Библиографическое описание:

Выдра В. А. О работе с одарёнными детьми [Текст] // Актуальные задачи педагогики: материалы междунар. науч. конф. (г. Чита, декабрь 2011 г.). — Чита: Издательство Молодой ученый, 2011. — С. 102-104.

Феномен одарённости будоражит умы многих людей, но особое внимание привлекает он со стороны педагогов. Непостижимость таланта, непредсказуемость его появления и развития, от первых, едва заметных, признаков проявления и до всечеловеческого, порой, по масштабам воплощения, вызывают не просто удивление или интерес, а даже какое-то магнетическое отношение, граничащее с поклонением. В ком ещё, как не в талантливых людях, проявляется так зримо то высшее начало, которое заложено в каждом из нас, но, увы, не в каждом из нас прорывается с такой силой на уровень свершений. Одарённые люди, и, особенно, гении, т.е. люди, обладающие высшей степенью одарённости, всегда будут вызывать интерес как маяки, указывающие направление движения (не важно, в какой области человеческой деятельности), вольно или невольно передающие всем нам могучий импульс сверху. Именно такими проводниками я их и воспринимаю. Сознают они сами это или нет — это другой вопрос, но замечено, что многие гении (если не все) воспринимали свою деятельность именно как миссию, при этом буквально кожей ощущали и фатализм своей деятельности, и фатализм своей судьбы. Они как бы не принадлежали себе.

Педагоги одними из первых (помимо родителей) сталкиваются с этим феноменом, когда он выглядит ещё не распустившимся цветком. Иногда неординарность, одарённость ребёнка просто бросаются в глаза, сквозит в каждом его шаге, иногда она скрыта, латентна, о ней можно только догадываться по молчаливому упорству при решении какой-нибудь трудной задачи, или по упрямому отстаиванию своего подхода или метода решения. Бывают такие дети колючи, неуживчивы. Правда, не всегда. Но в любом случае, лейтмотив поведения педагога один — не навреди. Таких людей нельзя ломать через колено (что удивительно, их и невозможно просто так сломать). Часто такой ребёнок наделён недюжинной волей, граничащей с упрямством, он вполне уверен, что знает, что делает, и что остальные только мешают ему. Даже при внешнем согласии с вами, этот ребёнок спокойно будет делать по-своему. Поразительно, но очень часто он оказывается прав. Я не раз сталкивался с этим. Для меня это один из признаков, заставляющий пристально приглядеться к ребёнку. Есть попытки применить диагностические тесты для определения одарённости ребёнка. Я скептически отношусь к ним, не отрицая этого совсем. Любой тест это формальность, и как любая формальность не стопроцентно надёжен. Уж очень тонкая, очень неуловимая материя — одарённость. Постоянно вибрирующая в руках, растворяющаяся в многообразии проявлений. Второй опорой в этом случае обязательно должна быть интуиция. А может даже и первой. Но любому педагогу тренировать глаз в этом направлении обязательно нужно.

Итак, допустим, одарённость проявилась. Опять же, это не константа, это не обязательно навсегда, что будет дальше — неизвестно. Одарённость может как развиваться с той или иной скоростью, так и преспокойно заснуть, ни один из исходов не гарантирован. Здесь учитель как раз может сыграть свою роль для поддержания огня в сосуде. В моём случае, я стараюсь дать такому ученику нестандартные задачи (написать программу или составить алгоритм), чтобы поддержать интерес. Очень хорошо, если внешне эта задача выглядит лёгкой. Трудная задача может вызвать шок или отторжение, а внешне лёгкая задача позволит втянуть ученика в решение, а дальше включаются механизмы одарённости, не позволяющие бросить дело на полпути. Заметим, кстати, что одарённые дети обладают, как правило, немалым самолюбием, его надо использовать для целей развития. В разумных пределах, конечно, ибо дальше будет вред.

Вообще, на мой взгляд, этот момент самый важный. Как пойдёт дальше развитие этого ребёнка — неизвестно, хочется впихнуть в ребёнка побольше и побыстрее, не упустить, так сказать, момент. Если окажется, что информатика — не его стезя, разочарование будет обоюдным и взаимным. При этом рвётся внутренняя связь, и вам после этого уже труднее будет воздействовать на ребёнка, он уходит из вашего поля. Для меня, например, это даже важнее его одарённости.

К способным детям с трудом применимы фронтальные методы обучения, рассчитанные на массовость. Обычной реакцией бывает эпатаж или обречённость. Этот ребёнок тонко чувствует свою особость, он подспудно требует дать ему крылья. Ему как воздух нужна нагрузка, без неё его способности просто не разовьются. К тому же самолюбие не позволяет ему быть «как все». Предпочтительная форма работы с такими детьми — индивидуальная. А если говорить об эффективной работе, то индивидуальная форма, пожалуй, окажется единственной. От этого не уйти. Даже в небольшой группе таких же продвинутых детей, ребёнок не всегда уживается, властно требуя внимания только к себе. При этом воспитательные увещевания не проходят до сердца, оставаясь на поверхностном уровне. Но помня о том, что имеешь дело не с обычными людьми, приходится учитывать эти особенности характера. Ведь ни Пушкин, ни Достоевский, ни Королёв, ни многие другие не обладали «золотым» характером, однако это не умаляет их заслуг ни перед Родиной, ни перед человечеством.

Вообще, если говорить по большому счёту, то наша научная элита сильно потрёпана — и нашими реформами, и пресловутой «утечкой мозгов», и рыночными отношениями в отнюдь не рыночных научных сферах... Короче, элиту надо поднимать. И не просто поднимать до прежнего уровня — сейчас этого уже недостаточно — а готовить новую элиту для прорыва. Задачи, стоящие перед страной, требуют людей особой закалки, как в смысле способностей, так и в смысле воли. Типа Королёва. И задачи обороноспособности, и задачи модернизации приобрели такой масштаб, что рутинным каждодневным усилием их не преодолеть, нужен рывок. Люди, которые предназначены его осуществить, сидят сейчас за партами. Одна из наших учительских задач найти их, и, соответствующим образом, подготовить. Задача отнюдь не простая... И напряжение потребуется с обеих сторон.

Кстати, когда стоит задача перед большой группой людей, те, кто решает эту задачу, буквально чувствуют поле этих людей, питаются им. Об этом знают некоторые педагоги. Как сказали бы физики, напряжённость поля воздействует на заряды. Правда, в этом случае усилия не просто складываются, эффект посильнее суммы будет...

Так что нашим детям не позавидуешь, судьба у них не будет простой и дорога не будет прямой. А масштаб задач просто не даст расслабиться. Но большие задачи предполагают и большие победы, возможно — славные...

Вернёмся к детям. Итак, почему предпочтительной формой для работы с одарёнными детьми является индивидуальная. Начнём с того, что такой подход в наибольшей степени учитывает индивидуальные особенности ученика. Никакой другой подход не делает это с такой полнотой. Это первое. Второе — при таком подходе ученик имеет возможность сам определять темп и глубину усвоения материала. Более того, широта охвата материала тоже определяется им. Таким образом, в связке “учитель—ученик” учитель, как ни парадоксально, становится в какой-то степени ведомым. Не он уже определяет скорость обучения, и не он определяет, какую тему выбрать и как глубоко в неё влезть. Это всё делает сам ученик. Разумеется, подспудно. Он может не осознавать, и даже не догадываться об этом. А вот определение взаимодействия между учителем и учеником, естественно, остаётся за учителем. При этом при понижении “внешнего” статуса учителя — он ведь уже не ведущий — значительно возрастает “внутренний” статус учителя — теперь он должен обладать таким арсеналом знаний, чтобы удовлетворить любую потребность ученика и на любую глубину. Он должен предоставить ученику максимально возможный “сервис”. Можно ли сказать, что учитель оказывается в роли интеллектуальной прислуги по принципу “чего изволите”? Нет, конечно. Вся загвоздка в том, что продвинутый ученик, будучи личностью, — а все они, как правило, ярко выраженные личности, — прекрасно чувствуя, что ему нужно, не может это ясно понять, то есть не может перевести это на уровень сознания. Всё только на уровне предчувствования. Вот тут-то и необходима помощь учителя. Именно учитель должен понять, что нужно ученику, до чего он созрел, и что ему необходимо именно сейчас. Он это должен просто предугадать. Понятно, что требования к учителю при этом возрастают. Несмотря на трудности, работа эта, тем не менее, благодарная. Ибо знания, при таком подходе, вливаются в ученика легко, без трения, и именно столько, сколько он их может воспринять. Он ведь сам нуждается в этих знаниях, и может получить их быстро. А неспешное академичное течение программы ему может показаться скучным.

Работа с продвинутыми учениками требует значительного изменения программы. Переставляются темы, некоторые темы даются глубже, кроме того вводятся темы вне программы. Всё зависит от конкретного ученика. Кроме этого меняется способ подачи материала. Больше надо напирать на самостоятельную проработку материала. Многие продвинутые ученики сами просят об этом. Самостоятельная проработка нового материала — это та самая нагрузка, в которой нуждаются способные ученики, и которая даёт возможность наращивать умственную мускулатуру. Каждое такое преодоление для них в радость.

Одна ученица восьмого класса, которая едва стала программировать и никогда не слышала про массивы (несчастная!) за три часа самостоятельной работы разобрала не только, что такое массивы, но и все алгоритмы работы с ними вплоть до сортировки. Т.е. она сама изобрела все эти алгоритмы, я только ставил задачи! Понятно, что она изобрела велосипед, но ведь для неё это было на уровне открытий. Это, кстати, ещё одна из особенностей одарённых детей — креативность, творческий подход, желание пройти путь самому. Ещё раз повторю, что для них это в радость, у них есть потребность в этом. А некоторые просто дышат этим.

Как устроены мозги одарённых детей — непонятно. Т.е. нам, простым смертным, непонятно. Эти дети порой могут выдать такое решение, что просто диву даёшься, по каким извилинам пришла им такая мысль. Подход нестандартный, зачастую непредсказуемый. Буквально, река, пробивающая новое русло, оставив старое пустым.

На уроке уделить внимание способному ученику столько, сколько он заслуживает, практически невозможно, главный резерв — внеклассная работа, различные формы дополнительных занятий. Многие способные дети охотно идут на это, для них такие занятие важнее и интереснее всех других. Здесь им интересно, они занимаются тем, что их напрямую развивает.

Ещё одна отличительная черта практически всех одарённых детей — исключительная работоспособность. Т.е. не работоспособность вообще, а работоспособность при занятии любимым делом. Много часов кряду без устали может он решать захватившую его задачу. Его совершенно не увлекают при этом ни игры, ни улица — всё, что так притягательно для его сверстников. Он забудет про не сданное сочинение, про просроченную работу по физике, про двойку по биологии... Всё это осталось как бы в другом мире.

Работоспособность одарённых детей напрямую связана со способностью к концентрации внимания, опять же совершенно не свойственной его сверстникам. Ему не требуются усилия для погружения в любимое дело, он это делает мгновенно, как будто бултыхнулся в воду. После этого ничего вокруг уже не существует. Именно эти качества — невероятная работоспособность и способность к концентрации — позволяют одарённому ребёнку семимильными шагами осваивать новые пространства знаний. Похоже, это даже не работа для него, он от неё заряжается энергией.

А что наука говорит по поводу одарённости детей? Надо сказать, что в последнее время наука активно интересуется этим вопросом. Проводятся исследования, пишутся работы. Однако целостной картины пока нет. Вообще, даже если поставить вопрос, что такое одарённость, то правильный ответ будет: а никто не знает! Хотя определения даются, споры идут, понятия уточняются... Правда, при этом надо отметить, что вопрос исключительно сложен, неоднозначен, имеет высокую степень неопределённости. Вопрос лежит за гранью рациональных понятий, возможно решение этого вопроса потребует метафизических прорывов. Ведь именно из той области идут импульсы одарённости.

Что это накладывает на учителя? А то, что его роль исключительно велика. И ответственность тоже. Ему придётся ответить перед Богом, если он что-то не додаст одарённому ребёнку. Ведь ребёнок одарён Богом, а Бог просто так ничего не даёт, с этого строго спросится.

Нет единой, массовой теории работы с одарёнными детьми. Перед учителем открыт простор творчества. И каждый одарённый ребёнок требует индивидуального творческого подхода. Высокая ответственность, и высокая возможность для творчества!

Говорят, что каждый талантливый ученик должен найти своего учителя. Если вам достался талантливый ученик — радуйтесь, значит не только на ученике печать Бога.


Литература:

  1. Абатурова В.В. О системе работы с одарёнными школьниками в России // Профильная школа. — 2010. — №3. — с. 10-13.

  2. Лейтес Н. Что значит "одарённый ребёнок"? // Искусство в школе. — 2003. — №3. — с. 3-7.

  3. Панов В. Не только дар, но и испытание // Директор школы. — 2000. — N3. — с. 56-62.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle