Библиографическое описание:

Лемеш В. Г. Гендерные стереотипы и язык масс-медиа [Текст] // Филология и лингвистика в современном обществе: материалы III междунар. науч. конф. (г. Москва, ноябрь 2014 г.). — М.: Буки-Веди, 2014. — С. 136-139.

 

Развитие современного общества характеризуется всё более интенсивным развитием средств массовой информации. Мы полагаем, что современные масс-медиа выступают одним из основных средств формирования общественного мнения. Л. А. Кудрявцева [10, с. 59] отмечает, что в настоящее время идёт интенсивный процесс медиатизации общества. При этом данный термин понимается как глобальный и интенсивный процесс влияния средств массовой информации на общественное сознание. Таким образом, можно констатировать, что основной функцией современных масс-медиа выступает манипулятивная функция. Для успешного выполнения вышеназванной функции информационное пространство современных СМИ подвергается постоянным изменениям. Так, Н. Э. Алова [6, с. 7] пришла к выводу о том, что в структуре информационного пространства средств массовой информации есть два основных плана: денотативный и образный. Денотативный план информационного пространства СМИ содержит фактическую информацию о предмете сообщения, а образный создаёт определённый образ данного предмета. Основная часть информации подаётся в современных средствах массовой информации вербально, т. е. посредствам языкового кода. Однако не следует преуменьшать значение невербальных элементов в структуре информационного пространства масс-медиа. Исследуя визуальный компонент информационного пространства медиатекста, Е. А. Ерёмина [8, с. 9–10] пришла к выводу о том, что фотографии, графический материал, рисунки, коллажи являются одним из основных элементов смыслового пространства медиатекста и несут определённую функциональную нагрузку. Итак, современный текст масс-медиа представляет собой комплексную гетерогенную структуру, находящуюся в состоянии динамичного развития и выполняющую манипулятивную функцию.

Одним из молодых перспективных направлений лингвистических исследований сегодня выступают гендерные исследования. Говоря о развитии гендерных исследований в лингвистике, А. В. Кирилина [9, с. 51] выделяет в них два периода, а именно: нерегулярные исследования, основанные на эмпирическом наблюдении разрозненных фактов; и широкомасштабные исследования, основанные на возросшем интересе к прагматической лингвистике и изменениями в дистрибуции гендерных ролей в обществе. Следует также отметить, что развитие гендерных исследований более интенсивно происходит в станах Западной Европы и США. Одним из факторов обусловливающих такое положение вещей, можно считать интенсивное развитие в этом регионе феминистского движения. Соглашаясь с Е. А. Селивановой [11, с. 110], мы рассматриваем гендер как пол человека в контексте распределения между мужчиной и женщиной социальных функций, форм деятельности, специфики поведения, культурных норм и т. п. В контексте данной выше дефиниции, мы считаем необходимым также рассмотреть понятие «гендерная роль». А. Р. Габидуллина [7, с. 42] определяет гендерную роль как представление о том, каким должно быть поведение представителей разных полов в данной культуре. В современном обществе гендерные роли выступают основным мерилом проявления фемининности или маскулинности. Они заняли настолько прочное место в общественном сознании, что даже среди учёных-нейробиологов нет общего мнения по поводу биологической детерминированности распределения гендерных ролей в обществе. В качестве подтверждения этому можно рассматривать статью “Men are NOT from Mars after all: Scientist claims male and female brains are the same and it’s gender stereotyping which makes us different”, опубликованную на сайте газеты “Daily Mail” 8 марта 2014 года [5]. В статье отмечается, что, хотя результаты последних исследований говорят об одинаковости строения мозга у мужчин и женщин, существуют также исследования, результаты которых свидетельствуют о прямо противоположном. В любом случае нельзя отрицать значительной роли социальных устоев в дистрибуции гендерных ролей. Поэтому, мы считаем возможным говорить об их стереотипизации. Соглашаясь с Е. А. Селивановой [11, с. 689], мы определяем стереотип как детерминированную культурой или субкультурой и социумом упорядоченную и фиксированную структуру сознания, фрагмент картины мира, который олицетворяет результат познания действительности конкретной социальной группой и является схематическим стандартным признаком, матрицей предмета, события, явления. Отступления от гендерных стереотипов со стороны представителей общества, как правило, встречают негативную реакцию со стороны социума в целом. Представители феминистского движения утверждают, что гендерные стереотипы — одна из основных причин отсутствия равноправия полов в обществе. Распространённым среди феминисток является мнение о том, что андроцентризм является основой современного капиталистического общества. Учитывая особенности развития общества на современном этапе, можно с уверенностью утверждать, что экономическая жизнь индивида, его положение на служебной лестнице выступают теми отраслями общественной жизни, в которых гендерные стереотипы проявляются наиболее отчётливо. Выше отмечалось, что масс-медиа на современном этапе своего развития выступают ведущим средством манипуляции общественным сознанием. Поэтому, далее считаем возможным и целесообразным остановиться на анализе статьи “Gender stereotypes hindering women in the workplace”, опубликованной на сайте газеты “Independent” 18 марта 2014 года [1].

Тема статьи сформулирована в заголовке: это затруднения, которые испытывают женщины на работе из-за гендерных стереотипов. Денотативный план информационного пространства данной газетной статьи представляет собой конкретную информацию о положении женщин на работе и на рынке труда, часто снабжённую статистическими данными: “Stereotypes and myths are the reason women are held back rather than issues such as childcare, according to a new report.”; “The study — called Cracking the Code — found women without children to be as disadvantaged as working mothers when it comes to achieving top-level positions.”; “…a man starting at a FTSE 100 organization is 4.5 times more likely to make it to the executive committee than a woman, while senior women are two times less likely to be promoted than their male peers”; “Currently FTSE 100 companies have an advantage of 23 per cent female members working on executive committees.”; “The report, revealed by 30 % club and compiled by business psychology consultancy YSC and KPMG, collated data from top firms accounting for over 680,000 employees.”; “Despite many women reaching a very senior level with wide commercial experience, the research found that only seven per cent of women at executive level have responsibility for a profit-generating area of the business with the majority of senior women responsible for internal functions such as HR, legal or marketing functions.” Образный план данного медиасообщения содержит негативную оценку его предмета — гендерных стереотипов в современном обществе. “The report aims to dispel ten myths that companies use to justify why women are not making it through the ranks.”; “… this really debunks the nonsense about ambition, confidence and child-rearing that are used to justify why women are not making it to executive committee levels.”; “Companies have been hiding behind these myths. Firstly businesses must acknowledge these myths and then change their business outlook.”; “… the research shows women are staying at a senior level in their companies longer than men but are not able to crack through those final two levels to the executive committee.”; “… the stereotype that women do not have commercial acumen or that men do not have emotional intelligence were to blame for men and women being pushed into different areas of business during their careers.”. Кроме того, в образном плане сообщения также демонстрируется стремление автора статьи не только доказать существование проблемы гендерных стереотипов, но и побудить широкую общественность к её решению: “… what I take from this research is that we will only really take a quantum leap towards better gender balance at all levels when organisations treat this as a mainstream, not a “diversity” issue”; “…removing the “psychological” barriers for women is just as important as removing the “structural” barriers if we are to fundamentally shift the dial in women’s progression to the very top.”; “The report is aimed at showing companies how to tackle pipeline issues to reach equality at all levels across business”. Подытоживая анализ данной газетной статьи, можно констатировать, что она является типичным примером распространения негативного отношения к гендерным стереотипам через средства массовой информации. Следует отметить, что современное феминистское движение интенсивно использует различные типы масс-медиа для распространения собственных взглядов.

Считаем также необходимым рассмотреть вопрос о том, какие методы борьбы с гендерными стереотипами предлагает современный феминизм. Прежде чем перейти к их непосредственному рассмотрению, оговорим, что современный феминизм не является однородным течением, а представляет собой комплекс различных течений, характеризующихся различной степенью радикализма. Сегодня радикальный феминизм призывает к пересмотру основ общественной жизни. Элисон Джаггер и Паула Розенберг в книге «Структура феминизма» (“Feminist Frameworks”) [2, с. 178] отмечают, что в современном патриархальном обществе деление людей на мужчин и женщин носит искусственный характер. Общественное представление о том, какой должна быть женщина, вынуждает её соглашаться с данным общественным стереотипом. Приверженцы вышеупомянутого взгляда утверждают, что женщины не рождаются женщинами, а становятся таковыми ввиду тех рамок, в которые их ставит общество. Кроме того, поборники столь радикального взгляда утверждают, что какие-либо биологические, психологические, экономические основания для деления членов современного человеческого общества на мужчин и женщин отсутствуют. К тому же, в книге «Структура феминизма» [2, с. 380] также отмечается, что материнство не следует считать атрибутом женщины, поскольку оно является для неё опасным. Сторонники такой точки зрения полагают, что, становясь матерью, женщина тем самым способствует воспроизводству мужчин в мире мужчин и, таким образом, поддерживает угнетающий её патриархат. Исходя из вышеизложенного, поборники данного подхода предлагают женщинам так называемую философию освобождения, т. е. сознательное самоустранение женщин от всех форм материнства. На наш взгляд, подобные теории носят слишком радикальный характер, поскольку не просто нацелены на достижение равноправия мужчин и женщин, а ставят под угрозу самоё существование современного общества. Существуют, конечно, и менее радикальные способы изменения модели жизнедеятельности общества. Так, Джералдин Прэтт и Виктория Рознер в книге «Глобальное и личное» [4, с. 31, 34] отмечают, что в последнее время научному анализу всё чаще подвергается понятие «близкие отношения» (“intimacy”), а также изменения в общественной жизни, связанные с этим понятием. На наш взгляд, это связано с тем, что современный мир подвергся чрезмерной глобализации. В современном обществе границы между личным и общественным (глобальным) весьма размыты. Отсюда, в свою очередь, возникает стремление людей тем или иным образом защитить свою личную жизнь. Вышеупомянутое стремление воплотилось в форме возникновения охраняемых посёлков или частных кварталов (gated communities) в США. В подобных местах все жители подчиняются определённым правилам: ограничено количество посетителей; оговорены цвета, в которые может быть покрашен дом; наличие парковочных мест на улицах; количество и виды домашних животных для жителей подобных посёлков; правила поведения во время общения с другими людьми вне своего дома. Таким образом, жители частных кварталов добровольно жертвуют определённой частью своих прав и достигают равноправия всех членов таких сообществ в независимости от их пола. Также, нельзя не отметить тот факт, что современный феминизм ставит перед собой цель находить те сферы жизнедеятельности женщин, в которых у последних есть проблемы. Катрин МакКиннон в книге «К феминистской теории государства» [3, с. 83–105] отмечает, что в последнее время в феминистских группах практикуется такой метод работы, как пробуждение сознания. По этому методу женщины, находясь в феминистских группах, делятся тем, что их больше всего тревожит в данный момент. Они сравнивают состояния друг друга и делятся накопленным жизненным опытом. Такой метод помогает представителям феминизма находить те проблемы, на которые ранее не обращали внимание и искать пути их решения. Кроме того, данный метод улучшает психологическое состояние женщин и позволяет им чувствовать себя более комфортно. Наконец, необходимо отметить, что ещё одним направлением борьбы с гендерными стереотипами, по мнению А. В. Кирилиной [9, с. 55], выступает также развитие феминистской лингвистики. Одной из задач данного направления лингвистики выступает борьба с так называемым языковым сексизмом, т. е. теми элементами патриархального строя, которые присутствуют в языке, и навязывают его носителям определённую картину мира. При этом женщине в данной картине мира, как правило, отводится второстепенная роль и приписываются негативные качества. Таким образом, феминистская лингвистика также выступает средством борьбы с гендерными стереотипами.

В завершение необходимо отметить, что гендерные стереотипы зародились вместе с моделью развития общества, которая господствует в современном мире. Без сомнения многие гендерные стереотипы мешают достижению равноправия представителей обоих полов в обществе. Однако, на наш взгляд, полный отказ от гендерных стереотипов вряд ли возможен, поскольку на смену отрицаемым современным обществом гендерным стереотипам приходят новые, причём нередко продуцируемые самим феминизмом. На наш взгляд, рассмотрение взаимодействия феминистского движения, гендерных стереотипов и современных средств массовой информации представляет собой перспективное направление научных исследований, поскольку все три элемента данного взаимодействия находятся в состоянии динамического развития и играют важную роль в общественной жизни.

 

Литература:

 

1.         Chesters L. Gender stereotypes hindering women in the workplace [Электронный ресурс] / L. Chesters // The Independent. — Режим доступа: http://www.independent.co.uk/news/business/news/gender-stereotypes-hindering-women-in-the-workplace-9200404.html

2.         Jaggar A. M. Feminist Frameworks: alternative theoretical accounts of the relations between women and men / A. M. Jaggar, P. S. Rothenberg. — N.-Y., St. Louis, San Francisco, Auckland, Bogota, Caracas, Lisbon, London, Madrid, Mexico, Milan, Montreal, New Delhi, Paris, San Juan, Singapore, Sydney, Tokyo, Toronto: McGraw Hill, Inc, 1993. — 524 p.

3.         MacKinnon C. A. Toward A Feminist Theory of the State / C. A. MacKinnon. — Cambridge, Massachusetts, London, England: Harvard University Press, 1989. — 330 p.

4.         Pratt G. The Global and the Intimate Feminism in Our Time / G Pratt, V. Rosner. — N.-Y.: Columbia University Press, 2012. — 328 p.

5.         Smith E. K. Men are NOT from Mars after all: Scientist claims male and female brains are the same and it’s gender stereotyping that makes us different [Электронный ресурс] / E. K. Smith // Mail Online. — Режим доступа: http://www.dailymail.co.uk/news/article-2576241/Men-NOT-Mars-Scientist-claims-male-female-brains-gender-stereotyping-makes-different.html

6.         Алова Н. Э. Динамический аспект образности газетного текста (на материале английского языка): автореф. дис. на соискание науч. степени канд. филол. наук: спец. 10.02.04 «Германские языки» / Н. Э. Алова; Моск. ордена Дружбы народов гос. ин-т. иностр. яз. им. Мориса Тореза. — М., 1989. — 22 с.

7.         Габідулліна А. Р. Основи теорії мовленнєвої комунікації: навч. посіб. для вузів / А. Р. Габідулліна, М. В. Жарикова. — Вид. 2-е перероб. і допов. — Горлівка: Вид-во ГДПІІМ, 2005. — 282 с.

8.         Ерёмина Е. А. Множественность форм прагматического воздействия англоязычного медиадискурса: автореф. дис. на соискание науч. степени канд. филол. наук: спец. 10.02.04 «Германские языки» / Е. А. Ерёмина; Моск. гос. лингв. ун-т. — М., 2007. — 23 с.

9.         Кирилина А. В. Развитие гендерных исследований в лингвистике / А. В. Кирилина // Филол. науки. — 1998. — № 2. — С. 51–58.

10.     Кудрявцева Л. О. Сучасні аспекти дослідження мас-медійного дискурсу: експресія — вплив — маніпуляція / Л. О. Кудрявцева // Мовознавство. — 2005. — № 1. — С. 58 -65.

11.     Селіванова О. О. Лінгвістична енциклопедія / О. О. Селіванова. — Полтава: Довкілля-К, 2010. — 844 с.

 

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle