Библиографическое описание:

Голубева Е. В. Языковая реализация представлений о женской красоте в калмыцком сказочном фольклоре [Текст] // Филологические науки в России и за рубежом: материалы II междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, ноябрь 2013 г.). — СПб.: Реноме, 2013. — С. 45-47.

В настоящей статье рассматриваются особенности языкового проявления представлений калмыцкого народа о женской красоте, отраженные в устном народном творчестве.

Ключевые слова:лингвокогнитивное исследование, калмыцкий фольклор, сказочная картина мира, женская красота.

Антропологические исследования в современной лингвистике в настоящее время находятся на пике популярности. Материал калмыцкого фольклора изучали с разных сторон, но лингвокогнитивное направление сейчас является наименее разработанным.

Бесспорно, особенности национального менталитета выражаются через систему архетипических образов, закрепленных в той или иной национальной культуре.

Актуальность выбранной темы заключается в том, что результаты исследования способны расширить познания в области ментальности калмыков, охарактеризовать языковое сознание данного народа, выявить национально-культурные особенности фольклорной картины мира.

Настоящая статья посвящена анализу языковой экспликации представлений калмыцкого народа о женской красоте, зафиксированных в устном народном творчестве.

В толковании слов «красота, красавица, красивый», которые рассматриваются в словарях, просматривается смысловая двойственность. Смешиваются представления о внешней физической (врожденной) и внутренней духовной (приобретенной) красоте. Трудно также дифференцировать такие близкие понятия, как красота, обаятельность, очаровательность и т. д.

В русско-калмыцком словаре под редакцией И. К. Илишкина находим следующий перевод на калмыцкий язык:

Красавица ж. 1. (о женщине) сәәхн күүкд күн, көркхн күүкд күн; 2. (о ком-чем-л. очень красивом) сәәхн; красавица Волга Иҗл һол сәәхн.

Красивый прил. сәәхн, көркхн; красивая женщина көркхн күүкд күн, сәәхн күүкд күн.

Красота ж. 1. сәәхн, ке; отличаться красотой сәәхнәр йилһрх, сәәхн чирәһәрн йилһрх; 2. только мн. красоты (красивые места) сәәхнь; красоты природы йиртмҗин сәәхнь [6, с. 254–255].

В калмыцко-русском словаре под редакцией Б. Д. Муниева интересующие нас калмыцкие лексемы переводятся на русский язык так:

Сәәхлә красавица, красотка.

Сәәхн [сәәхен] уменьш. от сән 1) красивый, прекрасный, прелестный; сәәхн бүшмүд красивое платье; сәәхн бәәшң красивый дворец; сәәхн өңг красивый цвет, красивая расцветка; сәәхн модн уул кеерүлдг, сәәхн күүкн гер кеерүлдг погов. красивое ветвистое дерево — краса гор, красивая девушка — украшение дома; сарла әдл сәәхн красив как луна 2) срод. п. красивейший; самый лучший; сәәхнәс сәәхн күүкн красивейшая из красивых девушек 3) всочет. с синонимичными словами чаще переводится по их значению; әрүн сәәхн чистый; эркн сәәхн отличный [3, с. 444].

Природа создала всех людей разными, поэтому внешние отличия выступают в виде первичного идентификатора, оценочной категории.

Күмн нүүрәр, модн дурсар — ойратск. Человек красив своим обликом, дерево — корой [5, с. 11]. Күн чирәһәрн сәәхн, чирә — нүдәрн, амн — келәрн, келн — үгәрн — калм. Человек красив лицом, лицо — глазами, рот — языком, язык — словами (речью) [5, с. 395].

Идеалы женской красоты в различных культурах имеют разные характеристики. Так, например, в русском фольклоре красавица обладает «золотыми волосами». Идеалом красоты Древнего Египта была женщина с тонкими чертами лица с полными губами и огромными миндалевидными глазами, форма которых подчеркивалась специальными контурами. Контраст тяжелых причесок с изящной вытянутой фигурой вызывали представление об экзотическом растении на гибком колышущемся стебле. По канонам греческой красоты прекрасное лицо сочетало прямой нос, большие глаза с широким межвековым разрезом, дугообразными краями век. Большие выпуклые глаза подчеркивались округлой линией бровей. Эталоны монгольской красоты сильно отличаются от европейских. Лицо должно быть круглым как полная луна (луноликая женщина), а глаза должны быть похожи на лепестки лотоса. Монголам нравятся темные узкие женские глаза, так как считается, что если глаза большие, то туда шулмусы (черти) могут запрыгнуть. Светлые, прозрачные, большие глаза славян вызывают у монголов страх.

Внешность в системе ценностей калмыков занимает не первое место: Сәәхнь сәәхн биш, седкл тусснь сәәхн — калм. Не тот мил, кто красив, а тот (красив), к кому сердце лежит. Өңг зүсни сәәхнәс оюун санани сәәхн деер — ойратск. Чем красота внешности, лучше красота ума и сердца, душевная доброта [5, с. 395]. Внутренние, нравственно-этические черты женской привлекательности для калмыков гораздо важнее. Добродетельность, покладистость, домовитость — вот качества, которые определяли идеальные черты женщины-калмычки. Но этот тип красоты следует рассматривать отдельно, в данной статье определяются черты внешней привлекательности фольклорного женского образа.

Женская красота проявляется рядом с мужчинами: Экнр әмдрлин чимг, эмәл мөрни чимг — калм. Женщина — украшение жизни, седло — украшение коня [5, с. 31]. Сәәхн модн уул кеерүлдг, сәәхн күүкн гер кеерүлдг — калм. Красивое ветвистое дерево украшает гору, красивая девушка — дом [5, с. 396].

В калмыцких паремиях отражается бытовое понимание привлекательности: румянец, белая кожа; женщина сравнивается с цветком, но содержание пословиц, все же, не дает полной информации о портрете-эталоне, например:

Сән эмин хачрнь улан — калм. У хорошенькой женщины щеки красные [5, с. 29]. Хотя с точки зрения и русских, и калмыков, румянец на щеках — это признак здоровья, все же следует отметить, что румянец может быть и признаком болезни легких. Скорее всего, на смуглых калмыцких лицах румянец проступал весьма редко, поэтому похвастать им могли только белолицые женщины. Можно предположить, что белолицые миловидные женщины не были чистыми калмычками, а, вероятно, имели инонациональные примеси (балдр — смесь). Хумха цаһан үүлн — теңгрин хутхур, хо цаһан гергн — хотна хутхур — калм. Белые перистые облака — причина непогоды, белолицая женщина — причина ссор в хотоне. Как видим, это проявление женской красоты тоже не всегда оценивается положительно. Өкәр эрк гергн өркәр үзгдсн од авнав гидг — калм. Миловидная, избалованная жена капризна: ей достань звезду с неба, что виднеется через дымоход юрты.

Тем не менее, красивые женщины всегда пользуются повышенным вниманием мужчин: Үнр сәәтә цецгт эрвәкә олн цуһлрдг, өңг сәәтә экнрт эр олн цуһлрдг — калм. Возле пахучего цветка много бабочек, возле красивой женщины много мужчин.

В идеальном сказочном пространстве красивая женщина — это представительница другого мира, обладающая волшебными умениями и неземной красотой, приведем примеры из калмыцких сказок:

А лебеди взмахом крыльев сбросили белые лебединые одеянья свои, и на берегу оказались прекрасные, как заря, тонкие, стройные девушки, излучавшие нежный свет. Дыхание перехватило у молодого стрелка. А девушки побежали купаться, звонко смеясь. Не отрываясь, за ними следил Хеече-Мерген. А там, где плыли они, светилась вода («Сказка про три чуда») [2, с. 74].

Он поскорей побежал посмотреть на жену стрелка. А увидав, убедился, что краше ее на свете нет. Из тела ее струится ласковый лучистый свет. Глаза ее глубоки, ясны и чисты. Прекрасна она, как дочь самого Хормусты (предводитель тридцати трех тенгриев, небожителей (по буддийскому учению) («Сказка про три чуда») [2, с. 75].

У левой решетки сидит старуха, пищу готовит. А перед старухой сидит, волосы расчесывает такая раскрасавица, что как обернешься назад, то при свете ее красоты можно пересчитать всех до одной рыбешек в океане. При сиянии ее лица можно табун караулить, при блеске ее глаз писать и ночью можно (сказка «Три брата») [2, с. 92].

Некоторые авторы [4] выделяют четыре типа женской красоты, которые включают следующие виды: 1. «Әрүн шагшавта эм» — это женщина, отличающаяся нравственным совершенством, высокой добродетельностью. 2. «Нүдндән hалта, нүүртән герлтә эм» — это женщина «с огнем в глазах, с сиянием в лице», т. е. женщина, обладающая притягательным обаянием. 3. «Кевлюн эм» — это физически красивая женщина. 4. «Нойхн» — это женщина, умеющая красиво и нарядно одеваться.

В настоящей статье рассматривается только внешняя физическая красота женщины, нашедшая отражение в языке фольклора, поэтому проявления женской красоты мы бы провели несколько по-другому. Красота внешняя (физическая природная красота; красота, связанная с умением красиво наряжаться) и красота внутренняя (красота высоконравственной, чистой женщины; красота обаятельной женщины).

Таким образом, на основании вышеизложенного можно сделать некоторые обобщения. В фольклоре калмыков отражается коллективный опыт народа, его мировоззрение и ментальные особенности. Безусловно, внешняя красота (и мужская, и женская) не является доминантным признаком, по которому выбирался партнер в обычной жизни кочевника. Больше ценились хозяйственные навыки, умение готовить, убирать, рукодельничать, рожать и воспитывать детей и т. д. в женщинах. Качества добытчика, охотника, защитника, отца детей и т. д. в мужчинах. Отсюда идеализирование внешности человека в фольклорных текстах, отражающих идеализированное пространство. Так, красивая женщина — это обязательно небесное существо, обладающая неземной внешностью, волшебными навыками и выступающая помощником героя. Земные женщины — это частичное отражение иномирской красивости, реализованное в богатстве и знатности сказочного семейства (ханская дочь).

Как видится, цельного образа идеально красивой женщины в калмыцком фольклоре нет. Он складывается из отдельных черт, которые включают изображение некоторых частей лица и тела женщины (глаза, щеки, шея, волосы, уши). Этот идеальный образ просматривается в портрете супруги Джангара красавицы аһ Шавдл в калмыцком героическом эпосе «Джангар»:

Цааран хәләхнь — / Цаад далан җирмәг тоолгдм, / Нааран хәләхнь — / Наад далан җирмәг тоолгдм, / Цуснас улан халхта, / Цаснас цаһан саңсата. <…> Сол солван үсиг / Халхиннь герл дахулгсн, / Хар торһн шиврлгнь / Халхинь даахн һаңхад, / Торм темәнә хорһсн чинән / Толь мөңгн сиикнь / Гүмб чикни ашкинь дүүҗләд, / Гүрә талнь герл һарад бәәдг болна.

Посмотрит туда — в сиянии ее / Мелких рыб дальней реки можно сосчитать, / Посмотрит сюда –/ Мелких рыб ближней реки можно сосчитать. / Ее щеки — крови алей, / Лицо — снега белей. <…> Ее волосы, заплетенные в косы, / Ниспадая на щеки, блестят. / Черные шелковые шивырлыки / Колышутся у каждой щеки. / Зеркально-серебряные серьги / Размером с окатыш помета верблюда-двухлетки, / Свисая с мочек округлых ушей, / Свет на шею ее отражают [1, с. 13–14, 200].

В заключение следует отметить, что краски к портрету калмыцкой красавицы, изображенному в фольклорных текстах, еще предстоит добавить в результате детального сравнения с фактическими данными других языков.

Понимание особенностей языкового проявления представлений о красоте человека способно устранить возможное недопонимание в межкультурной коммуникации, дать объяснение мотивации поступков калмыцкого народа и охарактеризовать национально-культурную специфику языковой личности.

Литература:

1.                 Джангар. Калмыцкий героический эпос. На калмыцком и русском языках. М.: Наука, 1990. 475 с.

2.                 Калмыцкие народные сказки / под ред. В. Бадмаевой. Элиста: Калмыцкое книжное издательство, 1982. 146 с.

3.                 Калмыцко-русский словарь (КРС) / под ред. Б. Д. Муниева. М.: Изд-во «Русский язык», 1977. 768 с.

4.                 Минаев С. http://kalmyk.info/

5.                 Пословицы, поговорки и загадки калмыков России и ойратов Китая / сост. Б. Х. Тодаева. Элиста: ЗАОр «НПП «Джангар», 2007. 839 с.

6.                 Русско-калмыцкий словарь (РКС) / под ред. И. К. Илишкина. М.: Изд-во «Советская энциклопедия», 1964. 803 с.



[1] Исследование подготовлено при финансовой поддержке РГНФ (проект № 12–34–01256).

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle