Библиографическое описание:

Петришин А. П. К вопросу о правовых основаниях ограничения права на публичное судебное разбирательство в конституционных (уставных) судах субъектов РФ [Текст] // Юридические науки: проблемы и перспективы: материалы V междунар. науч. конф. (г. Казань, октябрь 2016 г.). — Казань: Бук, 2016. — С. 25-28.



 

В статье критикуются положения законов субъектов Российской Федерации, устанавливающие основания ограничения права на публичное судебное разбирательство в конституционных (уставных) судах субъектов РФ, предлагаются варианты законодательного решения данной проблемы.

Ключевые слова: гласность правосудия, открытое судебное разбирательство, право на публичное судебное разбирательство, конституционные (уставные) суды

 

Гласность правосудия — важнейший конституционный принцип его осуществления, при котором законодательство и правоприменительная практика гарантируют, с одной стороны, сторонам спора, юридического конфликта право на публичное судебное разбирательство дела в целях максимально эффективной и справедливой защиты их прав и законных интересов, с другой стороны, обществу, в лице каждого и представителей средств массовой информации, возможность наблюдать за открытым для него процессом функционирования правосудия, осуществлять общественный контроль за отправлением правосудия, его качеством и результатами, беспрепятственно получать исчерпывающую (в рамках, установленных законом) информацию о ходе и результатах судебного разбирательства.

Как известно, любое конституционное право может быть ограничено только федеральным законом и только в конституционно-значимых целях (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ). Применительно к праву на публичное судебное разбирательство гарантии этого установлены также в ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, в соответствии с положениями которой слушание дела в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Статус конституционных (уставных) судов субъектов РФ, основываясь на положениях ст. 27 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации», регулируется сегодня законами субъектов Российской Федерации. При этом законодательством охватываются не только компетенция и статус судей этих судов, но и правила и процедуры конституционного судопроизводства, включая принципы его осуществления. В отсутствие базового федерального закона, определяющего принципы осуществления конституционного судопроизводства в субъектах Российской Федерации, а также норм конституционного права, в общем виде устанавливающих основания для ограничения принципа гласности правосудия во всех видах судопроизводств, региональному законодателю приходится самостоятельно устанавливать случаи проведения закрытых судебных разбирательств в конституционных (уставных) судах субъектов РФ, что, по сути, является нарушением конституционных положений.

В частности, во многих законах о конституционных (уставных) судах субъектов РФ указывается на то, что проведение закрытых заседаний конституционного (уставного) суда допускается лишь в случаях, предусмотренных законом соответствующего субъекта РФ (например, ст. 31, 54 Закона Республики Адыгея «О Конституционном Суде Республики Адыгея» [1]; ст. 29, 51 Конституционного закона Республики Ингушетия «О Конституционном Суде Республики Ингушетия» [2]; ст. 16, 38 Закона Кабардино-Балкарской Республики «О Конституционном Суде Кабардино-Балкарской Республики» [3]; ст. 39 и 64 Конституционного закона Республики Саха (Якутия) «О Конституционном суде Республики Саха (Якутия) и конституционном судопроизводстве» [4]; ст. 16, 37 Закона Республики Северная Осетия-Алания «О Конституционном Суде Республики Северная Осетия-Алания) [5]; ст. 42, 71 Закона Иркутской области «Об Уставном Суде Иркутской области» [6] и законах других субъектов РФ).

Следуя содержанию ст. 55 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде РФ», который использовался в качестве модели при принятии региональных законов, законодатели субъектов РФ определили аналогичные случаи проведения закрытых заседаний в конституционных (уставных) судах: закрытые заседания назначаются в случаях, когда это необходимо для защиты охраняемой законом тайны, обеспечения безопасности граждан, защиты общественной нравственности.

Стремление соответствовать федеральному законодательству, но при этом учесть и региональные особенности, приводит весьма к парадоксальным примерам. Норму, противоречащую конституционным положениям, и приводящую к внутренней коллизии, содержит Закон Республики Коми «О Конституционном Суде Республики Коми». Согласно ст. 27 данного закона рассмотрение дел в заседаниях Конституционного Суда Республики Коми проводится открыто. Закрытые заседания допускаются лишь в случаях, предусмотренных федеральным законом. Однако, ст. 49 содержит уже другое положение: «заседания Конституционного Суда Республики Коми проходят открыто, за исключением случаев, предусмотренных настоящим законом». При этом статья 50 содержит указание на случаи, когда назначается закрытое судебное заседание [7].

Справедливости ради необходимо отметить, что ряд региональных законов содержит и соответствующие Конституции РФ нормы. Например, согласно ст. 33 и 58 Закона Республики Башкортостан «О Конституционном Суде Республики Башкортостан» рассмотрение дел на заседаниях Конституционного Суда Республики Башкортостан проводится открыто. Проведение закрытых заседаний допускается лишь в случаях, предусмотренных федеральным законом [8]. Аналогичные нормы содержатся в ст. 29 Закона Республики Карелия «О Конституционном Суде Республики Карелия» [9], ст. 29 и 51 Закона Республики Марий Эл «О Конституционном Суде Республики Марий Эл» [10]. Проведение закрытых заседаний в Конституционном Суде Республики Дагестан, Конституционном Суде Карачаево-Черкесской Республики допускается лишь в случаях, «предусмотренных законодательством Российской Федерации» (ст. 8 Закона Республики Дагестан «О Конституционном Суде Республики Дагестан» [11]; ст. 9 Закона Карачаево-Черкесской Республики «О Конституционном Суде Карачаево-Черкесской Республики» [12]). Правда, стоит отметить, что ни один федеральный закон не устанавливает случаи проведения закрытого судебного заседания в конституционных (уставных) субъектов РФ.

Закон Республики Татарстан «О Конституционном Суде Республики Татарстан» вовсе не содержит изъятий из принципа гласности. Согласно ст. 32 рассмотрение дел в заседаниях Конституционного суда Республики Татарстан проводится открыто. Решения Конституционного суда Республики Татарстан провозглашаются публично. Иных статей, посвященных открытому или закрытому судебному разбирательству в указанном законе нет [13].

Законы Санкт-Петербурга и Свердловской области об уставных судах ссылаются на федеральное законодательство, как на правовое основание, устанавливающее случаи проведения закрытых процессов. Однако, нормы этих законов содержат дополнительные ограничения как права на публичное судебное разбирательство, так и права присутствовать в судебном заседании. Согласно ч. 3 ст. 10 Закона Санкт-Петербурга «Об Уставном Суде Санкт-Петербурга» [14] и аналогичной по содержанию ч. 4 ст. 12 Областного закона Свердловской области «Об Уставном Суде Свердловской области» [15] звукозапись, наряду с видео-, кино- и фотосъемкой, трансляцией судебных заседаний допускается не свободно, а лишь с разрешения председательствующего в судебном заседании. Звукозапись представляет собой аналог аудиозаписи, которая, в соответствии с российским процессуальным законодательством, является свободной, осуществляемой без разрешения председательствующего, во всех видах судебных процессов. В части 2 ст. 12 Закона Свердловской области также определено, что в зал судебного заседания не допускаются лица до четырнадцати лет.

Безусловно, в некоторых случаях рассмотрение дел в закрытых заседаниях региональных конституционных (уставных) судов является необходимым, однако, установление законом субъекта РФ ограничений права на публичное судебное разбирательство участников конституционного судопроизводства не допустимо. Это приводит автора к мысли о необходимости закрепления общих целей, в пределах которых ограничения рассматриваемого нами права могут быть зафиксированы в федеральном законе. Таким законом может стать Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации», статья 9 которого сегодня лишь воспроизводит положения Конституции РФ.

Рассмотрение принципа гласности правосудия с точки зрения конституционно-правовой науки, через призму основного, общепризнанного права на публичное судебное разбирательство, делает необходимым регулирование в рамках названной статьи общих, конституционно значимых направлений, ориентиров, которых должен придерживаться законодатель, устанавливая (с учетом специфики того или иного вида судопроизводства) конкретные ограничения права на открытое, публичное разбирательство — в процессуальных законах. Что касается конституционных (уставных) судов субъектов РФ, положения этой статьи могли бы стать основанием для ограничения гласности при осуществлении регионального конституционного судопроизводства, исключая необходимость установления таких оснований в законах субъектов Российской Федерации.

Предлагаем следующую редакцию ст. 9 названного выше закона:

«1. Каждый имеет право на публичное судебное разбирательство своего дела, гарантированное тем, что такое разбирательство во всех судах является открытым, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом.

2. Каждый имеет право присутствовать в открытом судебном заседании с целью осуществления общественного контроля за правосудием. Представители средств массовой информации имеют право на свободный доступ на слушание дела в открытом судебном заседании без какой-либо дискриминации и без предварительной аккредитации.

3. Каждому обеспечивается право получать информацию об осуществлении правосудия и иные сведения о судебной власти в объеме, формах и из источников, предусмотренных федеральным законом. При отсутствии законно установленных ограничений в предоставлении данной информации, государство обязано ее предоставить любому заинтересованному в ней лицу.

4. Ограничения прав, предусмотренных частями 1–3 настоящей статьи, допускается только в целях обеспечения общественного порядка, безопасности государства, здоровья и безопасности граждан (в том числе участников судебного разбирательства, их родственников и близких), защиты интересов несовершеннолетних, недопущения разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну, защиты нравственных ценностей, обеспечения неприкосновенности частной жизни, чести и достоинства личности, и по соответствующим этим целям основаниям, установленным федеральным законом.

5. В целях охраны тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений граждан, их содержание может быть оглашено и исследовано судом в открытом судебном заседании только с согласия лиц, между которыми осуществлялись переписка, обмен почтовыми, телеграфными или иными сообщениями. Без согласия этих лиц их переписка, телефонные переговоры, почтовые, телеграфные или иные сообщения оглашаются и исследуются в закрытом судебном заседании.

6. Принятые судебные акты оглашаются в судебном заседании публично. Ограничение объема оглашаемого судебного акта может быть установлено федеральным законом только в целях, указанных частью 4 настоящей статьи».

 

Литература:

 

  1.      О Конституционном Суде Республики Адыгея: Закон Республики Адыгея от 17 июня 1996 г. № 11 (в ред. Закона Республики Адыгея от 4 апреля 2013 г. № 173) // Ведомости Государственного Собрания — Хасэ Республики Адыгея. — 1996. — № 6.
  2.      О Конституционном Суде Республики Ингушетия: Конституционный закон Республики Ингушетия от 28 декабря 2001 г. № 10-РКЗ (в ред. Конституционного закона Республики Ингушетия от 30 ноября 2015 г. № 3-РКЗ) // Ингушетия. — 2002. — 16 января.
  3.      О Конституционном Суде Кабардино-Балкарской Республики: Закон Кабардино-Балкарской Республики от 12 декабря 1997 г. № 38-РЗ (в ред. Закона Кабардино-Балкарской Республики от 16 ноября 2015 г. № 49-РЗ) // Кабардино-Балкарская правда. — 1997. — 23 декабря, 25 декабря.
  4.      О Конституционном Суде Республики Саха (Якутия) и конституционном судопроизводстве: Конституционный закон Республики Саха (Якутия) от 15 июня 2002 г. 16-з № 363-II (в ред. Конституционного закона Республики Саха (Якутия) от 14 марта 2016 г. 1571-З № 701-V) // Якутские ведомости. — 2002. — 3 июля.
  5.      О Конституционном Суде Республики Северная Осетия-Алания: Закон Республики Северная Осетия-Алания от 15 июня 2001 г. № 17-РЗ (в ред. Закона Республики Северная Осетия-Алания от 14 июля 2011 г. № 3-РКЗ) // Северная Осетия. — 2001. — 5 июля.
  6.      Об Уставном Суде Иркутской области: Закон Иркутской области от 28 ноября 2014 г. № 135-ОЗ (в ред. Закона Иркутской области от 1 октября 2015 г. № 71-ОЗ) // Ведомости Законодательного Собрания Иркутской области. — 2014. — № 17.
  7.      О Конституционном Суде Республики Коми: Закон Республики Коми от 31 октября 1994 г. № 7-РЗ (в ред. Закона Республики Коми от 22 июня 2015 г. № 43-РЗ) // Ведомости Верховного Совета Республики Коми. — 1994. — № 11. — Ст. 160.
  8.      О Конституционном Суде Республики Башкортостан: Закон Республики Башкортостан от 27 октября 1992 г. № ВС-13/7 (в ред. Закона Республики Башкортостан от 29 апреля 2014 г. № 81-з) // Ведомости Государственного Собрания — Курултая, Президента и Правительства Республики Башкортостан. — 2004. — № 3. — Ст. 91.
  9.      О Конституционном Суде Республики Карелия: Закон Республики Карелия от 7 июля 2004 г. № 790-ЗРК (в ред. Закона Республики Карелия от 4 апреля 2016 г. № 2006-ЗРК) // Собрание законодательства Республики Карелия. — 2004. — № 7.
  10. О Конституционном суде Республики Марий Эл: Закон Республики Марий Эл от 11 марта 1997 г. № 14-З (в ред. Закона Республики Марий Эл от 23 октября 2013 г. № 37-З) // Марийская правда. — 1997. — № 51.
  11. О Конституционном Суде Республики Дагестан: Закон Республики Дагестан от 2 февраля 2010 г. № 8 (в ред. Закона Республики Дагестан от 8 мая 2015 г. № 53) // Собрание законодательства Республики Дагестан. — 2010. — № 3. — Ст. 54.
  12. О Конституционном Суде Карачаево-Черкесской Республики: Закон Карачаево-Черкесской Республики от 21 июня 2004 г. № 5-РЗ (в ред. Закона Карачаево-Черкесской Республики от 5 июля 2011 г. № 34-РЗ) // День республики. — 2004. — № 104–105.
  13. О Конституционном суде Республики Татарстан: Закон Республики Татарстан от 22 декабря 1992 г. № 1708-XII (в ред. Закона Республики Татарстан от 26 марта 2016 г. № 12-ЗРТ) // Ведомости Государственного Совета Татарстана. — 1998. — № 11. — Ст. 312.
  14. Об Уставном суде Санкт-Петербурга: Закон Санкт-Петербурга от 5 июня 2000 г. № 241–21 (в ред. Закона Санкт-Петербурга от 23 апреля 2014 г. № 201–39) // Вестник Законодательного Собрания Санкт-Петербурга. — 2000. — № 9.
  15. Об Уставном Суде Свердловской области: Областной закон от 6 мая 1997 г. № 29-ОЗ (в ред. Областного закона Свердловской области от 21 декабря 2015 г. № 155-ОЗ) // Собрание законодательства Свердловской области. — 1997. — № 5. — Ст. 930.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle