Библиографическое описание:

Брюхова Е. В. Средства художественной выразительности в поэме В. В. Маяковского «Флейта-позвоночник» [Текст] // Филология и лингвистика в современном обществе: материалы III междунар. науч. конф. (г. Москва, ноябрь 2014 г.). — М.: Буки-Веди, 2014. — С. 1-3.

 

Лирическая личность Маяковского грандиозна, и грандиозность становится господствующей чертой его стиля. «Маяковский возобновил грандиозный образ, — писал Тынянов, — где-то утерянный со времён Державина.».. [1]. Гиперболы, контрасты, развернутые метафоры — естественное выражение огромной лирической личности.

Поэма «Флейта-позвоночник» наполнена самыми разнообразными тропами.

Первое, на что нужно обратить внимание — это название произведения. Оно метафорично. Что же стоит понимать под выражением «флейта-позвоночник». Можно ответить на этот вопрос так.

Во-первых, флейта — духовой музыкальный инструмент, известный нам с давних времён. В Древней Греции на флейте исполняли спондеические мелодии — песнопения в честь жертвоприношений.

Во-вторых, позвоночник — основная часть осевого скелета человека. Увечья в области позвоночника могут привести не только к повреждению опорно-двигательного аппарата и к нарушению центральной нервной системы, которая отвечает за психологические и физиологические процессы, но и может являться проводником к параличу или привести к смерти человека.

Исходя из этих определений, можно сделать вывод: играть на флейте-позвоночнике, значит отдавать всего себя чувствам, приносить себя в жертву, испытывая боль, отчаяние, специально раздирать тело и вынимать душу, выставляя сердце на всеобщее обозрение. Герой не задумывается о том, нужны ли такие жертвы тем, к кому он обращается. В первую очередь, это нужно самому мастеру. В прологе он приходит к важному решению и сообщает нам то, что будет делать в последующих трёх частях поэмы — раскрывать свою душу и вынимать сердце для самой любимой и единственной женщины в его жизни:

Память!

Собери у мозга в зале

любимых неисчерпаемые очереди.

Смех из глаз в глаза лей.

Былыми свадьбами ночь ряди.

Из тела в тело веселье лейте.

Пусть не забудется ночь никем.

Я сегодня буду играть на флейте.

На собственном позвоночнике.

Это значит жертвовать собой во имя любви.

Уже изначально мы можем утверждать, что любовь для лирического героя, то есть для самого Маяковского, — не радостное событие, а тот факт, который заставляет страдать, сгорать от ревности и мучиться от холодности возлюбленной:

Сегодня, только вошел к вам,

Автор подчёркивает, что любимая женщина принадлежит и отдана совершенно другому человеку «настоящему мужу».

… почувствовал —

в доме неладно.

Ты что-то таила в шелковом платье,

и ширился в воздухе запах ладана.

Рада?

Холодное

«очень»…

На передний план выходит отчуждённость и отстранённость лирической героини.

Смятеньем разбита разума ограда.

Я отчаянье громозжу, горящ и лихорадочен.

В поведении главного героя прослеживается безысходность, он не в силах изменить чувств возлюбленной, это заставляет его ревновать, сбивает с толку, толкает в омут безрассудных чувств и мыслей.

Послушай,

все равно

не спрячешь трупа.

Страшное слово на голову лавь!

Все равно

твой каждый мускул

как в рупор

трубит:

умерла, умерла, умерла!...

Здесь можно предположить, что лирический герой с ужасом думает о смерти любви, понимая происходящие обстоятельства: Лиля Брик не принадлежит Маяковскому, как он того бы хотел, она отдана другому. Но можно ли говорить о полноценной любовной смерти. Конечно же, нет. В душе лирического героя любовь пылает ярким пламенем, а каждый жест и взгляд героини кричит о том, что она не только охладела, но и напрочь отреклась от любви к мастеру.

… Нет,

ответь.

Не лги!

(Как я такой уйду назад?)

Ямами двух могил

вырылись в лице твоем глаза.

Глаза возлюбленной Маяковского пусты, в них больше не мерцает огонь прежней страсти, они бесчувственны и безразличны.

Гиперболизация — один из часто используемых приёмов в поэзии В. В. Маяковского. Только художественное преувеличение, доведённое до невозможности, может передать всю силу и мощь внутреннего мира героя, который говорит про себя:

Короной кончу?

Святой Еленой?

Буре жизни оседлав валы,

я — равный кандидат

и на царя вселенной

и на

кандалы.

В этих строках раскрывается вся мощь любви лирического героя поэмы, громада его чувств. Он способен вынести любую участь, готовый ко всему и безумно любящий.

Быть царем назначено мне —

твое личико

на солнечном золоте моих монет

велю народу:

вычекань!

Маяковский обильно использует эпитеты — изобразительные определения, которые более ярко и точно передают эмоции и дают оценку предметам и действиям: «наполненный череп», «прощальный концерт», «неисчерпаемые очереди», «из пекловых глубин», «сумасшедший ювелир», «сердцу изоханному», «стопудовыми играми», «покаянными губами», «высеченный монастырь».

Владимир Владимирович Маяковский соединял интимно-лирические переживания с вечным и бесконечным. Любовные муки вселенского масштаба широко раскрыты при помощи сравнений:

Вызарю в мою последнюю любовь,

яркую, как румянец у чахоточного.

 

Может быть, от дней этих,

жутких, как штыков острия,

 

Все равно

твой каждый мускул

как в рупор

трубит:

умерла, умерла, умерла!

 

Я душу над пропастью натянул канатом,

жонглируя словами, закачался над ней.

 

Любовь мою,

как апостол во время оно,

по тысяче тысяч разнесу дорог.

Как слоны стопудовыми играми

завершали победу Пиррову,

я поступью гения мозг твой выгромил.

Напрасно.

Тебя не вырву.

 

Король Альберт,

все города

отдавший,

рядом со мной задаренный именинник.

Эти сравнения ещё раз являются доказательством вселенской любви, желания несмотря ни на что заполучить любовь лирической героини, говорят о его переживаниях и мучениях, душевных истязаниях и отчаянии.

Следующее, на что стоит обратить внимание — это риторический вопрос, обращение и восклицание. Благодаря этому приёму автор расставляет акценты на важных местах произведения. Те моменты, где употребляется риторический вопрос — места отчаяния, а где мы видим риторическое восклицание — крик души:

Версты улиц взмахами шагов мну.

Куда уйду я, этот ад тая!

Какому небесному Гофману

выдумалась ты, проклятая?!

Маяковский воспринимает чувства к Лиле Брик и её саму, как проклятие, данное Богом. Будучи наказанным за богохульство и неверие он несёт тяжёлый крест. Любовные страдания — это то, чем он может замолить свои грехи.

Крикнул ему:

«Хорошо!

Уйду!

Хорошо!

Слушай,

Всевышний инквизитор!

Фоника.

Это художественное использование в поэтической речи звуковых возможностей. В неё входят общие правила звукового согласования слов в поэтической речи, которые способствуют ее благозвучию, стройности, отчетливости, и использование специальных средств звукового усиления и эмоционального выделения некоторых слов и предложений.

Специальным средством звукового усиления, выделения определенных отрезков речи основаны на использовании звуковых повторов.

Аллитерация — это отчетливо выступающие в речи повторение согласных звуков:

Собери у мозга в зале

любимых неисчерпаемые очереди.

Смех из глаз в глаза лей.

Былыми свадьбами ночь ряди.

 

Праздник нарядных черпал и чемрпал.

Где с северным ветром ведет река торги.

Данные сочетания позволяют услышать напряжённость, нервозность, обрывистость, увидеть отчаявшегося героя, строгого и чувственного.

Повторение гласных звуков называется ассонансом:

Мне,

чудотворцу всего, что празднично,

самому на праздник выйти не с кем.

Возьму сейчас и грохнусь навзничь

и голову вымозжу каменным Невским!

 

Маяковский писал: «Я прибегаю к аллитерации для обрамления, для ещё большей подчеркнутости важного для меня слова» [2]. Аллитерации и ассонансы Маяковского придают эмоционально запоминающиеся звучание поэтическому тексту, слово В. В. Маяковского действительно звучит.

Наше внимание в поэме может привлечь не только смысл и красота слова, но и зрительное восприятие текста. Маяковский использовал лестничное строение стиха, где каждое слово — «ступенька». У него каждое из слов имеет логическое ударение и смысловую нагрузку. Также он создавал новые методы рифмовки, самое характерное слово он ставил в конец строки и подбирал к нему рифму.

 

Если правда, что есть ты,

боже,

боже мой,

если звезд ковер тобою выткан,

если этой боли,

ежедневно множимой,

тобой ниспослана, господи, пытка,

судейскую цепь надень.

Жди моего визита.

Я аккуратный,

не замедлю ни на день.

Слушай,

Всевышний инквизитор!

В. В. Маяковский делает акценты на главные слова, которые носят особую глубокую смысловую нагрузку, тем самым указывает, на что нужно обратить внимание, к чему прислушаться и над чем задуматься.

Маяковский с полным правом мог сказать в статье «Как делать стихи» о своей системе рифм, что до него она «не употреблялась и в словаре рифм ее нет» [3]. Рифма Маяковского — всегда носитель смысла, поэтому она возможна только в определенном контексте. Маяковский не только не повторял чужие рифмы, но очень редко пользовался дважды рифмами собственными.

В целом, поэзия Маяковского индивидуальна и неординарна. Она не будет понятной каждому читателю. В строки поэмы нужно вчитываться, вникать, читать и снова возвращаться к самому началу. Слова несут большую эмоциональную и смысловую нагрузку.

 

Литература:

 

1.         В. В. Маяковский. Полное собрание стихотворений, поэм и пьес в одном томе. — М., Просвещение, 2011.

2.         Г. И. Газданов. Собрание соч. в 3-х томах. — М.: Согласие, 1999.

3.         Газета. «Ленинградская правда», Л. 1926, № 133 (3327).

4.         Ю. Тынянов. Промежуток, 1924. — URL: http://irgali.narod.ru/files/maiakovski.htm (Дата обращения: 04.06.2013).

 

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle