Библиографическое описание:

Кириченко Ю. С. Традиционный свадебный обряд поселка Уразово Валуйского района на рубеже XIX–XX веков [Текст] // Актуальные проблемы филологии: материалы II междунар. науч. конф. (г. Краснодар, февраль 2016 г.). — Краснодар: Новация, 2016. — С. 29-33.



 

Россия — страна огромная, и каждый народ, проживающий на ее территории, в течение веков бережно и любовно, как самую задушевную песню, слагал свой свадебный обряд. Множеством невидимых нитей связан он с историей края, с верованиями, с традициями и культурой, с семейными ценностями и представлениями. В селах, расположенных на территории Белгородской области, сложилась необычайно красочная и богатая традиция проведения свадебного обряда. Интересна и неповторима многовековая история этого самого древнего ритуала в поселке Уразово и в окрестных селах.

Поселок со дня его основания был интернациональным. В свадебный обряд уразовцев очень органично влились отголоски обычаев разных народов. Уразовская свадьба, как и любая свадьба в Белгородском крае, изначально представляла собой красочный, многозначительный спектакль со своими законами, обязательными условностями, актерами. Те, кто занимался организацией свадебного веселья, помнили строгий завет предков: «играть» свадьбу — дело важное и очень ответственное, от него зависят любовь, мир, согласие, достаток, счастье, благополучие и плодородие в семье и в хозяйстве молодоженов. В этом спектакле никогда ничего не делалось просто так.

Интересно время проведения свадеб, и, хотя их разрешалось играть в течение всего года, кроме дней Поста, Троицких святок и Крещения, более предпочтительной считалась осенняя пора, свободная от полевых земледельческих работ, и зимний мясоед [9].

Свадебный обряд поселка традиционно имел свою структуру: сватовство, оглядины, девичник, выкуп постели и сундука, свадьба и венчание [6].

Очень важную роль в свадебном обряде играла песня, которая сопровождала сельских жителей во всех делах. Старожилы рассказывают: «Небогато жили, порою не во что было одеться, нечего есть, но с песней шли на работу, с песней возвращались, любое радостное событие не обходилось без песни. А уж на свадьбу старались пригласить самых голосистых. Всех гармонистов в округе знали наперечет. Какая же без них свадьба?» [2]

Вся свадебная обрядность начиналась со сватовства. Но прежде чем пойти сватать невесту, надо было её выбрать. В старину этим занимались исключительно родители жениха, согласия молодых людей не требовалось, их желания никто не учитывал. В основе каждой свадьбы лежала прежде всего экономическая заинтересованность семьи жениха, так как в приданое за невестой давалась и земля. Немаловажное значение имело и желание родителей жениха выбрать подходящую и достойную пару своему сыну, они не всегда доверяли чувствам молодежи. При выборе невесты родители обращали внимание не только на внешность, но и на нрав будущей невестки. Ценили уступчивость, покладистость, трудолюбие — именно эти черты характера способствовали миру в семье. Родители жениха хотели получить здоровую продолжательницу рода, мастерицу на все руки. В свою очередь мать невесты старалась продемонстрировать любовь дочери к труду, её чистоплотность, заставляя девушку содержать комнату в идеальном порядке, ведь будущая свекровь или сваха могли ненароком под разным предлогом туда наведаться. Родители жениха также старались приглядеться к родственникам избранницы, ведь «каково семя, таково и племя» [3]. И здесь народная мудрость права: семейное воспитание, традиции определяют многое в человеке.

Сватовство — это неотъемлемый элемент свадебной игры, от которого зависел исход событий, на сватовстве решали, состоится свадьба или нет. Поэтому этот момент связан с множеством обрядов, заговоров, различных примет. Их трудно собрать воедино и перечислить. Сватать ходили только самые близкие родственники жениха: отец, мать, старший брат, кумовья, те, что посмелее. Жених в старые времена на сватовстве не присутствовал, потом, с течением времени, сваты стали брать его с собой [8]. Прежде чем выйти из дома, присаживались за столом, вкушали хлеб-соль, молились, просили Господа благословить и помиловать. Когда шли сватать невесту, обязательно брали с собой хлеб-соль (каравай). Сватать ходили обычно под вечер, чтобы не попадаться на глаза односельчанам: боялись сглаза, а в случае отказа — насмешек со стороны соседей. И все-таки особой тайны из сватовства не делали (да и трудно в селе сохранить такое событие в тайне), а потому чаще шли по улице, а не огородами, шли гордо, важно, с достоинством, напевая песни [9].

Подойдя к дому, сваты стучали в окно или в дверь, просили разрешения войти, скромно здоровались, и, стоя под матицей (заходить за неё было нельзя — это сулило неудачное сватовство), заводили разговор на отвлеченную тему. Выручали припасенные для таких случаев устоявшиеся веками фразы: «Мы пришли с добрым делом, со сватовством», «У вас невеста, у нас женишок. Не сойдутся ли в один домок?», «У вас товар, у нас купец, собой парень молодец», «Прошли все село, ищем телочку. Нам сказали, что у вас есть. А у нас есть бычок» [6]. Как вспоминают старожилы, родители невесты, если были не согласны выдать дочку замуж, подносили «гарбуз» (тыкву), а если соглашались, соблюдая свадебный этикет, отвечали также заготовленными на этот случай традиционными фразами: «Есть, есть невеста, да только она дорогая», или: «Не продажная у нас ярочка, не продажная», «Молода она у нас. Не работница еще: лен-то мять не умеет» [1]. Но у сватов на все был готов ответ: «Что ж, что молода! Товар-то у вас ведь такой, что залеживаться ему нельзя. Сами знаете: «Брагу сливай — не доквашивай, девку отдай — не доращивай». И действительно, родители опасались, чтобы дочь не засиделась в девках. Девушку 23–25 лет считали уже старой девой, сватали такую редко.

Пока шел подобный разговор, жених находился на улице, а невеста пряталась в другой комнате. После беседы и в наше время родня невесты устраивает жениху небольшое испытание: одну за другой приводят ему «ложных» невест, иногда пожилых женщин и маленьких девочек, но жених не ошибается и выбирает свою суженую. И только тогда родители невесты приглашают сватов к столу, разрезают хлеб жениха, а мать невесты заворачивает один кусок в платок и отдает свахе со славами: «Даю тебе, сваха, хлеб-соль, христову любовь и свою дочь в дом». Во многих домах самая старшая сваха, подходя к невесте и указывая на родителей жениха, спрашивала: «Ну-ка, невестушка, скажи, кто перед тобой сидит?» Невеста должна была ответить, назвав родителей жениха отцом и матерью. То же самое должен был сделать и жених по отношению к родителям невесты. Молодые первыми садились за стол, после них рассаживались все остальные, соблюдая правила «посадки» [4].

Заканчивалось сватовство дружеской беседой о свадьбе, о сроках ее проведения, количестве гостей. Договаривались встретиться через несколько дней на оглядинах. Существовали в некоторых селах и свои правила «посадки» гостей на сватовстве: жених и сваты — по одну сторону стола, хозяева — по другую.

В некоторых селах Валуйского района через одну-две недели после сватовства, в субботу или воскресенье, в доме невесты устраивали «пропой» [9]. Это своего рода званый обед, на котором присутствовали самые близкие родственники порядка 10–15 человек с каждой стороны. К этому дню очень тщательно готовились: меняли убранство избы, стряпали угощения. Мать невесты специально варила курицу, а гости приносили с собой холодец, кисель, блины, кочан капусты и три каравая (один отдавали невесте, два ставили на стол). Молодых усаживали под «святые», гостей — рядом, строго следуя правилам сватовства. В некоторых селах жениха и невесту не сажали за стол, а прятали за печкой. На пропое невеста называла по имени родителей жениха и весь его ближайший род. В Уразове же пропой был частью сватовства [1].

Обязательным элементом свадебного обряда были оглядины, своеобразные смотрины хозяйства жениха [7]. Родителям невесты нужно было убедиться в том, что их дочь будет сыта и обеспечена всем необходимым для жизни, а им не придется краснеть перед людьми из-за того, что для дочери выбрали невыгодную партию. Да и приданое, которое невеста должна была принести в дом жениха, нужно было приготовить. В Уразове с давних пор принято, что в день оглядин в дом жениха приезжают или приходят родители невесты, её крестная мать, несколько ближайших родственниц. Они тщательно подсчитывают количество, высоту и ширину окон, дверей, вымеряют размеры комнат. Заодно сваты могут посмотреть и хозяйственные постройки, даже заглянуть в погреб, тут же прикинуть, что подарить молодым. После оглядин начиналась в подготовка к свадьбе.

В старину за сватовством в селах, расположенных рядом с Уразовом, следовал девичник. Это один из вечеров накануне свадьбы, на который приходили подружки невесты, ее крестная мать, чтобы помочь в приготовлении приданого: вышитых простыней, наволочек, рушников, даров для родственников жениха. В Уразове девичник, как таковой, не устраивался, да и приданое дочери в каждой семье готовилось заранее [2]. С самых малых лет девочку приучали шить, вязать, прясть, ткать, вышивать. Все изготовленное она складывала в выделенный ей сундук. И к тому времени, когда девушка становилась «на выданье», приданое было почти готово.

Наконец наступал день, когда любовно приготовленное в течение долгого времени приданое невесты отвозилось в дом жениха. Этот обряд в некоторых селах Белгородчины назывался «Дядьки» в честь тех, кто как раз и отвозил приданое [7]. Никто из уразовских старожилов не слышал о таком названии, но накануне свадьбы в поселке до сих пор скопленное родителями добро торжественно, с соблюдением всех ритуалов отвозят в дом жениха. В этот же день происходит выкуп сундука с приданым [3]. Раньше одежду, холсты, рушники, попоны, салфетки и прочие вещи из приданого невеста убирала в сундук. На постель же выкладывали все постельные принадлежности, приготовленные, накопленные в течение нескольких лет: перины, одеяла, простыни, пододеяльники, подзоры и покрывала. Торжественно сооружали горы из подушек в вышитых или выбитых наволочках с маленькими «думочками» наверху, чтобы все соседи могли посмотреть, с чем невеста идет замуж. Некоторые даже ощупывали перину и подушки, пересчитывали все постельные принадлежности для верности по несколько раз. За постелью и сундуком приезжали родственники жениха — крестные, дружок, братья. Эту шумную «свиту» трудно было не услышать по звукам балалайки, гармошки, частушек и плясовых песен. А в доме невесты их уже ждали ее родственники, близкие подруги. Происходил небольшой торг, выкуп, который мог продолжаться довольно долгое время, но проходил всегда по-доброму, с шуткой. Приданое невесты нужно было «заработать», угадав, что лежит в сундуках, дав денег, сколько запросят. Только в этом случае женихова «свита» могла грузить сундук на подводу. Уезжали гости в добром настроении, напевая веселые песни. Вместе с ними ехали и родственники невесты, чтобы разложить и развесить приданое для всеобщего обозрения в доме жениха, убрать постель.

День накануне свадьбы в старину был особенно насыщен обрядами. Главные события этого дня — невестина баня и вечер прощания с девичеством, расставания с подругами. Встречала девушка-невеста своих подружек со слезами на глазах. А они должны были утешать её и помочь ей в подготовке к свадьбе. За столом непрерывно звучали песни-плачи о судьбе девушки-невесты. На фоне этих песен невеста обязательно должна была причитать «в голос», даже если замуж оны выходила по любви [6].

Утро свадебного дня — кульминация ритуала. Оно было насыщено различными обрядовыми действиями, песнями, цель которых — способствовать семейной жизни молодоженов. Всех родственников в доме невеста будила громком плачем. Это объясняется мудрой народной поговоркой: «Не поплачешь за столом — будешь плакать за столбом». По старинному обычаю невеста, стоя на коленях, должна была попросить благословения у родителей. В это время за окном слышались громкие плясовые песни — это подружки невесты «сходились» к молодой в дом, чтобы помочь ей нарядиться.

Наряд невесты был очень скромен: красная, коричневая кашемировая или холщовая юбка, белая вышитая кофточка. Голову невесте покрывали белым платком, который назывался «дымкой», или украшали венком из цветов, чаще восковых. Обута она была по сезону: летом — в туфли (лаптей уразовцы не носили), в холодное время — в хромовые сапоги (чоботы), которые мастерски тачали местные сапожники. Примечательно то, что полоска на подоле свадебного платья раньше имела свое значение: чем шире полоска, тем богаче невеста. Девушке в последний раз туго-туго заплетали косу, чтобы потом её расплести и заплести в две косы. Одетая к венцу невеста рассаживала подруг за столом, каждой из них она давала каравай, который надо было украсить.

А тем временем в доме жениха наряжали свадебный «поезд». Дуги и гривы лошадей украшались поясками, ленточками, рушниками. Крепились также бубенцы, колокольчики. Родители жениха также проводили обязательный обряд благословения. А «дружок» или брат выводили его из дома. Вот теперь-то «поезжане» рассаживались в подводы и отправлялись к дому невесты [2]. Прибытие к дому невесты в Уразове в старые времена — грандиозный спектакль с большим количеством актеров, песен, частушек, шутливых испытаний жениху и его родне, что является зачином «торгов» за невесту. Торг продолжался до тех пор, пока плата за невесту не оказывалась жениху «по карману». Только после этого сваха получала разрешение пройти в дом и обменяться со свахой со стороны невесты караваями. Однако подружки не унимались и требовали выкуп и за косу невесты. А получив достойную плату, родственники невесты разрешали жениху занять место рядом с суженой, поцеловав ее. Отец невесты обносил гостей чаркой, а «дружок» раздавал им «шишки» (свадебное печево из белой муки), что являлось знаком к выходу из-за стола. Руки молодым связывали концом платка или полотенца, и они, стоя на коленях, слушали родительские напутствия. Затем гости рассаживались в повозки, в первую садились невеста, подружки, крестная мать, во вторую — жених, «дружок» и сваты, остальные гости, кто с кем, человек по восемь отправлялись в остальных повозках.

Венчание могло происходить в разные сроки: в одних селах — на первый день свадьбы, в других — на второй. Если молодые венчались в первый день, то из церкви в дом жениха они ехали уже в одной повозке, но по другой стороне улицы, дабы сбить с толку злые силы. По дороге жители поселка в любом месте останавливали («перепинали») свадебный поезд, их должны были обязательно угостить сваты [9].

На пороге дома жениха его родители (мать с иконой в руках) встречали молодых хлебом-солью, добрым словом и благословением. Над их головами разламывали хлеб (над чьей головой окажется большая половина, тот и будет в семье «главным»). Теперь жених и невеста отламывают кусочки от свадебного каравая сами, макают в соль и съедают. Потом невеста за столом угощает хлебом гостей, отламывая от каравая по кусочку. Раньше молодых усаживали на меховой полушубок, чтоб «в достатке жили». Гости тоже сидели в определенном порядке: справа от жениха — его родня, слева от невесты — ее.

Свои правила имел в Уразове обряд «одаривания» молодых [5]. По обычаю, сначала невеста одаривала родственников жениха. В свою очередь родственники жениха «отдаривали» невесту, а лишь потом дары вручали остальные гости. В качестве подарков в старину выступала мелкая живность. Самым дорогим подарком считалась корова, как правило, её дарили родители. Традиционными подарками были тканые изделия: рубахи, полотенца, скатерти, а также посуда. Дары принимали крестные с обеих сторон.

Заслуживает внимания набор обязательных традиционных блюд для свадебного стола: холодец, жаркое, огромные по размеру, вкусные, пахучие пироги, «розины» (разной формы печенье наподобие современного хвороста), «ризка» (свадебное дерево — ветка вишни с налепленными на неё шишечками из кусочков теста») [6].

Ближе к ночи молодых, (если они обвенчались в первый день) провожали на ночлег в «клеть» поближе к хозяйственным помещениям, к домашнему скоту, обсыпая молодоженов зерном и хмелем. А пир продолжался до тех пор, пока «лавки не смоют», то есть не съедят все угощение. Появление на столах каши означало завершение пира.

Свадьба в Уразове по традиции продолжалась три дня: в первый день «гуляли» в доме жениха, во второй — в доме невесты, на третий день у жениха варили кашу [4].

С рассветом в доме невесты собирались гости для второго дня свадьбы. Он включал в себя доставку завтрака молодым роднёй невесты, «позывание» (приглашение) молодоженов в дом родителей невесты. Гости с её стороны, наряженные в самые замысловатые костюмы, с песнями, шутками, прибаутками, с угощением для всех встречных людей отправлялись «будить» невесту. Выбирали и наряжали ложных молодоженов также из числа гостей. Как правило, роль невесты исполнял мужчина крупного телосложения, а роль мужа доставалась маленькой, хрупкой женщине. Прямо на улице наряжали повозку для «молодых», украшая ее старыми вещами, лентами, повязками. Эта свадебная процессия могла заехать в любой двор, обыграть свадебную церемонию, потребовать угощение, которое было соответствующим: кусок засохшего хлеба, сырые овощи. По дороге любая мелкая живность могла оказаться в сумках гостей. На третий день все это шло в кашу. Очень часто невесту проверяли на умение, терпение и аккуратность, заставляя ее ходить по воду с худыми ведрами, есть сырые овощи, подметать помещение. Но основное содержание второго свадебного дня — веселые игры, пляски, песни. Интересно, что здоровались сваты в этот день только через какую-то ткань. Обязательный шутливый ритуал второго свадебного дня в Уразове — купание свах [1].

На третий, завершающий день все гости вновь собирались в доме жениха, чтобы «концы сковать», забить кол, который готовился заранее. Старожилы подтверждают, что забитый кол обеспечивает в семье благополучие, крепость семейных уз, верность жены [2]. После каши («вечери») гости снимали с ворот чучело («пана»), которое закрепляли там накануне, и жгли его, совершая над ним обряд «отпевания» вольной холостяцкой жизни. Прыгали через костер, пели и плясали под гармошку. Этим завершалась традиционная уразовская свадьба.

 

Литература:

 

  1.              Воспоминания Н. Т. Андрющенко, записанные автором (январь 2013)
  2.              Воспоминания Е. Н. Блиновой, записанные автором (сентябрь 2007)
  3.              Воспоминания М. С. Верховод, записанные автором (март 2013)
  4.              Воспоминания Н. П. Гуц, записанные автором (сентябрь 2011)
  5.              Воспоминания В. А. Калашникова, записанные автором (декабрь 2008)
  6.              Воспоминания М. А. Фастуновой, записанные автором (июль 2014)
  7.              Беликова, Т.П., Емельянова, М. И. Живые родники Староосколья. Народная традиционная культура. — Старый Оскол, 2004.
  8.              Корепова К. Е. Русский дом. — Нижний Новгород, 1993.
  9.              Жиров, М. С. Народная художественная культура Белгородчины: [Электронный ресурс]. Белгород, 2013–2016. URL: http://ashkalov.ru/obychaitraditsii.html (Дата обращения: 12.01.2016)

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle