Библиографическое описание:

Эбзеева З. А. Объект наемничества как предмет уголовно-правового анализа [Текст] // Актуальные вопросы юридических наук: материалы междунар. науч. конф. (г. Челябинск, ноябрь 2012 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2012. — С. 91-93.

Уголовно-правовая характеристика любого преступления предполагает, прежде всего, анализ элементов соответствующего состава преступления. Раскрывая объективные признаки наемничества, следует, в первую очередь, остановиться на спорных вопросах объекта преступления.
Статья 359 УК РФ «Наемничество» помещена законодателем в главу «Преступления против мира и безопасности человечества». Это свидетельствует о том, что законодатель в качестве видового объекта преступления, предусмотренного ст. 359, подразумевает соответствующие общественные отношения, складывающиеся в сфере охраны мира между государствами, безопасности человечества в самом широком смысле.
Однако такое толкование объекта наемничества противоречит положениям международного уголовного права, в соответствии с которыми наемничество относится к преступлениям международного характера.
В теории уголовного права достаточно давно и четко разрешен вопрос о характере и степени общественной опасности преступления как о ее соответственно качественной и количественной характеристиках [6, с.43].
Указанное выше противоречие в понимании объекта наемничества затрудняет оценку его общественной опасности, и, как следствие, создает предпосылки назначения наказания лицам, признанным в совершении преступления, предусмотренного ст. 359 УК РФ, не соответствующего характеру и степени общественной опасности совершенного преступления.
Систематическое толкование ст. 359 УК РФ позволяет сделать вывод о том, что законодатель понимает под объектом наемничества установленные международными договорами правила ведения войн, формирования национальных вооруженных сил. Аналогичным образом понимают объект наемничества и другие авторы [7; 3; 9; 5].
Действительно, использование в вооруженном конфликте неконтролируемых наемников существенно ограничивает и без того скудные возможности обеспечения прав гражданского населения в районе боевых действий и военнопленных, привносит элемент неоправданной жестокости. Наемник, как правило, не руководствуется какими-то высокими идеалами, воюет в чужой стране, с чуждыми ему обычаями и нравами. А.Нейер, отмечая указанные выше обстоятельства, объяснял запрет на использование наемников в военных конфликтах тем, что их участие превращает войну как «последний довод» (ultima ratio) в войну как проявление необузданной ярости (ultima rabies) [10].
Между тем, нам представляется, что общественная опасность наемничества заключается не только и не столько в нарушении установленных правил ведения войны. Действия наемников в России (особенно на Северном Кавказе) свидетельствуют о том, что зачастую главной целью наемников является отделение от Российской Федерации отдельных регионов и свержение конституционного строя.
Участие наемников в действиях, направленных на свержение конституционного строя, нарушение территориальной целостности государства отражено в ряде международных документов. Например, Международная конвенция о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников1 в ст.1 дает более широкое определение наемника, нежели то, которое зафиксировал Дополнительный протокол к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 года, касающийся защиты жертв международных вооруженных конфликтов (Протокол I) от 8 июня 1977 г., и которое легло в основу определения наемника по действующему УК РФ. В частности, Международная конвенция предусматривает участие наемника не только в вооруженном конфликте, но и в совместных насильственных действиях, направленных на свержение правительства или иной подрыв конституционного порядка государства или подрыв территориальной целостности государства.
Р.А. Адельханян, отмечает, что общественная опасность наемничества, состоит не только в том, что наемники, выполняя политическую волю нанимателей, убивают, насилуют и т.п., но и в том, что воспитывается слой людей, для которых совершение убийств и других преступлений становится хорошо оплачиваемой профессией [1]. Широко распространилось в последнее время видеодокументирование наемниками своей деятельности. После просмотра видеоотчетов нанимателями многие такие материалы становятся предметом торговли. Такая ситуация позволяет наемникам рассматривать процесс видеосъемок зверств над военнопленными или гражданским населением как источник дополнительного дохода, а высокие цены на подобные сюжеты поощряют их к совершению новых преступлений. К сожалению, это явление получило распространение и в нашей стране [2]. Таким образом, дополнительным объектом наемничества являются общественная мораль и нравственность.
Оценку наемничества как многообъектного преступления мы можем найти и в ряде документов Государственной Думы [4].
Участие наемников в террористической деятельности угрожает также общественной безопасности. Организации, осуществляющие террористическую деятельность, зачастую занимаются и вербовкой, а также обучением наемников. Например, в ноябре 2005 г. в Дагестане в селении Баба-Юрт в ходе спецоперации был уничтожен арабский наемник по кличке «Сулейман», который, в частности занимался вербовкой смертниц для проведения террористических актов на территории Дагестана [8].
Таким образом, наемничество фактически является многообъектным преступлением, посягающим на основы конституционного строя и безопасность государства, общественную безопасность, подрывающим основы общественной морали, нарушающим установленные правила ведения войны. Кроме того, следует учитывать, что в соответствии со ст.ст. 3, 4 Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе от 1 августа 1975 г., территориальная целостность государств и нерушимость их границ являются основополагающими принципами для мира и безопасности человечества, которые, следовательно, также являются объектом преступления, предусмотренного ст. 359 УК РФ.
Исходя из вышесказанного, представляется, что основным непосредственным объектом наемничества выступают основы конституционного строя и безопасности государства, а установленные правила ведения войны, мир и безопасность человечества являются дополнительными объектами преступления. Поэтому считаем целесообразным размещение статьи, предусматривающую уголовную ответственность за наемничество, в главу 29 УК РФ «Преступления против основ конституционного строя и безопасности государства».

Литература:
  1. Адельханян Р..А. Наемничество – военное преступление на Северном Кавказе // «Черные дыры» в Российском законодательстве. № 2. 2003.
  2. Безумный шоу-бизнес // http://www.versiasovsek.ru/material.php?5868
  3. Бытко Ю.И., Бытко С.Ю. Уголовное право России. Части Общая и Особенная. Саратов, 2005.
  4. Заявление Государственной Думы Федерального Собрания РФ от 12 апреля 2000 г. "О позиции Парламентской Ассамблеи Совета Европы по вопросу о ситуации в Чеченской Республике" (принято постановлением Государственной Думы Федерального Собрания РФ от 12 апреля 2000 г. N 271-III ГД) // Парламентская газета. 2000. 19 апр. № 74.
  5. Кибальник А., Соломоненко И. Уголовная ответственность за наемничество // "Российская юстиция", № 4. Апрель 2002 г.
  6. Кривоченко Л.Н. Классификация преступлений. Харьков, 1983.
  7. Наумов А.В. Практика применения Уголовного кодекса Российской Федерации: комментарий судебной практики и доктринальное толкование. М., 2006.
  8. Полетаев В. По картам зарубежных спецслужб готовились боевиками теракты в Дагестане // РГ. 2005. 9 нояб.
  9. Уголовное право России. Части Общая и Особенная / Под ред. Рарога А.И. М., 2004.
  10. Neier A. War Crimes: Brutality. Genocide. Terror and the Struggie for Justice. – London. 1974. – P. XII – XIII.


1 Принята в Нью-Йорке, 4 декабря 1989 г., Российской Федерацией не ратифицирована.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle