Библиографическое описание:

Керстюк Ю. Н., Сотникова С. С., Смахтина Н. Г. «Зеркало» в идиолекте И. А. Бродского [Текст] // Филологические науки в России и за рубежом: материалы II междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, ноябрь 2013 г.). — СПб.: Реноме, 2013. — С. 95-97.

Одной из главных социолингвистических проблем настоящего времени является проблема двуязычия. Этот сложный многогранный процесс подразумевает взаимодействие разных культур, истории народов и его социального опыта. Проблематика двуязычия всегда привлекала лингвистов как отечественной, так и зарубежной школы. Следует отметить, что в отечественной и зарубежной лингвистике разработан целый ряд определений феномена билингвизма. Аврорин Валентин Александрович, представитель отечественной лингвистической школы, дает следующее определение билингвизму: «приблизительно одинаково свободное активное владения двумя языками; двуязычия начинается тогда, когда степень знания второго языка приближается вплотную к степени знания первого» [1, с. 51].

Поэзия Иосифа Бродского занимает заметное место в литературе XX века. Она обладает «онтологическим каркасом», основными категориями которого исследователи называют Культуру, Время, Язык, Небытие и Пространство [4, с. 77]. В литературно-критических работах неоднократно отмечались уникальность и «многогранность» поэтической фигуры Иосифа Бродского. Уникальность эта выражается в его мастерстве художественного слова, неподражаемом стиле, нестандартной философской проблематике стихотворений, наконец, в самобытности поэта.

Идея анализировать функционирование и существование языка с его носителем-человеком далеко не новая, однако, приоритет в разработке и использовании термина «языковая личность» принадлежит современным российским лингвистам. Основоположником теории языка как «органа внутреннего бытия человека» следует считать В. фон Гумбольдта, который ещё в 19 веке трактовал язык как выразитель характера и духа народа, нации [2, с. 373]. А. А. Шахматов в начале 20 века писал «…Реальное бытие имеет язык каждого индивидуума; язык села, города, области, народа оказывается известною научною фикцией» [5, с. 215].

Анализируя язык текстов, мы можно получить сведения о «личности» как авторе этих произведений и индивидууме, со своим интересами, характером, психологическими и социальными установками и предпочтениями. Характеристика языковой личности соотносится с понятием картины миры. «Языковая личность начинается по ту сторону обыденности языка, когда в игру вступают интеллектуальные силы, и первый уровень… ее изучения — выявление, установление иерархии смыслов и ценностей в ее картине мира, в ее тезаурусе» [3, с.36].

Свое видение окружающей действительности языковая личность выражает в созданных ею текстах. Анализ этих текстов позволяет реконструировать содержание мировоззрения личности. Особенно глубоко языковая личность выражает себя в художественных текстах, в которых репрезентируется не только творческое владение личностью всеми богатейшими запасами языка, но и реализуется индивидуальное художественное видение мира. Особую значимость в изучении индивидуального мировосприятия поэта является выявление в художественных текстах языковых единиц, репрезентирующих какой-либо фрагмент окружающей действительности. Мы считаем, что данный фрагмент действительности, является неотъемлемой частью любого описания и отражает важные культурные реалии быта человека.

Целью данного исследования является изучение авторского мировосприятия поэта посредством выявления языковых единиц, номинирующих зеркало как фрагмент окружающей действительности.

Индивидуально-авторское миропонимание личности художественного билингва в рамках представленной работы исследовалось на основе сопоставления разноязычных актуализированных лексиконов в условиях авторского перевода, представляющих собой часть словаря языковой личности.

Лексема зеркало переводится автором словом mirror ‘зеркало. Мы исследовали и сравнили использование лексемы зеркало в основном значении «гладкая, отполированная поверхность стекла, отражающая находящиеся перед ней предметы» [6, с.229].

Проследим связи субстантива зеркало, так как лексическая сочетаемость слов является важным фактором в переводе. Часто причиной, вызывающей необходимость в лексических трансформациях, является именно различие в сочетаемости. Слова находятся в определенных для этого языка связях. Совместимость в разных языках отличается, и то, что возможно в одном языке, является неприемлемым в другом [7, с.29].

В русской индивидуальной картине мира И. Бродского зеркало представляется гладким, безумным, вялым. В переводческом варианте совпадают только два определения: insanity-stricken‘безумно-пораженный’, languid‘вялый’.

В авторском переводе лексема зеркало реализуется в трех лексемных вариантах: mirror, window, glass. Слово зеркало и его лексико-семантический эквивалент mirror являются частотными в исследуемых произведениях. Обратимся к контекстам, чтобы выяснить, с какой целью автор в английском варианте заменил прямое значение слова зеркало на похожие по смыслу лексемы:

Солнце бьется в их окна, как в гладкие зеркала. [Декабрь во Флоренции]

The sun / throws its gold at their frozen windows. [December in Florence]

В авторской трансляции прилагательное гладкий трансформируется в причастие II frozen‘замерзший’. Автор опускает лексему зеркало, но сохраняет слово window ‘окно’. Однако отсутствие лексемы почти не влияет на смысл произведения.

Время глядится в зеркало, как певица, / позабывшая, что это — «Тоска» или «Лючия». [Эклога 4-я (зимняя)]

Time stares at alooking glass like a diva / who's forgotten what's on tonight: Tosca≤ Oh no, Lucia≤ [Eclogue IV: Winter]

В английском тексте И. Бродский лексему зеркало заменил на синонимичное выражение lookingglass ‘зеркало’, которое в настоящее время является устаревшим. Для сохранения ритма стихотворения в оригинале автор использует вместо слова mirror, которое включает в себя два слога, синоним lookingglass, тем самым не нарушая чередование ударных слогов. С точки зрения семантики, использование устаревшего слова в оригинале придает содержанию данной строчки особую эмоционально-экспрессивную окраску, однако, отметить данный нюанс сможет только английский читатель.

…я взбиваю подушку мычащим «ты»,

за горами, которым конца и края,

в темноте всем телом твои черты

как безумное зеркало повторяя.

[Ниоткуда с любовью, надцатого мартобря….]

… I'm howling «youuu» through my pillow dike

many seas aways that are milling nearer

with my limbs in the dark playing your double like an insanity-stricken mirror.

[From nowhere with love the enth of Marchember sir…]

И. Бродский использует контекстуальную антонимию: он повторяет черты адресата «как безумное зеркало». В автопереводе автор называет зеркало не просто безумным, а insanity-stricken ‘безумно-пораженным’, то есть усиливает качественный признак зеркала и меняет восприятие действительности, поскольку выражает не просто сумасшествие, а безмерную любовь и тоску по адресату. Кроме того, зеркало — это, в первую очередь, отражение, которое по законам физики не имеет свойств отображения в темноте. Такой антонимический прием в стихотворении также оправдывает безумность и страсть к адресату.

Либо, в зеркало вперясь, сказать, что ты /это — я; потому что кого ж мы любим, /как не себя≤ [Полонез: вариация]

…or just peer at the mirror and state that you /are me: for whom do we love but our-/selves≤ [Polonaise: A Variation]

В русском произведении поэт не просто смотрит, а «вперяется» в зеркало. В авторском переводе используется глагол topeer ‘вглядываться’, что немного изменяет характер действия. В русском варианте глагол вперяться передает резкость и грубость действия, а в английском, наоборот, действие мягкое и спокойное. Этот фрагмент в очередной раз подчеркивает, что для И.Бродского зеркало — это общее отражение собственных черт и черт его возлюбленной.

…тебе достаточно блузки и мне — ремня, / чтоб увидеть в трельяже…

[Келломяки]

For your blouse or my waistband will do just fine / to confirm in a trifoliate mirror's splits… [Kellomaki]

В подлиннике зеркало приобретает форму трельяжа и сохраняет свое значение в английском тексте — trifoliatemirror‘трельяж’. Автор подчеркивает, что герои чужие друг другу, и их чуждость отражается не просто в зеркале, а утраивается и увеличивается в трельяже.

Итак, анализируя русскоязычный текст и текст авторского перевода, мы выявили отличия в употреблении синонимов эквивалента mirror в английских текстах, которые не повлияли на смысл текста, но помогли сохранить рифму стихотворения и придать ему особую эмоционально-экспрессивную окраску.

Предпринятый в нашем исследовании сравнительный анализ художественных текстов оригинала и авторского перевода позволил изучить индивидуально-творческое мировидение личности художественного билингва, которое представляется средствами разных языковых систем, а также выявить различия в ее разноязычных картинах мира.

В ходе исследования выявлено, что главными причинами, вызвавшими разницу при переводе лексемы «Зеркало» одной творческой личности, являются различия в грамматическом и лексическом составе двух языковых систем, необходимость сохранения структуры стихотворного произведения, а также изменения по замыслу автора.

Итак, сопоставительный анализ данного фрагмента действительности в квантитативных и качественных аспектах позволяет сделать вывод о том, что способы выражения представления личности билингва об окружающем мире несколько модифицируются при переходе на язык трансляции, подтверждением этому являются различия в языковых картинах мира поэта.

Литература:

1.                  Аврорин В. А. Итоги и задачи изучения языков малых народностей сибирского Севера // Языки и фольклор народов сибирского Севера. М.: Academia, 1966. — 179 с.

2.                  Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию / Пер. с нем. Под ред. и с предисловием Г. В. Рамишвили. М.: Прогресс, 1985. — 400 с.

3.                  Караулов Ю. Н. Русский язык и языковая личность. — М.: Наука, 1987. — 264 с.

4.                  Тюкина С. Онтологический каркас поэзии И. Бродского. — М.: Радуга, 2005. — 261 с.

5.                  Шахматов А. А. Очерк современного русского литературного языка.– М.: Либроком, 2012. — 232с.

6.                  Ожегов С. И. Словарь русского языка: 70000 слов / Под ред. Н. Ю. Шведовой. — М.: Русский язык, 1989. — 939 с.

7.                  Левицкая Т. Р., Фитерман А. М. Проблемы перевода. — М.: Международные отношения, 1976. — 208 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle