Библиографическое описание:

Черпаченко У. С. Мотивационный уровень структуры языковой личности ребёнка в повести С.Т.Аксакова «Детские года Багрова-внука» [Текст] // Современная филология: материалы междунар. науч. конф. (г. Уфа, апрель 2011 г.). — Уфа: Лето, 2011. — С. 135-137.


В лингвистике под «языковой личностью» понимают любого носителя языка, охарактеризованного на основе анализа произведенных им текстов.

В соответствии с моделью, разработанной Ю.Н. Карауловым, в структуре языковой личности вообще и языковой личности ребенка в частности выделяется три уровня: 1) структурно-языковой, отражающий словарный состав и систему грамматических средств, употребляемых личностью; 2) лингво-когнитивный, отражающий языковую картину мира личности; 3) мотивационный, отражающий систему целей, мотивов, определяющих поведение, развитие личности. Названные уровни тесно связаны между собой и дополняют друг друга[2; 35].

Рассмотрим более подробно мотивационный уровень. В повести «Детские годы Багрова – внука» показано развитие личности ребенка до девяти лет, которое определяется ведущим видом деятельности. Она же является и источником коммуникативно-деятельностных потребностей мальчика, которые выражаются в его речи и обусловлены определенным мотивом и целью (интенцией).

В соответствии с классификацией В.В.Воробьёва выделим речевые интенции в анализируемой повести С.Т.Аксакова. При выделении их из текста мы учитывали такие признаки интенций, как 1) наличие семы ‘говорить’; 2) обозначение процесса или продукта речевого действия; 3) направленность на адресата[3; 54].

Этим признакам в тексте соответствуют следующие виды речевых интенций:

I. В о з д е й с т в у ю щ и е р е ч е в ы е и н т е н ц и и, выражающие побуждение собеседника к совершению или несовершению какого-либо действия:

1) побудительные речевые интенции:

а) просьба, использование которой призвано удовлетворить какие-либо нужды, желания ребенка. Данные интенции являются наиболее многочисленными и представлены словами разных частей речи, отличных друг от друга оттенками значения:

- обращение к взрослым с просьбой о чем-либо: “Я попросил позволения развести огонек”; “Я попросил Евсеича переладить мою удочку”; “Я не понял и попросил объяснения”; “Я попросил Екима…”;

- назойливое, настойчивое обращение с просьбами к взрослым: “Я пристал к отцу с просьбами…”; “Я начал приставать к матери, чтобы она ехала поскорее”;

- мольба: “Я просил и молил Парашу постучать в дверь”; “Я умолял Парашу не спать”;

- решение попросить о чем-либо после длительных сомнений: “Я осмелился попросить позволения пойти удить”;Решился я просить отца, чтобы меня заставили бороновать землю”;

- просьба о разрешении что-либо сделать: “Я стал проситься сходить к матери”;

- заискивание: “Я дергал его за рукав, говоря просительным голосом…”;

- результат прошения: “…я неотступными просьбами выпросил позволения…”; “С помощью горячих убеждений выпросил я позволения посидеть на крылечке”;

б) убеждения, уговоры. Если первый вид интенций характеризовал обращение Сережи преимущественно к взрослым, от которых мальчик зависел, то данный вид интенций использовался им в разговорах с сестрой и с дворовыми людьми, которых ребенок пытался убедить в своей правоте. Здесь также можно выделить несколько подвидов:

- стремление убедить, заставить поверить во что-либо: “Я уверял ее, что я сам вытащу эту рыбу”; “Я уверял, что несомненно попадет крупная рыба”; “Я уверял, что в Багровее все лучше”; “Я уверял Матрешу, что ничего не стану говорить маменьке”; “Я побежал в детскую и старался убедить Парашу и других в нелепости их рассказов”;

- стремление склонить собеседника к выгодному для говорящего действию: “Я даже уговаривал свою сестрицу…”;

2) интенции, выражающие негативное эмоциональное воздействие – брань, ругань, возникающие в произведении лишь однажды, когда Сережа, под впечатлением неудачных шуток его дядей, обратился в своей речи к ругательствам: “Я приходил в бешенство, бранился…”; “Я осыпал дядю всеми бранными словами…”.

II. Р е ч е в ы е и н т е н ц и и, х а р а к т е р н ы е д л я р е ч е в о г о в з а и м о д е й с т в и я, отражающие различные этапы общения:

1) согласие, утвердительный ответ на просьбу, обращенную окружающими к мальчику: “Я охотно согласился…”;

  1. вынужденное согласие: “Я должен был согласиться…”;

  2. несогласие, проявляющееся в отсутствии единомыслия, в разногласии: “Я никак не соглашался…”, в возражении: “Я возражал, что это неправда…”; “Я возразил...”;

  3. осуждение, встречающееся в тексте один раз при разговоре Сережи с двоюродными сестрами, которые, по их словам, не любили, а лишь боялись своих родителей: “…я принялся было осуждать своих сестер…”;

  4. признание, раскаяние. Сережа признается в проступке, когда чувствует себя виноватым: “Я признавал себя виноватым”; соглашается с какими-то существенными замечаниями: “Я признался, что даже позабыл о книгах”; испытывает сожаление, признается в совершенной ошибке, неправильном, по его мнению, поступке: “Я раскаивался, что мало любил мать…”;

  5. обещание, которое дает Сережа в той или иной ситуации: “…но мысленно я уже давал обещание…”; “Я обещал собраться в полчаса…”; клятва, которую вынужден был дать мальчик Матреше: “Я побожился”;

  6. спор, в котором участвовал Сережа, когда доказывал свою правоту в ночь рождения брата: “Я долго спорил, утверждая, что я не засыпал”;

  7. догадки, к которым приходит Сережа после услышанных разговоров взрослых: “Я догадался, что Катерина Борисовна жаловалась на свою жизнь”; “Я догадался, что мы непременно поедем”; предположения, основанные на собственной интуиции и знаниях: “…я догадался, что мы так близко от нашего милого Багрова”;

  8. принятие совместных решений, совместная деятельность, которая объединяет Сережу и его сестренку: “Мы с сестрицей принялись болтать…”; “Мы перешептывались вполголоса и молились богу, чтобы он послал маменьке облегчение”;

  9. недоверие, сомнение в правдивости собеседника, нежелание принимать сказанное: “Я долго не хотел верить, что это кричит одна и та же птичка”.

III. И н ф о р м и р у ю щ и е р е ч е в ы е и н т е н ц и и, служащие для того, чтобы передать собеседнику или узнать у него определенную информацию:

  1. собственно информирующие:

а) сообщение, представленное в нескольких формах:

- собственно сообщение, изложение мальчиком увиденного, пережитого: “Я с жаром начал рассказывать…”; “Я рассказывал о разных чудесах”; “Я принялся очень живо болтать и рассказывать всякую всячину…” ;

- сообщения, в которых Сережа делится своими догадками, сомнением и ждет разъясняющего ответа: “Я не замедлил сообщить свою догадку; “Я сообщил мое недоумение…”; “Я сообщил свои догадки…”; “Я сообщил свое замечание матери”;

б) объяснение, адресованное сестрице, которая многого еще не понимала, а потому Сережа многое ей растолковывал: “Я растолковывал сестрице…”; иногда герой пытается осмыслить происходящее самостоятельно и объясняет его себе сам: “Ответы на многие вопросы я всегда объяснял по-своему”; “…все это я объяснил себе, как умел”;

в) воспроизведение сказанного другим человеком, подражание его речи с выставлением в смешном виде: “Я стал передразнивать сумасшедшего Ивана Борисыча”;

2) вопросы, которые задает ребенок в силу своей любознательности, интереса ко всему новому. Либо он задает множество вопросов, и тогда возникает лексема расспрашивать: “Я с большим любопытством стал расспрашивать обо всем наших перевозчиков”; “Я принялся расспрашивать…”; либо один вопрос, и тогда возникает лексема спрашивать: “Я спросил об этом мать…”; “Я все спрашивал, отчего сестрица проснулась”; либо настойчивое, несколько навязчивое обращение к взрослым с вопросами: “Я долго надоедал вопросами” “Я не переставал допрашивать отца”;

3) ответы, которые дает Сережа на вопросы взрослых (чаще отца и матери): “Я ответил, что здоров”; “Я отвечал множеством вопросов”; “Я отвечал, что не отлучусь от отца”; “Я отвечал, что сроду ничего подобного не видывал”.

IV. И н т е л л е к т у а л ь н о – м ы с л и т е л ь н ы е р е ч е в ы е и н т е н ц и и, характерные для мыслительной деятельности, предполагающие способность к мотивированости, анализу, синтезу каких-либо фактов:

  1. доказательства, приводимые Сережей, с целью убедить собеседника в своей правоте: “Я доказывал противное …”; “Я доказывал Евсеичу совсем иное”;

  2. анализ, вызванный необходимостью объяснить, решить что-либо для себя и показывающий, что перед нами не просто ребенок, а человек, способный мыслить, рассуждать, анализировать происходящее вокруг: “Я стал рассуждать…”; “Я рассуждал обо всем с Евсеичем”;

  3. подведение итогов, отражающее речемыслительную деятельность Сережи, способность его к выводам, заключению говорит о том, что это ребенок думающий, способный не только анализировать, аргументировать, но и обобщать все сказанное: “Я вывел заключение и сделал новое открытие”.

V. Э м о ц и о н а л ь н о – о ц е н о ч н ы е р е ч е в ы е и н т е н ц и и, выражающие определенное отношение, эмоции, вызванные каким-либо событием:

  1. позитивные речевые интенции:

а) радость, удовлетворение от общения с окружающим миром, приводящее ребенка в состояние восторга: “Дорога поражала меня своей громадностью, и я беспрестанно вскрикивал; “Мне показалось, что солнышко как будто играет, и я громко закричал…”, заставляющее радоваться каждому моменту жизни: “Я очень обрадовался и говорил…”; “Я обрадовался случаю поговорить с матерью наедине”; “Я так обрадовался…”;

б) восхищение, любование природой, дорогой и жизнью вообще: “Я был изумлен, я чувствовал какое-то непонятное волнение…”; “Я полюбовался на эту славную рыбу”;

2) негативные речевые интенции:

а) огорчение, которое отмечено в тексте всего один раз, когда надеждам Сережи не суждено было сбыться: “Я очень огорчился…”;

б) гнев, раздражение, связанные со злополучной шуткой дядей над мальчиком: “Я приходил в бешенство…”; “Я сердился…”; “Я сердился на маленькую мою подругу”;

VI. К о н в е н ц и о н а л ь н ы е (э т и к е т н ы е) р е ч е в ы е и н т е н ц и и, связанные с общественным поведением людей и их взаимодействиями:

  1. контакто-устанавливающие:

а) обращение, адресованное родителям с целью высказать какие-то мысли и узнать интересующую информацию: “Я обратился к отцу и матери, прося объяснить не понимаемые мной места…”; “Я обратился к отцу и продолжал говорить с ним”;

б) приветствие, прощание, которые представлены в тексте в небольшом количестве и связаны в одном случае с нежеланием расставаться с полюбившейся природой Сергеевки, во втором случае – с описанием времяпровождения, распорядка у бабушки Прасковьи Ивановны в Чурасово: “Я простился с великолепными дубами”; “Мы с сестрицей каждый день ходили к бабушке только здороваться, а вечером уже не прощались;

2) контакто-экспрессивные:

а) извинения, которые приносит мальчик своему обидчику, они также звучат из уст ребенка только один раз: “Я был готов просить прощение;

б) комплимент, которого удостаивается от Сережи крепостная девка Матреша, пение которой так понравилось мальчику: “Я подбежал к Матреше и похвалил ее прекрасный голос”.

Итак, анализ речевых интенций показал, что Сережа Багров стремится к общению, нуждается в нем, а потому именно на общение и направлена вся его деятельность. Как видим, выделенные интенции соответствуют четырем функциям общения: 1) информационной (информирующие и интеллектуально-мыслительные интенции), 2) контакто-устанавливающей (этикетные интенции), 3) воздействующей (интенции воздействия и взаимодействия), 4) экспрессивной (эмоционально-оценочные интенции).

Таким образом, мотивационный уровень в структуре языковой личности Сережи Багрова составляют речевые интенции, являющиеся главной составляющей общения и указывающие на страсть ребенка к чтению, которое является одним из основных источников его знаний о мире.

Литература:
      1. Аксаков С.Т. Детские годы Багрова - внука. Семейная хроника. Уфа, 1991.

      2. Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. М., 1987.

      3. Языковая личность: Лингвокультурология. Лингводидактика. Лексикография. / Под ред. В.В.Воробьева, Л.Г.Саяховой. – Уфа, 2001.

Врезка1

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle