Библиографическое описание:

Салимова Д. А. О вольном подходе переводчика к тексту оригинала стихотворения Айбека «»Осенью» [Текст] // Филология и лингвистика в современном обществе: материалы II междунар. науч. конф. (г. Москва, февраль 2014 г.). — М.: Буки-Веди, 2014. — С. 13-16.

Поэты-переводчики С.Сомова, Л.Пеньковский, С.Иванов, В.Державин, С.Виленский, К.Симонов, Н.Тихонов, Б.Пармузин, В.Луговский, В.Липко, М.Зинкевич, В.Инбер, С.Липкин, О.Ивинская, Н.Борискин, Т.Стрешнева, Н.Ушаков, И.Сельвинский, Р.Моран, А.Ойслендер, Э, Орловский, А.Наумов, С.Северцев, Р.Казакова, З.Туманова, В.Сикорский, Ю.Нейман, А.Глезер, внесшие весомый вклад в перевод произведений поэтов нашей республики на русский язык и языки бывших советских республик, завоевали признание тем, что донесли до русского читателя лучшие образцы узбекской поэзии, и вместе с тем, посредством русского языка сумели пробудить эстетическое настроение у братских и зарубежных поклонников поэзии. Один из таких поэтов-переводчиков Илья Аронович Наймарк (литературный псевдоним — Александр Наумов) перевел на русский язык газели Навои, Мукими, рубаи Огахи, Муниса, произведения Гафура Гуляма, Гайрати, Айбека, Хамида Алимдажана, Уйгуна, Миртемира, Максуда Шейхзаде, Аскада Мухтара, Мирмухсина, Тураба Тулы, Зафара Диёра, Э.Вахидова, А.Арипова, Зульфии, Амана Матчана, Ж. Шарипова, Н.Нарзуллаева, Э.Самандарова.

От переводчиков-современников А. Наумов отличал вольным подходом к оригиналу. В русско-узбекском словаре литературоведческих терминов дается следующая характеристика вольного перевода: “переводчик, сохраняя основное содержание произведения, может вносить отдельные изменения в сюжет, композицию и образы. Такой вид перевода не всегда дает позитивный результат в художественной литературе. Хотя вольный перевод не наносит серьезного ущерба содержанию произведения,но может ослабить его действенную силу и художественное значение. Успех вольного перевода зависит от таланта переводчика” [2, с. 275]. Вольность перевода формируется в связи с трактовкой оригинала переводчиком. В поэтическом переводе интерпретация трактовкой, а в большинстве случаев “разъяснением” придает новое значение произведению. При этом, естественно, возникает вопрос о том, существуют ли критерии таких изменений. Мнение профессора Г.Саломова о том, что “Хотя и признается, что допущение в поэтических переводах творческой свободы и изменений для передачи духа оригинала считается уместным и полезным, но при этом необходимо соблюдать определенные критерии. Только в этом случае вольность будет полезной”, свидетельствует об отсутствии определенных установленных правил. На основе наблюдений ученого можно судить о том, что вольность — это некий индивидуальный подход, формируемый позицией переводчика. В связи с этим довольно сложно делать какие-либо выводы о вольном подходе А.Наумова к переводу. Потому что в вольных переводах А.Наумова позитивное и негативное настолько близки, что оцениваются уровнем трактовки оригинала. Следовательно, интерпретация — художественная трактовка оригинала проявляется у А.Наумова своеобразными методами перевода. Ученая по теории перевода И.Алексеева в вопросах изучения особенностей трактовки оригинала переводчиком приходит к следующему заключению: “Интерпретация осложняется при двуязычной коммуникации, когда между источником и рецептором появляется переводчик”. Ученая определяет четыре этапа интерпретации, это: “I — при его порождении источником; II — при его восприятии переводчиком; III — при его перевыражении переводчиком; IV — при восприятии адресатом” [2, с. 137].

Затрагивая вопрос о творческой лаборатории А.Наумова, можно сказать, что его интуитивные и проницательные способности не уступают таким известным переводчикам, как С.Иванов, Л.Пеньковский. Например, он отбирает стихотворения с точки зрения эпохи, тематики, конкретного поэта.

В переводах А.Наумова некоторых произведений присутствует принцип вольного подхода к тесту оригинала. Важным условием при переводе является сохранение написанных в силлабический размер “бармак” своеобразных особенностей стихотворений — лаконичности мысли, насыщенных ритмическими переливами строк, количества слогов и их относительного равенства важным условием является их сохранение. Исследуя переводы А.Наумова, убеждаемся, что он различными методами соблюдает эти требования. В отдельных случаях он достигает гармонии содержания и идеи оригинала, в других — изменяет содержание оригинала. В результате основная мысль произведения отличается от оригинала. В таких переводах имеет место новая трактовка А.Наумова, где он больше выступает не как переводчик, а как поэт. В качестве примера возьмем переводы стихотворений Айбека. Стихи Айбека богаты деталями, пронизаны чувственностью. Использованные поэтические детали способствуют тонкости отображения мысли и приумножению идейного вклада. В стихотворении Айбека “Кузда” (“Осенью”) присущие осеннему сезону обычные реальные явления по разному отображаются у поэта. Картины родной природы каждый раз по-новому воспринимаются лирическим героем:

Учар, ерни ўпар бир гала япроқ,

Ўқиб битиришди ёз достонини.

Оғочлар гавдаси ориқ ва титроқ,

Совуқ ел учурди яшил қонини.

Тўсатдан куз босди, булут ва ёмғир...

“Ялангоёқ” ёзнинг кўм-кўк яхтаги

Жиққа ҳўл бўлди, у офтоб сари

Тутиб кўкрагин исинар базўр.

Учиб ер тишлайди бир гала япроқ...

Сасида қуёшнинг, баҳорнинг ёди.

Гўзалдир олтин куз, сўлғин парвози,

Боғчаларда танҳо кезаман узоқ...[3, с. 116]

А.Наумов:                                                       А.Глезер:

Целует землю листьев стая,Летит, целуя землю, листьев стая,

И, протянув уста кустам,                            Прочитана поэма лета вновь.

Вся сада даль полупустая                             Деревья облетевшие устали,

Долистывает свой дастан.                          Зеленая в стволах застыла кровь.

Чинары в реденьком халате,                        С дождем и ветром осень налетела,

Уже негодном ни на что,                             И вымок легкий августа халат.

Стоят, с рассвета скинув платье               Чинар под солнце подставляет тело -

Все вымокшее под дождем.                          Да меньше греет солнце во сто крат.

Земля зеленой жаждет крови                      Кружит листва…И словно откровенье -

В предвиденье нелегких дней.                        Прощальный тихий шепот о весне.

И дерева без летних кровель                         Прекрасно увядание осеннее,

И ниже стали, и бедней.                               Брожу в саду с собой наедине. [4, с. 80]

И вижу я бродя по кругу

Средь ранней сумеречной мглы,

Как отдалились друг от друга

Листвы лишенные стволы.

И нас, воздвигших горделиво

Кров общий над своей судьбой,

Не так же ль осень отдалила –

И разделила нас с тобой?.. [5, с. 126]

Опадание листьев, оголенные стволы, желтение листьев — очередность осенних явлений в какой-то степени напоминает связь жизни человека с происходящими в старости естественными, физиологическими и духовными изменениями. С другой стороны, кажется, что в описании вымокшей под дождем природы есть намек на то, что вода является элементом природы, обеспечивающим продолжение жизни. Соответствие явлений природы и жизни человека друг другу Айбек отображает именно в образе осени. При переводе стихотворения на русский язык деталями, образами прекрасного, А. Наумов не в качестве переводчика, а как поэт трактует художественную истинутекста. Мастерство переводчика отходит на второй план. Для подтверждения этого сравним перевод этого текста с переводом еще одного переводчика А.Глезера при помощи таблицы:

Таблица 1

Сопоставление вариантов перевода

“Осень”

Перевод (А.Наумов)

“Кузда”

Оригинал (Айбек)

“Осень”

Перевод (А.Глезер)

Размер

8–9 слог, 5 строфа

а, б, а, б

11 слог, 3 строфа

а, б, а, б

10–11 слоги, 3 строфа

а, б, в, б

Звучание

1) е, е, е, е, ст, ст, а

2) у, у, у, ст, ст, а

3) а, а, а, а, у, у, ст, а

4) а, а, ст, а

1) у, а, у, а, а, а, р, р, р, р, р

2) и, и, и, и, и, и, и

3) о, о, о, о, а, а, а, а, р, р, р

4) у, у, у, и, и, и, и

1) е, е, е, е, т, т, т, ст, ст

2) а, а, а, а

3) е, е, е, е, е, ст

4) а, а, а, а, ст

Образность

Целует землю

ерни ўпар... япроқ;

Летит, целуя землю

Долистывает свой дастан

Ўқиб битиришди ёз достонини;

Прочитана поэма лета

-

оғочлар гавдаси...;

Деревья облетевшие устали

Земля зеленой жаждет крови

Ел учурди яшил қонини;

Зеленая в стволах застыла кровь

Чинары в реденьком халате скинув платья

ялангоёқ” ёзнинг кўм-кўк

яхтаги;

И вымок легкий августа халат

 -

тутиб кўкрагини(дарахт)

иситар

Чинар под солнце подставляет тело

 -

 -

ер тишлайди... япроқ

 -

 -

олтин куз, сўлғин парвози

 -

 -

сасида қуёшнинг,баҳорнинг ёди

Тихий шепот о весне

И дерева без летних кровель

И нас воздвигших горделива

Не так же осень отдалила –

И разделила нас с тобой?

Выделенные курсивом слова указывают на уровень соответствия оригинала с вариантами перевода. Из таблицы видно, в переводе А. Глезера основное место занимает переводческая трактовка. Подобная трактовка сближает перевод к оригиналу. А.Глезер сохраняет яркие, живые детали стихотворения и синтаксические формы предложений.

Ярко проявляется профессионализм А.Глезера в сохранении в переводе всех элементов текста. Художественная истина Айбека о “продолжительности жизни” (“ҳаётий давомийлик”) в предложении А.Глезера “Прочитана поэма лета вновь”(Япроқлар яна ўқиб битиришди ёз достонини)концентрируется в слове вновь (қайтадан, яна, такроран) и именно на этом слове основывается раскрытие идейного содержания стихотворения. А.Глезер в качестве переводчика шаг за шагом следует трактовке автора. Пером А.Глезера как бы вновь возрождаются присущие лирике Айбека эпическая скомпанованность, глубина отображения пейзажа и поэтическая музыкальность.

Как указано в таблице, пятистрофный перевод, каждая строка которого состоит из 7–8 слогов из-за вольного отношения А. Наумова к тексту, в плане мелодичности привело к различию с оригиналом. В переводе текст сначала отображается в соответствии с оригиналом, а в завершении переводчик от себя включая дополнительную строфу изменяет форму текста. Становится очевидным, что А.Наумов при переводе этого стихотворения проявляет себя не как переводчик, а в облике поэта: В переводе передается, что лист срывается с ветки и падает на землю под воздейстивем осени, и это явление — судьба листка и ветки, подобная участь может быть и в судьбе влюбленных. Риторическим вопросом завершает стихотворение: — Не так же ль осень отдалила и разделила нас с тобой? — Бизни куз узоқлаштирмадими ва ажратмадими-ки, гўё куз? Видно, что в этом четверостишии мастерство писателя привело к изменению содержания стихотворения. Однако, добавление одной строфы часто встречается у переводчиков, но это делается не с целью преобразования изложенного автором текста, а для устранения языком перевода сложностей, возникающих из-за отсутствия переводческих клише лингво-грамматических особенностей языка оригинала. Теоретически существуют пути для таких вольностей. Такого рода переводы стихотворений Айбека часто встречаются у А.Наумова. Например, “Бабочка на асфальте”, “Бессонница”, “Вечер”, “Отцу” “Все тебе — мои ночи и взоры”, “Когда с души спадает тяжкий гнет”. При сравнении этих переводов стихотворений с переводами А.Глезера, Ю.Неймана, Н.Тихонова, В.Державина по выше указанной таблице, можно заметить, что в переводах А.Наумова оригинальные 10–11-слоговые строки в переводе приобретают форму в 7, 8, 9 слогов и в результате в переводе появляется дополнительная строфа.

Исследуя переводы А.Наумова можно утверждать, что при трактовке поэтического текста у него проявляется не столько переводческое, а поэтическое мастерство.

В заключении можно сказать, стихотворный текст по сути отображает единство мысли и чувства, и при переводе его на другой язык переводчик стремится в ощутимой степени адаптировать — облегчить текст для восприятия носителем другого языка. И поэтому, естественно, имеют место изменение отдельных элементов оригинала, добавление или устранение каких-либо частей, активизация отдельных элементов текста. Это возможности и желания переводчика, возникающие в творческом процессе, потому что художественная трактовка, будучи неразрывной частью переводческого процесса, способствует оценке созданного перевода. В соответствии с мнением ученого-переводчика Н.Владимировой “Переводчик непременно привносит в перевод нечто свое, без этого не может состояться полноценный перевод” [8, с. 325]. Уместно отметить, что переводческую деятельность Александра Наумова достаточно сложно оценивать по какой-либо конкретной категории переводческой работы. Кроме того, А.Наумов сумел талантливо перевести лучшие образцы узбекской классической и лирической поэзии ХХ века, это свидетельствует о его смелости при отборе текстов, разнообразных по жанру, размерам и тематике. Вместе с тем, широта романтической фантазии проявляет присущую ему грань переводчика-интерпретатора. Поэтому мы думаем, что научно исследовать переводческого мастерства А.Наумова будет способствовать раскрытию не изученных вопросов в области перевода.

Литература:

1.                  Ҳотамов Н., Саримсоқов Б. Адабиётшунослик терминларининг русча-ўзбекча изоҳли луғати. — Т.: Ўқитувчи; 1979.

2.                  Алексеева И. С. Введение в переводоведение. — М.: Изд. Академия; 2004.

3.                  Ойбек. Танланган асарлар. Шеърлар, поэмалар. I том. –Т.: Ўздавлат бадиий адабиётлар нашри; 1957.

4.                  Айбек. Далекая звезда моя. Стихи и поэмы. — Т.: изд. Литературы и искусство; 1974.

5.                  Гафур Гулям. Айбек. Стихотворения. — М.: Детская литература. 1985.

6.                  Саломов Ғ. Тил ва таржима. — Т. Фан. 1966.

7.                  Ўзбек тилининг изоҳли луғати. Икки томлик. I т. А-Р.; З.Маъруфов таҳрири остида. — М.: Рус тили; 1981.

8.                  Владимирова Н. Развитие узбекской прозы ХХ века и вопросы художественного перевода. — Т.: Фан; А РУз; 2011.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle