Библиографическое описание:

Шумбасова Е. В. Экзистенциализм и военная проза советского периода [Текст] // Филологические науки в России и за рубежом: материалы III междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, июль 2015 г.). — СПб.: Свое издательство, 2015. — С. 48-52.

Статья посвящена рассмотрению военной прозы писателей-фронтовиков, таких, как В. В. Быков, Б. Л. Васильев и др. Автор статьи на материале текстов доказывает, что экзистенциализм как литературное направление в русской литературе советского времени не сложился. Но военная проза отдельных писателей, а также лагерная проза со всей несомненностью несут в себе черты экзистенциализма, т. е. обладают экзистенциальностью.

Ключевые слова: экзистенциализм, экзистенциальность, военная проза, писатели-фронтовики, лагерная проза.

 

Экзистенциализм как литературное направление в силу объективных исторических причин в русской литературе советского времени не сложился. Однако экзистенциальность как качество прозы отдельных русских писателей, таких, как В. Т. Шаламов, Б. Л. Васильев, В. В. Быков, обнаруживается со всей несомненностью. Это писатели, которые долгое время находились в экзистенциальной ситуации (В. Шаламов, например, немало лет провел в лагерях, В. Быков — воевал, а на войне экзистенциальные ситуации встречаются на каждом шагу). О войне и лагере писали многие, писали очень правдиво, но именно экзистенциальность как свойство прозы обнаруживается у тех писателей, которые лицом к лицу оказывались в ситуации выбора при отсутствии выбора как такового. Рассмотрению военной экзистенциальной прозы и посвящена данная статья.

Великая Отечественная война отражена в русской литературе ХХ века глубоко и всесторонне, во всех проявлениях: армия и тыл, партизанское движение и подполье, трагическое начало войны, отдельные битвы, героизм и предательство, величие и драматизм Победы.

Всю русскую военную прозу условно можно разделить на две группы: проза писателей, не принимавших участия в войне, или принимавших косвенное участие, и проза писателей-фронтовиков, прошедших всю войну от начала до конца, перенесших все тяготы войны (В. П. Некрасов, В. К. Кондратьев, К. Д. Воробьев, В. В. Быков, Б. Л. Васильев, Ю. В. Бондарев). Такое разделение не случайно, поскольку по своему содержанию, смысловой наполненности, произведения этих двух групп противоречат друг другу. Рассмотрению произведений, входящих во вторую группу и посвящена данная работа.

Эта проза отличается более глубоким психологизмом, натуралистичностью, она посвящена не блистательным командирам и офицерам, а простым солдатам, чьими нечеловеческими усилиями и была одержана Великая Победа.

На войне разворачиваются драматические ситуации, от поступка человека зависит порой его (и не только его) жизнь и смерть. Писатели-фронтовики — это целое поколение мужественных, совестливых, многое испытавших одаренных личностей, перенесших военные и послевоенные невзгоды. Писатели-фронтовики являются теми авторами, которые в своих произведениях выражают точку зрения, что исход войны решает герой, сознающий себя частицей воюющего народа, несущий свой крест и общую ношу.

Самые достоверные произведения о войне создали писатели-фронтовики: В. П. Некрасов, В. К. Кондратьев, К. Д. Воробьев, В. В. Быков, Б. Л. Васильев, Ю. В. Бондарев и многие другие.

У всех у нас с детства сложился стереотипный образ советского солдата-победителя — честного, сильного, бесстрашного, для которого белое — это белое, черное — это черное. Повести В. В. Быкова, К. Д. Воробьева, Б. Л. Васильева и других писателей-фронтовиков показывают, что все было далеко не так категорично и однозначно. Были на войне люди, боявшиеся смерти, цеплявшиеся за малейшую возможность выжить, люди, слабые морально, способные допустить ошибку, порой неисправимую, непростительную (Рыбак из повести В. В. Быкова «Сотников»). Были люди, проявлявшие «незаметный» на первый взгляд героизм (девчонки из повести Б. Л. Васильева «А зори здесь тихие…»), люди, чье, пусть даже кратковременное, участие помогло приблизить Великий День Победы.

Военная тема, предполагающая нечеловеческие условия и ситуацию выбора при отсутствии выбора, дает художнику жизненный материал, естественно рождающий «неестественные», экзистенциальные ситуации. Не всякая проза о войне может обладать этими качествами.

Военная проза, рожденная поколением тех, кто на фронте был не заезжим корреспондентом, а взводным командиром или вовсе рядовым бойцом, демонстрирует наиболее отчетливые примеры экзистенциальной прозы. Одним их наиболее выразительных образцов предстает повесть В. Быкова «Сотников».

Белорусский писатель-фронтовик Василь Владимирович Быков (1924–2003) считал, что военная тема «…уходит из нашей литературы потому же…, почему ушли доблесть, честь, самопожертвование… Изгнано из обихода героическое, зачем нам еще война, где эта ущербность всего наглядней? «Неполная правда» и прямая ложь о войне на протяжении многих лет принижает смысл и значение нашей военной (или антивоенной, как иногда говорят) литературы» [1, с. 69].

Произведения белорусского писателя-фронтовика Василя Быкова вызывают не только споры, но и размышления. Таково прочтение повести «Сотников» учителем средней школы г. Ярославля Холодяковым И. В. [2, с. 17].

В советской критике сущность этого произведения сводилась к прямолинейному морализаторству: Сотников — честный, смелый, хороший, советский партизан, Рыбак — мелкий, жалкий предатель. Но, при более глубоком прочтении, становится понятно, что все далеко не так просто и однозначно. Рыбак пытается спастись, но это нормальная реакция любого человека. Даже глупо было бы погибнуть, так и не попытавшись спастись: «… всего двадцать шесть лет, хотелось бы еще немного пожить на земле. Не столько страшно, сколько противно ложиться зимой в эту промерзшую яму…

Нет, надо бороться!» [3, с. 104].

Причем Рыбак пытается сохранить не только свою жизнь, он постоянно думает о том, как спасти товарища, как не выдать своих, вспоминает товарищей, оставшихся в лесу, беспокоится за них. До определенного момента Рыбак никакого предательства не совершает — он просто старается не злить полицаев, не грубить им, как это делает Сотников, даже соглашается работать на полицаев, веря, что ничего плохого своим не сделает: «… он шел на эту игру, чтобы выиграть себе жизнь — разве этого не достаточно для самой, пусть даже отчаянной, игры? А там оно будет видно, только бы не убили, не замучили на допросах. Только бы вырваться из клетки, и ничего плохого он себе не позволит. Разве он враг своим?» [3, с. 134].

Но существуют ситуации, из которых нет выхода. Рыбак слишком поздно понимает это. Он допускает одну ошибку — соглашается работать в полиции. Эта ошибка повлекла за собой последующие, в конечном итоге Рыбак становится убийцей товарища: «… он не хотел верить в свою причастность к этой расправе — при чем тут он? Разве это он? Он только выдернул этот обрубок. И то по приказу полиции» [3, с. 143].

В. Быков не осуждает своего героя, автор просто показывает, насколько может быть беспомощен человек в безвыходной ситуации. Это ситуация выбора при отсутствии выбора — экзистенциальная ситуация. Человек попытался сделать выбор, и вроде бы остался жив, несмотря ни на что…

В финале Рыбак пытается покончить с собой, но даже этого не может сделать, потому что повеситься ему не на чем. То, что он пытается покончить с собой, говорит о том, что осталось что-то человеческое в этом персонаже, и это «что-то» не даст ему спокойно жить. Рыбак остается жить, но мы, читатели, понимаем, что это ненадолго. Рано или поздно он не выдержит.

Военная проза 60-х — 70-х дает немало произведений, которые образуют «критическую массу» русского экзистенциализма: «Обелиск», «Дожить до рассвета», «Круглянский мост» и «Альпийская баллада» В. Быкова, «А зори здесь тихие» Б. Васильева и др.

Писатель-фронтовик Борис Львович Васильев (1924–2013), автор любимых всеми книг «А зори здесь тихие», «Завтра была война», «В списках не значился», «Аты-баты шли солдаты», которые были экранизированы в советское время. На этих повестях выросло не одно поколение молодежи. Всем запомнились светлые образы девушек, соединивших в себе правдолюбие и стойкость (Женя из повести «А зори здесь тихие…», Искра из повести «Завтра была война» и др.) и жертвенную преданность высокому делу и любимым (героиня повести «В списках не значился» и др.).

Семьдесят лет назад на русских людей внезапно обрушилась страшная трагедия. Война — это разруха, нищета, жестокость, смерть. Война — это тысячи истерзанных, убитых, замученных в лагерях людей, это миллионы искалеченных судеб.

Мы привыкли к тому, что на войне нет места сентиментальности и нежности, а слово «герой» в нашем понимании — это обязательно боец, солдат, словом, мужчина. У всех на слуху имена: Жуков, Рокоссовский, Панфилов и многие другие, но мало кому известны имена тех девчонок, которые прямо с выпускного бала попали на войну, без которых, быть может, и не было бы победы.

О Великой Отечественной войне написано очень много произведений, в которых без прикрас показаны все трудности, с которыми сталкивались люди, но одной из самых серьезных является повесть Б. Л. Васильева «А зори здесь тихие…».

Борис Васильев относится к тем писателям, кто сам прошел трудными дорогами войны, кто защищал родную землю с оружием в руках. Кроме того, им написано много рассказов о том, что ему пришлось пережить в трудные фронтовые годы. И это переживание очевидца, а не художественный вымысел творца.

Повесть «А зори здесь тихие…» рассказывает нам о далеких военных годах. Действие разворачивается в мае 1942 года. Главный герой, Федот Евграфович Васков, по «собственному желанию» получает в распоряжение женский зенитно-пулеметный батальон: «Шлите непьющих… Непьющих и это… Чтоб, знаете, насчет женского пола…» [4, с. 7].

Сколько девушек, столько судеб: все разные. Но в одном они все же схожи: все судьбы сломала, изуродовала война. Получив приказ не пропустить немцев к железной дороге, девушки ценой собственных жизней выполнили его. Все пять девушек, отправившихся на задание, погибли, но погибли героически, за Родину.

«А зори здесь тихие…» — значительное по содержанию художественное полотно, произведение глубокого гражданского и патриотического звучания. В 1975 г. за эту повесть Б. Васильев удостоился Государственной премии СССР.

Вспомним Константина Дмитриевича Воробьева (1919–1975), автора суровых и трагических произведений, который первым рассказал о горькой правде попавшего в плен и прошедшего сквозь ад земной. Повести К. Д. Воробьева «Это мы, Господи», «Убиты под Москвой» написаны на собственном опыте. Сражаясь в роте кремлевских курсантов под Москвой, попал в плен, прошел через лагеря на территории Литвы. Бежал из плена, организовал партизанскую группу, объединившуюся с литовским партизанским отрядом, а после войны жил в Вильнюсе. Повесть «Это мы, Господи», написанная в 1943 г., опубликована была лишь через десять лет после его смерти, в 1986 г.: «…эта повесть о муках молодого лейтенанта в плену несет в себе автобиографичность и сейчас высоко оценивается по сопротивляемости духа как явление, родственное разве что «Колымским рассказам» В. Шаламова. Пытки, расстрелы, каторжный труд в плену, побеги… Автор документирует кошмарную явь, обнажает зло» [5].

Как мы видим, проза фронтовиков является ярчайшим образцом русской экзистенциальной прозы.

Экзистенциализм не случайно возник в ХХ веке — веке войн, насилия, тюрем, голода. Социальные катаклизмы породили экзистенциальные ситуации, которые нашли отражение в философии, литературе, культуре.

Нужно отметить, что в конце ХХ и начале ХХI века значительно уменьшилось количество писателей, пишущих о войне. В последнее время в литературной критике, применительно к военной прозе, стал употребляться термин «новая военная проза»: имеется в виду проза об афганской и чеченской войнах, с одной стороны. С другой стороны, новая военная проза — это полемическая проза, которая представляет другое изображение войны писателями-фронтовиками, в разрез официальной советской критике.

Недаром писатели-фронтовики сетовали, что не вся правда о войне написана. Прошло время, появилась историческая дистанция, которая позволила увидеть прошедшее и пережитое в истинном свете, пришли нужные слова, написаны другие книги о войне, которые приведут нас к духовному познанию прошлого.

 

Литература:

 

1.      Алексеев А. В. И снова о войне… // Литература в школе. — 2005. — № 4.

2.      Холодяков И. В. Великая Отечественная война в произведениях русской литературы ХХ века // Литература в школе. — 2004. — № 4.

3.      Быков В. Повести. М.: Художественная литература, 1990.

4.      Васильев Б. Л. А зори здесь тихие…: повесть.- М.: Художественная литература, 1982.

5.      Тема трагической судьбы человека в произведениях А. П. Платонова, А. И. Солженицына, В. Т. Шаламова // http://studopedia.net/

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle