Библиографическое описание:

Дрога М. А. Разнословные сложения как средство языковой игры в современных СМИ [Текст] // Современная филология: материалы IV междунар. науч. конф. (г. Уфа, март 2015 г.). — Уфа: Лето, 2015. — С. 93-96.

Статья посвящена рассмотрению разнословных сложений как особой лексической категории русского языка. Уделяется внимание функционированию составных номинаций в языке прессы. Подобные слова отличаются свободным комбинированием компонентов, сложностью семантики, а также реализуют стремление к языковой необычности.

Ключевые слова: разнословные сложения, языковая игра, СМИ, заголовок.

 

Широкий пласт лексики современного русского языка занимают составные слова, по-разному определяемые в научной среде. «Классификационное объединение таких единиц возможно с формальной точки зрения. В этом случае выделяют тавтологическое и разнословное сложение, где во второй группе принято разграничивать аппозитивное сложение (последующий компонент является атрибутом к препозитивному имени) и гендиадис (рифмованное сложение слов)» [3, с. 84–85]. По отношению к словам покупатель-невидимка, река-судьба, Госдума-театр и т. п. мы используем синонимичные термины «составные наименования» и «разнословные сложения». «Создание составных наименований — индивидуально-авторский признак, а значит, главными факторами появления подобных слов становится языковая личность писателя и сюжетные потребности произведения» [1, с. 102].

Иллюстративным материалом исследования послужили примеры из газетных текстов последнего десятилетия: «Аргументы и факты», «Комсомольская правда», «Литературная газета», «Собеседник», «Независимая газета», «Труд», «Известия» и другие. В то же время, несмотря на обилие газетно-журнальных жанров, «ко всякой речи предъявляется требование — вместить возможно большее количество информации в возможно более сжатую лексически-грамматическую структуру, причём учитывая, что эта структура должна легко восприниматься при быстром чтении про себя и иметь максимальное воздействие на получателя речи» [7].

Специально придуманные, «сотворенные» журналистами, разнословные сложения представляют собой реализацию потенциальных возможностей словообразовательной системы современного языка, демонстрируют, на что способен язык при создании новых слов. В каждом случае возникает новая комбинация слов, а сами слова не изобретаются, и извлекаются из языковой системы в новом качестве. «Среди причин, побуждающих авторов к словотворчеству, — стремление к новизне выражений, желание создать неожиданный словесный образ» [2, с. 61]. Словотворчество в газетно-публицистическом тексте помогает «выразить отношение автора к изображаемому, дать оценку описываемых событий, остановить внимание читателя на конкретном слове» [4, с. 52].

Гламур-маникюр, шутл. (о напыщенной красоте): Актриса Настя Цветаева: «А моя елка плюшевая! Потому что мне надоели иголки, которые постоянно колются, а потом еще и сыплются. Гораздо приятнее, когда елочка мягкая и нежная. Вот у меня дома елки обычно до 8 Марта стоят, так я не люблю с ними расставаться. Этот Новый год впервые за долгое время буду отмечать дома с семьей, хватит уже этого гламура-маникюра. Буду отмечать со своим ребенком, ему уже три года, и он все понимает». Труд, 2008, № 243. В этом примере эстетический момент заключается в ощущении красоты и изящества сказанного. Мы вслед за Б. Ю. Норманом, рассматриваем термин «языковая игра» в широком смысле: «Использование языка в особых — эстетических, социальных и т. п. — целях, при котором языковая система наилучшим образом демонстрирует свою «мягкость»: языковые единицы, их классы и правила их функционирования получают тут большую степень свободы по сравнению с иными речевыми ситуациями» [8, с. 6].

Как и в предыдущем случае, текст становится в глазах читателя более экспрессивным и раскованным, требующим к себе большего внимания и «уважения»:

Медведь-«единороссик»,шутл.: По личной инициативе депутата Госдумы Валерия Панова выпущен первый номер партийного издания для младшеклассников — цветного журнала «Единороссик». Журнал с упитанным медвежонком на обложке, одетым только в шарфик а-ля «Спартак»-чемпион», выпущен тиражом десять тысяч экземпляров за счет областного отделения партии «Единая Россия». Распространяется он по библиотекам и детским садам Златоустовского избирательного округа. Труд, 2007, № 12.

Эти примеры позволяют говорить об особом виде языковой игры, объединяющем варьирование формы и — одновременно — значения слова. На практике это значит, что два разных слова «объединяются», складываются в одно. «В новых словах присутствует какая-то трудноуловимая аура, привлекательность актуальности и новизны» [6, с. 45].

Употребление разнословных сложений относят к инновационным процессам, развивающимся под влиянием разговорной сферы общения, размывающим границы между официальным и неофициальным общением. Применение журналистами такого экономного способа интерпретации описываемых фактов вызывает у читателя определённые, заранее программируемые информатором ассоциации. Благодаря тому, что стяженные (конденсированные) конструкции — «это средства, обладающие возможностями экспрессивного и наглядного воздействия и в то же время лаконичные и экономные» [Цит. по 5], они так употребительны в современной прессе. Такие конструкции позволяют устранять коммуникативно избыточные компоненты при полном сохранении семантико-синтаксического значения единицы. Исследуемые номинации частотны в заголовках газетных статей. Приведем пример:

Аэропорт-полиглот: Буквально с каждым днем языковой диапазон дикторов в аэропорту расширяется. На сегодняшний день объявления делают на 7 языках: русском, английском, азербайджанском, французском, немецком, итальянском и узбекском. Но, по заверению представителей Домодедова, к 2008 году их количество дойдет до 20. Практически каждая страна вылета будет представлена на родном для пассажиров языке. Труд, 2007, № 140.

В научной литературе, касающейся специфики газетных заголовков, отмечается, что, занимая сильную позицию в тексте, привлекают внимание читательской аудитории. Следующее яркое слово-заголовок иллюстрирует подобные утверждения:

Пол-фабрикат (о спортсменах, которые скрыли свой гендерный признак): 26-летняя Линдси Уолкер претендует на статус новой звезды в американском женском баскетболе. Основанием для претензий является даже не феноменальный рост 213 см, а тот факт, что совсем недавно Линдси была еще… баскетболистом Грегом Уолкером. АиФ, 2012, № 15.

Отличительной особенностью языковой игры является её сопряженность с комическим эффектом. В зависимости от определенной ситуации авторское намерение принимает вид словесной остроты, каламбура, шутки, анекдота и т. п.

Разговоры-вóры (заголовок): Осенью времени катастрофически не хватает, а столько всего надо успеть. Оказывается, собственную жизнь надо планировать. Например, болтовня по телефону — одна из «черных дыр», то есть дело, которое отбирает больше всего времени. Телесемь, 2010, № 42. Одной из наиболее интересной и важной частей оказывается второй компонент сложения «воры», повторяя часть первого компонента и рифмуясь с ним, характеризует свойство и создает эффект языковой игры. Своеобразный рифмованный прицеп, «отзвучие» к базовому компоненту, вызывает «не досаду и недоумение, а желание «поддержать игру и попытаться вскрыть глубинное намерение автора, эту игру предложившего» [9, с. 23]:

Счѐтчик-налѐтчик (заголовок): Невыгодный расчет — почему приборы учета не помогают экономить? В последнее время в Москве проводится массовая замена старых электросчетчиков на современные, которые, по уверениям энергетиков, позволяют снизить платежи за свет на 25 %. Новое оборудование ставят, но дают ли потом экономить? АиФ, 2013, № 10.

Еще одна возможность искажения оболочки слова — перестановка в нем звуков, букв, целых элементов, которая производится умышленно, с намеком на другие слова:

Ангел-спаситель: 22-летняя Вика Зильберштейн из московского отделения службы бортпроводников, которая поработала стюардессой всего два года, стала ангелом-спасителем десятков пассажиров. АиФ, 2006, № 31. Компонент «спаситель» употреблен вместо уже известного «хранитель».

Отмечен случай употребления разнословного сложения, компоненты которого отличаются одной буквой, что создает эффект заинтересованности. В основе таких комических переделок лежит вполне объективное и случайное сходство разных слов:

Обмен-обман (заголовок): Мошенники не щадят ни пожилых жителей столичного региона, ни семьи, приехавшие с Украины. Каждый день у столичных пенсионеров выманивают или отбирают их накопления на чёрный день. Совсем недавно полиция задержала в Восточном округе очередную воровку на доверии — 28-летнюю гражданку из Узбекистана. На счету «медсестры из поликлиники», продававшей непонятные капсулы под видом чудо-лекарства, как минимум 4 жертвы. Все пострадавшие — москвички старше 80 лет. АиФ, 2014, № 40. Прием замены в известном слове одной из букв на другую, актуальную для конкретного текста, весьма популярен в современной прессе:

Лапочка-почка, ласк., ср. изв. лапочка-дочка (о донорской почке, которая спасла жизнь маленькой девочке). АиФ, 2005, № 20.

Леди-бокс, ср. изв.: леди-босс (о девушке, которая, потеряв своего любимого, стала заниматься боксом). АиФ, 2005, № 12.

Умышленная, «игровая» мена букв «ударяет» по ожиданиям читателя, заставляет еще раз перечитать заголовок. Перечисленные примеры подтверждают мысль о том, что от игры формальной один шаг до «игры смысловой, когда на слово наводятся дополнительные смысловые ассоциации, за ним как бы встает другое слово, со своим значением.».. [7, с. 102]. Интересным и редким экземпляром в нашей картотеке является составное наименование «мама-рама»: Артисты называют Ксению «мама-рама»: театральная студия называется «Окно», а Ксения — рама этого окна. А еще она ко всем относится с такой любовью, как родная мама. Вот и прижилось прозвище… АиФ, 2010, № 15.

Как показывают результаты ассоциативного эксперимента, читатели определяют данный заголовок как «мама, которая моет раму», «мама большого роста», «злая мама». Раскрыть содержание созданного слова помогает контекст. Главное же для нас — в том, что контекст обладает способностью изменять привычное значение любого слова. И как результат — читатель «включается», становится соавтором придуманной языковой игры. «Названия людей помогают нам составить наш собственный портрет, новые же названия добавляют в него новые черты» [6, с. 79].

Материал доказывает, что нередко в «лингвистическую ткань периодической печати» вплетаются заголовки, настраивающие адресата на одно прочтение сообщения, а затем, дальнейшим контекстом, разрушает складывавшийся до тех пор смысл [7]. Это очередная разновидность языковой игры, основанная на эффекте обманутого ожидания. К примеру, разнословное сложение «пожар-птица» нацеливает на мысли об известном сказочном персонаже. И только более широкий контекст проясняет, что речь в газетном отрывке идет о женщине, спасшей от пожара детей. Таким образом, контекст содержит в себе предпосылки, необходимые для правильного понимания слова.

Выводы. «Активные словообразовательные процессы в современных… СМИ являются отражением стремления говорящих эмоционально выразиться, выделиться среди окружающих. Описанные инновации привлекают … своей необычностью, экспрессивностью и запоминаемостью. Именно этими причинами обусловлена их активность в СМИ» [10, с. 491–492]. Как отмечают ученые-лингвисты, язык — это «уникальный бесплатный полигон для игры мысли», а языковая игра — это постоянное нарушение каких-то правил или «балансирование на грани нормы». (Б. Ю. Норман). И в то же время сами эти нарушения не бессистемны и случайны, а также происходят по определенным правилам, подчиняются некоторым закономерностям.

Употребление разнословного сложения придает его компонентам необычное значение и необычную форму, сталкивая в одном контексте разные слова. И результатом этого является не только достижение какой-то дополнительной коммуникативной цели (удивить читателя, поразить, восхитить его и т. п.), но и творческое удовлетворение самого говорящего. Для современного журналиста игра — реализация его речевой раскованности и доказательство его языковой самобытности, непохожести.

 

Литература:

 

1.         Демидова Т. Д. Семантика составных одушевленных наименований в прозе В. П. Деткова // Вестник ЦМО МГУ. Литературоведение. Анализ художественного текста. — М., 2012. № 4. С. 98–102.

2.         Дрога М. А. Составные наименования как продукт индивидуального словотворчества в современных СМИ // Вестник Северного (Арктического) федерального университета. Серия: Гуманитарные и социальные науки. — Архангельск, 2013. № 5. С. 60–67.

3.         Журавлев А. Ф. Технические возможности русского языка в области предметной номинации // Способы номинации в современном русском языке. — М.: Наука, 1982. С. 45–109.

4.         Ильясова С. В. Словообразовательная игра как феномен языка современных СМИ. — Ростов на-Д., 2002. 359 с.

5.         Кормилицына М. А. Инновационные процессы в языке современной прессы [Электронный ресурс]. URL: http://www.vevivi.ru/best/Innovatsionnye-protsessy-v-yazyke-sovremennoi-pressy-ref107112.html (дата обращения 27.12.2014).

6.         Кронгауз М. Русский язык на грани нервного срыва. — М.: Знак: Языки славянских культур, 2007. — 232 с.

7.         Миронеско-Белова Е. М. Прецедентный текст в газетно-журнальном заголовке (на материале русскоязычной прессы последнего десятилетия // Русская и сопоставительная филология: состояние и перспективы.– Казань: Изд-во Казан. ун-та, 2004. C.71–72.

8.         Норман Б. Ю. Игра на гранях языка. — М.: Флинта: Наука, 2006. — 344 с.

9.         Санников В. З. Русский язык в зеркале языковой игры. — М.: Языки русской культуры, 1999. — 544 с.

10.     Тумакова Е. В. Активные словообразовательные процессы в современных молодежных СМИ // Язык средств массовой информации как объект междисциплинарного исследования: матер. 2-ой Междунар. конф. / Сост. М. Н. Володина. — М.: МАКС Пресс, 2008. С. 489–492.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle