Библиографическое описание:

Захарчук М. Е. Генезис идейных убеждений европейского общества по отношению к лицам с особыми потребностями [Текст] // Педагогика: традиции и инновации: материалы междунар. науч. конф. (г. Челябинск, октябрь 2011 г.).Т. II. — Челябинск: Два комсомольца, 2011. — С. 23-26.

Внимание сосредоточено на характерных особенностях функционирования людей с отклонениями в развитии в разные периоды эволиции общества; также уделено внимание проблеме негативнго отношения социума к людям с особенностями в развитии.

Ключевые слова: люди с особенностями психофизического развития, деформированный, неполноценность, инвалидность.

We focus the attention on typical functional peculiarities of people with special needs in different periods of social evolution; we also emphasize on the negative attitude towards people with special needs in the social community.

Key words: people with psychophysical peculiarities in development, deformed, impairment, disability.

Проблема дискриминации и социальной изоляции лиц с особыми потребностями является актуальной сегодня в любом демократическом государстве мира. Конкурентоспособность каждого государства зависит от человеческого фактора, в формировании которого социализация и социальная адаптация играют ведущую роль. Интернационализация, культурное сближение стран при условии сохранения собственной идентичности становятся главными тенденциями общественного развития стран в начале третьего тысячелетия. Закономерно, что на первый план в научных исследованиях выходят наименее защищенные и наименее исследованные прослойки населения, а именно лица с особыми потребностями. Ведь больше всего вопросов всегда возникают там, где очерченной проблеме не хватает научного обоснования. Проблемой создания равных возможностей для лиц с особыми потребностями занималось много научных работников европейских стран, в частности C. Ashton, T. Davis, D. Marsh, D. Martin, C. Miller, H. McColl, J. McPake, L. Picozzi, A. Stevens раскрывают потенциальные возможности людей с особыми образовательными потребностями. Среди стран Северной Америки, в которых берет начало борьба за равные гражданские права для всех слоев населения, особый научный интерес представляют США и Канада. Мы можем назвать известных американских и канадских ученых: Fullan M.G., Jordan A., Osgood R.L., Levin B., Lupart J.L., Mitchell D., Stainback S., Stainback W., Stanovich P.J., Steven F., Webber C.F., Winzer M.A. и других, которые раскрывают отдельные аспекты трансформации позиций общества относительно людей с особыми потребностями. Главная цель этой статьи – обзор научных исследований, посвященных данной проблеме, для отображения того, как общество проходило путь от дискриминации людей с особыми потребностями к толерантности и интеграции их в общественную жизнь.

Анализ исторических и антропологических источников указывает на то, что доиндустриальное общество вело себя жестоко по отношению к людям с особенностями психофизического развития. Особую жестокость испытывали дети с врожденными патологиями и люди с видимыми функциональными ограничениями. Практически во всех случаях сложных патологий развития ребенка применялась практика детоубийства сразу после рождения. Широкое применение такой практики частично можно объяснить ограниченным доступом или отсутствием информации о людях с особенностями психофизического развития [Neubert and Cloerkes, 1987; Oberman, 1965]. Также мало задокументированных фактов относительно взрослых людей, у которых травмы или болезни повлекли инвалидность. Частично этот феномен можно объяснить тем, что эти люди имели низкий уровень выживания. Античные источники в известной степени поддавали критике людей с отклонениями в психофизическом развитии, часто относя функциональные или ментальные отклонения в развитии человека к сверхъестественным особенностям, таким как одержимость дьяволом или гнев богов [Neurbert and Cloerkes, 1987]. Римляне, например, позволяли родителям убивать своих детей, которые были «деформированными» или были женского пола [2]. В своем труде «Политика» Аристотель писал: «Относительно воспитания ребенка должен быть закон, который будет запрещать «деформированным» детям жить».

Христианская традиция, напротив, поощряет толерантность и милосердие по отношению к людям с отклонениями в психофизическом развитии. Хотя та же религия выступала за негуманное отношение к людям с особыми потребностями, в частности в период инквизиции и охоты на ведьм [Oberman, 1965]. В некоторых книгах Святого Письма описываются люди с особенностями психофизического развития и вспоминаются они как: нечистые [Leviticus 21], изувеченные вследствие греховного поведения [Luke 5] или охваченные дьяволом [Matthew 12].

Один из английских законов о бедных датированный XVI веком разделял людей на три категории. Самая низкая каста людей с отклонениями в развитии включала: «…тех, чьи дефекты вызывали отвращение». Данный закон определял: «…их нужно принуждать работать, если они отказываются, их будут полосовать и лишать еды и воды» [6, c. 59].

Индустриальная революция принесла первые изменения относительно людей с особыми потребностями во всем мире. Марксистская теория определила, что рабочие в индустриализированном обществе становятся объектами, которые потеряли человеческую принадлежность и стали лишь средствами производства. В социалистическом обществе люди с особенностями в психофизическом развитии рассматривались не только как дефектные средства производства, но и как настоящая угроза. Когда общество не могло заставить их работать, законы запрещали им просить милостыню [Blaxter, 1976; Oberman, 1965]. Вследствие этого в конце ХІХ века во многих странах мира культивировалась сегрегация - политика принудительного отделения людей з особенностями психофизического развития, которая была очень распространена в Средние века и Новое время в германских и англосаксонских странах, а также их колониях (Германии, США, Британской империи, ЮАР, Ирландии, Прибалтике), но практически исчезла после успехов, достигнутых движением за права человека во второй половине XX века. Несмотря на эти достижения, институции закрытого типа все же строились, чтобы заставить людей с особенностями психофизического развития работать и предотвратить то, чтобы они жили на улицах. Институции закрытого типа, или так называемые рабочие лагеря, были расположены далеко за городом, мужчины и женщины разделены и общество было защищено не только от бездомных, а также от «искривленных» генов людей с отклонениями в психофизическом развитии [Wolfensberger, 1969]. Институциализация (другое название сегрегации) руководствовалась научными принципами евгеники – учения об улучшении «человеческой породы» биологическим путем – и достигла своего апогея в идее стерилизации «дефективных», с целью защитить благосостояние общества [Ludmerer, 1972; Reilly, 1991]. Институции закрытого типа, которые обеспечивали пребывание людей с особыми потребностями, были похожими на тюрьмы, и такая ситуация в обществе продолжалась вплоть до движения за деинституциализацию в 1960-х - 70-х годах.

Известные сторонники сегрегации и стерилизации были активными членами Национальной ассоциации благотворительных и корекционных заведений. Например, Александр Джонсон, президент Национальной ассоциации в 1897 году, был известным сторонником сегрегации [Johnson, 1903; Perry, 1903], а также другие представители социальной сферы, такие как Марион Нортон, который работал для организации «Лига сторонников стерилизации Нью Джерси» в 1930-х - 40-х годах, публично поддерживали принятие закона о стерилизации [Reilly, 1991]. В то время, как заявленная цель большинства представителей социальной работы с людьми с особыми потребностями была направлена на добро, часть представителей все же преследовала цель социального контроля над «дефективностью».

За последние несколько десятков лет значительно выросла социальная и политическая заинтересованность проблематикой людей с особыми потребностями не только на уровне общества, но и в академической среде. Новый взгляд не только на место человека в социуме, но и на его образование в большей степени отражает термин «включение» – инклюзия. Инклюзия людей с видимыми физическими, сенсорными или интеллектуальными нарушениями в развитии в экономическую и социальную жизнь общества является прерогативой в политике как для бедных, так и для высокоразвитых стран мира [Doyle, 1995; Stone, 1996]. В обществе ведется много разговоров относительно необходимости включения лиц с особыми потребностями в жизнь социума, не меньше роботы ведется на академическом уровне (в университетах и колледжах США, Канады [Pfeiffer and Yoshida, 1994], а также европейских стран, в том числе Украины и России). Как следствие, растет количество литературы о препятствиях на пути к инклюзии (непонимание проблем людей с особыми потребностями, враждебность, непринятие их права на жизнь в обществе, барьерность среды и т. д.), но не хватает информации о происхождении этих препятствий [Barnes, 1990; 1991; 1996]. По мнению большинства американских исследователей проблем инклюзии, само понимание происхождения препятствий позволит решить наибольшую проблему в обществе – негативное отношение социума к людям с особыми потребностями. Под негативным отношением мы понимаем очевидную предубежденность и враждебность, пренебрежительность и жалость, нетерпимость и безразличие – собственно в этом проявляется наше отношение к себе и окружающим. В более широком понимании понятию негативного отношения есть два объяснения. Первое объяснение лежит в плоскости культурного восприятия и касается психологических страхов перед чем-то нетипичным и неизвестным. Другое объяснение экономического характера, когда лицо с особыми потребностями рассматривают как «дефективное средство производства», другими словами как лицо, которое не может приносить пользу обществу и является лишь обузой для него. Более радикальную оценку можно найти в трудах британских авторов, многие из которых являются людьми с особыми потребностями. Например, труд Пола Ханта «Критическое условие» (1966) показывает, как люди с особыми потребностями считаются «несчастливыми, ненужными, другими, угнетаемыми и больными» и как эти люди бросают вызов общественно принятым ценностям. Пол Хант объясняет, что людей с особыми потребностями считают «несчастливыми», потому что они не могут наслаждаться материальными и социальными благами современного мира [3]. Ведь принято считать, что человек является ненужным, если он не приносит пользу обществу, в котором живет. Лица с особыми потребностями относят к так называемой группе «меньшинства», которую воспринимают как «неполноценную» или «другую». Это ведет, как считает Хант, «к предубежденности, выражающейся в дискриминации и гнете» [3, с. 152]. Кроме нечеловеческого отношения, которого Хант был очевидцем в британских общественных заведениях, он также отмечает дискриминацию по отношению к людям с особыми потребностями в повседневной жизни, в частности, что касается трудоустройства, замужества и посещения заведений общественного питания. Но хуже всего то, что, по мнению людей с типичным развитием, лица «больные, страдающие» воплощают все те страхи, которые связаны с «трагедией, потерей, темнотой и неизвестностью» [3, с. 155]. Исследователь Хант утверждает, что центральной проблемой в понимании инвалидности является связь между материальными причинами и культурным восприятием лиц с особыми потребностями в западном обществе. Также в своем исследовании Пол Хант отмечает разницу между понятиями неполноценность (impairment) и инвалидность (disability), а именно: неполноценность – обычно медицинский подход (по определению организации «Союз физически неполноценных лиц против сегрегации (UPIAS - Union of the Physically Impaired Against Segregation)», членом которой был Хант), инвалидность – «преграда или невозможность выполнения задач, современной социальной организации общества, которая не считается с людьми с физическими изъянами, и таким образом, исключает их из жизни общества» [8, с. 14]. Годами это определение расширялось и охватило все виды инвалидности: физическую, сенсорную и интеллектуальную. Писатель Майк Оливер (лицо с особыми потребностями) в 1983 году удачно заметил, что вышеупомянутое определение дало начало так называемой «социальной модели инвалидности», или инклюзии, – включению лиц с особенностями психофизического развития в полноценную жизнь общества.

Однако, психолог, эмигрант из Южной Африки, который в настоящее время живет в Великобритании, Вик Финкельштейн, также основатель организации UPIAS, не соглашается, что искривленное понимание инвалидности является прямым результатом развития западного индустриального общества. Используя значительную фактическую базу, исследователь делит историю на три четких логических фазы. Фаза 1 относится к феодальному периоду, который предшествовал европейской индустриализации. В отмеченный период экономическая активность состояла в основном из аграрного и сельского производства, и В. Финкельштейн отмечает, что «средство производства», а именно люди с видимыми функциональными ограничениями, не отстранялось от участия во всех сферах жизни. Фаза 2 охватывает период ХІХ века, когда начался период индустриализации и люди с особыми потребностями были исключены из процесса трудоустройства якобы из-за несостоятельности отвечать новой системе фабричного производства. Как следствие, этих людей сегрегировали от участия в экономической и социальной жизни общества в институции закрытого типа. Финкельштейн утверждает, что фаза 3 лишь началась. Мы видим очевидное освобождение лиц с особыми потребностями от гнета, благодаря развитию и использованию разнообразных технологий роботы с людьми вышеупомянутой категории, в том числе, инклюзии – полному включению людей с разными возможностями во все позитивные аспекты социальной жизни, которые доступны обычным людям.

Постепенно общество начинает осознавать, что люди с особыми потребностями никоим образом не отличаются от других людей с типичным развитием. Поиск причин изменений идейных убеждений европейского общества по отношению к лицам с особыми потребностями, по нашему мнению, должно стать прерогативой научных исследований и поисков, которые помогут построить эффективное социальное государство на основе гуманизма, толерантности и уважения, совмещающее в своей деятельности принципы воли и равенства, социальной справедливости, надклассовости и реально обеспечивающее социально-экономические права человека, невзирая на особенности в развитии.


Литература:

  1. Blaxter, Mildred (1976) The meaning of disability: A sociological study of impairment. Heinemann, - 259.

  2. Hewett, Frank M. and Forness, Steven R. (1977) Education of Exeptional Learners. 2nd ed. Allyn & Bacon, - 470.

  3. Hunt, P. (1966). A Critical Condition . [Онлайн]. [online]. Входить до http://www.leeds.ac.uk/disability-studies/archiveuk/archframe.htm [Доступ 07.06.12] Available at http://www.leeds.ac.uk/disability-studies/archiveuk/archframe.htm

  4. Kirk, S. A., Gallagher, J. J., Anastasion, N. J. (1997) Educating Exceptional Children, eighth edition, Boston, New York, 44 – 89.

  5. Maynard C. Reynolds, Margaret C. Wang, and Herbert J. Walberg, (February 1987) "The Necessary Restructuring of Special and Regular Education," Exceptional Children 53: 391.

  6. Oberman, C. E. (1965) A history of vocational rehabilitation in America. Mineapolis, MN: T. S. Denison and Company

  7. Stanley S. Herr, Lawrence Ogalthorpe Gostin, Harold Hongju Koh (2003) The human rights of persons with intellectual disabilities: different but equal. Oxford University Press, - 551.

  8. Union of the Physically Impaired against Segregation, (UPIAS), (1976), Fundamental Principles of Disability, London, UPIAS.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle