Библиографическое описание:

Избуллаева Г. В. Педагогическое нравственное творчество Маулана Джалаладдин Руми [Текст] // Педагогика: традиции и инновации: материалы III междунар. науч. конф. (г. Челябинск, апрель 2013 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2013. — С. 30-32.

Джалаладдин Руми великий поэт и наставник в духовном мире. Источник силы Руми — его любовь, любовь, переживаемая в человеческих пределах, но полностью укоренённая в Боге. Соединённый в любви с Божественной волей, он нашёл решение загадки предопределения и обрёл способность подняться в вершина радости из глубочайшей бездны страданий.

Наиболее достоверным источником информации о жизни и учении Руми, считаются книги, написанные его сыном, Султаном-Веледом. Руми родился в городе Балх, крупном городом провинции Хорасан, в семье популярного в народе придворного учёного богослова-юриста и проповедника-суфия — Мухаммада ибн Хусайна Хусайни Бакри известного как Мавлана Беха ад-Дин. Примерно в 1215 году отец Руми вместе с семьёй и 40 учениками, опасаясь преследований со стороны Хорезмшаха, которого он критиковал в своих проповедях, под предлогом паломничества в Мекку покидает Балх. После долгих скитаний семья Руми обосновалась в городе Конья, столице Рума. В те времена учёные, поэты и мистики всего восточно-мусульманского мира искали убежища в Конье, которая была одним из немногих безопасных мест в период, когда монгольское нашествие опустошило большую часть исламского мира. Поэтому Конья жила особенно напряжённой интеллектуальной и религиозной жизнью. Персидский язык оставался литературным, но население говорило на греческом и тюркском языках. Некоторые стихи Руми писал и на этих двух языках.

Джалаладдин получил хорошее образование не только богословско-юридическое, но также и в области точных наук. С 1228 по 1231 года отец Джалаладдина был руководителем главной коранической школы города. После смерти отца этот пост унаследовал Руми. Однако вскоре он отправился в Алеппо, а затем в Дамашк, где его учителем был Ибн ал-Араби. В 1244 году, уже по возвращении в Конью, он впервые и встретился с бродячим суфийским проповедником Шамс ад-Дином Мухаммадом ат-Табризи, чьи идеи, представлявшие собой эклектическое соединение постулатов нормативного богословия с восторженной мистикой ал-Бистами, оказали решающее влияние на Руми. Именно Шамс ад-Дин, этот странный взыскующий мистик, возжёг в душе Руми огонь мистической любви — любви абсолютной и всепоглощающей. Постоянное общение Руми с пантеистами вызвало недовольство клерикального духовенства и его учеников, что в итоге привело к гибели сына Джалал ад-Дина и друга-учителя Шамс ад-Дином ат-Табризи. [1, с. 5–11]

После смерти Шамс ад-Дина Руми начинает соединять преподавание мусульманской учёности с суфийской практикой прямо в коранической школе, чего до него никогда не было. В своих воззрениях Руми постоянно стремился занимать промежуточную позицию между мистикой и мусульманским богословием.

Руми скончался 17 декабря 1272 года в Конье и был там же похоронен, провожаемый в последний путь многими людьми всех вероисповеданий — мусульманами, христианами, иудеями, индуистами, буддистами и др.,— выразившими почтение к человеку, воспевавшему «религию сердца».— единодушие всех людей разных племен и вероисповеданий:

Как часто можно увидеть тюрка и индуса едиными

Как часто можно увидеть двух тюрков — словно чужих.

Следовательно, язык единодушия — нечто особенное:

Единодушие превыше единоязычия.

Сегодня Руми признаётся крупнейшим мистиком всех времён. Духовное наследие Руми высоко ценится и на Западе.

Когда я умру, ищите меня не в земле,

а в сердцах просвещённых людей. [3, с. 258]

Педагогическое наследие Руми имеет большое значение для обогащения педагогической науки, расширяет воспитательно-образовательные возможности.

Для любого путника без проводника

каждое двухдневное путешествие

превращается в столетнее странствие.

Тот, кто практикует ремесло,

не имея при этом учителя,

станет посмешищем, где бы он ни жил. [2, с. 114]

В своем творчестве Руми придавал важное значения вопросам науки и знания, патриотизму, трудолюбию, гуманизму и всем другим компонентам положительных качеств присущих человеку. Свои сложные теоретические положения Руми иллюстрирует притчами, баснями и другими небольшими рассказами из восточного фольклора и его взгляды наполнены глубоким гуманизмом, идеями толерантности, дружбы народов и наций, населяющих нашу планету Земля, единства религиозного закона и вероисповедания. Важнейшее наследие Руми «Маснави» («Стихи, обращенные к внутренней сути вещей») в отличие от «Дивана Кабир» («Великий диван»), или, иначе, «Диван Шамса Табрези» результат трезвого состояния. «Маснави» (Стихи, обращенные ко внутренней сути вещей) -ценнейший свод устного народного творчества XIII века. «Маснави» — двухстрочие содержащиеся в шести частях — тетрадях его этическое произведение о любви к человеку (без различий верований), изложенное на основе притч и басен. «Маснави» состоит не меньше чем из 40.000 байтов (двустиший) и охватывает более 1800 тем различного характера или содержания. Поэтому «Маснави» по праву считается подлинной энциклопедией пантеистического суфизма, с одной стороны и средневекового фольклора — с другой. Этот весьма объемистое произведение переведено на многие языки мира и во многих научных изысканиях указывается, что «Маснави» кроме образовательного и духовного (божественного) знаний содержит поведенческую и воспитательную мысли. Многие великие учёные педагогических наук нашего времени едины во мнении, что «Маснави» это одно из величайших произведений мира, самая читаемая книга сегодняшнего дня, это своеобразная педагогика и система воспитания суфизма в поэзии. Всё это является веским доказательством того, что методика и педагогический стиль «Маснави» могут быть использованы в качестве наставления в процессе воспитательной работы в различных учебных и воспитательных учреждениях, в разработке новых морально-духовных стандартов.

Руми в «Маснави» указывает, что воспитание прежде всего означает воспитание души человека и поскольку душа — это природа человека, т. е. его сущностные особенности, то воспитание души человека как второй половины духовного воспитания, более важно, чем воспитание духа, И с этой целью и позиции Руми воспевает эту тему во многих различных по тематике и содержанию баснях и притчах. Руми стремились к тому, чтобы между различными науками и познанием Бога воцарились мир и понимание. Из «Маснави»: Спор византийцев с китайцами. Как-то заспорили китайцы и византийцы о том, кто из них искуснее в живописи. Спор этот был беспредметным, и слушавший его царь сказал:

— К чему пустые слова? Пусть каждый из вас на деле покажет, каково его умение.

Спорящих разместили в просторном покое, разделенном непрозрачной перегородкой на две мастерские. Китайцы, заняв одну из них, сразу же потребовали себе красок и холстов, и их просьба была немедленно выполнена. Византийцы же сразу заперлись в своей мастерской, сказав, что им ничего не нужно.

Началось соревнование. Китайцы искусно покрывали холсты различными узорами, а византийцы у себя, выбрав одну из стен, полировали ее одним из известных им способов. Через некоторое время работы были закончены, и китайцы громким боем барабана призвали к себе царя, чтобы он взглянул на результаты их труда. Властелин был изумлен красотой и многоцветьем созданных китайцами узоров и, побыв около их картин, решил посмотреть работу византийцев. Те при нем сняли покров со стены, отполированной до зеркального блеска, и на ней вместо жалкого творения рук человеческих он увидел отражение иного мира — мира Истины.

Созданное византийцами зеркало можно было сравнить только с сердцем чистого и праведного человека, отражающим беспредельность духа. [2, с. 98]

Богатое педагогического наследия Руми показывает, что он был выдающимся теоретиком и практиком педагогики и дидактики средневекового Востока, создавшим целостную систему педагогико-дидактических идей, содержащих в себе проблемы человека и его воспитания, цели и средства воспитания. Из «Маснави»: Спор на корабле. На одном из кораблей в качестве пассажира оказался ученый грамматик. Не успев ступить на палубу, этот ученый сразу же спросил капитана, знает ли он законы грамматики.

— Книг по грамматике я не читал — и тайн этой науки не постиг! — ответил капитан.

— Это очень плохо! — сказал ученый. — Можешь считать, что полжизни ты прожил впустую.

Корабль ушел в долгое плавание, и в море его настигли буря и смерч.

— Посудине нашей конец, — сказал капитан ученому. -Учился ли ты когда-нибудь плавать, о мудрый человек?

— Никогда! Это занятие недостойно меня, — отвечал ученый.

— Ну тогда считай, что у тебя пропало не полжизни, а вся жизнь целиком! — заключил капитан.

Так и в нашей жизни, когда все вокруг нас бушует, готовность рискнуть и преодолеть невзгоды важнее иных наук. Многие современные авторитетные исследователи педагогических проблем едины во мнении, что понятие воспитания и обучения понимаются искажённо, а сам процесс обучения и воспитания, соответственно, идёт не тем путём, по которому следовало бы ему идти. И глобальное падение нравственности, смещение нравственных ценностей тому непререкаемое подтверждение. Основной задачей воспитания и обучения Руми считал нравственную подготовку человека. С его точки зрения, человека нужно воспитывать в духе гуманизма, патриотизма, бескорыстия, честности и порядочности. Из «Маснави»: Правитель и наставник. В некотором государстве правитель его спросил своего учителя:

— О мой шейх! Не терпишь ли ты какой-нибудь нужды? Есть ли у тебя достойная одежда? Хватает ли еды?

— Великий царь! — ответил шейх.- Как же я могу испытывать в чем-нибудь недостаток, если я сам владею двумя рабами, которые, в свою очередь, управляют всеми правящими на Земле государями?

— Кто же эти два раба, которые, судя по твоим словам, управляют и мной? — удивился царь.

— Эти два раба — гнев и желание,- прямо и откровенно сказал шейх.- И истинный царь лишь тот, кто держит их в узде, помня о том, что солнце с небес светит не только для Царей, но и для всех прочих, включая рабов.

Педагогико-дидактической тематики творчества Руми, можно сделать следующие выводы относительно этих понятий: воспитание это не приручение, а освобождение; не быть зависимым, а быть свободным; обучение это не насыщение знаниями, не нахождение известного, а нахождение неизвестного; это не заучивание, а творчество; обучение это не накопление информации, а ускорение образования. Воспитательные процессы не являются заранее составленными формулами, а наоборот, являются процессами, которые возникают в результате различных взаимоотношений и связей между наставником и учеником.


Литература:

  1. Муҳаммад Истеъломий. Мавлоно жалолиддин Муҳаммад Балхий. Теҳрон — 2001. — 88 б.

  2. Румий Жалолиддин. Маснавийи маънавий // Ж.Камол тарж. –Т.: “Мериюс” ХХМК, 2010. — 846 б.

  3. Фиш Радий. Жалолиддин Румий: Тарихий биографик роман /Русчадан Ж.Камол тарж. — Т.:Адабиёт ва санъат нашриёти, 1986.-272 б.




Обсуждение

Социальные комментарии Cackle