Библиографическое описание:

Чернова Н. А. Эмоции в преступном поведении женщин [Текст] // Право: история, теория, практика: материалы IV междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, июль 2016 г.). — СПб.: Свое издательство, 2016. — С. 101-104.



В статье рассмотрен вопрос о специфике преступности, связанной с гендерными особенностями. В частности, исследуются психологические факторы, влияющие на противоправное поведение женщин: повышенная тревожность, восприимчивость, высокая возбудимость и значимость коммуникаций на эмоциональном уровне.

Ключевые слова: преступность среди женщин, эмоциональность, тревожность.

Преступления, совершенные женщинами, перестают шокировать население. Такое привыкание связанно с тем фактом, что количество преступлений, совершаемых женщинами, велико и нисколько не уменьшается. На этой почве в литературе растет число исследований, посвященных сугубо данной проблеме. Проблемами женской преступности в разное время занимались Ю. М. Антонян, Л. М. Щербакова, О. О. Успенская, М. Л. Подолюк и т. д. Обобщенный анализ криминологических исследований в этой области позволяет подчеркнуть некую специфику женской преступности, которая связывается с рядом факторов, в том числе биологических, психологически и социальных.

В настоящее время является доказанным влияние на формирование криминального поведения человека особенностей родительского воспитания, низкого социально-экономического статуса семьи, принадлежности к асоциальному сообществу, насилия в семье, психологических особенностей личности [8, с. 64]. В этой статье мы остановимся на последних, поскольку исследовательская криминологическая традиция рассмотрения преступного поведения опирается на системное изучение феномена личности преступника в совокупности индивидуально-психологических свойств, состояний и процессов [2, с. 126].

Ю. М. Антонян указывал на одну из таких особенностей: «Оценивая преступное поведение женщин и пытаясь выявить его особенности, необходимо иметь в виду, что они несколько иначе, чем мужчины, воспринимают возникающие в их жизни ситуации» [1, с. 87]. Однако, разность стандартов восприятия действительности далеко не единственная особенность.

Исследователи в области психофизиологии человека находят все больше подтверждений различий в психоэмоциональных реакциях у представителей противоположных полов. Женщины отличаются повышенной эмоциональностью. Для их поведения характерна высокая возбудимость, что легко проследить на примере из практики уголовных дел.

Так, Х. совершила преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК РФ. В ходе судебного заседания она показала, что потерпевшийА. оскорблял ее с использованием нецензурной лексики, жестикулировал перед ней руками. Они оба находились в состоянии алкогольного опьянения. При этом скандал спровоцировал потерпевший. Жертва и преступница стояли на расстоянии вытянутой руки друг от друга. В это время она, не знает как, просто «накипело» (курсив — автор Чернова Н. А.), взяла со стола кухонный нож и замахнулась наА., нанеся удар в область шеи. По ее словам, она не думала его убивать. В апелляционной жалобе она также указывает, что в момент совершения преступления находилась всостоянии нервного срыва и ее всю трясло (курсив — автор Чернова Н. А.) [5].

Х., рассказывая о совершенном ей преступлении, использовала в описании характерные для женщин вообще отговорки (состояние нервного срыва, «накипело»). Как и многие другие женщины, она сама распалила себя до подобного состояния перед совершением противоправного поступка.

Наибольший интерес для наук уголовного права и криминологии представляет большая тревожность женщин по сравнению с мужчинами. Представительницы прекрасного пола острее реагируют на социальные конфликты, что обусловлено их общим повышенным беспокойством. Не находя отклик в лоне семьи, пропуская сквозь себя все происходящие события, женщина реагируют на сложившуюся ситуацию вынужденным беспокойством, справиться с которым самостоятельно зачастую не в силах. У тревожных личностей угроза бытию, биологическому или социальному, способна преодолеть любые нравственные преграды или правовые запреты, игнорировать их, никак не принимать во внимание [1, с. 109].

Вслед за социальными конфликтами на сцену выступают и сложности во внутрисемейных отношениях. Для женщин большую значимость имеет связь эмоций с межличностными отношениями (женщины чувствительнее мужчин не только к негативным событиям, происходящим в обществе, но и к локальным конфликтам внутри семьи, которые переживают они сами, их друзья и близкие). Женщины, совершившие преступления, особенно остро реагируют на окружающую их действительность, поскольку не имеют внутреннего стержня, удерживающего их от аморального и противоправного поведения, в их системе ценностей превалируют материальные, а не духовные ценности.

Помимо усиленной восприимчивости есть еще одна особенность — женщины открыто переживают свои эмоции и их реакции ярче и глубже по своему выражению, чем у представителей противоположного пола. Они не стесняются демонстрировать свои эмоциональные реакции и, как следствие, превосходят мужчин в области невербальной экспрессии: «Они более точны в невербальном выражении эмоций и лучше декодируют невербальные эмоциональные сигналы других» [3, с. 196].

Н. М. Романова также указывает на эту особенность женского восприятия: «Специфика женского поведения состоит в более остром восприятии отдельных явлений действительности, повышенном эмоциональном реагировании на них, в придании большей значимости отдельным фактам межличностных отношений» [9, с. 259]. Эти особенности легко проследить при помощи анализа гендерной специфики состояния и динамики привилегированных составов убийств.

Так, М. Л. Подолюк делает следующее заключение: «Повышенная тревожность женщин по сравнению с лицами противоположного пола, а также умение выстроить из незначительной мелочи цепочку ничем не подтвержденных выводов» [7, с. 176], приводит к возрастанию количества преступлений, совершенных при превышении пределов необходимой обороны женщинами. Однако, выводы М. Л. Подолюк прямо противоположны умозаключениям, к которым пришел Ю. М. Антонян при исследовании женской преступности. Он пишет следующее: «Женщины очень редко совершают убийства при превышении пределов необходимой обороны … Очевидно, они реже, чем мужчины, оказываются в острых конфликтных ситуациях, в которых, защищая себя, они могли бы превысить пределы необходимой обороны» [1, с. 33]. Однако статистика неумолимо показывает, что доля женщин, осужденных по ст. 108 УК РФ в 2–3 раза превышает аналогичный показатель у мужчин. Темпы прироста доли женщин, осужденных по ст. 108 УК РФ, в 6,5 раз выше этих данных среди лиц мужского пола [7, с. 176].

При этом, как отмечает О. О. Успенская, влияние угрозы на женщину зависит не только от содержания, реальности, направленности угрозы, но и от психологических качеств того, кому угрожают: от твердости характера, смелости, эмоциональной устойчивости, уверенности в своих силах, отношения к запретам и правоохраняемым ценностям [9, с. 252]. В целом они чаще оценивают ситуации как угрожающие, и даже опасные. Подобная чувствительность женщин к внешним воздействиям связана не только с биологическими, физиологическими особенностями, но и с тем, что они, по сравнению с мужчинами, занимают иное положение в производственной, семейно-бытовой и других социальных сферах, на них возложены качественно иные функции по обеспечению семьи и воспитанию детей [1, с. 87].

На практике не всегда учитывается, что характер и поведение женщин имеет свои особенности в силу их чувствительности и восприимчивости, значимости эмоционального содержания отношений для них [6, с. 214]. Так, Ю. М. Антонян отмечает, что для женщин-преступниц характерны стойкость, что, в принципе, характерно для психически больных, и высокая импульсивность на фоне повышенной тревоги, беспокойства и неуверенности [6, с. 215], что приводит к игнорированию или недостаточному учету всех обстоятельств, неадекватному восприятию и оценке возникающих жизненных ситуаций, плохому прогнозированию последствий своих поступков, дезорганизованности и необдуманности поведения [1, с. 81].

Несмотря на большую эмоциональность женщина способна долгое время сдерживать свои эмоциональные порывы, убежденная в том, что действует на благо семьи, поэтому именно представительницы прекрасного пола чаще являются жертвами домашнего насилия. Многие женщины рассматривают пребывание в течение длительного времени в подобных условиях как неизбежность, их гендерные установки характеризуются приверженностью идеям тяжелой женской доли, женского долготерпения, покорности судьбе [8, с. 68].

Однако, выводу о связи психологических особенностей женщин со становлением жертвой внутрисемейного насилия, и, как следствие, превращением жертвы в преступницу, не стоит отводить доминирующую позицию, поскольку наравне с данной категорией женщин, вынужденных преступниц, существует достаточно обширная категория женщин, совершивших насильственные или корыстные преступления, не будучи жертвой противоправного поступка.

Здесь следует отметить то, что женщины часто совершают преступления на почве бытовых конфликтов, так как им присущи повышенная эмоциональность, впечатлительность, лабильность нервной системы, которые нередко оказывают влияние на формирование мотивации преступлений, поэтому мотивы рассматриваемых преступлений всегда имеют эмоциональную окрашенность, которая заключается в агрессии, импульсивности и взрывчатости поведения [9, с. 250].

Женщину, совершившую убийство своего мужа (сожителя) или нанесшая ему тяжкие телесные повреждения, отличается помимо высокого уровня эмоциональности, упрямством, отсутствием чувства вины или раскаяния в совершенном преступлении [1, с. 82]. Для корыстных преступниц характерно высокое стремление к самоутверждению (иногда посредством повышения не только собственного статуса, но и статуса своей семьи), для них характерно чувство зависти к более обеспеченным людям и желание отомстить им за кажущуюся «несправедливость жизни».

Значительно возросшие за последние годы агрессивность и жестокость женщин, выражающиеся в росте совершаемых ими насильственных преступлений, прямо связаны с нарушением эмоциональных коммуникаций в семье [1, с. 111], что приводит к эмоциональной нестабильности всех ее членов, и, как следствие, к неумению контролировать собственные эмоции, к неспособности справляться с чрезвычайными эмоциональными реакциями, и к их непониманию. Как известно, в насильственном преступном поведении весьма заметна роль эмоций [2, с. 131], и не учет их влияния на женщину может привести к неправильной оценке всех обстоятельств дела, к неправильному применению уголовного закона, нарушению принципа субъективного вменения, к несправедливому назначению наказания.

Литература:

  1. Антонян Ю. М. Преступность среди женщин. М.: Росс. право, 1992. 256 с.;
  2. Белая О. П., Щербакова Л. М. Исследование мотивации криминального насилия женщин: традиции и современность // Общество и право. 2013. № 4 (46). С. 126–132;
  3. Бендас Т. В. Гендерная психология: учебное пособие. СПб.: Питер, 2008. 431 с.;
  4. Дело № 1–156/2010 [Электронный ресурс] URL: https://rospravosudie.com/court-plastskij-gorodskoj-sud-chelyabinskaya-oblast-s/act-100382098/ (дата обращения 26.11.2015);
  5. Делу № 22–597/15 [Электронный ресурс] URL:https://rospravosudie.com/court-verxovnyj-sud-respubliki-mordoviya-respublika-mordoviya-s/act-488401362/ (дата обращения 13.12.2015);
  6. Петин И. А. Механизм преступного насилия. СПб.: Издательство Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2004. 343 с.;
  7. Подолюк М. Л. Состояние и динамика убийств, совершаемых женщинами // Пробелы в российском законодательстве. 2010. № 3. С. 176–179;
  8. Романова Н. М. Социально-психологические детерминанты преступного поведения: субъект криминального деликта и гендер // Известия Саратовского университета. 2009. Т. 9. Сер. Философия. Психология. Педагогика. Вып. 3. С. 64–68;
  9. Успенская О. О. Психофизиологические факторы женской преступности // Вестник МГЛУ. Выпуск 550. С. 246–262.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle