Библиографическое описание:

Мингазов Р. Ш. К вопросу о правовой природе толкования норм права: общетеоретический аспект [Текст] // Государство и право: теория и практика: материалы междунар. науч. конф. (г. Челябинск, апрель 2011 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2011. — С. 20-24.

Толкование юридических норм является необходимым и важным элементом механизма правового регулирования в современном цивилизованном обществе. Основной принцип правового государства – господство закона во всех сферах государственной жизни – объективно предполагает повышенное внимание к правильному и глубокому пониманию действующих правовых норм, установлению их точного смысла, места в общей системе правового регулирования и социальной направленности.

В современных условиях жизни Российского государства, характеризующихся бурными темпами законодательной деятельности, вечная для юриспруденции проблема толкования закона приобретает еще более актуальный характер.

Ряд положений Конституции Российской Федерации непосредственно регулирует вопросы толкования. Так, ч. 5 ст. 125 Конституции предоставляет Конституционному Суду Российской Федерации по запросам Президента, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства, органов законодательной власти субъектов Федерации давать толкование Конституции Российской Федерации.

На основании ст. 126 Конституции Верховный Суд Российской Федерации уполномочен давать судам разъяснения по вопросам применения законодательства при рассмотрении ими гражданских, уголовных, административных и иных подсудных этим судам дел. Разъяснения даются в виде постановлений Пленума Верховного Суда и основываются на обобщении судебной практики, анализе судебной статистики и решений, принятых по рассмотренным делам.

В соответствии со ст. 127 Конституции Высший Арбитражный Суд Российской Федерации правомочен давать разъяснения по вопросам судебной практики. Они принимаются Пленумом Высшего Арбитражного Суда и обязательны для всей системы арбитражных судов. Задача таких разъяснений – обеспечить единство практики решения дел всей системой арбитражных судов в России.

Толкование норм права в условиях становления правового государства должно служить цели правильного, точного и единообразного понимания и применения закона, цели выявления его сути, которую законодатель вложил в словесную формулировку, призвано противодействовать любым попыткам отойти от точного смысла правовых норм, противопоставлять под разными предлогами «буквальный» и «действительный» смысл, букву и дух закона, его содержание и внешнюю форму, что является на самом деле скрытой формой изменения закона. Очень трудно, даже невозможно понять, что представляет собой действительный внутренний смысл нормы в отличие от ее буквального текста, где содержатся объективные критерии нахождения и исследования этого действительного смысла. Основной идеей, которой должно быть проникнуто все учение о толковании, является идея охраны и всемирного укрепления законности.

В самом общем виде толкование правовых норм можно определить как установление содержания нормативных актов, направленное на раскрытие выраженной в них воли законодателя. В процессе толкования устанавливаются смысл и сфера действия нормативного предписания, его основная цель и социальная направленность, место в системе правового регулирования, выясняются общественно-историческая обстановка его принятия, условия, в которых происходит толкование.

Толкование норм права представляет собой сложное, комплексное явление. Его можно рассматривать в двух аспектах. Под толкованием, во-первых, понимают процесс мышления лица, изучающего правовую норму, уяснение смысла нормы и его объяснение. Это необходимый подготовительный этап, предпосылка для правильного решения конкретного дела, проведения кодификационной работы, составления собраний и картотек законодательства, учета нормативных актов, издания акта – разъяснения нормы права и т. д. Во-вторых, толкование предполагает разъяснение содержания нормы. Это деятельность определенных органов и лиц, имеющая самостоятельное и специальное значение. Ее цель – обеспечить правильное и единообразное осуществление толкуемой нормы во всех случаях, на которые она рассчитана, устранить неясности и возможные ошибки при ее применении. Толкование-разъяснение обязательно должно быть зафиксировано либо в форме официального акта государственного органа или иного органа, наделенного властными полномочиями, либо в форме даваемых общественными организациями или отдельными лицами рекомендаций и советов, не имеющих формально обязательного характера.

Можно заметить, что двусмысленность понятия «толкование» имеет под собой также филологическую основу. Это слово обладает двумя тонко различимыми значениями: 1) «определение смысла чего-нибудь» и 2) «изложение точки зрения на что-нибудь» [1, с. 829]. Первое значение соответствует узкому пониманию толкования как сугубо познавательной деятельности, второе - широкому, подразумевающему формулирование нескольких интерпретационных позиций - точек зрения на смысл нормы - и выбор одной из них.

Общая позиция ученых: толкование – реконструктивный процесс познания нормы права через установление воли законодателя. Толкование правовых норм в общем виде определяется как установление содержания нормативных правовых актов, направленное на раскрытие выраженной в них воли нормоустановителя [2, с. 66]. Мнение о том, что толкование представляет собой процесс, с одной стороны, и результат - с другой, поддерживается в работах Ю.Г. Ткаченко [3], А.С. Пиголкина [4], А.Ф. Черданцева [5].

Существует также иная позиция, согласно которой не существует необходимости отделять процесс уяснения норм права от результата, выражающегося в их разъяснении, поскольку внутренний мыслительный процесс не имеет юридического значения [6].

Общий тезис о том, что в ходе толкования не должно создаваться новых, оригинальных норм права, достаточно прочно укоренился в отечественной правовой науке [7]. Данное требование обычно понимается как запрет «вносить изменения в смысл нормы» [8], «дополнять и изменять закон» [9]. Но при ближайшем рассмотрении эта формула оказывается слишком отвлеченной и не дающей реальных критериев для определения правовой природы конкретных положений.

Толкование представляет собой поиск, установление истинного смысла нормы. Последний неизвестен до окончания толкования, а значит, соответствие результатов толкования смыслу нормы, в том числе непривнесение в него изменений и дополнений, не может использоваться как критерий правильности толкования. С философско-онтологической точки зрения критерий реального смысла нормы неоспорим (поскольку норма действительно обладает определенным смыслом), но с гносеологических позиций работать он не может. Фактически данное требование запрещает лишь прямую последующую (после окончания толкования) корректировку закона вопреки ясно выраженному и выясненному путем интерпретации смыслу, т.е. применение нормы к обстоятельствам, на которые она, исходя из результатов толкования, явно не распространяется.

Между тем приведенный критерий не позволяет однозначно оценить с позиций нормативной новизны основной массив праворазъяснительных положений - конкретизирующих правил, уточняющих общую норму закона.

Другой подход: толкование – есть познавательно-преобразовательная деятельность. Так, А. Барак отмечает: «Подход Монтескье, согласно которому судья - просто рот, повторяющий язык права, более неприемлем, и дни «механического» подхода к судейству прошли... важность вопроса о судейском усмотрении возрастает [10, с. 10].

Правовая реальность (особенно позитивное право) по своей природе есть не только предмет познания, но и продукт сознания и воли людей - правотворчества. Постоянно находясь в процессе созидания, в каждый конкретный момент времени право не является, по выражению А.Ф. Черданцева, «беспробельной, аксиоматической, дедуктивной системой» [11, с. 118]. И если, отыскивая ответ на вопрос, интерпретатор сталкивается с невозможностью дать однозначный, единственно правильный ответ, это сигнализирует о том, что данный вопрос не нашел нормативного решения. В этих случаях имеет место недостаточность правовой регламентации - регулятивная недостаточность закона.

В таких условиях выбор одного из нескольких возможных истолкований нормы права есть не только гипотеза о смысле нормы права, но и праворазвивающее, нормативно-преобразовательное решение, связанное с выбором одного из нескольких законных вариантов правового регулирования.

С точки зрения теории познания норма не может иметь двум смыслов. Несколько способов понимания одной нормы - это несколько точек зрения на смысл этой нормы. Выбор одного из таких смыслов представляет собой моделирование желаемого правового решения, а не раскрытие смысла нормы. Поэтому в случае принятия логически недостоверного толкования происходит не познание (реконструирование) смысла правовой нормы, а наделение последней тем смыслом, который представляется интерпретатору наиболее верным, предпочтительным. В этом случае толкование выполняет правосозидательную, нормотворческую функцию.

Итак, мы убеждены, что выбор одного из нескольких соответствующих закону вариантов понимания (уточнения, развития) нормы всегда является не толкованием, а созданием новой нормы права.

В отечественной теории права, с одной стороны, существовало общее понимание толкования как раскрытия смысла нормы, чисто реконструктивного процесса ее познания, с другой - допускались такие действия над нормой, которые в конкретных случаях рассматривались как интерпретационные, которые явно имели не нормативно-познавательную, а нормативно-преобразовательную природу. В действительности происходило непроизвольное смешение двух пониманий толкования: как способа познания нормы права и как метода конструирования правового решения на основе уяснения смысла существующих норм права (наличного нормативного ресурса). Такое толкование из сугубо познавательной деятельности перерастает в познавательно-преобразовательную. Необходимость в этом возникает при обнаружении в ходе познания правовых норм регулятивной недостаточности законодательства, наличия правовых вопросов, не имеющих четкой и однозначной законодательной регламентации, - сложных правовых проблем. Решение таковых можно назвать толкованием в широком смысле. Изложенный широкий подход к трактовке интерпретационной деятельности был известен российскому дореволюционному праву, свойствен современному зарубежному правоведению.

В США различаются механистическая и конструктивная концепции толкования. Первая исходит из того, что ресурсы для раскрытия смысла нормы могут быть почерпнуты только из самого закона, и если в нем обнаруживаются внутренние недостатки, то единственным средством их исправления является внесение поправок в порядке правотворчества [12]. Второй подход подразумевает, что текст закона служит лишь отправной точкой для дальнейших логических построений. То же самое мы находим у Васьковского Е.В., который разграничивал толкование и логическое развитие норм права, при этом к толкованию он относил выбор варианта понимания нормы в случаях, когда однозначного вывода сделать невозможно, на основании определенных презумпций, предположений: о максимальной справедливости, целесообразности и милостивости законодателя; о соответствии намерений разработчиков воли законодателя; о том, что «если бы законодатель желал произвести изменение или отмену прежнего права, то выразился бы яснее» [13, с. 81-95].

Впрочем, и в советской теории права подобные идеи существовали в скрытом виде, поскольку вырабатывались различные политико-правовые критерии (справедливость, соответствие целям правового регулирования и пр.) для поиска окончательного, правильного смысла нормы в случаях неустранимой неясности закона [14], а в 1940 - 1950-х гг., как отмечалось, многие ученые прямо признавали в толковании элементы нормотворчества. Аналогичная тенденция намечается в настоящее время [15].

Причем, в юридической науке вопрос о разграничении официального толкования норм права и нормотворческой деятельности не получил однозначного решения. Действительно, с одной стороны, общепризнанным считается положение о том, что в ходе толкования (имеется в виду толкование-разъяснение) не должны создаваться новые правовые нормы [16]. С другой стороны, в юридической литературе отчетливо прослеживается тенденция к расширительному пониманию толкования норм права, которое наделяется функциями «компенсации технических неясностей, неточностей и восполнения пробелов правовых норм», «правокорректирующей» и «правосозидательной» функциями; признается вполне допустимым и объективно обусловленным так называемое коррекционное (исправляющее) толкование правовых норм, которое позволяет изменять содержание правовой нормы без изменения текста закона [17].

Кроме того, в теории права и отраслевых юридических науках широко употребляется термин «нормативное толкование», который сам по себе подразумевает некий синтез понятий «толкование» и «нормотворчество» [18, с. 97]. При столь широком подходе границы между официальным толкованием правовых норм и правотворчеством практически стираются, в результате чего все попытки разрешить спор о содержании решений высших судебных инстанций и возможности их признания формальными источниками права заранее обречены на неудачу. Между тем смешение официального толкования правовых норм и правотворчества является неоправданным, так как, несмотря на некоторую расплывчатость и известную условность границ между ними, критерии их разграничения все же существуют.

Говоря о цели толкования правовых норм (уяснение их подлинного содержания), следует отметить, что способ уяснения подлинного содержания правовых норм с хронологической точки зрения может быть двояким. Следует выделить два подхода к этому вопросу: статический и динамический. Статический подход призывает толковать юридические нормы исходя из постулата о неизменности их содержания с течением времени на том основании, что воля законодателя, выраженная в нормах закона при его принятии, не может быть скорректирована по усмотрению позднейшего правоприменителя. Согласно динамической теории, напротив, реальное содержание и смысл правовой нормы с течением времени могут трансформироваться, ибо само правоспособно изменяться некоторое время даже в рамках старых юридических форм.

Здесь наше исследование затрагивает одну из наиболее глубинных проблем, касающихся самого понятия права и в то же время определяющих сущность феномена его толкования. В литературе по теории права есть огромное количество его определений. В качестве наиболее догматического (и одновременно самого расхожего) выступает позитивистское определение права как воли законодателя (либо народа, господствующего класса и т.п.), выраженной в законе. Естественно-историческое понимание исходит из того, что право есть общеобязательные правила поведения, исторически складывающиеся между людьми как объективные общественно значимые отношения, которые лишь санкционируются государством. Если принять такой подход к пониманию права, то следует признать, что характер и содержание общественно значимых отношений может меняться с изменением общественных условий и потребностей. Соответственно, выражающие эти новые отношения правила поведения также должны корректироваться. Это может осуществляться как законодательным путем - с помощью принятия нового закона, так и путем интерпретации прежней нормы в новом духе согласно изменившемуся характеру отношений, которые она призвана эффективно регулировать. Таким образом, динамический поход к толкованию норм права является одновременно и естественно-историческим. Динамический подход, основанный на естественно-историческом отношении к праву, позволяет выявить более глубокий смысл понятия толкования правовых норм - это не просто извлечение из правового текста пресловутой «действительной воли» законодателя, а познавательная деятельность, нацеленная на выявление объективного смысла, заключенного в норме правового явления, детерминированного современными потребностями общественного развития.

Анализ различных точек зрения дореволюционных и современных ученых позволяет нам прийти к заключению, что под толкованием норм права понимается деятельность органов государства, должностных лиц. общественных организаций, отдельных граждан, направленная на установление содержания норм права, на раскрытие выраженного в них социального компромисса. Разработка новых юридических предписаний невозможна без толкования, поскольку в развитой системе законодательства большинство издаваемых норм так или иначе связано с уже существующими законодательными положениями. Процесс толкования неизбежен при реализации правовых норм судами, органами прокуратуры, арбитража, другими государственными органами, при заключении сделок и договоров хозяйствующими структурами, в деятельности общественных организаций и граждан.

В процессе толкования устанавливаются смысл нормы права, ее основная цель и социальная направленность, возможные последствия действия толкуемою акта, выясняются общественно-историческая обстановка его принятия, условия, в которых происходит толкование, и т.д. Главным объектом толкования является текст нормативного акта, поскольку именно в нем находит свое выражение воля законодателя.

Толкование особенно важно для работников правоприменительных органов, так как применение права является для них одной из основных обязанностей, той формой, в которой воплощается их деятельность. Однако это не умаляет значения толкования и гражданами. Известно правило, что незнание закона, если он обнародован в соответствующей общедоступной форме, не освобождает от ответственности. Нельзя ссылаться не только на неведение, но и на заблуждение по поводу содержания законов.


Литература:

  1. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1992. С. 829.

  2. Пиголкин А.С. Толкование норм права и правотворчество: проблемы соотношения // Закон: создание и толкование / Под ред. А.С. Пиголкина. М., 1998. С. 66.

  3. Ткаченко Ю.Г. Нормы советского социалистического права и их применение. М., 1955.

  4. Пиголкин А.С. Толкование нормативных актов в СССР. М., 1962.

  5. Черданцев А.Ф. Толкование советского права. М., 1979.

  6. Недбайло П.Е. Применение советских правовых норм. М., 1960.

  7. Пиголкин А.С. Толкование норм права и правотворчество: проблемы соотношения // Закон: создание и толкование. М., 1998. С. 69; Сырых В.М. Теория государства и права. М., 1998. С. 232; Алексеев С.С. Право: азбука - теория - философия. С. 138; Ефремов А.Ф. Принципы и гарантии законности: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1999. С. 17.

  8. Черданцев А.Ф. Толкование советского права (теория и практика). М., 1979. С. 29; Алексеев С.С. Право: азбука - теория - философия. С. 139; Проблемы общей теории права и государства / Под ред. В.С. Нерсесянца. М., 1999. С. 434.

  9. Пиголкин А.С. Толкование нормативных актов в СССР. С. 124; Терюкова Е.Ю. Способы участия органов конституционного правосудия в правотворчестве // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 1999. № 5. С. 98, 100.

  10. Барак А. Судейское усмотрение / Пер. с англ. М.: НОРМА, 1999. С. 10

  11. Черданцев А.Ф. Логико-языковые феномены в праве, юридической науке и практике. Екатеринбург, 1993. С. 118.

  12. Лафитский В.И. Основы конституционного строя США. М., 1998. С. 89 – 92, Малинова И.П. Толкование закона в правоприменении и в правотворчестве // Правовая реформа в России: проблемы теории и практики. Екатеринбург, 1996. С. 59 - 61.

  13. Васьковский Е.В. Руководство к толкованию и применению законов для начинающих юристов. М., 1997. С. 81 - 95.

  14. Шаргородский М.Д. Толкование уголовного закона // Учен. зап. ЛГУ. Сер. юрид. наук. Вып. 1. Л., 1948. С. 317; Пиголкин А.С. Толкование нормативных актов в СССР. С. 100 - 107.

  15. Черданцев А.Ф. Теория государства и права. С. 278; Белкин А.А. Вопросы юридической силы решений Конституционного Суда Российской Федерации // Вестн. Конституционного Суда РФ. 1997. № 2. С. 22; Дьяков С.В. О роли Конституционного Суда в политической жизни страны // Вестн. Конституционного Суда РФ. 1997. № 2. С. 31 - 32; Невинский В.В. Конституционный Суд Российской Федерации и правотворчество в России // Вестн. Конституционного Суда РФ. 1997. № 3. С. 70 - 72.

  16. Пиголкин А.С. Толкование норм права и правотворчество: проблемы соотношения // Закон: создание и толкование. М., 1998. С. 69; Черданцев А.Ф. Толкование советского права (теория и практика). М., 1979. С. 29.

  17. Гаврилов Д.А. Правоприменительное толкование: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2000. С. 5-6; Манукян А.Г. Толкование норм права: виды, система, пределы действия: Дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2006. С. 17.

  18. Лазарев В.В. Применение советского права. Казань, 1972. С. 97.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle