Библиографическое описание:

Алиева Н. А. Актанты в простом предложении [Текст] // Современная филология: материалы междунар. науч. конф. (г. Уфа, апрель 2011 г.). — Уфа: Лето, 2011. — С. 141-145.

The article is dedicated to the analysis of some positions of traditional and structural syntax, especially the attitudes between subject and predicate on the one hand, between verb knot and actants on the other hand. Logical main point of traditional grammar and linguistical main point of hypothesis about verb knot. The theory of actants is stated and substantiated.

Схема простого предложения с глагольным сказуемым в структурном аспекте (схе­ма 1) и схема простого предложения с глагольным сказуемым, принятой в тради­цион­ной грам­матике (схема 2) значительно отличаются.

схема 1 схема 2

Как известно, традиционная грамматика, эксплицитно или имплицитно, опирается на логические принципы. Она вскрывает в предложении логическое противопоставление под­ле­жащего (в логике: субъекта) и сказуемого (в логике: предикат): подлежащее (в сущ­нос­ти: субъект) – это то, о чем сообщается нечто, сказуемое (в сущности: предикат) – это то, что сообщается о подлежащем (о субъекте). Несмотря на то, что в предложении грам­ма­ти­чески бывает от одного до пяти членов предложения логически они соответствуют двум членам суждения: субъекту и предикату. По традиционной грамматике слова, от­нося­щееся к подлежащему образуют полюс подлежащего (в нашем примере слова мо­ло­дая и красивая относятся к слову девушка и вместе с ним образуют полюс подлежащего), а слова относящиеся к сказуемому вместе с ним образуют полюс сказуемого (в нашем при­мере слова хорошо, песни, старинные и народные). Таким образом, полюс под­ле­жа­ще­го противопоставляется полюсу сказуемого. Например, предложение «Мамед говорит хо­ро­шо» изображается такой схемой:

схема 3

Вся традиционная грамматика – от Аристотеля до Пор-Рояля, даже и теперь – по­стро­ена на основе логики. Но чисто лингвистические наблюдения над языковыми фактами не подтверждают утверждение о противопоставлении субъекта предикату. Структурная схе­ма вышеприведенного предложения будет так:

схема 4

В некоторых языках мира элементы субъекта и предиката между собой так пере­пле­тены, что их не только трудно, но вообще нельзя разделить между субъектом и пре­ди­ка­том. И поэтому в таком положении о противопоставленности этих двух понятий (субъ­ек­та и предиката) и речи не может быть. Например, в латинском предложении Filius amat patrem «Сын любит отца», слово amat состоит из элемента предиката (ama-) и из элемента субъ­екта (-t). Таким образом, разрыв между субъектом и предикатом не приводит к раз­ры­ву в слове и следующее противопоставление не возможно: filius...t (элементы субъекта) – ama-....patrem (элементы предиката). Если принять гипотезу о центральном положении гла­гольного узла, о чем мы уже писали в одной из своих статьей, никаких сложности не воз­никает.

Кроме этого, «трудно поставить на один уровень субъект, который часто состоит лишь из одного слова и может не иметь полного выражения, а предикат, который обяза­тель­но должен быть выраженным и включает чаще всего больше компонентов, чем субъект» [1, 119]. В пользу вышесказанных можно привести еще один аргумент: в состав пре­диката иногда входят элементы, природа и внутренняя структура которых полностью со­поставили с характером и структурой элементов субъекта (схема 5).

схема 5

Возьмем одно предложение из французского языка: Votre jeune ami connet mon jeune cousin «Ваш молодой друг знает моего юного кузена». В этом предложении эле­мен­ты mon jeune cousin образует субстантивный узел, который аналогичный узлу; votre jeune ami; поэтому идентично и их схемы (схема 6). Если допустить противопоставление субъек­та и предиката, нет основания помещать их на разные уровни (схемы 6 и 7).

схема 6 схема 7

Если, исходя из гипотезы глагольного узла как центрального в предложении, строить схему данного параллелизма между двумя субстантивными узлами восста­нав­ли­ва­ется (схемы 8 и 9).

схема 8 схема 9

Мы знаем, что все имена существительные, а также частично прилагательные яв­ля­ютс­я актантами. Поэтому противопоставление субъекта (существительного) против пре­ди­кату (глаголу) нарушает равновесию в предложении, так как одного из актантов – субъекта исключает от других актантов и противопоставляет его предикату, а остальные ак­танты вместе со всеми сирконстантами относит к предикату. Таким образом, одному из чле­нов предложения придается несоразмерная значимость.

Кроме того, противопоставление субъекта к предикату скрывает способность ак­тан­тов взаимозаменяться, а этот процесс составляет основу залоговых преобразований. Нап­ример, латинское предложение Filius amat patrem «Сын любит отца» путем простого взаимозамена актантов можно превратить в пассивное Pater amatur a filius «Отец любим сы­ном»; каждый актант остается на своем уровне (схема 10 и 11).

схема 10 схема 11


А в противопоставление субъекта предикату уровни актантов нарушается (схемы 12 и 13).

схема 12 схема 13

В современной структурной лингвистике считается, что актанты – это лица или пред­меты, участвующие в процессе. Мы уже отметили, что актанты выражаются су­щест­ви­тельными и они подчинены непосредственно глаголу. «Актанты различаются по своей при­роде, которая в свою очередь связана с их числом в глагольным узле. Вопрос о кa­чест­ве актантов, таким образом, является определяющим во всей структуре глагольного уз­ла. Глаголы обладают разным числом актантов. Более того, один и тот же глагол не всег­да имеет одно и то же число актантов. Существуют глаголы без актантов, глаголы с од­ним, с двумя или тремя актантами» [1, 121].

Глаголы баз актантов выражают процесс, действие, в которых актанты не участ­ву­ют, процесс сам по себе происходит. К таким глаголам относятся глаголы, выражающие ат­мосферные явления. В традиционной грамматике предложения, сказуемое в которых вы­ражено такими глаголами называются односоставными глаголами предложениями; нап­­ример: морозит, вечереет, светает, моросит и др. В латинском предложении Pluit «Идет дождь» глагол pluit описывает действие, но без актантов. Схема такого пред­ло­же­ния сводится только к ядро.

схема 14

Французское предложения Il pleut «Идет дождь», Il neige «Идет снег», английские пред­ложения It is raining, It is snowing, с теми же значениями что и в французских пред­ло­же­ния, опровержением только что сказанных не может служить, потому что и Il, и It не яв­ляются актантами, а являются только показателями 3-го лица глагола, так как они не вы­ра­жают ни лица, ни предмета. Такие элементы составляют ядро. Традиционная грам­ма­ти­ка называет их псевдосубъектами.

Если уподобить предложения маленькой драме, о безактантном глаголе можно сказать так: поднявшийся занавес открывает сцену, где идет дождь, но нет актеров.

Глагол с одним актантов выражает действие, в котором участвует одно лицо; например: Наргиз играет. Наргиз единственный участник действия, нет необходимости, чтобы кроме Наргиз, кто-то в нем участвовал (схема 15).

схема 15 схема 16

При таком определении можно было бы думать, что в предложении Наргиз и Агиль играют глагол играют включает два актанта (схема 16). Это неверно. Это один и тот же актант, который повторяется, эта одна и та же роль, выполняемая разными лицами: Наргиз и Агиль играют= Наргиз играет+Агиль играет. Это – раздвоения актанта. А это явление при определении актанта не учитывается.

Глаголы с двумя актантами выражают действие, в котором, не дублируя друг друга, участвуют два лица или предмета. В предложении Али бьет Вели имеется два актанта: 1. – Али, который наносит удары и 2 – Вели, который, их получает (схема 17).

схема 17

Глаголы с тремя актантами выражают действия, в котором, не дублируя друг друга, участвуют три лица или предмета. В предложении Али дает книгу Вели имеется три актанта: 1. - Али, который дает книгу, 2- книга, которая дается Вели и – Вели, который получает книгу (схема 18):

схема 18

При глаголов с тремя актантами, как правило, первый и третий актанты лица (Али, Вели), а второй – предмет (книга). Ввод вспомогательного глагола в организации актантно структуры никакие изменения не производит. Например, схема предложения Али может дать Вели будет так (схема 19):

схема 19

Разные актанты выполняют разные функции к глаголу, которому он подчиняется. Пред­положил, мы имеем трехактантный глагол. Тогда мы будем различать столько же ви­дов актанта – три видов актанта. Обозначать будем актантов порядковым номерами: пер­вый, второй, третий … актант. Порядковый номер актанта не может превосходить числа ак­тантов данного глагола: безактантный глагол не может управлять актантами, одно­ак­тант­ный глагол не может иметь второго актанта, двухактантный глагол не может иметь третьего актанта и т.д. Первый актант может встретиться в предложениях, которые вклю­ча­ет один, два и три актанта, второй актант – в предложениях, имеющих два и три ак­танта, а третий актант – только в предложениях с тремя актантами. С семантической точ­ки зрения первый актант – тот, который совершает действие. В традиционной грамматике он называет субъектом. Оставим это название за ним. В предложении Назрин читает слов Назрин первый актант, оно же субъект (схема 20). С той точки зрения второй актант – тот, который испытывает действие. В традиционной грамматике второй актант на­зы­ва­ет­ся прямым дополнением, в последнее время – дополнение объекта; в структурном син­так­­сисе называем его словом объект. Если семантически между субъектом и объектом имеет­ся противопоставление, то структурно между первым и вторым актантами су­щест­ву­ет различие. «…со струк­тур­ной точки зрения независимо от того, первый или вто­рой ак­тант, под­чи­нен­ный элемент всегда является дополнением, так или иначе до­пол­няю­щим под­­чиняющее слово…, причем в любом случае существительное, будь то субъект или объект, управляет всеми подчиненными элементами, объединенными в узел, цен­тром ко­то­рого оно выступает. Исходя из этой точки зрения и используя традиционные термины, без колебания можно утверждать, что субъект – это такое же дополнение, как и все дру­гие. Хотя, на первый взгляд, такое утверждение и покажется парадоксальным, оно легко до­ка­зуемо, если уточнить, что речь идет не о семантической, а о структурной точке зре­ния» (1, 124). В предложении Ашраф избивает Азада (схема 21) Азад является вторым ак­тан­том, а семантически – объект глагола избивает.

До сих пор мы определяли второго актанта в активной диатезе (аспекте). В пас­сив­ном аспекте действие рассматривается с противоположной стороны: в то время как второй ак­тант активного аспекта испытывает действие, то в пассивной аспекте второй актант гла­го­ла осуществляет это действие: Азад избивается Ашрафом (схема 22).

схема 20 схема 21 схема 22

Чтобы различать второй актант актива и пассива, первого будем называть просто вто­рой актант, а второго - второй актант пассива.

«Третий актант – с семантической точки зрения – это актант, в чью пользу или в ущерб которому совершается действие. Поэтому третий актант в традиционной грамма­ти­ке когда-то назывался косвенным дополнением, или атрибутивным» (1, 24). В отличие от пер­вого и второго актантов, которые в активном и пассивном аспектах взаимозаменяются, третий актант всегда – и при активном, и при пассивном аспектах остается третьим – присутствие других актантов на третий актант влияния не оказывает: Рейхан дает книгу Джейран – Книга дана Рейхан Джейран (схема 23).

схема 23

Краткие выводы:

1. Между традиционной грамматики и структурной лингвистики есть сходства и различие.

2. Основываясь логическим принципам, традиционная грамматика стремится вск­рыть противопоставление между субъектом и предикатом, а по структурному синтаксису та­кое противопоставление вообще не существует.

3. Теория о центральном положении глагольного узла устраняет неудобства при анализе предложения.

4. Теория актантов является достижением структурного синтаксиса.


Литература:

1. Теньер Л. Основы структурного синтаксиса. М., «Прогресс», 1988.

2. Засорина Л.Н. Введение в структурную лингвистику. М., «Высшая школа», 1974.

3. Резвин И.И. Современная структурная лингвистика. М., Изд. «Наука», 1977.

4. Резвин И.И. Модели языка. М., Изд. Академии Наук СССР, 1962.

5. Шаумян С.К. Структурная лингвистика. М., Изд. «Наука», 1965.

6. Dəmirçizadə Ə. Cümlə üzvləri. Bakı, 1948.

7. Rəcəbli Ə. Struktur dilçilik. Bakı, 2005.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle