Библиографическое описание:

Овчухова О. Ю. О вкладе в науку уголовного права русского правоведа Николая Степановича Таганцева [Текст] // Актуальные вопросы юридических наук: материалы междунар. науч. конф. (г. Челябинск, ноябрь 2012 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2012. — С. 3-5.

Уголовное право никогда не было полностью статичной отраслью права, всегда имея в себе огромное количество дискуссионных вопросов и спорных моментов. Каждая эпоха давала свои ответы на эти вопросы и моменты, учитывая обстановку своего времени и многие другие факторы. Нам же хотелось бы остановиться на изучении жизненного и научного пути выдающегося русского ученого, юриста, общественного и государственного деятеля Николая Степановича Таганцева.

Он оставил, безусловно, яркий и неоднозначный след в истории уголовного права. Одни его коллеги заявляли: «Таганцев решительный сторонник так называемого классического направления в уголовном праве, созданного Фейербахом» [6]. Другие не менее категорично утверждали, что на все его научное творчество «наложила свой ясный отпечаток серьезная и глубокая, но по существу догматическая теория второй половины прошлого столетия», что она дала ему определенную юридическую «закваску»[1, c. 44].

Таганцевы происходят из крепостных крестьян, одному из которых в начале XIX века удалось выкупиться на свободу и переселиться из Пензы в Москву. Уже в гимназии таланты этого мальчика обращают на себя внимание учителей. В 1862 он представляет и блестяще защищает диссертацию на тему «Преступление и наказание по Уложению царя Алексея Михайловича». Благодаря этой работе его удостаивают кандидатской степени и позволяют остаться на кафедре уголовного права для подготовки к профессорской деятельности.

Для подготовки к научной деятельности и более детального ознакомления с уголовным правом по распоряжению министра народного посвящения он отправляется на четыре семестра в Германию, два из которых он слушает лекции в Берлинском университете, а оставшиеся два – в Лейпцигском и Гейдельбергском университетах. В круг занятий Таганцева входят не только лекции по уголовному праву. С целью изучения прусской пенитенциарной системы и судопроизводства он посещает судебные заседания и даже несколько тюрем в Берлине и других городах. Согласно установленному порядку он каждые три месяца пишет отчеты в Министерство посвящения, который печатает их в своем собственном журнале. Некоторые его отчеты опубликованы в журнале Министерства юстиции. Это были очерки о реформе суда присяжных в Германии, тюремной системе во Франции и многие другие [2, c. 48].

Первой его печатной работой становится помещенный в разделе «Критика и биография» журнала Министерства юстиции за 1865 год - обширный очерк, посвященный двухтомному труду известного французского профессора Бонневиля «Об улучшении уголовных законов». В этой статье автор стремится показать, как решаются различные проблемы с преступностью в других странах. Это имеет огромное практическое значение, ведь именно в это время готовилась новая редакция «Уложения о наказаниях…» и вводилось новое российское процессуальное законодательство.

Во время своего пребывания в Германии Н.С. Таганцев пишет очерк о развитии суда присяжных, который он дорабатывает и публикует на родине. В очерке дается краткий обзор истории введения суда присяжных в Германии, и излагаются соображения «за» и «против» этой формы суда. Автору удалось показать политические мотивы, которые формировали отрицательное или положительное к ней отношение, и насколько те или иные взгляды привели к ее упрочению. «Бюрократия, - пишет автор, - считавшая суд присяжных гнездом всего опасного и мятежного для государства, не жалела сил, чтобы подавить его… но депутаты городов и провинций, ученые-юристы – все соединились вместе, и Рейнская комиссия мужественно отстояла суд присяжных перед Прусским министерством. Учреждение пустило глубокие корни в народе, нигде, может быть, не было такого доверия к правосудию, как в Рейнских провинциях того времени»[1, c. 14]. Это так же имело большое значение, так как в России только что прошла судебная реформа и шло только еще накопление опыта в этих вопросах.

В 1867 году Таганцев завершает свое магистерское исследование, посвященное повторению преступлений. Там он анализирует общее понятие права, его роли в обществе, значительное внимание так же уделено анализу гражданской и уголовной неправды, и итогом выступают суждения о содержании преступления. Молодой ученый убедительно показывает, что рецидив – признак, не только повышающий опасность преступления, но и придающий ему особый правовой смысл. Но, к сожалению, рецидив ни в законе, ни в доктрине не был оценен по достоинству.

Помимо преподавательского, организационного и научного труда Н.С. Таганцев часто привлекается к работе в разного рода комиссиях и комитетах, связанных с деятельностью по подготовке проектов новых уголовных законов. Особо ценными для науки и практики оказались его неофициальные издания «Уложения о наказаниях уголовных и исправительных» и «Устава наказаний, налагаемых мировыми судьями». Издание этих «неофициальных» уголовно-правовых источников пересматривалось и дополнялось составителем за счет включения в них не только разъяснений по решениям Уголовного кассационного департамента, но и извлечений из решений общих собраний кассационных департаментов Сената и важнейших решений главного военного суда, извлечений из циркуляров министра юстиции, расширялись и комментарии составителя. Всего Н.С. Таганцев осуществил 18 изданий «Уложения о наказаниях…», последнее, пересмотренное и дополненное, вышло в 1915 году. В его планы также входило издание с комментариями ко всему действующему уголовному законодательству. Подобное издание уголовных законов было весьма удобным и полезным, как для практикующих юристов, так и изучающих законодательство, практику его применения. Книги были популярны среди судей, адвокатов, следователей, студентов, преподавателей университетов.

Успешная работа в комитете по созданию проекта Уголовного уложения, а так же активная профессорская деятельность делают Таганцева приметной личностью для самых высоких должностных лиц русской монархии. В 1887 году он назначается сенатором Уголовного кассационного департамента Правительствующего Сената. Его деятельность в Сенате отличалась строгим и бескомпромиссным служением закону, поведение его как судьи было лишено либерализма. При принятии судебных решений букву закона он ставил выше своих взглядов и теоретических убеждений.

В 1902 он переиздает, возможно, самый главный труд всей своей жизни. Это совсем новое руководство по уголовному праву, каждый тематический раздел которого представляет собой коренным образом переработанный вариант предыдущей редакции. Автор значительно сокращает лекции, издав вместо четырех два объемных тома. При этом он нисколько не уменьшил их информативности, осмыслил новые тенденции, проявившиеся в практике деятельности судов, расширил анализ последних достижений отечественной и зарубежной науки.

Самодержавный режим оценил заслуги в области законодательства ученого, и в 1903 году ему был присвоен чин действительного тайного советника, которого удостаивались лишь чиновники, занимавшие высокие государственные должности. Он был награжден орденами Станислава 2-ой степени, святой Анны 1-ой степени, Белого Орла, святого Александра Невского, с бриллиантовыми знаками к нему[7, c. 429].

В мае 1905 года в жизни Н.С. Таганцева произошло еще одно знаменательное событие – его назначили членом Государственного Совета и 17 июля 1905 года он получает приглашение принять участие в обсуждении первоначального законопроекта о Государственной Думе. «Надо, чтобы закон соответствовал запросам действительности, а для этого он должен быть почерпнут не из головы, а из жизни», - скажет он на том совещании [1, c. 68].

То Петергофское совещание завершилось значительной доработкой проекта закона о Государственной Думе и проекта Положения о выборах в Думу. По повелению царя было собрано особое совещание для подготовки торжественного манифеста, которым объявлялось бы учреждение в России Государственной Думы. Впоследствии было представлено 5 проектов, но именно проект Николая Степановича Таганцева в значительной степени вошел в манифест, получивший известность как «Высочайший Манифест об учреждении Государственной Думы» от 6 августа 1905 года.

Попутно с работой в Государственном Совете он продолжал председательствовать в комиссии по совершенствованию законодательства для Великого княжества Финляндского, занимался научной и педагогической деятельностью. В начале лета получив материалы продолжающейся сессии Государственного Совета, Таганцев увидел в повестке дня одного из ближайших заседаний обсуждение законопроекта о смертной казни.

«Я 40 лет с кафедры говорил, учил и внушал той молодежи, которая меня слушала, что смертная казнь не только нецелесообразна, но и вредна, потому что в государственной жизни все то, что нецелесообразно, то вредно и при известных условиях несправедливо. И такова смертная казнь. С теми же убеждениями являюсь я и ныне перед вами, защищая законопроект об отмене казни» [1, c. 78].

Знакомство с речью и выступлениями Таганцева делает ярче и понятнее личность этого человека. Он выступает как последовательный, активный гуманист, богатый добротой человек, проповедник милосердия. Его цель – оградить людей от развращающего и деморализующего воздействия насильственного причинения смерти, узаконенного убийства, уберечь общество от ожесточения и бездуховности, опираясь на общечеловеческие, ставшие обожествленными, начала любви к ближнему.

В 1913 году он выпускает сборник статей «Смертная казнь», где дает свое развернутое мнение по этому вопросу, подкрепленное анализом ответственной и зарубежной правовой действительности.

Неустанная борьба за демократизацию и гуманизацию российского правосудия, его вклад в науку уголовного права и другие многочисленные заслуги были оценены его современниками: в 1917 году Николаю Степановичу Таганцеву было присвоено членство в Российской Академии Наук. Умер он на 81-ом году своей жизни 22 марта 1923 года в Петрограде и похоронен на Митрофаньевском кладбище. К сожалению, еще до войны оно было снесено, и могила не сохранилась. Теперь на этом месте жилые дома.

В настоящее время живут и здравствуют, по меньшей мере, шесть потомков рода Таганцева, часть из них за рубежом, большинство из них ученые, физики, химики и юристы [3, c. 268].

Несмотря на то, что советская историография долго замалчивала его имя, работы этого выдающегося русского ученого-юриста ученого будут актуальны еще долгие годы не только потому, что в них заложен огромный массив тщательно проанализированной информации о российском и зарубежном законодательстве того времени, но и потому, что сам Николай Степанович своими мыслями, предположениями и теориями намного опередил свое время.


Литература:

  1. Загородников Н.И. Выдающийся русский ученый Н.С. Таганцев. Учебное Пособие. Москва, 1992.

  2. Левицкий Г.А. Памяти Николая Степановича Таганцева // Вестник Санкт – Петербургского Университета МВД России. – 2006. - №2. – С.48.

  3. Сомов Е. Таганцевы // Нева. – 2005. - № 6. – С. 266

  4. Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Том 1. СПб, 1902.

  5. Таганцев Н.С. О повторении преступлений. СПб, 1867

  6. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона// http://www.brocgaus.ru/text/096/660.htm

  7. Энциклопедия биографий. Российская империя в лицах. – Том II. – М. – Олма-Пресс. – С. 427-429.


Обсуждение

Социальные комментарии Cackle