Библиографическое описание:

Кобылко Н. А. Мифологема как ключевое понятие мифокритики: современные подходы [Текст] // Современная филология: материалы III междунар. науч. конф. (г. Уфа, июнь 2014 г.). — Уфа: Лето, 2014. — С. 4-6.

В статье выделены и охарактеризованы основные понятия мифокритики: «миф», «мифема», «мифологема», «архетип», «фрейм». Рассмотрены современные подходы к анализу мифологемы как структурной составляющей мифологического анализа художественного текста.

Ключевые слова: миф, мифема, мифологема, архетип, фрейм.

В современном литературоведении проблема взаимодействия мифа и литературы не теряет своей актуальности. Научные исследования природы мифа зарубежных (Дж. Фрезер, К.-Г. Юнг, Н. Фрай, М. Элиаде, Р. Барт и др.) и отечественных (А. Потебня, Е. Мелетинский, Ю. Лотман, А. Лосєв и др.) ученых в ХХ веке лишь усиливают интерес к теории мифологического анализа художественного текста, поскольку вся художественная литература наполнена мифами, мифическими сюжетами и мифологемами. Если раньше история развития цивилизации двигалась в направлении «демифологизации», то в ХХ веке мы наблюдаем «ремифологизацию». Это связано с тем фактом, что мифология через свою символичность стала удобным языком описания модели личности и общественного поведения.

Однако остается нерешенной проблема определения понятия «мифологема», являющегося основным структурным элементом современной теории мифа, в частности авторского мифологизирующего сознания. В течение длительного времени миф был предметом исследования разных гуманитарных сфер, а именно: философии, культурологии, литературы, психологии, истории. Однако неопровержимым является тот факт, что понятие «мифологема» пришло в общеупотребительную научную лексику из психоанализа К.-Г. Юнга. Психолог использовал его для описания «стойких конструкторов, которые повторяются в коллективной общенародной фантазии, что обобщенно отражают действительность в виде конкретно-чувственных персонификаций, разнообразных существ, которые воспринимались архаичным сознанием как вполне реальные» [10]. Исходя из этого, мы можем сделать вывод, что мифологема выступает в качестве и мифологического материала, и основы для его образования.

И. Ломакина подчеркивает широкий спектр понятия: от части сюжета мифа к банальному упоминанию мифического героя [7, с. 233]. Часто понятие мифологемы заменяют мифемой или архетипом, поэтому особое внимание следует уделить разграничению данных терминов. По мнению исследовательницы, наиболее удачное определение мифологемы дала Ю. Вишницкая: «Мифологема — самостоятельный авторский образ, построенный на системе традиционных культурологических и литературных парадигм, структура которых формируется на давних мифологических фундаментах» [7, с. 233].

В «Литературоведческой энциклопедии» дается такое определение: «Мифологема — обломок мифа, мифема, потерявшая свои автохтонные характеристики и функции, вовлечена в фольклорный текст, в котором воспринимается как выдумка, образное украшение или сюжетная схема, которая уже стала традиционной» [5, с. 54]. «Мифема — наименьший элемент, фундаментальная составляющая мифа, которую используют и в нем, и в художественной литературе; входит в состав системы мироздания, которое отвечает представлению человека, а не окружающей среде» [5, с. 54]. Понятие «архетип» в «Литературоведческом словаре-справочнике» трактуется так: «Архетип — это прообраз, первобытный образ, идея. По Платону, это «ейдос» — образ, который постигается интеллектом; по Блаженному Августину, — исконный, имеющийся в основе познания образ» [6, с. 64].

Большое внимание различению терминов в своих исследованиях уделяет О. Слонёвская, давая четкую дифференциацию с учетом их иерархии от наибольшего к наименьшему: архетип, миф, фрейм, паттерн, мифологема, мифема. Архетип сочетает в себе и «внеличностные доминанты», и «первичные образы бессознательного», и «образец, эталон, модель» [8, с. 57]. Близкой к архетипу является категория фрейма как минимальной совокупности признаков, которые выражают разные аспекты одного и того же предмета, делают возможным его целостное понимание. Если архетип прослеживается в художественном произведении лишь тогда, когда существует его копия, а коллективные паттерны (модели, схемы) на подсознательном уровне воспринимают его как подсказку или ключ к пониманию реального явления, копией которого он является, то фрейм — это не подсказка, а готовый ответ. О. Слонёвская особое внимание уделяет понятиям мифологемы и мифеми.

В художественном тексте чаще всего разворачивается не сам миф, а его «обломки, подтекстовые ссылки, намеки, аллюзии на определенные моменты античных или библейских мифов» [9, с. 169]. На ассоциативном уровне определенные мифологемы необходимы для реализации основной идеи литературного произведения. Они как-будто объединяют далекие по времени, содержанию, а также проблематике художественные тексты, придавая им новый, дополнительный смысл, акцентируя внимание на актуальных проблемах древности и современности.

Если «мифологема — это обломок мифа, который именно из-за процесса дробления потерял свои автохтонную характеристику и функции» [5, с. 54], то «мифема — наименьший, мельчайший элемент мифа» [5, с. 54]. В тексте мифологему четко видно, а мифему распознать намного сложнее.

Еще одна исследовательница — М. Вышина предлагает собственную методику мифологического анализа художественного текста, в основе которой лежит разграничение основных понятий. «Мифом будем называть сказание, в котором отображено первобытное мировоззрение, которое с позиции современного литературоведения рассматривается как определенная система символов и знаков, которые нуждаются в истолковании, а для его носителей были действительностью, мифической реальностью» [2, с. 141]. Исходя из этого толкования, мы можем сделать вывод, что с понятием «миф» неразрывно связаны термины «мифема» и «мифологема». Под мифемой подразумеваем использование в художественном тексте имен мифологических героев и определенных мифологических фактов. Мифологема является более широким понятием: введение в текст известного мифологического сюжета или мотива с дальнейшей интерпретацией. Обобщая вышеизложенное, М. Вышина выделяет такие этапы методики мифологического анализа художественного текста:

1)      распознавание и выявление в литературном произведении мифов и установление мифа-основы;

2)      определение характера смещения мифа, то есть установление полноты заимствования. Оно может быть полным или частичным (мифологический герой или факт — мифема; мифологический сюжет или мотив — мифологема);

3)      выяснение художественного колорита и авторской трактовки определенной мифологемы.

Психолог С. Гуцол дает расширенное определение мифологемы — «как специфический гносеологический образ, отличительной чертой которого является непосредственное единство двух планов — предметного и символического, как константу мифологического мышления, минимальную единицу мифологического дискурса, который хранит качество мифа» [3, с. 103]. Характерными чертами мифологемы являются сочетания общего и единичного, предметно-образного и символического. Данный термин может употребляться как для обозначения определенных идей мифа, так и для традиционных мотивов, ситуаций. Интересным является разграничение С. Гуцол понятий «стереотип» и «мифологема». По мнению ученого, стереотипы строятся на диадах, то есть отображают двойственно-противоречивое осмысление отношений между свойствами предмета. Иными словами, мифологема является центром, исходной точкой для формирования мифологии с разными ее модификациями. Наполняя мифологему каждый раз новым содержанием, автор переносит архетипное представление о предмете, образе, событии на реальные объекты существования. Это, в свою очередь, влияет на сознание человека, прогнозируя его поведение в конкретной ситуации. Исходя из вышеуказанного, мы можем утверждать, что мифологема представляет собой первичную сюжетную схему, кросс-культурную идею, которая прослеживается в фольклоре разных народов и наполняется разным содержанием в зависимости от интерпретации.

В основе каждой мифологемы лежит распределение мира на диады и триады. Осмысление древними людьми общих свойств материального мира происходило через разделение его на две части: верх-низ, правое-левое, светлое-темное и тому подобное. Соответственно, существовали и два противоположных полюса. Главные диады выстраиваются в определенную иерархию: от тех, которые воспринимаются на уровне чувств, — к культурно-социальным образованиям. По мнению С. Гуцол, на более высоком уровне абстракций бинарные оппозиции выступают в роли мифологем. При этом психолог акцентировал свое внимание на том, что обычные диады лишь отталкивают противоположности, а мифологемы — наоборот, поскольку имеют медиатор, который придаёт стойкости и динамического равновесия бинарной ситуации мира. Триада направлена на объединение, соединение противоположностей. Дорога может быть связующим элементом между небом и землей, жизнью и смертью.

Постепенное отделение человека от окружающего мира способствовало разделению пространства на «своё» и «чужое». Именно модель «своё-чужое» становится основной мифологемой, созданной человеком.

О. Коляда, исследуя мифопоэтику, вводит в обиход понятие «семантема». Литературовед рассматривает семантему как элементарную значимую единицу языка. Она непосредственно касается мифа и является его «первичной чувственной характеристикой» [4]. Ученый представляет свою иерархию мифопоэтики. Соответственно, в качестве наименьшей единицы выступает семантема. Совокупность семантем образуют мифему — «социально-психологический и структурно-семантический фундамент мифа» [4]. А уже потом вербализация мифами на уровне мировосприятия продуцирует мифологему — «конкретно-образный, символический способ изображения реальности, необходимый в тех случаях, когда она не заключается в рамки формально-логического, абстрактного изображения» [4]. Можно сказать, что мифологема является мотивом мифа, фрагментом мифопоэтики, который воссоздается в определенные эпохи как носитель общечеловеческого содержания. По мнению О. Коляды, мифологема — это функционально-знаковый аналог целостных ситуаций и сюжетов. Литературовед также рассматривает систему мифологем во взаимосвязи с бинарными оппозициями.

Интересным является исследование Т. Бовсуновской, которая опровергает общепринятое мнение, что миф входит в художественное произведение в виде мифологем — стойких, часто повторяемых в мифологических системах образов и мотивов, несколько интерпретированных. Исследовательница считает, что «мифологема не повторяет миф, который лежит в ее основе. Она фактически ограничивает миф» [1, с. 49]. Такое ограничение четко прослеживается, когда один смысловой компонент мифа приглушенный или совсем отсутствует, а на другом акцентируется внимание. Исходя из этого утверждения, мы можем сделать вывод, что мифологемы, в основе которых лежит один миф, имеют разную семантику, не являются тождественными. Любая мифологема, как и миф, который она «интеллектуализирует», происходит от архетипа.

Следовательно, вопрос идентификации понятия «мифологема» является достаточно актуальным. Среди ученых сегодня нет единогласия относительно её определения. Мифологема — это мифологический материал и основа для его образования (К.-Г. Юнг); как часть сюжета мифа, так и упоминание мифического героя (И. Ломакина); самостоятельный авторский образ, построенный на системе традиционных культурологических и литературных парадигм (Ю. Вишницкая); обломок мифа, мифема, которая потеряла свои автохтонные характеристики и функции (Литературоведческая энциклопедия); подтекстовые ссылки, намеки, аллюзии на определенные моменты античных или библейских мифов (О. Слонёвская); мифологический сюжет или мотив, введенный в текст с дальнейшей интерпретацией (М. Вышина); специфический гносеологический образ, константа мифологического мышления, минимальная единица мифологического дискурса, которая сохранила качество мифа (С. Гуцол); конкретно-образный, символический способ изображения реальности (О. Коляда); стойкие, часто повторяемые в мифологических системах образы и мотивы (Т. Бовсуновская).

Литература:

1.                  Бовсунівська Т. Міфологема як резистентний складник літератури // Дивослово. — 2010. — № 8. — С. 49–52.

2.                  Вишина М. Парадигма ключових понять міфологічного аналізу художнього тексту // Вісник Житомирського державного університету. — 2010. — Вип. 55. Філологічні науки. — С. 140–143.

3.                  Гуцол С. Психологічні особливості структурних складових неоміфологічного наративу // Вісник НТУУ «КПІ». Філософія. Психологія. Педагогіка. — 2011. — Вип. 1. – С. 103–108.

4.                  Коляда О. Поняття «міфопоетика» [Електронний ресурс] / О. Коляда. — Режим доступу: http://studentam.net.ua/ content/view/8622/97/.

5.                  Літературознавча енциклопедія. У 2 т. Т. 2 / Авт.-уклад. Ю. Ковалів. — К.: Академія, 2007. — 624 с.

6.                  Літературознавчий словник-довідник / за ред. Р. Гром’яка, Ю. Коваліва, В. Теремка. — К.: Академія, 2007. — 752 с.

7.                  Ломакіна І. Міфологема міста у романах Джеймса Джойса «Уліс» та Дона Деліло «Космополіс» // Вісник Львівського університету. Серія іноземні мови. — 2012. — Вип. 20, ч. 1. — С. 233–236.

8.                  Слоньовська О. Міфема і художній текст: особливості, роль, функції найменшого уламку міфу // Українська література в ЗОШ. — 2011. — № 7–8. — С. 57–62.

9.              Слоньовська О. Міфологічна парадигматика архетипної критики: сучасні пошуки і підходи // Прикарпатський вісник НТШ. Слово. — 2010. — № 2 (10). — С. 164–172.

10.              Юнг К. Г. Архетип и символ. — М.: Канон, 1991. — 330 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle