Библиографическое описание:

Бойцова О. В., Алиева Г. М., Калинина Ю. А. Ложные друзья переводчика в русском и английском языках [Текст] // Актуальные проблемы филологии: материалы II междунар. науч. конф. (г. Краснодар, февраль 2016 г.). — Краснодар: Новация, 2016. — С. 67-69.



 

Перевод и переводоведение имеют долгую историю. Своими корнями перевод восходит к тем далеким временам, когда праязык начал распадаться на отдельные языки и возникла необходимость в людях, знавших несколько языков и способных выступать в роли посредников при общении разных языковых общин. [4, с.6] Но, как известно, перевод начали считать самостоятельной наукой только лишь в начале ХХ века, в силу его востребованности: необходимость расширения международных контактов, обмен информацией. На сегодняшний день — это самостоятельная научная дисциплина со своей теоретической и практической базой. Переводоведение охватывает любые концепции, положения и наблюдения, касающиеся переводческой практики, способов и условий ее осуществления, а также ряд проблем и трудностей перевода и пути их решения.

К проблемам перевода можно отнести лингвистическую и культурную непереводимость: безэквивалентная лексика, перевод реалий; неоднозначность понятий; «ложных друзей переводчика».

За последние годы возрос интерес к категории слов, называемых «ложными друзьями переводчика», что не случайно, так как количество неточностей и ошибок, допускаемых при переводе данной категории слов, как профессиональным переводчиком, так и начинающим, достаточно высоко.

Термин «Ложные друзья переводчика» от французского «fauxamis» обозначает пару слов в двух языках, похожих по написанию и/или произношению, часто с общим происхождением, но отличающихся по значению. [1]

Ложные друзья переводчика привлекли внимание лингвистов еще в XIX веке, но только лишь в 1928 году французские лексикографы Кёсслер и Дерокиньи подробно изучили данное явление, которое объясняется ложным отождествлением, основанном на наличии у межъязыковых аналогизмов определенной графической, фонетической, грамматической и семантической общностей. Именно Кёсслер и Дерокиньи, проанализировав такие межъязыковые соответствия на примере французско-английских и англо-французских параллелей, ввели термин «ложные друзья переводчика» и определили, что существует два типа данного понятия:

1)      Полностью ложные слова со сходной орфографией и различной семантикой. Можно привести примеры в английском и русском языках: list часто переводят как «лист», но на самом деле это «список», «лист» же по-английски будет cheet, trace (след) — как «трасса», правильный перевод которой — «rout», «highway», actually (в действительности) — как «актуально.

2)      Частично ложные со сходной орфографией и в основном общей тематикой, например territory — территория, strategy — стратегия, student — студент.

В аналогичных отечественных исследованиях 60–70-х годов ХХ века мы можем наблюдать множество других названий для обозначения данной категории слов. А. Д. Швейцер называет эти слова «ложными аналогами», Л. К. Латышев — «лжеаналогами», А. А. Реформатский — «межъязыковыми омонимами», В. В. Акуленко — «диалексемами», А. В. Федоров — «ложными эквивалентами», Я. И. Рецкер — «псевдоинтернацинализмами». [1]

В российском переводоведении закрепилось название «ложные друзья переводчика», которые по определению Р. А. Будагого «хотя и длинно и слишком открыто, чтобы стать термином, все же становится термином». [7, с.972]

При сопоставлении лексического состава двух или нескольких языков можно обнаружить немало слов сходных по звуковому или буквенному составу, нередко эти слова являются источником ошибок и недоразумений при переводе, так как в большинстве случаев они представляют собой прямые или опосредованные заимствования, это может быть интернациональная или псевдоинтернациональная лексика, или производные от таких заимствований. Переходя из одного языка в другой эти слова могут развивать и изменять свои значения, таким образом, наблюдается явление межъязыковой асимметрии. Дело в том, что многие слова в обоих языках имеют только лишь формальное сходство, но контекст не всегда дает переводчику понять, что напрашивающееся по аналогии «сходство» ложно. Чаще всего это происходит, когда разноязычные «аналоги» принадлежат к одному кругу понятий, например английское слово «decade» и русское «декада» обозначают определенный отрезок времени, но в первом случае это «десятилетие», а во втором — десять дней. Английское «biscuit» и русское «бисквит» относятся к гастрономической сфере, но первое обозначает «сухое печенье», а второе — «сладкую выпечку из сдобного теста». Примеры предложений: «Well, hemustbea lunatic» — «Он должно быть сумасшедший», а не «лунатик».

Еще большую опасность для переводчика представляют слова, которые при наличии общего значения с соотносимыми с ними русскими словами, имеют еще ряд значений, не присущие последним. Так, например, «fiction» это не только «фикция», но и «художественная литература»; «false» это не только «фальшивый», но и «ошибочный», «искусственный» (если речь идет о волосах, ногтях, зубах и т. д.); «officer» это не только «офицер», но и «полицейский», «чиновник», «капитан на торговом судне» и т. д.

Исследователи сталкиваются с проблемой отбора различных категорий лексем и отводят значительное место случаям межъязыковой омонимии и паронимии.

В русском и английском языках ложные друзья переводчика насчитывают несколько тысяч слов и встречаются в пределах четырех частей речи: существительных (marmalade — джем), прилагательных (accurate — точный), глаголов (lift — поднимать) и наречий (originally — первоначально).

Что касается межъязыковой омонимии, то она может быть обратимой, то есть восприниматься как таковая двумя носителями языков: family как «фамилия», artist как «артист», «актер», character как «характер». Межъязыковые паронимы реже бывают обратимыми, чаще всего они односторонние, например смешение слов intelligence (разум, разведка, разведывание) и intelligentsia (интеллигенция), mayor (мэр города) и major (майор) не возможно для англичанина, но часто наблюдается у русского.

Исследователи уделяют особое внимание «ложным друзьям переводчика» в письменной речи, так как при письменном переводе велика вероятность орфографических ошибок, например в английском: group — группа, official — официальный, attack — атака, mannequin — манекен.

Сложнее дело обстоит с устойчивыми выражениями, фразеологическими оборотами, схожими по лексическому составу, но тем не менее существенно отличающимися по значению. Довольно часто фразеологизмы вызывают ошибочные, ложные ассоциации как фразеологического, так и не фразеологического характера: Throwdustintoeyes — «пускать пыль в глаза», но если русская идиома означает попытку с помощью эффектного поступка представить себя лучше, чем это есть на самом деле, то английская идиома подразумевает «сбить с толка», «обмануть».

Встретив устойчивый оборот to pass the time of the day, невнимательный переводчик может пойти по самому легкому пути и по аналогии с русским, формально напоминающим его «соответствием», передать как «проводить время, проводить день», особенно, если в контексте не имеется никаких оговорок, как, например, в предложении: Не was passing the time of the day with one of his secretaries.

На самом деле фразеологизм означает следующее:

  1. здороваться, обмениваться приветствиями с кем-л.;
  2. поболтать, коротать время с кем-л.

Лингвисты с многолетней практикой преподавания перевода отмечают, что выражение to wait on smb. нередко принимается за схожее сочетание с послелогом — tо wait for smb, и в результате простейшая фраза «A beautiful girl was waiting on me in this cafe может быть переведена неправильно:

«В этом кафе меня ждала (а надо: обслуживала) довольно таки красивая девушка. [6, с.54]

Проблема ложных друзей переводчика становится тем сложнее, чем тоньше нюансы различий значений сталкивающихся слов. Сходство формы психологически давит на переводчика, притупляет его бдительность, не стимулирует его обращение к словарю. [3, 36] Особенно это актуально для устного перевода, при котором самым важным навыком профессионального переводчика является навык переключения с одного языка на другой. Переводчик, особенно начинающий, находясь под впечатлением знакомой графической и фонетической формы слова, нередко допускает в переводе «буквализмы», нарушает нормы языка перевода, особенно сочетаемости слов. [7, с. 973] Термин «буквализм» в середине ХХ века рассматривался Я. И. Рецкером как перевод по внешнему — графическому или фонетическому- сходству [6, с. 40], но в конце ХХ века В. Г. Гак выделил такие типы буквализма как: лексический, фразеологический, грамматический и стилистический, считая их переводческой ошибкой в результате дословного воспроизведения форм подлинника. [6, с.44] Р. К. Миньяр-Белоручев в свою очередь считает, что ограничивать понятие «буквализм» неправильным воспроизведением формы подлинника нельзя. Если исходить из признаков, лежащих в основе этого явления, то необходимо различать: [5, с.67]

  1.    Элементарные буквализмы, при которых устанавливаются ложные связи между сходными буквенными и графическими знаками двух языков в результате доминирования семантических связей: magazine — «магазин» вместо «журнала»;
  2.    Семантические буквализмы, при которых устанавливаются ложные звуковые связи двух языков, чаще всего в результате перевода основного значения слова без учета речевой ситуации: totakethechair — «занять стул» вместо «председательствовать»;
  3.    Грамматические буквализмы, которые наиболее ярко иллюстрируют явление языковой интерференции.

При всем при этом нельзя считать, что ошибки этого рода свидетельствуют о недостаточном владении иностранным языком. Как признается в современной теоретической лингвистике, владение иностранным языком в большинстве случаев не бывает вполне безукоризненным, а равно свободное абсолютно правильное параллельное использование двух языков — лишь теоретически допустимая абстракция. [2, с.81] Отсюда следует вывод, что допускать ошибки в словоупотреблении является нормальным явлением при переводе, и только лишь практика перевода обуславливает исследование данного явления.

В настоящее время существуют словари «ложных друзей переводчика». Самым известным и самым распространенным считается англо-русский и русско-английский словарь В. В. Акуленко, где изложены 900 английских слов в сравнении со сходными по звучанию русскими словами, а также приведен краткий анализ полного или частичного несоответствия сходных и отождествляемых английских и русских слов. Данный словарь был составлен в 1969 году. В настоящие время многие языковеды пытаются его дополнить и модернизировать.

Не стоит забывать о том, что страховкой от ошибок при переводе может быть довольно внимательный анализ контекста и проверка всех значений слова по словарю.

 

Литература:

 

  1.    Акуленко, В. В. О ложных друзьях переводчика [Электронный ресурс] / В. В. Акуленко. — Элктронные текстовые данные. — Режим доступа: http://linguistic.ru/index.php?id=79&op=content (Дата обращения 19.11.2015)
  2.    Алимов, В. В. Теория перевода. Перевод в сфере профессиональной коммуникации [Текст] / В. В. Алимов. — М.:КомКнига, 2006.- 158 с.
  3.    Ермолович, Д.И. «Ложный друг» оказался вдруг и не друг, и не враг, а так [Текст] / Д. И. Ермолович // Журнал переводчиков «Мосты». — 2007. — № 4. — с.33–40
  4.    Крупнов, В, Н. В творческой лаборатории переводчика [Текст] / В. Н. Крупнов. — М.: Прогресс, 2000. — 50 с.
  5.    Миньяр-Белоручев, Р. К, Теория и методы перевода [Текст] / Р. К. Миньяр-Белоручев. — М.: Московский лицей, 1996. — 208
  6.    Рецкер, Я. И. Пособие по переводу с английского на русский [Текст] / Я. И. Рецкер. — М.:Наука, 1982. — 215с.
  7.    Тураева, Д. М. Ложные друзья переводчика [Текст] / Д. М. Тураева, С. О. Шукурова // Молодой ученый. — 2015. — № 3. — С. 972–974.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle