Библиографическое описание:

Егорова А. И. Оптимизация уголовного процесса в Российской Федерации путём упрощения: проблемы и перспективы [Текст] // Юридические науки: проблемы и перспективы: материалы IV междунар. науч. конф. (г. Казань, май 2016 г.). — Казань: Бук, 2016. — С. 232-234.



В статье рассмотрены насущные проблемы вопроса оптимизации российского уголовного процесса. Автор анализирует не только теоретические основы Уголовно-процессуального кодекса, исторические корни оптимизации, континентальную природу российского уголовного судопроизводства, но и соответствующий зарубежный опыт таких стран, как Австрия и Германия. Сформулированы пределы допустимого упрощения уголовного процесса, обоснована потребность в ограничении особого порядка рассмотрения уголовных дел. Автор приходит к выводу о том, что приведенные в данной работе изменения и критерии, предложенные способы оптимизации уголовного процесса дадут шанс того, что к исследуемому институту будут относиться как к полноценному суду.

Ключевые слова: оптимизация, уголовный процесс, уголовно-процессуальная форма, упрощение уголовного судопроизводства, правосудие, особый порядок, сравнительно-правовой анализ.

Сегодня в Российской Федерации наблюдается тенденция использования особого порядка рассмотрения уголовных дел в суде. Данная процедура закреплена в разделе X, главах 40, 40.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) и представляет собой относительно новый подход к оптимизации уголовного процесса. Причём законодатель указывает на единственный правильный путь — оптимизация путём упрощения.

Согласно данным судебной статистики Судебного департамента при Верховном Суде РФ, за первое полугодие 2015 года из общего числа осужденных лиц — 359766, 256592 человека осуждены при применении особого порядка рассмотрения уголовного дела (гл. 40 и гл. 40.1 УПК РФ), что составляет 71,32 % от общего их количества. И согласно ежегодным отчетам о работе судов общей юрисдикции по рассмотрению уголовных дел по первой инстанции, эта цифра неуклонно растет с каждым годом [1].

Это обстоятельство побудило автора данной работы взглянуть на данную проблему с новой стороны, взяв за основу не только теоретические основы УПК РФ, исторические корни оптимизации, но и соответствующий зарубежный опыт.

Помимо указанного, появление института сокращенного дознания — глава 32.1 УПК РФ, введенная ФЗ от 4 марта 2013 г. № 23-ФЗ «О внесении изменений в статьи 62 и 303 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» — в совокупности позволяет говорить о проблематике, связанной с современной оптимизацией отечественного уголовного законодательства. Именно поэтому исследуемая мною область является актуальнейшей из проблем современного российского права и остро стоит перед практикой уголовного судопроизводства.

Само же уголовно-процессуальное законодательство на протяжении всей своей истории имеет динамичное развитие; в современных условиях это должно проявляться в обеспечении защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений; защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения её прав и свобод, что и закреплено нормой статьи 6 УПК РФ [2]. Именно в этом смысле уголовный процесс характеризуется с качественной стороны, когда существует возможность реализовать собственное социальное предназначение, опираясь, в том числе, на основные принципы УПК РФ.

В последние десятилетия в уголовно-процессуальном праве четко прослеживается тенденция к упрощению процессуальной формы и обеспечению тем самым существенной экономии в тех случаях, когда сторона защиты не оспаривает установленные органами уголовного преследования фактические обстоятельства дела и их правовую оценку [3, с. 5]. Поэтому, является необходимым рассмотреть существующие проблемы такого института, обозначить перспективы его деятельности.

Проблема 1. Отклонение современного российского уголовного судопроизводства от структурных и системных закономерностей его континентальной природы.

Говоря об оптимизации современного уголовного процесса в Российской Федерации путём упрощения на основании зарубежного опыта, необходимо учитывать множество факторов. Во-первых, континентальному по своей сущности УПК РФ навязана англосаксонская модель. Эту проблему и важность её значения поднимали в своих научных трудах такие правоведы, как В. А. Азаров, Д. А. Мезинов и другие [4, с.108, 113].

Необходимо понять, что между англо-американским и континентальным типами уголовного процесса существуют принципиальные отличия. Так, важнейшими из них является принцип состязательности, «безучастная» деятельность судьи и иное. Во-вторых, что немаловажно, англо-американская модель не учитывает историческую приверженность уголовного процесса России, что подвергает сомнению всю систему обеспечения его сбалансированности. Кроме того, существующий уголовной процесс в США приводит к резкому росту тюремного населения. Об этом свидетельствует список всемирного тюремного заключения, согласно которому США занимают первое место в мире по этому показателю: в США количество заключенных на 100000 человек населения составляет 716, в России — 475. В других странах этот показатель ниже: в Германии — 79 на 100000, в Австрии — 98, Норвегии — 72, Финляндии — 58 [5]. Это один из немногочисленных фактов, который поднимает проблему невозможности оптимизации уголовного процесса, который сейчас существует в США.

Оптимизация именно российского уголовного процесса должна быть направлена на улучшение эффективности системы уголовной юстиции с учётом континентальных основ нашего отечественного уголовного процесса, его укрепления. Чтобы добиться успешной реализации такой оптимизации, необходимо: переформулировать задачи уголовного процесса, выставить приоритеты личных, общественных, национальных интересов; укрепить систему принципов путём их расширения; повысить активность судьи и ограничить деятельность по рассмотрению дел в особом порядке уголовного судопроизводства.

Проблема 2. Пределы допустимого упрощения российского уголовного процесса.

Отстаивание национальных российских интересов уголовного законодательства и, в то же время, сравнение уголовного процесса, существующего в некоторых зарубежных странах может происходить только при условии сравнения их на видовом уровне, а именно речь идет о видовой аналогии между континентальным уголовным процессов (германским, австрийским) и российским. Любопытно будет сначала проанализировать перспективы изменений российского судопроизводства с учётом австрийского опыта, т. к. Австрия и Россия — федерации; у обоих запланированы масштабные реформы уголовно-процессуального законодательства; большинство учёных-правоведов Австрии, экспертов в области права довольны промежуточными итогами проводимых реформ. Австрийский опыт сводится к четырем кардинальным изменениям: расширение возможности прекращения уголовного преследования, изменение роли прокурора на досудебной стадии, правовой статус потерпевшего, вопрос ходатайств. Этот опыт должен быть замечен и проанализирован отечественным законодателем, во избежание напрасных затрат, времени и ошибок при реформировании уголовного судопроизводства России.

Что касается Германии, то её уголовный процесс состоит из двух частей:

  1. Рассмотрение дела по существу (состоит из трёх стадий):
    1. Проверка достаточности подозрений для предъявления лицу государственного обвинения прокурора;
    2. Предварительное рассмотрения дела судом;
    3. Судебное разбирательство.

Последние две стадии могут существовать в упрощенной форме, т. к. по каждому возбужденному уголовному делу в Германии всегда проводится полноценное предварительное расследование. Это делает возможным исключить риск судебной ошибки.

  1. Исполнительно производство.

Основываясь на опыте упрощенного уголовного процесса в Австрии и Германии, делается возможным определить пределы допустимого упрощения в уголовно-процессуальном законодательстве Российской Федерации.

Допустимость особого порядка путём упрощения:

  1. По делам о преступлениях, предполагающих наказание, которое не превышает 5 лет лишения свободы;
  2. При наличии хотя бы одной полноценной стадии познавательной деятельности, желательно только после полноценного предварительного расследования.

Проблема 3. Значительный рост количества дел, рассмотренных в особом порядке судебного разбирательства.

Говоря о качественной характеристике современного уголовного процесса в России, необходимо уделить внимание и количественной. Проблема неоднозначная. С одной стороны, значительный рост рассмотрения количества уголовных дел говорит о том, что институт особого порядка в целом имеет положительное отношение у профессиональных участников уголовного производства, с другой стороны — значительный рост количества рассмотренных дел может свидетельствовать об утрате судом функции правосудия. Такой упрощенный процесс, регламентированный разделом X УПК РФ, является следствием увеличение количества дел, поступающих в производство дознавателей, следователей, судей, а вместе с этим — расширения сферы применения уголовно-процессуальной формы.

На данный момент, закрепленный в УПК РФ особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве инициировал появление новой формы правосудия по уголовным делам, в котором суд фактически выполняет контрольную функцию за законностью. Суд не осуществляет правосудие, а является, как верно отмечает правовед В. Н. Григорьев, «регистратором» соглашения.

В этом связи с этим, желательным и вполне уместным выглядит предложение отказаться от применения особого порядка судебного разбирательства по делам, по которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, заменив его на общий порядок. Существующие законопроекты ФЗ «О внесении изменений в УПК РФ», к сожалению, это не учитывают.

Проблема 4. Риск судебной ошибки в досудебном и судебном производстве.

Сравнив существующие уголовно-процессуальные институты в зарубежных странах, выявив некоторые недостатки особого порядка российского уголовного производства, можно выделить один ключевой момент, в ходе которого возникает проблема — это признание подозреваемым (обвиняемым) своей вины и отсутствие претензий к собранным против него доказательствам, т. е. фактическое соглашение лица. В этом случае судебное следствие отсутствует, как таковое, доказательства не проверяются в суде на допустимость, достоверность, обоснованность обвинительного приговора. Следовательно, возрастает риск судебной ошибки, что в дальнейшем ведет к снижению качества работы дознавателей, следователей, адвокатов, прокуроров, судей. Такое положение грозит их профессиональной деформацией.

Касаемо адвокатов, то у них, вследствие введения института особого порядка рассмотрения дел в уголовном судопроизводстве, стоит проблема профессиональной этики в вопросах:

  1. когда подзащитный адвоката полностью согласен с предъявляемым обвинением, а у самого представителя подзащитного имеется обоснованное сомнение и даже уверенность в невиновности своего доверителя;
  2. когда обвиняемый не удовлетворён или крайне недоволен работой адвоката из-за неполученного результата, который обещал его представитель при вхождении в особый порядок.

Подводя итог сказанному, необходимо отметить, что введение особого порядка в УПК РФ обусловило достаточно проблем в современном российском уголовном производстве, однако и эти проблемы должны быть беспристрастно решены. В данной работе приведены изменения и критерии оптимизации уголовного процесса путём упрощения, основанные на исторической приверженности уголовного судопроизводства, а также на некотором зарубежном опыте таких стран, как Австрия и Германия. Шанс того, что к исследуемому институту будут относиться как к полноценному суду, безусловно есть. Именно поэтому, учитывая перспективу его развития, отечественный законодатель должен внести в УПК РФ изменения, соответствующие континентальной природе российского уголовного процесса.

Литература:

  1. Судебный департамент при Верховном Суде РФ. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=3213 / Отчет о работе судов общей юрисдикции по рассмотрению уголовных дел по первой инстанции за 6 месяцев 2015 года.
  2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (ред. от 30.12.2015) — М.: Проспект. — 2015.
  3. Дикарев И. С. Предисловие / И. С. Дикарев // Дознание в сокращенной форме: вопросы законодательной регламентации и проблемы правоприменения: сб. статей. — Москва, 2013. — С. 5–6.
  4. Шагинян А. С. Уголовный процесс: оптимизация или неоправданное упрощение? Обзор круглого стола от 24.09.2015 / А. С. Шагинян, К. В. Скоблик // Актуальные проблемы российского права: сб. статей. — Москва, 2015. — С. 107–114.
  5. Список всемирного тюремного заключения // Walmsley Roy. (2013, November). World Prison Population List (tenth edition) from http://www.prisonstudies.org/sites/default/files/resources/downloads/wppl_10.pdf.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle