Библиографическое описание:

Балеев С. А. Ответственность за организационную преступную деятельность по действующему УК РФ [Текст] // Актуальные вопросы юридических наук: материалы междунар. науч. конф. (г. Челябинск, ноябрь 2012 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2012. — С. 71-74.

Термины «организованная преступная деятельность», «организационная преступная деятельность» достаточно часто используются в криминологической и уголовно – правовой литературе в связи с феноменом организованной преступности, как правило, для определения и выработки мер, направленных на противодействие этому виду преступности. Вместе с тем, до настоящего времени не наблюдается единства мнений относительно содержания названных понятий, что создает существенные трудности в правоприменительной практике.

Очевидно, что наиболее действенным средством в борьбе с организованной преступностью продолжает оставаться уголовное право, в нормах которого термин «деятельность» присутствует крайне редко, что не удивительно, поскольку основанием уголовной ответственности, как известно, выступает не деятельность, а конкретное деяние, содержащее все признаки конкретного состава преступления.

Полагаем, что «организованная преступная деятельность» – термин сугубо криминологический, характеризующий те или иные уровни и формы функционирования организованных преступных объединений, связи между ними и институтами гражданского общества.

Организационная преступная деятельность, на наш взгляд, представляет собой понятие скорее уголовно-правовое, раскрывающее объективные и субъективные признаки деяний, регламентированных нормами как Общей, так и Особенной части УК РФ. Точное и четкое установление таких признаков обусловливается необходимостью правильного определения основания и пределов уголовной ответственности лиц, выполняющих организационные функции в конкретном преступлении и организованной преступной деятельности.

Действующее уголовное законодательство организатором преступления признает лицо, организовавшее совершение преступления или руководившее его исполнением, а равно лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими (ч.3 ст. 33 УК РФ).

До принятия этой законодательной формулы в теории уголовного права присутствовали разные подходы к понятию и содержанию организационной деятельности. Так, П.Ф. Тельнов, называя организатора наиболее опасной фигурой среди соучастников, связывал его деятельность с совершением этим лицом конкретного преступления: «Под организацией преступления понимается подбор и подготовка соучастников, обеспечение их орудиями и средствами, разработка плана посягательства, руководство преступлением - распределение обязанностей между соучастниками, дача им указаний в процессе совершения преступления» [9, с.41].

Ф.Г. Бурчак под организатором также понимает только то лицо, которое организовало конкретное преступление или руководило его совершением: «Действия организаторов преступных сообществ являются одним из видов деятельности, рассматриваемой как преступление непосредственно в статьях Особенной части УК. Поэтому в статье, предусматривающей ответственность соучастников, о них говорить нет необходимости» [3, с.141].

Присутствовало и иное мнение, отстаиваемое, в частности, М. И. Ковалевым: «Под организатором преступления следует понимать того, кто организует преступление, т.е. не только склоняет других к совершению преступления, но и сам участвует в его совершении в качестве непосредственного исполнителя, руководит непосредственным совершением преступления в качестве главаря, руководителя преступной деятельности независимо от того, участвует ли он физически в выполнении состава преступления или нет. Организаторы преступного сообщества - это лица, создающие сообщество, возглавляющие его, разрабатывающие планы преступной деятельности, руководившие совершением преступления в составе сообщества» [8, с.278].

В.С. Прохоров также предлагал различать два вида организационной деятельности: а) организацию конкретного преступления, б) организацию преступного сообщества [10, с.240]. В этой связи он писал: «Деятельность организатора отдельного преступления (или преступлений) аналогична деятельности организатора преступной организации. Различие заключается лишь в непосредственном объекте приложения усилий организатора. Если в одном случае организатор осуществляет деятельность по созданию преступной организации - устойчивой группы, имеющей своей целью определенную преступную деятельность, то в другом - тот же комплекс действий направлен на организацию группы, ставящей своей задачей совершение одного или нескольких определенных преступлений» [10, с.241].

Казалось бы, Уголовный кодекс 1996г., расширив определение объективной стороны действий организатора, должен был прекратить полемику, возникающую по вопросу о круге специфической деятельности организатора. Но, включив понятие организатора преступной деятельности (в законе - организатор организованной группы или преступного сообщества) в число соучастников преступления, законодатель не снимает основных противоречий, а добавляет их, в сравнении с УК РСФСР 1960 года. Ведь условия ответственности организаторов и иных членов преступного сообщества (преступной организации) существенно отличаются и не могут быть приравнены к условиям ответственности соучастников при таких формах соучастия, как соисполнительство и соучастие с распределением функциональных (юридических) ролей.

Следует согласиться с Ю.А. Красиковым, в свое время отмечавшим: «В последнее время наметились тенденции к выделению не только организованной группы из числа разновидностей соучастия с предварительным соглашением, но и организатора преступной группы из числа видов соучастников. Создание параллельных уголовно-правовых норм наряду с нормой, регламентирующей институт соучастия, вряд ли оправдано. Безусловно, роль организатора должна быть отмечена как наиболее опасная, что должно повлиять на назначение наказания, но отрыв этого вида соучастника от других невозможен, так как их деятельность совместна и ее последствия общие, единые для всех соучастников» [6, с.48].

Организация преступления - понятие емкое. Оно охватывает целый ряд признаков, характеризующих деятельность организатора, в том числе и такой, как руководство преступлением. Организатора преступления отличает от других соучастников, прежде всего инициатива, проявленная при подготовке к преступлению.

Инициатором преступления является и подстрекатель. Однако его роль, его усилия сводятся к тому, чтобы зародить у исполнителя умысел на совершение преступления. «Для того чтобы являться организатором, - писал Ф.Г. Бурчак, - лицо должно не только возбудить в другом лице решимость совершить преступление, но сделать и нечто большее. Оно должно, как говорит закон, организовать совершение преступления, т.е. разработать его план, распределить роли между соучастниками или даже точно в деталях определить роль одного исполнителя» [4, с.142]. С этим мнением следует согласиться.

Организация преступления, по нашему мнению, означает руководство подготовкой конкретного преступления. Организационные функции при этом могут быть следующими:

  • подыскание и вовлечение участников в совместную деятельность по подготовке и совершению преступления;

  • определение объекта преступного посягательства;

  • распределение между соучастниками функциональных обязанностей (ролей);

  • разработка плана совершения преступления и инструктаж участников преступления;

  • определение места, времени, средств, способов преступления;

  • создание благоприятных условий для его совершения;

  • обеспечение участников орудиями и средствами совершения преступления;

  • направление совместных усилий на его совершение;

  • руководство по сокрытию орудий и следов преступления, а также ценностей, добытых преступным путем.

Указанные и другие возможные разновидности организационной деятельности нельзя признавать обязательным для всех случаев о совершения организованного преступления. Их объем и сочетание могут быть различными. Следует признать правильным мнение о том, что для признания лица организатором преступления достаточно наличия в его действиях признаков выполнения им хотя бы одной из названных функций [5, с.25].

Следует также учитывать, что в каждом конкретном случае форма организаторской деятельности в совершении конкретного преступления будет индивидуальна. Однако при всем многообразии таких форм организатор заметно выделяется среди остальных соучастников, он как бы стоит над ними, определяя и направляя совместную деятельность [7, с.30].

По смыслу закона организатором преступления следует признавать также лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими.

Отличие между организатором преступления и организатором преступной деятельности (курсив наш – С. Б) состоит в том, что, во-первых, различны цели такой деятельности (в одном случае - это конкретное преступление, в другом - совершение, как правило, ряда преступлений, но не разрозненных, а образующих систему, и зачастую направленных на получение противоправных доходов), во – вторых, при организации единичного преступления отсутствует необходимость в образовании устойчивого преступного объединения, следовательно, формы связи между соучастниками преступления значительно проще, чем в организованной группе или преступном сообществе (преступной организации).

В научной литературе присутствует мнение о том, что осуществление руководства преступной деятельностью есть форма организации преступления [6, с.25]. С таким подходом трудно согласиться, ведь понятие «преступная деятельность» шире понятия «преступление», так как конкретное преступление является лишь звеном в цепи общественно опасных и преступных деяний, совершаемых организованным для такой деятельности объединением.

Более того, главной чертой объективной стороны организации преступной деятельности является объединение усилий, направление посредством властно - распорядительных отношений силы и воли участников преступного объединения в намерении осуществления неоднократных преступных действий, создание устойчивой связи между ее членами.

Организация преступной деятельности может осуществляться на различных ее этапах различными лицами, так как организаторы могут выделяться также в различных структурных подразделениях преступного сообщества (преступной организации), создаваемых для относительно самостоятельного осуществления преступной деятельности.

Такие лица, конечно же, могут принимать участие в планировании и подготовке конкретного преступления. Только в этом случае, на наш взгляд, выполнение организационных либо иных функций (подстрекателя, пособника) превращает организатора объединения в соучастника преступления.

В уголовно – правовой литературе присутствует и иное мнение. Так, С. С. Аветисян полагает, что: «все соучастники с момента вступления в организованную группу или преступное сообщество, становясь их членами, независимо от места и времени совершения преступления и характера фактически выполняемых ролей (курсив наш – С.Б.) должны признаваться соисполнителями» [1, с.308].

В соответствии с законом участники организованной группы или преступного сообщества (преступной организации) несут уголовную ответственность за участие в них в случаях, предусмотренных статьями 208, 209, 210 и 282.1 УК РФ, а также за преступления, в подготовке или совершении которых они участвовали (ч. 5 ст. 35 УК РФ). Таким образом, квалификация деяния каждого участника преступного объединения определяется не членством в преступной группе, а выполненной им функцией при совершении конкретного преступления. За все совершенные организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) преступления организатор преступной деятельности несет ответственность только в случаях, если они охватывались его умыслом (ч.5ст.35 УК РФ).

Если деятельность отдельных участников преступного объединения не связана ни с подготовкой преступления, ни с выполнением его объективной стороны, в соответствии с положениями действующего УК РФ ни исполнителями, ни иными соучастниками такого преступления они признаваться не могут.

Создание преступного объединения предполагает разработку структуры группы, ее организационной формы, определение направлений преступной деятельности, методов их осуществления, подбор участников, их сплочение (придание устойчивости группе), выработку организационных форм связи между участниками.

Для осуществления таких функций организатор должен обладать целым комплексом определенных качеств и свойств, без которых выдвинуться среди соучастников было бы невозможно. Это, прежде всего, достаточно высокий уровень инициативы и активности, определенный уровень общих и специальных знаний, волевых качеств и личный авторитет, умение сплотить вокруг себя людей, навязать им преступные планы.

Руководство преступной деятельностью, на наш взгляд, заключается в действиях организатора, направленных на обеспечение созданного преступного объединения в целях осуществления его участниками преступной деятельности. Оно состоит не только в определении и координации направлений преступной деятельности, ее задач и этапов решения, средств и способов достижения цели, распределение конкретным участникам тех или иных ролей, но и осуществлении властно-распорядительных функций, в том числе и при разрешении различного рода спорных, конфликтных ситуаций между подразделениями и отдельными участниками.

Помимо названных, к функциям по руководству преступной деятельностью следует отнести разработку мер по обеспечению конспирации преступной деятельности, обеспечение моральной и материальной поддержки участников, привлеченных к уголовной ответственности, оснащение участников оружием, транспортом, средствами связи, разработку мер по приданию преступной деятельности легального вида: «отмывание» преступных доходов через создаваемые коммерческие структуры, налаживание и использование коррумпированных связей в органах власти и управления в целях противодействия правоохранительным и контролирующим органам и т.п.

Повышенная общественная опасность организатора преступной деятельности находит свое отражение в Особенной части УК РФ. Так, деятельность организатора преступного сообщества (преступной организации) признается законодателем самостоятельным видом преступления (ч.1 ст. 210 УК РФ). Организационная деятельность, как самостоятельное преступление, влечет ответственность также в соответствии со ст. ст. 208, 209, 282.1 УК РФ.

Возникает вопрос, а по каким правилам должна наступать ответственность организаторов и руководителей объединений, ответственность за организацию и участие в которых предусмотрена ст. ст. 212, 239, 279, и 2822 РФ? На наш взгляд, эти нормы также предусматривают ответственность за организационную деятельность.

Представляется, что, признавая уголовно наказуемой организационную деятельность лишь в четырех составах Особенной части УК, законодатель существенно ограничил сферу уголовно - правового воздействия на лиц, осуществляющих функции организатора преступной деятельности.

До недавнего времени в уголовно-правовой литературе отмечалось, что одной из причин неэффективности уголовно-правовых мер в борьбе с организованными формами преступной деятельности является неурегулированность законодательством криминальных антиобщественных отношений, связанных с общей организацией и обеспечением преступной деятельности преступных образований. Так, в одной из своих работ мы также отмечали, что реальная антиобщественная деятельность организаторов преступной деятельности, требующая криминализации, остается безнаказанной, поскольку в соответствии с законом не могли быть признаны организаторами лица, использующие криминальный авторитет для улаживания конфликтов между преступными группировками, координации функционирования действующих на определенной территории различных криминальных формирований, перераспределения между ними сфер криминального бизнеса и проч. [2, с.211].

Согласно действующей редакции ч. 1 ст. 210 УК РФ круг объективных признаков организационной преступной деятельности, которые не связаны с совместным совершением преступления, законодательно еще более значительно расширен. Наряду с созданием и руководством преступным объединением таковыми являются:

  • координация преступных действий;

  • создание устойчивых преступных связей между различными самостоятельно действующими организованными группами;

  • раздел сфер преступного влияния и преступных доходов между ними;

  • участие в собрании организаторов, руководителей (лидеров) или иных представителей организованных преступных групп в целях совершения хотя бы одного из указанных преступлений.

Такое решение законодателя следует только приветствовать. Однако, оно, на наш взгляд, это еще раз подтверждает вывод о том, что организатор преступления должен рассматриваться в числе других видов соучастников (исполнителя, подстрекателя, пособника), в контексте института соучастия в преступлении, а не автономно от них. Организация и участие в организованной группе и преступном сообществе, а также их разновидностях, описанных в соответствующих статьях Особенной части УК РФ, являются соучастием в организованной преступной деятельности, поэтому создание, руководство и участие в названных преступных объединениях должно находить свою уголовно – правовую оценку в статьях Особенной части УК посредством установления ответственности за подобные деяния.

Считаем, что с уголовно - правовой точки зрения устойчивость и целевая установка на систематическую преступную деятельность настолько повышают общественную опасность организованной группы, что она так же, как и общественная опасность преступного сообщества (преступной организации), должна найти свое отражение в Особенной части УК РФ в виде двух самостоятельных составов преступлений, состоящих в организации либо участии в организованной группе.


Литература:

  1. Аветисян С.С. Соучастие в преступлениях со специальным составом. – М.: ЮНИТИ, 2004. С. 308.

  2. Балеев С. А. Ответственность за организационную преступную деятельность по действующему российскому уголовному законодательству. – Казань, 2002. 211с.

  3. Бурчак Ф.Г. Соучастие: социальные, криминологические и правовые проблемы. - Киев, 1986. С.141.

  4. Бурчак Ф.Г. Учение о соучастии по советскому уголовному праву. - Киев, 1969. С. 142.

  5. Галиакбаров Р. Р. Борьба с групповыми преступлениями. Вопросы квалификации. - Краснодар, 2000 С. 25.

  6. Красиков Ю.А. Соучастие в преступлении / Под ред. А.Н.Игнатова. - М., 1996. С. 48.

  7. Покаместов А.В. Организатор как один из видов соучастников в уголовном праве. - Воронеж, 1996. С. 30.

  8. Советское уголовное право. Общая часть / Под ред. Н.А. Беляева, М.И.Ковалева. - М., 1977. С. 278.

  9. Тельнов П.Ф. Ответственность за соучастие в преступлении. - М.,1974. С.41.

  10. Уголовное право. Общая часть / Под ред. Н.А.Беляева, М.Д. Шаргородского. - М.,1969. С. 240.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle