Библиографическое описание:

Маломожнова Е. С. Приемы гротеска в повести М. А. Булгакова «Похождения Чичикова» [Текст] // Филология и лингвистика в современном обществе: материалы III междунар. науч. конф. (г. Москва, ноябрь 2014 г.). — М.: Буки-Веди, 2014. — С. 30-32.

 

Более ста лет назад Н. В. Гоголь написал свое бессмертное произведение — поэму «Мертвые души», в которой воссоздает «круги ада» российской помещичьей и чиновничьей действительности. Объединяющим звеном частей поэмы в единое целое становится образ Павла Ивановича Чичикова — типичного представителя своего поколения, в котором «обстоятельства» воспитывают «страсть к приобретению» [4]. Позднее, уже в XX веке, к образу Чичикова обращается другой русский писатель — М. А. Булгаков. В своей повести «Похождения Чичикова» он рисует картину неустроенного быта России, в которую «двинулась ватага» [1: 168] из мертвого царства продажных чиновников и лицемерных помещиков.

Повесть «Похождения Чичикова» тесно связана с поэмой Н. В. Гоголя: М. А. Булгаков выводит на ее страницах персонажей гоголевских произведений («Мертвых Душ», «Ревизора», «Женитьбы»), использует прием реминисценции («Какой же русский не любит быстрой езды?!» [1: 176], «Мошенник на мошеннике сидит и мошенником погоняет» [1: 170]), во главу своего произведения ставит цитату из «Мертвых душ». От Н. В. Гоголя наследует М. А. Булгаков и прием гротескного изображения действительности.

В повести «Похождения Чичикова» гротеск, как и в поэме Н. В. Гоголя, тесно связан с бытийными, остросоциальными проблемами. М. А. Булгаков высмеивает конкретные бытовые реалии России 1920-х годов: мошенничество, бюрократизм, взяточничество, приспособленчество, духовное и душевное онемение. Как пишет в своей статье «Жанровое своеобразие сатирических повестей М.Булгакова» Е.Глушко, «гротескный мир произведения является многослойной пародией на советское общество и систему отношений в нем» [2].

К повести «Похождения Чичикова» подан подзаголовок «Поэма в десяти пунктах с прологом и эпилогом», отсылающий к жанровому определению Н. В. Гоголем своего произведения как поэмы. И действительно, в «Мертвых душах» сильно поэтическое, лирическое начало, создаваемое многочисленными авторскими отступлениями, в которых Н. В. Гоголь вспоминает о своем детстве, дает оценку характеру и поведению собственных героев, рассуждает о судьбе России и русского народа. Однако, в «поэме» М. А. Булгакова лирические отступления отсутствуют; подробное описание персонажей и авторские комментарии происходящих событий практически исключены из текста. «Похождения Чичикова» отличаются стремительным развитием сюжета, но «именно авторское начало направляет все эти быстрые перипетии» [2]. Лирическое в «Похождениях Чичикова» создается благодаря игре автора с образами и мотивами классической литературы, которые он продолжает развивать в своей повести.

В качестве эпиграфа к «Похождениям Чичикова» М. А. Булгаков использует отрывок из поэмы Н. В. Гоголя без прямого указания на это произведение: «- Держи, держи, дурак! — кричал Чичиков Селифану. — Вот я тебя палашом! — кричал скакавший навстречу фельдъегерь, с усами в аршин. — Не видишь, леший дери твою душу, казенный экипаж» [1: 168]. Эпиграф призван вызвать читательские ассоциации с поэмой Н. В. Гоголя, дать намек на начало новой авантюры, связанной с образом Чичикова. Кроме того, эпиграф также создает свойственный гротеску контраст воображаемого, абсурдного с реальной действительностью, с бедами самого автора, нуждающегося в брюках, сахаре, лампе [1: 179].

Пролог и эпилог, повествующие о «диковинном сне» автора, позволяют разграничить действительный и мнимый планы повести М. А. Булгакова.

Уже в начале повести писатель использует прием перевода «неправдоподобного в план правдоподобия» [3]: пришедшее к автору сновидение делает все события в повести правдоподобными, так как во сне возможно все. Именно во сне персонажи разных гоголевских произведений могут не только ожить, но и встретиться, как старые знакомые. Оживают герои гоголевских «Мертвых душ» Чичиков, Петрушка, Собакевич, Коробочка, Ноздрев и другие; странным образом их жизни пересекаются с Хлестаковым и Подколесиным — героями гоголевских пьес «Женитьба» и «Ревизор». «Продлевая жизнь» данным персонажам, М. А. Булгаков не только поселяет их в НЭПовскую Россию, но и наделяет их чертами современных ему людей — героев «нового времени» — амбициозных, лицемерных, стремящихся к личной выгоде и достатку, «непривередливых» в выборе средств для достижения цели.

Благодаря «сновиденческой фантасмагории» [3] гоголевские герои появляются в России НЭПовского периода и обретают род занятий, близкий их характеру: кучер Селифан становится шофером на государственной службе; лакей Петрушка — курьером; Собакевич властвует в отделе выдачи пайков; Ноздрев по-прежнему проигрывается и завирается. Сохраняется и история с псевдотурецким кинжалом, на котором стоит подпись русского мастера; однако, М. А. Булгаков гиперболизирует эту ситуацию: в его повести Ноздрев не просто похваляется своим турецким оружием, а собирается поставить их целую партию англичанам.

Гиперболизируется, «развивается» и образ главного действующего лица, объединяющего собой все части повести М. А. Булгакова — Павла Ивановича Чичикова, «гоголевского персонажа, занимающегося до революции скупкой мертвых душ» [1: 175]. Обладающий «необыкновенным поэтическим даром в вымысле средства к приобретению» [4], Чичиков органично «вливается» в советскую действительность 1920-х годов. Талант Чичикова, скупающего ранее за бесценок якобы никому не нужные «мертвые души» для достижения богатства, оказывается как нельзя кстати в условиях оживающего российского капитализма, позволяющего «делать деньги из ничего». Вся его деятельность на страницах булгаковской повести пронизана авантюрами. Называя настоящие имя и фамилию, Чичиков, тем не менее, свою анкету заполняет уклончиво, стремясь оставить минимальные сведения о себе: «К какой партии принадлежит? Сочувствующий (а кому — неизвестно). Был ли под судом? Волнистый зигзаг. Адрес? Поворотя во двор, в третьем этаже направо, спросить в справочном бюро штаб-офицершу Подточину, а та знает» [1: 175]. Однако, подавая заполненный бланк регистраторше, Павел Иванович боится своего разоблачения («Дрогнула только у него рука, когда подавал ее» [1: 169]), но анкета его оказывается никому не нужной: «никто анкету не читал <...> попала она в руки к барышне-регистраторше, которая распорядилась ею по обычаю: провела вместо входящего по исходящему и затем немедленно ее куда-то засунула, так что анкета как в воду канула» [1: 169]. И именно в этот момент Чичиков понимает, что свободен в своих действиях, что именно в нэповском капитализме его талант может раскрыться в полную силу. Вся деятельность Чичикова пронизана гротеском и преувеличением: он выбивает пайки на себя, на жену и ребенка, «на Селифана, на Петрушку, на того самого дядю, о котором Бетрищеву рассказывал, на старуху мать, которой на свете не было» [1: 170], продукты ему доставляют на грузовике; ради доставки кружев за границу он перевозит баранов в двойных тулупах, бриллианты он прячет в колеса, уши и «невесть в каких местах» [1: 171], совершает масштабные покупки недвижимости (продает Коробочке Манеж в Москве) и др.

Сатирическим приемом является и упоминание самим Чичиковым имени своего создателя: «Чичиков ругательски ругал Гоголя: — Чтоб ему набежало, дьявольскому сыну, под обоими глазами по пузырю в копну величиною! Испакостил, изгадил репутацию так, что некуда носа показатъ. <...> А все Гоголь, чтоб ни ему, ни его родне.».. [1: 168]; и возвращение в тот самый город, из которого его однажды вынудили уехать.

Гротескным приемом становится и вторжение самого автора-повествователя в происходящие в повести события. Он самолично исправляет «несправедливость», карает виновных, поворачивает сюжет и фабулу повести в нужную ему сторону [3]. Благодаря его «бурной» деятельности продажные чиновники, канцеляристы и бюрократы нэповской России оказываются наказаны. Наказан и «главный» мошенник Чичиков, которому предпринимательские способности, описанные Н. В. Гоголем, в повести М. А. Булгакова позволяют стать «трильонщиком» [1: 173]. Использование гротескного приема сновидения делает возможным и абсурдное «взрезание» Чичикова и обнаружение бриллиантов у него в животе.

Абсурд, смешение реального и вымышленного планов, частотные реминисценции, «воскрешение» гоголевских персонажей создают гротескную картину повести М. А. Булгакова «Похождения Чичикова», сатирически изображающей российскую действительность НЭПа, которая обесценивает человеческие отношения и нравственные идеалы, которая «умертвяет» душу человека.

 

Литература:

 

1.                  Булгаков М. А. Похождения Чичикова // Булгаков М. А. Собрание сочинений в 10 т. Т. 1. Дьяволиада. — М.: Голос, 1995.

2.                  Глушко Е. Жанровое своеобразие сатирических повестей М. А. Булгакова. Электронный доступ: http:// www. info-library.com.ua/ libs/stattya/ 788-zhanrova-svoeridnist-satirichnih-povistej-m-bulgakova.html

3.                  Петриашвили О. Гротеск в русской литературе XX ВЕКА. Автореферат диссертации. Электронный доступ: http:// rusfilologia. narod.ru/referat.htm

4.                  Шевырёв С. П. Похождения Чичикова, или Мертвые души. Поэма Н. Гоголя. Статья первая. Электронный доступ: http:// www.licey. net/lit/crit19/chichikov1.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle