Библиографическое описание:

Шерина Е. А. Лингвострановедческая ценность образной лексики в процессе преподавания русского языка как иностранного [Текст] // Современная филология: материалы междунар. науч. конф. (г. Уфа, апрель 2011 г.). — Уфа: Лето, 2011. — С. 219-222.

В процессе овладения иностранным языком, в том числе и русским языком как иностранным (далее – РКИ), происходит усвоение не только определенных фонетических, грамматических, лексических знаний, но и формирование культурологической компетенции, способности понимать ментальность носителей другого языка. Одновременно с изучением языка необходимо познавать и культуру его народа – знакомиться с традициями, психологией, бытом страны.

В настоящее время пристальное внимание исследователей и методистов занимает рассмотрение фактов языка в лингвострановедческом ключе, в их связи с культурой, языковой картиной мира. В большей степени отражением национальной специфики является лексический фонд языка, в котором навсегда закреплено все многообразие исторических событий, взгляды и ассоциации носителей языка, их видение мира.

Лингвострановедение ставит своей задачей изучение языковых единиц, наиболее ярко отражающих национальные особенности культуры народа – носителя языка и среды его существования. Согласно лингвострановедческой теории слова (В.Г. Костомаров, Е.М. Верещагин), предметом лингвострановедения является отобранный языковой материал, отражающий культуру страны изучаемого языка.

Объектом лингвострановедения на уроках РКИ выступают различные лексические единицы: фоновая и безэквивалентная лексика русского языка, в число которой входят фразеологизмы, пословицы и поговорки, единицы, не имеющие аналога в других языках (например, щи, кисель), а также образная лексика.

Образная лексика представлена двумя структурно-семантическими разновидностями: языковыми метафорами (вторичные номинации, обладающие семантической двуплановостью, например, пчела – о трудолюбивом человеке, пень – о глупом человеке) и собственно образными словами (морфологически мотивированные лексические единицы с метафорической внутренней формой слова, например, нахлебник, сердцеед, белоручка).

Собственно образные слова широко представлены в лексиконе русского языка, они становятся основой номинации свойств и качеств человека, растений, животных, натурфактов и артефактов, абстрактных явлений. Данный класс образной лексики, наряду с метафорой, присутствует в разном объеме во многих языках мира (опрос проводился не только среди носителей европейских языков, но и представителей Таиланда, Вьетнама, Китая, Пакистана, Ирака, Ирана и ряда других стран). Собственно образные слова призваны в языке не только именовать, но и давать оценку именуемому, передавать отношение человека к называемому явлению. Например, образные слова пустомеля, пустозвон, трепач, трепло не просто называют очень разговорчивого человека, любящего поговорить о ерунде, но и при помощи образов звучания (звон), пустоты (пустой) и образов механических действий вращательного (молоть) или колебательного характера (трепать) демонстрируют негативное отношение носителей русского языка к данному качеству человека.

Данные единицы (языковые метафоры и собственно образные единицы) заключают в себе опыт познавательной деятельности человека, ассоциативно отражают представления людей об окружающем мире и, следовательно, часто являются лингвострановедчески ценными фактами языка. Например, образные единицы кисель (о человеке), квашня (о человеке) заключают в своем значении «культурный компонент», так как кисель и квашня являются национальными русскими реалиями. Слова такого типа требуют лингвострановедческого комментария независимо от того, рассматриваются они в прямом или переносном значении.

Русские собственно образные единицы часто универсальны и сопоставимы с образными словами других языков. Например, злого, жестокого человека в русском и английском языках называют кровососом (англ. – bloodsucker ‘злой, жестокий человек, который как бы сосет кровь’), наименования глупого человека в разных языках также схожи: в русском языке – безмозглый, в английском языке brainless (‘глупый, как бы без мозгов’). Подавляющее большинство рассматриваемых собственно образных слов неповторимы, они отличаются национальной спецификой и представляют собой пласт лексики, обладающий особенностями в образном отражении языковой картины мира.

Национально-культурная специфика языковых метафор и собственно образных слов заключена во внутренней форме данных единиц и их образном значении. «Образное значение – это двуплановая содержательная структура языковой (лексической) единицы, в которой взаимодействием предметно-понятийного и ассоциативно-образного планов содержания передается стереотипное (прототипическое) конкретно-чувственное представление о называемом явлении посредством метафорического воплощения признаков этого явления» [1, с. 131].

В структуре образного значения исследуемых слов можно выделить 3 семантических компонента: денотатив, ассоциатив, символ. Например, денотатив образной единицы подзаборник – ‘бедный, нищий человек, бродяга’, ассоциатив – ‘как будто он под забором’, символ – ‘забор как препятствие войти в дом, обрести благополучие’. Собственно образное слово белоручка – ‘человек, который не привык к грязной работе, избегает физического труда, словно у него белые руки’, символ – ‘руки – часть тела, при помощи которой человека выполняет работу, а белый цвет указывает на чистоту, аккуратность, следовательно, нежелание заниматься грязной работой’, тем самым, в основе появления данной образной единицы лежало сходство по функциям и цвету. На наш взгляд, все три компонента образного значения рассматриваемых единиц (денотатив, ассоциатив и символ) являются транслятором культурной информации, отражая национально-культурную специфику языковой картины мира, и должны быть учтены в работе с данными единицами на занятиях по РКИ.

Денотативное значение. Данный компонент образного значения содержит «представление об отраженных в семантике предметах, признаках, процессах, являющихся объектами (референтами) образной номинации» [1, с. 50]. Денотативное значение, являясь ядерным элементом лексического значения образных единиц, формирует номинативный аспект их семантики. Например, денотативное значение образных слов беспутный – ‘разгульный, развратный, несерьезный’, шкурник – ‘тот, кто в ущерб другим заботится о своем благополучии’.

Ассоциатив образного значения. Данный компонент «содержит представление о классе тех предметов, признаков, процессов, которые, по мнению языкового коллектива, обладают максимальной степенью проявления характерного признака денотата и поэтому служат для его обозначения» [2, с. 79]. Например, ассоциативом образного слова ёжистый будет выступать следующее понятие: ёж – ‘представитель отряда насекомоядных с характерным признаком – присутствие игл или щетины на спине’, где значимой будет являться такая характеристика, как присутствие игл. В образном значении слова мешковатый ассоциативом является понятие мешок – ‘мягкое вместилище для хранения сыпучих предметов’ с доминантной характеристикой «мягкий».

По словам Е.А. Юриной, ассоциативный компонент соотносится с понятийным содержательным компонентом, «составляющим типовые фоновые культурно обусловленные ассоциации, закрепленные в содержании слова посредством ВФ образной единицы» [1, с. 53]. В связи с этим необходимо особо подчеркнуть значимость ассоциативного плана семантики образного слова в рассмотрении национально-культурной специфики образных средств языка и их лингвострановедческой ценности, так как в качестве ассоциативов подобных лексических единиц выступают не любые представления, а значимые, обусловленные традициями, обычаями, культурой и историей предметы, явления, понятия. Например, ассоциативом собственно образных слов, характеризующих человека, часто выступают такие «национально-русские» предметы и явления, как хлеб (нахлебник, прихлебатель), блюдо (блюдолиз, лизоблюд), жердь (жердястый) и многие другие.

Символ образного значения. Это компонент, являющийся связующим звеном между денотатом и ассоциативом, содержащий то общее, что объединяет первые два компонента (общий признак или ряд признаков, устойчивая смысловая ассоциация) и отражающий сходство между ними: сходство впечатлений, ощущений, возникающих у субъекта языка при восприятии ассоциируемых объектов, их визуальное сходство. Например, символом образного значения слова ветреник является следующее сходство: ‘быстро менять направление’ = ‘быстро менять решение, мнение’. Символ образной единицы ёжистый: ‘колючий, острый’ = ‘задиристый. Символ образного значения рассматривается нами как компонент образного значения, заключающий национально-культурную информацию и раскрывающий специфику образных ассоциаций носителей языка.

Необходимо отметить, что все образное значение в целом (все три его компонента) отражают национально-культурные образные представления, передают ценностное отношение человека к самому себе и к окружающему миру. В связи с этим в процессе знакомства иностранцев с образными единицами необходимо учитывать не только денотативный, но и ассоциативный план содержания, а также символ образного значения.

Знакомство с образной лексикой происходит на продвинутом этапе изучения русского языка. Лексическая работа на повышенной ступени обучения усложняется, лексический запас иностранцев обогащается за счет введения стилевых вариантов, введения фразеологизмов, широкого использования переносного значения слова. Работая с образными единицами русского языка, преподаватель должен предвидеть трудности, которые могут возникнуть у иностранца в процессе знакомства с данным типом лексики:

● самостоятельно знакомясь с языковой метафорой, учащийся может посмотреть в словаре не переносное, а прямое значение и, следовательно, неверно понять смысл слова, словосочетания, предложения. Это повлечет в дальнейшем неправильное использование слова в речи. Для предотвращения подобной ошибки преподавателю следует указать, что данное значение является переносным, помочь найти слово в словаре;

● при рассмотрении собственно образного слова иностранец может неверно понять его, сложив значения сегментов слова. Например, собственно образное слово сердцеед может быть истолковано как «людоед», то есть человек, который на самом деле ест сердца. В такой ситуации преподавателю необходимо верно объяснить лексическое значение слова и указать, что такое сочетание сегментов в русском языке обозначает любвеобильного человека. В русском сознании сердце является вместилищем чувств человека, в том числе и любви. Этот факт послужил основой появления собственно образного слова сердцеед;

● часто переносное значение слов имеет особую логическую основу, которая может не совпадать с представлениями учащихся в родном языке. Данное расхождение часто становится препятствием усвоения образных лексических единиц. Например, языковая метафора бык в русском языке имеет отрицательную коннотацию и обозначает слишком крепкого, коренастого человека, а в китайском языке бык в переносном значении характеризует прилежного, трудолюбивого человека; обезьяна в русском сознании связана с образом человека, который слепо подражает кому-либо, перенимает манеру поведения другого человека, в китайском языке обезьяна характеризует умного человека.

●познакомившись с образной единицей, учащийся может употреблять образное слово в неподходящей для этого ситуации. В речи иностранцев образные единицы часто звучат неуместно, комично. Например, иностранец может назвать профессора башковитым или стройную девушку - скелетом, спичкой и т.д. Преподавателю следует не только объяснить значение образной единицы, но и случаи его употребления, стилистическую окраску слова.

Преподаватель должен учитывать, что многие значения слов, ставшие для русского человека привычными и не воспринимающиеся как метафоричные, образные, иностранец воспринимает совершенно иначе, так как они отсутствуют в его языке. Такие образные лексические единицы поражают учащегося своей образностью и поэтому нуждаются в объяснении и запоминании [3, с. 40].

Основным способом семантизации образных единиц выступает преимущественно толкование значения образного слова. Толкование должно затрагивать не только лексическое значение слова, но и «культурный компонент», который заключает в себе образная лексическая единица. Например, толкование образного слова остроумный должно быть дополнено лингвострановедческим комментарием. В русском языке лексическая единица «острый» служит основой для образного наименования умного, сообразительного человека (остряк, остроумный и др.), а лексическая единица «тупой» в переносном значении обозначает глупого, несообразительного человека (тупоумный, тупоголовый и др.).

Несомненную лингвострановедческую ценность имеют языковые метафоры и собственно образные слова, заключающие в своей семантике образ дерева. Дерево играет важную роль в культуре, истории, экономике России, русским людям свойственно сравнивать человека, его жизнь с деревом (например, родословное дерево, древо жизни), но разные деревья становятся основой разных образных единиц, передающих отрицательную или положительную оценку. Сравните: тополь, кряж – о крепком, высоком мужчине, дуб, дубиноголовый, дубоватый – о глупом, несообразительном человеке. Объясняя существование данных образных единиц, преподавателю необходим лингвострановедческий комментарий, что во многом возможно благодаря обращению к языковому сознанию носителей языка, так как часто очень трудно пояснить ассоциативную связь определенных предметов, понятий.

Образные единицы, дискредитирующие человека и приписывающие ему черты животных, демонстрируют то, какие животные значимы в России и актуальны для носителей русского языка. Изучая русский язык, иностранцы знакомятся с образными наименованиями человека, связанными с русскими «национальными» животными, которые встречаются и в русских сказках, и в баснях (лиса, медведь, заяц и др.). Именно чтение культурно значимых текстов может способствовать пониманию, почему то или иное животное выступает в качестве основы образной характеристики качеств человека.

Работая с образной лексикой, необходимо внимательно оценить ее лингвострановедческую ценность, и если образное слово заключает в себе частицу истории, традиций и обычаев русского народа, то к ней следует отнестись как к источнику познания духа страны изучаемого языка и дать иностранному учащемуся возможность, постигая данные лексические единицы, познакомиться не только с русским языком, но и с русской культурой.

Цель лингвострановедческой работы с образной лексикой на уроках РКИ в общем виде состоит в том, чтобы были преодолены трудности восприятия учащимися специфических для русской культуры явлений, чтобы обозначающие их образные слова (например, тулуп, колпак, лопух – о несообразительном человеке) обросли в их сознании определенным «фоном» представлений, эмоций, ассоциаций (как в прямом, так и в переносном значении), чтобы учащиеся приобрели способность к использованию полученного круга знаний, приобретенных в области русской культуры.


Литература:

1. Юрина Е.А. Комплексное исследование образной лексики русского языка: дис. … д-ра филол. наук. – Томск, 2005. – 436 с.

2. Юрина Е.А. Лексико-фразеологическое поле кулинарных образов в русском и итальянском языках // Язык и культура. - Томск, 2008, №3. – С. 83–93.

3. Методика преподавания русского языка иностранцам / Под ред. С.Г. Бархударова. – М.: Изд-во Моск. Ун-та, 1967.

4. Новикова Т. Формирование основ русской культурной компетенции у иностранцев, изучающих русский язык // Русский язык за рубежом. – 2000. - №3/4. – С. 62 – 71.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle