Библиографическое описание:

Павлова М. В. Философские аспекты понятия «опыт» [Текст] // Актуальные задачи педагогики: материалы междунар. науч. конф. (г. Чита, декабрь 2011 г.). — Чита: Издательство Молодой ученый, 2011. — С. 228-233.

Рассматриваются основные направления и этапы исследования феномена опыта в философии. Проводится теоретический анализ подходов к определению понятия «опыт», как источника знаний, являющийся практической деятельностью человека.

Ключевые слова: духовный опыт, чувственный опыт, индивидуальный опыт, коммуникативный опыт, познавательный опыт, личностный опыт, социальный опыт.

Каждый студент, как взрослеющий человек, обладает определенным уровнем и видом опыта, который будет использоваться в качестве важного источника обучения и самосовершенствования.

Для того, чтобы определить роль опыта в стремлении к самореализации, самостоятельности, самообразованию и осознанию ответственности за успешное вхождение в социум, необходимо проанализировать научные аспекты понятия «опыт». Данный подход заключает в себе возможность наряду с общефилософскими положениями, проследить роль опыта в индивидуальной траектории развития личности.

«Словарь русского языка» С. И. Ожегова определяет опыт как: 1) совокупность практически усвоенных знаний, навыков, уменья; 2) отражение в человеческом сознании объективного мира, получаемое восприятием, отражение общественной практики, направленной на изменение мира; 3) воспроизведение какого-нибудь явления, создание чего-нибудь нового в определенных условиях с целью исследования, испытания; 4) попытка осуществить что-нибудь, пробное осуществление чего-нибудь. [14, с.456].

В трудах греческого (античного) философа Сократа впервые в истории ставятся вопросы о философской личности с её решениями, диктуемыми совестью, и с её ценностями. Его философия основана на том, что нравственное можно познать и усвоить, а из знания нравственности следует всегда действия в соответствии с ней. Благодаря Сократу и ещё двум выдающимся представителям греческой философии – Платону и Аристотелю, получило развитие мировая философия, их труды оказали значительное влияние на философские учения эпохи Возрождения, Нового и Новейшего времени.

Представители философии эпохи Возрождения обращаются к естественным наукам, вследствие чего становится актуальным вопрос опыта как источника знаний. Леонардо да Винчи подчеркивал: «Мудрость есть дочь опыта» [4,11]. Методология Леонардо да Винчи состоит в стремлении к максимально конкретному пониманию опыта и более точному уяснению его роли в деле достижения истины. В борьбе против умозрительно-словесного «выяснения» истины ученый подчеркнул, что полны заблуждений те науки, которые «не порождаются опытом, отцом всякой достоверности, и не завершаются в наглядном опыте, то есть науки, начало, середина или конец которых не проходят ни через одно из пяти органов чувств» [4, 13]. При этом выявляется, что опыт есть минимальное условие истинности. Однозначность истины, по мнению Леонардо да Винчи, не может быть достигнута в опыте, понимаемом (и массово осуществляемом) как чисто пассивное наблюдение и восприятие событий и фактов, сколь бы они не были многочисленны. Такая предельная конкретность истины достижима не на путях пассивного наблюдения и восприятия, а посредством активного, целенаправленного опыта или эксперимента.

Интегральным понятием всей культуры Возрождения следует считать понятие непосредственного, свободного духовного опыта. Продолжая основное – персоналистское усилие гуманистов XIV-XV вв., первые реформаторы сделали попытку “создать новое учение о боге, мире и человеке… на основании свободной познавательной очевидности» [15, с.14]. В раннереформаторских сочинениях персональный духовный опыт трактовался как наиболее надежный источник всех достоверных и осознанных внутренних возможностей. Трансцедентность бога открывается во внешнем и внутреннем опыте. С другой стороны, реформаторская теория двойственной истины, по которой «разум дарован нам не для постижения того, что над нами, а для постижения того, что ниже нас», включает экспозицию трансцедентности и непостижимости Бога и экспозицию доступного и познаваемого мира (природы и общества). Последнюю можно определить как богословское признание прав опытного наблюдения, общезначимой проверки предположений и догадок. [16, 84-98].

Таким образом, ранними реформаторами разделялись два вида опыта – опыт внутренний (духовный) как способ не познания, но приближения к Богу и опыт внешне-чувственный, как способ познания «того, что ниже нас», (материального мира).

Мишель Монтень, представитель школы скептицизма, осуждая схоластическое, оторванное от действительности умозрение, утверждает, что истины подлинного знания добываются не редуцированием из произвольно постулируемых принципов, а из фактов, устанавливаемых опытом. По сравнению с разумом опыт – это «средство более слабое и менее благородное, но истина сама по себе столь необъятна, что мы не должны пренебрегать никаким способом, могущим к ней привести» [13, 355]. Положение, что рационально поставленный и разумно истолкованный опыт – важнейший источник истинного знания, выдвигает другой скептик XVI в. Франсуа Санчез. Рассматривая опыт как средства познания, мыслитель подчеркивал: «… при всей важности роли разума в познании, добывать истинные знания о реальной действительности, мы можем, только вступая с ней в контакт, внимательно её наблюдая, экспериментируя и делая разумные выводы из наблюдений и экспериментов».

Пьер Гассенди считает, что основой научного знания должен быть опыт: «Опыт – это ведь средство для суждения, как говорят греки – критерий» [1, 198]. Согласно теории познания Гассенди, неочевидное познается как ощущениями, так и разумом. Первые дают знание вещей через их отношение к познающему субъекту, второй устраняет ошибки чувственного восприятия посредством опыта, позволяющего узнать, что представляют собой эти вещи сами по себе.

Приверженец рациональной философии Рене Декарт утверждает вторичность опыта относительно априорного познания идей: «Я уверен: никакого знания о том, что имеется вне меня, я не могу достигнуть иначе, нежели с помощью идей, которые я об этом составил в самом себе. И я остерегаюсь относить мои суждения непосредственно к вещам и приписывать им нечто ощутимое, что я сначала не обнаружил бы в относящихся к ним идеях» [5, 108]. Если бы человек зависел только от своего опыта или опыта других индивидов, с которыми непосредственно общается, то он вряд ли мог бы действовать свободно, рационально, эффективно. Все идеи перешагивающие опыт, согласно Декарту, нам, нашим душам «даны», «внушены» как врожденные.

Томас Гоббс признает, что человеческий индивидуальный познавательный опыт, поставленный перед необозримым множеством вещей и явлений, должен опираться на некоторые «вспомогательные средства». Гоббс также считает субъективное, «конечное», индивидуальное познание внутренне слабым, смутным, хаотичным. «Каждый из своего собственного и притом наиболее достоверного опыта знает, как расплывчаты и скоропреходящи мысли людей, и как случайно их повторение» [2, 54]. Но обычная для того времени мысль об ограниченности, конечности индивидуального опыта самого по себе отнюдь не заставляет Т. Гоббса прибегнуть, как это делает Р. Декарт, к вмешательству «бесконечного» божественного разума. Человек сам вырабатывает специальные вспомогательные средства, во многом преодолевающие конечность, локальность, индивидуальность его личного познавательного опыта, - такова весьма важная идея Т. Гоббса. Для того, чтобы избежать необходимости каждый раз вновь повторять познавательные опыты, касающиеся одного и того же объекта или ряда сходных объектов, человек своеобразно использует чувственные образы и сами наблюдаемые чувственные вещи. Они становятся «метками», благодаря которым мы в соответствующих как бы воспроизводим в нашей памяти накопленные ранее знания, касающиеся данного объекта. Так осуществляется аккумуляция знаний: в каждом данном познавательном акте мы «оживляем», используем в сокращённой, мгновенной деятельности наш собственный прошлый опыт. Познание индивида становится единым, взаимосвязанным процессом. Если бы на земле существовал один единственный человек, то для его познания было бы достаточно меток. Но поскольку этот человек живет в обществе себе подобных, его собственная мысль с самого начала ориентирована на другого человека, других индивидов: замечая в вещах правильность, регулярность, повторяемость, мы обязательно сообщаем об этом другим людям. И тогда вещи и чувственные образы становятся уже не метками, а знаками. «Разница между метками и знаками состоит в том, что первые имеют значение для нас самих, последние же – для других» [6,62]. Таким образом, Томас Гоббс связывает воедино индивидуальный и социальный познавательный опыт.

Блез Паскаль, высоко оценивая значение опыта для человека, считает, что опыт не только помогает проверке истин, установленных без него, но и открывает новые истины, до него неизвестные. Опыт и разум позволяют нашим знаниям об окружающем мире расширяться и уточняться безгранично. Человек хранит в памяти и те знания, которые ему самому удалось добыть, и те, которыми его снабдили прошлые поколения в оставленных ими книгах: «Не только каждый из них изо дня в день продвигается в науках вперед, но и все люди вместе взятые совершают в науках непрестанный прогресс» [8, 98].

Исходные принципы концепции разумного человека и человеческого разума согласно Джону Локку, заключается в том, что разум, в первую очередь, как способность разумения, рассуждения, понимания, не дан человеку сразу и заведомо в силу самого факта рождения. Разумная способность формируется лишь в процессе жизненного опыта и благодаря лишь собственным усилиям каждого индивида. «Человек разумный» - это активно и свободно формирующийся человек. Знания, идеи, принципы не «вложены» Богом в человеческие души, не даны человеку с рождения, но добыты благодаря разума и других познавательных способностей по соответствующим ступеням опыта и разумения.

Моральные и религиозные принципы человек должен формировать сам, в собственном опыте, а не получать «извне», в качестве готовых и неизменных догматов. Человек свободный доверяет самому себе, движется как бы «от нуля» знаний и возможностей, от знания и сознания похожего на «чистую доску», на которую опыт наносит свои знаки и письмена. «Предположим, что ум есть, так сказать, белая бумага, без всяких знаков и идей. Но каким же образом он получает их? Откуда он приобретает тот (их) обширный запас, почти бесконечным разнообразием? Откуда он получает весь материал для рассуждения и знания? На это я отвечаю одним словом: из опыта. На опыте основывается всё наше знание, от него, в конце концов, оно происходит» [11, 154].

Тезис об ошибочности и поверхностном характере резкого противопоставления опыта и разума выдвигает Дейвид Юм. [19, 46-47]. Причины и следствия, относящиеся к фактам, не могут быть открыты одним разумом, но открываются только путём опыта. Идея о том, что разум, как бы извне корригирует данные чувственного опыта, кажется Юму ложной. В самом опыте необходимо и возможно обнаружить такой механизм, который делает его достоверным и превращает в структурную целостность. Не удовлетворяет Юма и идея о самостоятельности односторонне-чувственного опыта, о возможности положить в основу теории познания размышления о субъекте, лишенном всякой духовности, всяких эмоциональных предрасположений. Теория познания Д. Юма, его учение о чувственном опыте основывается на утверждении о наличии впечатлений. Разум учит только об истинном и ложном, естественном и испорченном; деятельность вытекает из склонностей и страстей. Вывод Д. Юма относительно характера и специфики чувственного опыта состоит в том, что опыту приписывается сложная, не просто чувственная, а чувственно-рациональная структура.

Отрицая врожденные идеи, Этьен Кондильяк, признаёт один лишь опыт, но этот опыт – чисто индивидуален и, в конечном счете, сводится к получению впечатлений и восприятий [10,192].

Поль Анри Гольбах высказывает мысль о необходимости включения в процесс познания «тщательно продуманных опытов», о значении опыта и размышления, о роли разума. [3,163]. Но опыт всё же, интерпретируется преимущественно в плане чувственно-индивидуального восприятия.

Особую позицию в этом вопросе занимал Иммануил Кант. Он считал, что хаотические воздействия объекта на сознание превращаются в опыт лишь в результате упорядочивающей деятельности априорных (доопытных) форм рассудка. Сущность опыта состоит в объединении чувственности и рассудка, эмпирического и логического, многообразия и единства. Несмотря на идеализм, во взгляде Канта содержится важная идея об активности мышления субъекта в познании. Введение в «Критику чистого разума» И. Кант начинает с утверждения: «Без сомнения, всякое наше познание начинается с опыта…» [9,105]. Кант различает два вида знания (и познания): опытное, основанное на опыте; и внеопытное (априорное). Способ образования этих видов знания различен. Всеобщее знание мы добываем каким-то иным способом, а не посредством простого эмпирического обобщения. Согласно И. Канту, это и есть знание, которое следует назвать априорным, внеопытным. Оно не выведено из опыта, потому что опыт никогда не заканчивается. В этом и состоит природа таких знаний и познаний, что при высказывании теоретических всеобщих и необходимых суждений мы мыслим совершенно иначе, нежели при простом обобщении данных. Таким образом, всякое всеобщее и необходимое теоретическое знание, истинное знание, по мнению И. Канта, априорно – доопытно и внеопытно по самому своему принципу.

Способности чувственности и рассудка – то есть способность воспринимать, принимать впечатления, стало быть, созерцать предмет и способность мыслить его – существуют лишь в неразрывном взаимодействии. Только благодаря их единству возможен опыт. Опыт Иммануил Кант и определяет как взаимодействие чувственности и рассудка.

В теории экспериментального метода Иоганна Ламберта интересна его трактовка априорных понятий как «предшествующего» или «предварительного» гипотетического знания, которое должно быть проверено и исправлено в ходе эксперимента, подтверждено данными опыта, после чего оно и может обрести статус достоверного, объективно-значимого и необходимого знания о мире. Сущность эксперимента, согласно Ламберту, состоит в умении сознательного и целенаправленного вопрошания природы, при котором используются заранее придуманные процедуры и приёмы, специальные инструменты, позволяющие «вмешиваться» в естественный ход вещей и получать не только искомые, но и такие ответы, в которых обнаруживаются новые, ранее не известные свойства и закономерности природы.

Георг Гегель исследовал познание, как развивающийся многоуровневый процесс, где опыт выводился из движения сознания ставящего перед собой цель. Поскольку, достигнутый результат деятельности не полностью совпадает с поставленной целью, то в процессе сравнения желаемого с достигнутым происходит преобразование взглядов на предмет и появляется новознание о предмете. Этот процесс и составляет опыт.

В конце ХIХ – начале ХХ вв. популярность приобрело философское движение под названием «прагматизм» (от греч. Pragma – дело). Впервые ввёл понятие «прагматизм» Чарлз Сандерс Пирс. Центр внимания философов – представителей прагматизма перемещается от научно-теоретического познания к повседневной практической деятельности человека.

Ч. Пирс, в своем учении о трёх категориях, выделяет три категориальных блока или категории: первая категория («первичность») выражающая качество, вторая категория («вторичность») или существование, третья категория («третичность») или закон. В своей совокупности это учение о трёх категориях Пирс именует «феноменологией», придавая термину необычное значение. Имеется ввиду анализ того аспекта опыта, который является «познавательным результатом нашей жизни». Три основных элемента этого опыта и называются тремя категориями.

Исходным и первичным в прагматизме, по мнению Уильяма Джемса, является опыт, в который включаются все субъективные явления человеческого сознания, в том числе воображение и различные психические переживания. Своей волей, активностью, упорством человек может выделить из чувственного опыта то, что отвечает его потребностям. Опыт – единственная высшая инстанция познания, с одной стороны, есть поток сознания, поток переживаний, а с другой, лишь иное название для человеческой практической деятельности, всегда имеющей свои результаты и следствия. У. Джемс объявляет основой опыта ощущения, однако, «для него вещи как нечто неопределенное не даны в опыте, выступающем как нерасчленённый поток, или хаос ощущений, а берутся, выделяются или «вырезаются» из него самим субъектом, усилием его воли» [12,91].

Идеи о необходимости различения двух типов познания: чувственного и рационального развивал Теодор Лессинг. Развивая эстетический, ценностный аспект чувственного познания, Лессинг вносит в него момент активно-творческого отношения к действительности.

Что касается достоверности опытного знания, то здесь решающую роль играет интерпретация У. Джемсом принципа Пирса. «В основе находимых нами между нашими мыслями (утверждениями) различий – даже самого тонкого и субтильного свойства – лежит следующий конкретный факт: ни одно не настолько тонко, чтобы выражаться как-нибудь иначе, чем в виде некоторой возможной разницы в области практики. Поэтому, чтобы добиться полной ясности в наших мыслях о каком-либо предмете, мы должны рассмотреть, какие практические следствия содержатся в этом предмете, то есть каких мы должны ожидать от него ощущений и к каким реакциям со своей стороны мы должны подготовиться» [8, 34]

Идеи У. Джемса об опыте получили развитие в работах Джона Дьюи [7,74], главным ядром философии которого является концепция жизни как непрерывно развивающегося опыта взаимодействия человека с окружающей средой. Человек приспосабливается к объективному миру, одновременно воздействуя на него и испытывая его воздействие. Дж. Дьюи подчеркивал важную роль рационального, мыслительной активности человека в опыте. Опыт, по его мнению, не просто непрерывный жизненный поток, а серии ситуаций. Опыт имеет важное качество – устремленность в будущее. Он нацелен на преобразование среды и стремление контролировать ее в новых направлениях. В связи с этим в опыте всегда взаимосвязаны реальное (что следует изменить) и идеальное (планы преобразования).

Понятие личностного опыта человека стало основополагающим в феноменологических философских концепциях. Основателем феноменологии был Эдмунд Гуссерль, и его понимание опыта легло в основу социологических определений опыта. Личностный опыт не может рассматриваться вне истории, культуры, вне социальных связей индивида, ведь именно он сопрягает биографию с историей. Поэтому основанием всех прочих опытов в феноменологии социального мира является коммуникативный опыт, «опыт социального отношения».[18,78] Только через соотнесение с другим, человек может осознавать себя как личность и обогащать свой опыт, открывая в себе мир окружающих людей.

Важной отличительной чертой феноменологической концепции опыта является его субъективность. Человеческий опыт носит личностный характер. Это всегда опыт персоны, личности, а не сообщества. Феноменологическое понимание опыта человека сделало его личностным по сути. Представители этого философского течения отошли от рассмотрения опыта как метода познания мира, отделили его от наблюдения и эксперимента. Опыт – это часть личности человека. Он имеет свою структуру (зона интимности, коммуникативный опыт), имеет социальный характер, поскольку происходит из системы взаимоотношений с другими людьми, связывает личность с конкретным временным этапом жизни общества, а также сопрягает биографию человека с историей.

В буржуазной философии ХХ в. получили распространение субъективно-идеалистические концепции, нередко выдвигающие понятие опыта в гносеологическом отношении на первый план. Разновидностями субъективно-идеалистической трактовки опыта являются прагматизм и инструментализм (опыт как «инструментальный» план использования вещей), экзистенциализм (опыт как внутренний мир непосредственных переживаний субъекта), неопозитивизм (опыт как различные состояния сознания субъекта, трактовка вопроса об объективной реальности в качестве источника опыта как псевдовопроса).

Диалектический материализм (К. Маркс, Ф. Энгельс, Л. А. Фейербах, Д. Ф. Штраус, Я. Молешотт, К. Фогт, Л. Бюхнер, Э. Геккель, Е. Дюринг и др.) рассматривает опыт как нечто производное от объективной реальности. Опыт мыслится и как процесс активного, преобразующего взаимодействия человека на внешний мир, и как результат этого воздействия в виде знаний и умений, как процесс взаимодействия субъекта с объектом. Понятие опыта по существу совпадает с категорией практики, в частности эксперимента, наблюдения. На их основе формируется опыт как результат познания, включая совокупность исторически сложившихся знаний. Накопление и передача опыта из поколения в поколение составляет существенную характеристику общественного развития. Он объективируется в предметной и языковой формах, в ценностях культуры. Опыт как практическая деятельность человека и её результаты отражает уровень овладения объективными законами природы, общества и мышления, достигнутый людьми на данном этапе их исторического развития. Диалектический материализм был фактически советской государственной философией и одновременно служил методологической основой советской науки.

Таким образом, в философии можно выделить два основных направления исследования феномена опыта. В первом направлении опыт рассматривается относительно познания человеком окружающего материального мира, здесь дискутируются вопросы роли опыта в процессе поиска истины. Основные позиции в данном направлении развиваются в контексте материалистических (источником любого опыта признается объективная реальность, в этом случае бытие преломляется в индивидуальном сознании человека, проживается им и таким образом принимает форму опыта) и идеалистических учений (материальный мир лишь несовершенное отражение идеальных первооснов, поэтому знание, приобретенное опытным путем, изначально и неизбежно неполное, а опытный исследователь обречен на заблуждения). Во втором направлении категория «опыт» приобретает трансцендентное значение и трактуется как результат свободных поисков человека в духовной (божественной или антропологической) сфере.

В рамках философской традиции существует ряд дискуссионных моментов в толковании понятия «опыт». Ряд авторов снижают роль опыта до чувственно-индивидуального восприятия, результаты которого должны быть скорректированы разумом, либо изначально определяются разумом посредством наличия априорных идей, критериев для оценки чувственного восприятия. Другие философы придают опыту не только чувственные, но чувственно-рациональные характеристики, подчеркивают его изначальность и подчинённость ему разума. Философы нового времени объединяют в понятии «опыт» чувственное и рациональное и в их неразрывном единстве, обеспечивающем движение сознания к истине, видят его сущность.

Если результатом опыта является знание, то доступно ли оно исключительно познающему субъекту, или может стать общим достоянием. Каков характер опыта – индивидуальный или социальный. Для перевода индивидуального опыта в социальный, человек прибегает к символам, позволяющим через единство придаваемых категориям смыслов и содержания обеспечить механизмы его трансляции от одного к другому.

Ряд философов ограничивают сферу опыта материальным миром, философы идеалистического, и особенно религиозного направления переносят опыт в трансцедентную сферу как способ духовного поиска, контакта человека с первоначалом.

На сегодняшний день опыт в философии в традиционном смысле трактуется как «чувственно-эмпирическое отражение внешнего мира… как взаимодействие и как результат такого взаимодействия» [17,343].

В основе педагогики лежат закономерности и механизмы передачи опыта новым поколениям. Педагогической наукой понятие «опыт» определяется: как цель образования, как содержание образования, как способ образования личности. Трансляция определенных элементов накопленного человечеством или какой-либо социальной группой опыта выступала целью образования практически на всех исторических этапах развития педагогической теории и практики. Ряд исследователей (Т. Брамбельд, А. Комбс, Э. Кели, А. Маслоу, К. Роджер и др.) формулируют главную цель обучения и воспитания как обеспечение роста человека в практической сфере, роста его опыта.

Современная педагогическая трактовка понятия «опыт» включает детерминированность его содержания развитием человеческого общества. Исходя из этого положения, выделяют два вида опыта: опыт человечества в целом как результат всей его истории и индивидуальный опыт личности, в той или иной степени присвоившей и интериоризировавшей опыт человечества. В процессе образования личности необходим отбор тех компонентов накопленного человечеством опыта, который актуален для конкретной культурно-исторической ситуации, характеристик макро-, мезо-, микросоциального окружения личности. Критериями отбора компонентов опыта выступают полезность и сложившийся в обществе идеал человека и модель его поведения.

Опытный путь познания и освоения окружающего мира человеком стал признанной частью образовательного процесса. Педагогическим аспектом исследования понятия «опыт» является поиск возможностей влияния на содержание, направленность приобретаемого взрослеющей личностью опыта. Многоаспектность понятия «опыт» обусловливает наличие ряда направлений его использования в педагогической науке.


Литература:

1.

Гассенди, П. Сочинения. В 2-х т. – М.: Мысль, 1968. – Т.2. – 405 с.

2.

Гоббс, Т. Избранные произведения. – В 2-х т. – М.: Мысль, 1964 – Т.1. – 584 с.

3.

Гольбах, П. Карманное богословие. – М.: Госполитиздат, 1961. – 207 с.

4.

Да Винчи, Л., Избранные произведения. – В 2-х т. – М.: Ладомир, 1995. – Т. 1 – 364 с.

5.

Декарт, Р. Избранные произведения. – М.: Наука, 1950. – 348 с.

6.

Дильтей, В. Воззрение на мир и исследование человека со времен Возрождения Реформации. Отв. Ред. Л.Т. Мильская. – М.: Университетская книга, 2000. – 464 с.

7.

Дьюи, Дж. Реконструкция в философии. / пер. с англ. М. Занадворова, М. Шишкова. М.: Логос, 2001.

8.

История философии: Запад – Россия – Восток. (книга вторая: Философия ХV – ХIХ вв.). – М.: «Греко-латинский кабинет» Ю.А. Шичалина, 1996. – 557 с.

9.

Кант, И. Сочинения. В 6 т. – М.: 1964. – Т.3. – 799 с.

10.

Кондильяк, Э.Б. Сочинения. В 3-х т. – М.: - Мысль, 1982. – Т.2. – 541 с.

11.

Локк, Дж. Сочинения. В 3-х т. – М.: Мысль, 1985. – Т. 2. – 560 с.

12.

Мельвиль, Ю.К. Пути буржуазной философии ХХ века. – М.: Мысль, 1983. – 247 с

13.

Монтень, М. Опыты. М.: Наука, 1979. – 703 с.

14.

Ожегов, С.И. Словарь русского языка, под ред. С. П. Обнорского, гос. изд-во иностранных и национальных словарей, М.: 1952.-с. 848

15.

Ойзерман, Т.И. Главные философские направления: теоретический анализ историко-философского прогресса. – М.: Мысль, 1984 – 303с.

16.

Соловьев, Э.Ю. Прошлое толкует нас. – М.: Политиздат, 1991. – 430 с.

17.

Философский энциклопедический словарь/Под ред. Л. Ф. Ильичева, П. И. Федосеева, С.М. Ковалева, В. Г. Павлова. – М.: Советская энциклопедия, 1983. – 839 с.

18.

Шпигельберг, Г. Феноменологическое движение: историческое введение. М.: Логос, 2002.

19.

Юм, Д. Сочинения. В 2-х т. – М.: Мысль, 1965. Т.1. – 352 с.


Обсуждение

Социальные комментарии Cackle