицы лингвистического объекта (психолингвистические единицы) и оперативные единицы перцептивного процесса, которыми являются существенные для восприятия лингвистические признаки. Набор и значимость оперативных признаков зависит от условий восприятия устной речи, от степени владения языком, от строевых особенностяй языка. Обращение к оперативным единицам перцептивного процесса с целью построения модели механизма восприятия, на наш взгляд, позволит достаточно адекватно описать процедуры восприятия устной речи, поскольку «единственным для лингвиста путем к тому, чтобы из множества возможных описаний языка выбрать наиболее адекватное, является обращение к тем коррелятам, которые данное описание имеет (или не имеет) в реальном акте речи, в реальной речевой деятельности» [10, с. 365]


Литература:

  1. Байбурова О.В. Механизмы восприятия разносложных типов английского слова: Автореферат дис-ции на соискание уч. ст. кандидата фил. н./ О.В. Байбурова. – Пермь, 2008. – 20 с.

  2. Большой психологический словарь. Под ред. Мещерякова Б.Г., Зинченко В.П. М.: Прайм-Еврознак, 2003. – Режим доступа : http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Psihol/dict/14.php

  3. Выготский Л.С. Собрание сочинений: В 6-ти т. Т.2. Поблемы общей психологии / Выготский Л.С., под ред.В.В. Давыдова. - М.: Педагогика, 1982. - 504 с.

  4. Ельцова М.Н. Категория напряжения и напряженности простого повествовательного предложения. Дисс. на соискание уч. ст. кандидата филол.наук. Пермь, 2006. – 185 с.

  5. Зимняя И. А. Лингвопсихология речевой деятельности. — М.: Московский психолого-социальный институт, Воронеж : НПО "МОДЭК", 2001. — 432 с

  6. Зимняя И. А. Смысловое восприятие речевого сообщения // Смысловое восприятие речевого сообщения. М., 1976. С. 5-33.

  7. Зинченко В.П. Теоретические проблемы психологии восприятия //Инженерная психология. - М., 1974. - С.123-130.

  8. Касевич В. Б. Элементы общей лингвистики. М.: Наука, 1977. — 183 c.

  9. Кодзасов С.В., Кривнова О.Ф. Общая фонетика: Учебник. М. : Рос. гос. гуманит. ун-т, 2001. 592 с.

  10. Леонтьев А.А. Психофизиологические механизмы речи. // Общее языкознание. Формы существования, функции, история языка. / Отв. ред. Б.А. Серебренников. – М. : Наука, - 1970. С. 314-370.

  11. Леонтьев А. А. Слово в речевой деятельности. Некоторые проблемы общей теории речевой деятельности / А. А. Леонтьев. – М. : Наука, 1965. – 245 с.

  12. Миллер Дж. Магическое число семь плюс или минус два. О некоторых пределах нашей способности перерабатывать информацию // Инженерная психология: Сб. статей / Пер. с англ.; Под ред. Д. Ю. Панова и В. П. Зинченко. — М. : Прогресс, 1964. С. 192—225.

  13. Мурзин Л.Н., Штерн А.С. Текст и его восприятие. – Свердловск : Изд-во Урал. ун-та, 1991. – 172 с.

  14. Потапова Р.К. Речь: Коммуникация, информация, кибернетика. М. : Радио и связь, 1997. – 528 с.

  15. Чугаева Т.Н. Перцептивный аспект звукового строя английского языка: монография / Екатеринбург-Пермь, ПНЦ УрО РАН – Пермь, 2007. – 246 с.

  16. Штерн А.С. Перцептивный аспект речевой деятельности: (экспериментальное исследование). – СПб. : Издательство С.-Петербургского университета. 1992. – 236 с.

  17. Ягунова Е.В., Пивоварова Л.М. От коллокаций к конструкциям // Русский язык: конструкционные и лексико‐семантические подходы / Отв. ред. С.С.Сай. СПб, 2011. (ACTA LINGUISTICA PETROPOLITANA. Труды Института лингвистических исследований РАН. Отв. редактор / Н. Н. Казанский) – Режим доступа: http://webground.su/data/lit/pivovarova_yagunova/Ot_kollokatsiy_k_konstruktsiyam.pdf

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle