Библиографическое описание:

Югов А. А. О государстве и государственном устройстве в человеческом измерении: эскизный набросок научной гипотезы [Текст] // Юридические науки: проблемы и перспективы: материалы IV междунар. науч. конф. (г. Казань, май 2016 г.). — Казань: Бук, 2016. — С. 73-79.



The given article employs the phenomenon “citizenship relations” as a structure-forming element of a state structure. Besides, the state structure of the Russian Federation is considered as a three-part system consisting of such status forms of citizenship relations as citizens, state authorities and the head of the state. As a result, the conception of the state structure is regarded as the systemic and structured unity of the three constitutional statuses of citizenship relations, and the interests of the state and its citizens are joined in the inseparable and integral unity.

Key words: citizenship, state, system, structure, interests, unity

Нет необходимости долго доказывать, что интерес к теме государственного устройства является «вечным» и актуальным в буквальном смысле «от Ромула до наших дней» (как известно, Ромул в 6 веке до нашей эры учредил сенат, чтобы коллегиально решать государственные дела; а в наши дни в России наблюдается активный процесс совершенствования политической системы). Постоянно идёт поиск оптимальных решений, направленных на рациональное устроение государства, и в науке государственного (конституционного) права.

Продолжительное время по этому вопросу основной считалась доктрина, согласно которой государственное устройство понималось как внутренняя территориальная организация государства образующая пространственную основу формирования органов государственной власти и определяющая взаимоотношения между центральными и местными структурами публичной власти. Так, М. В. Баглай в учебнике «Конституционное право Российской Федерации» утверждает, что «Под государственным устройством понимается политико-территориальная организация власти, определяющая правовое положение региональных частей государства и их взаимоотношения с центральной властью» [1, с. 339]. Такое осмысление государственного устройства в течение многих десятилетий обеспечивало потребности общественной практики и нужды учебного процесса при подготовке юридических кадров. Однако за последние 20 лет появились новые теоретические исследования, авторы которых считают, что «… представляется неправомерно суженным понимание территориальной организации (устройства) государства как только системы взаимоотношений между государством в целом, его центральной властью и его территориальными составными частями, их населением и действующими там органами публичной власти, как об этом говорится в некоторых учебниках» [2, с. 23–24]. Исходя из такого подхода, Р. В. Енгибарян и Э. В. Тадевосян предлагают при определении устройства государства использовать понятие «политико-территориальная организация государства» и включают в его содержание три основных элемента: 1) масштабы и границы государства; 2)политико-территориальная структура государства, включая его государственно-территориальную и административно-территориальную структуры и их статус; 3) принципы и формы взаимоотношений между государством в целом, его органами и иными политико-территориальными внутренними подразделениями государства [3,с.281]. Развивая отмеченный выше подход к определению государственного устройства, С. А. Авакьян пишет, что «…составными элементами государственного устройства следует считать такие вопросы: роль федерации как формы государственного устройства России; принципы федеративного устройства России; характеристика Российской Федерации как федеративного государства; виды и статус субъектов Российской Федерации; проблема использования автономии как формы государственного устройства; вопросы ведения (компетенция) Российской Федерации и её субъектов; взаимоотношения и формы взаимного влияния Российской Федерации и её субъектов; административно-территориальное устройство субъектов РФ; конституционно-правовые основы национальной политики в Российской Федерации» [4,с.23–24].

Совершенно очевидно, что широкая концепция понимания государственного устройства, представленная в трудах С. А. Авакьяна, Р. В. Енгибаряна, В. Е. Чиркина и их последователей, далеко выходит за пределы прежних представлений об этом институте только как внутренней территориальной организации государства и носит прорывной характер, а по содержанию сближается с таким явлением как государственный строй.

Новейшие оригинальные научно-теоретические разработки в области государственного устройства, проведённые на базе действующей Конституции Российской Федерации 1993 года, создали условия для дальнейших исследований и выявления новых граней в содержании этого далеко не простого и динамично развивающегося социального, политического и юридического феномена. Так, если взять за основу главную цель правового регулирования на базе принципов Российской Конституции 1993 года, какой является обеспечение правовой свободы личности и защита человека и гражданина, и при этом исходить из аксиомы, согласно которой сущность современного государства определяется государственным суверенитетом, в основе которого лежит народный суверенитет, то есть воля народа, как совокупности всех граждан Российской Федерации, то есть все предпосылки утверждать, что государственное устройство производно от понятия «гражданство» и образуемых от него статусных форм. И естественно, если за основу осмысления проблемы об устройстве государства мы берём живой элемент государственной организации, то есть человека в статусе гражданина данного государства и другие формы институционального состояния отношений гражданства, то получаем принципиально новую систему координат для определения формы и содержания государственного устройства, выявления его структуры и оценки эффективности влияния данного института на развитие общественных отношений. Вместо абстрактных категорий и теоретических конструкций начинаем оперировать живой социальной материей в её политической и правовой оболочке. А это означает, что в своём субъективном измерении через «человеческий фактор» государственное устройство, например, Российской Федерации, включает в себя три компонента: во-первых, это российские граждане; во-вторых, органы Российского государства; и, в-третьих, глава государства — гражданин Российской Федерации, являющийся Президентом Российской Федерации. Такой вариант понимания структуры государственного устройства основан на идее, согласно которой первичным государствообразующим элементом в политически организованном обществе является гражданин. По своей сути государственное устройство при таком подходе представляет собой систему важнейших институциональных состояний отношений гражданства (здесь небезынтересно отметить, что в Древнем Риме понятия «государство» и «гражданин» обозначались одним термином «civitas»). Поскольку граждане в отличие от абстрактных понятий и нередко громоздких конструкций в традиционных схемах государственного устройства обладают волей, энергией и разумом, то соответственно всю эту систему, состоящую из трёх указанных выше компонентов, можно воспринимать как живой социальный организм, функционирующий через определённые политико-правовые формы.

Этот вариант осмысления государственного устройства объективируется как «триада» структурных элементов, персонифицирующих институт гражданства и образующих трёхуровневую пирамиду, в составе которой низовой слой (низовое звено), образующее фундамент этой системы, составляют граждане (в нашем примере — граждане Российской Федерации); средний слой (срединное звено) образуют сформированные из числа граждан данного государства органы государственной власти; а вершит эту пирамиду структурной организации государства — глава государства (в России — Президент Российской Федерации), который объединяет и возглавляет всю эту систему.

Использование фигуры пирамиды для описания структуры государственного устройства не случайно, так как и в данном случае образ пирамиды оправдывает сложившееся о ней представление, когда этот образ воспринимается как символ совершенства и сверхчеловеческих возможностей. Для этого достаточно вспомнить древнеегипетские пирамиды или «белую пирамиду» на торжественной церемонии закрытия XXX Олимпийских игр в Лондоне.

(Графическое изображение структуры государственного устройства показано на схеме)

Государственное устройство и сам о государство при этом воспринимаются гражданами как продолжение их собственного политического бытия. Гражданин вправе сказать, что «государство — это мы» или даже: «государство это — я». Исключительно образно и ёмко выразил это ощущение государства выдающийся российский философ И. А. Ильин, когда писал, что «Государство находится «не там где-то» вне нас…нет, оно живёт в нас» [5, с.40].

В излагаемой концепции, как и в любой другой доктрине, важно объяснить, почему в качестве отправного начала в её построении использовано именно данное свойство или признак исследуемого явления. Например, почему в анализируемом нами варианте государственного устройства исходным пунктом рассуждений является именно гражданство и его институциональные формы объективирования в реальной общественно-практической практике.

На наш взгляд, использование понятий «гражданство» и «гражданин» в качестве первичной единицы измерения феномена государства разумно и целесообразно именно потому, что гражданство, как правовой институт, выражающий основную и устойчивую юридическую связь человека с государством в целом, самым естественным образом представляет собой наиболее значимый и самый существенный из всех факторов, которые характеризуют государство; в результате этого оно и является первоосновой образования и функционирования государства и из него путём последовательных трансформаций возникают все другие конструктивные формы государственно-властного существования общества, развивающиеся по восходящей от простого к сложному. Соответственно концепция государственного устройства, как трёхуровневой пирамиды или «триады» статусных форм гражданства позволяет исследовать не только отношения императивного воздействия государства на все стороны общественной жизни, но и создаёт моральные, теоретические и правовые условия для воздействия самих граждан на модернизацию государства и органы государственной власти.

Использование феномена «отношения гражданства» в качестве первичного и определяющего структурообразующего элемента в организации государства (государственного устройства в полном смысле) целесообразно и надёжно ещё и в том смысле, что признание граждан соответствующего государства изначальным и исходным элементом в образовании государственного устройства позволяет «одухотворить» представление об устройстве государства, наполнить его живым содержанием и органично связать с реально существующей системой публично-властных отношений на основе общепризнанной аксиомы: «нет граждан, нет и государства»; ведь государство учреждается гражданами, состоит из граждан и призвано служить своим гражданам.

Ещё одно важное обстоятельство оправдывающее выбор юридического статуса «гражданин» в качестве первичной «клеточки» государственного устройства состоит в том, что гражданин является носителем государственного суверенитета и обладает властно-волевой энергией, а это служит залогом динамичности структурной организации государственного устройства и её способности к совершенствованию. Немаловажно и то, что само понятие «гражданин» является юридически достоверным и отличается правовой определённостью, так как условия и порядок признания, приобретения и прекращения гражданства достаточно чётко и конкретно закреплены в действующем законодательстве.

Из сказанного видно, что отношения гражданства и их институциональная форма «гражданин» обладают такими признаками и свойствами, которые, с одной стороны, обеспечивают стабильность государственного устройства, а с другой стороны, способны к развитию и модернизации.

Среднее звено рассматриваемой пирамиды государственного устройства представлено органами государства, которые есть не что иное, как новое организационно-правовое состояние и качественно новая форма бытия отношений гражданства, когда группа граждан (а в отдельных предусмотренных законом случаях и отдельный гражданин) наделяются такими свойствами, которые составляют содержание государственно-властной функции. Убедительным доказательством того, что органы государства являются продолжением и развитием отношений гражданства является статья 32 Конституции РФ, которая предоставляет право участвовать в управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей гражданам Российской Федерации; наделяет их правом избирать и быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления, а также участвовать в референдуме Российской Федерации; гарантирует доступ к государственной службе и отправлению правосудия. Согласно приведённых конституционных формул в состав органов Российского государства могут входить только российские граждане. Такое понимание сущности органов государства и их деятельности полностью разделяется в трудах, в которых излагается доктрина российского конституционного права.

Таким образом, можно заключить, что правовая природа органов государства, составляющих срединное (центральное) звено государственного устройства, неотделима от отношений гражданства, поскольку органы государства образуются на основе воли граждан, состоят из граждан и осуществляют государственную власть, занимая активную гражданскую позицию.

Завершает и возглавляет всю пирамиду институциональных форм гражданства, образующих государственное устройство, глава государства, который будучи частью этой пирамиды, персонифицирует государство, интегрирует государственно-властную волю народа, координирует развитие политической системы.

В юридическом плане глава государства является таким органом государственной власти, функции которого может выполнять и соответственно занимать этот пост только гражданин данного государства. Поэтому в Основном Законе государства в числе требований предъявляемых к кандидатам на занятие этой должности специально указывается на это условие. Например, часть 2 статьи 81 Конституции РФ гласит: «Президентом Российской Федерации может быть избран гражданин Российской Федерации не моложе 35 лет, постоянно проживающий в Российской Федерации не менее 10 лет». Критерий гражданства для занятия этой должности имеет столь важное значение, что законодатель на этом основании устанавливает дополнительные ограничения на выборах Президента Российской Федерации. Как сказано в пункте 5.1 статьи 3 федерального закона «О выборах Президента Российской Федерации»: «Не имеет права быть избранным Президентом Российской Федерации гражданин Российской Федерации, имеющий гражданство иностранного государства либо вид на жительство или иной документ, подтверждающий право на постоянное проживание на территории иностранного государства». Следовательно, институт главы государства, венчающий пирамиду государственного устройства, также является статусной формой отношений государства. Это всегда один из самых достойных граждан, в отношении которого можно сказать, что это «великий гражданин».

Исключительное положение главы государства в общем механизме государственных структур обуславливает особую политико-правовую природу этого института. Так, Президент Российской Федерации, который по действующей федеральной конституции является главой государства, служит гарантом конституционной законности и прав человека и гражданина, обеспечивает согласованное функционирование всех органов государства, для надлежащего руководства страной наделён серьёзными полномочиями во всех трёх сферах государственной власти — законодательной, исполнительной и судебной, что не характерно для других органов государства.

Рассматриваемая пирамидообразная трёхкомпонентная структурная организация государственного устройства отличается высокой динамичностью и функционирует по классической схеме, то есть во времени, в пространстве и по кругу лиц. Именно анализируемый вариант «живой» структуры государственного устройства позволяет достаточно чётко и определённо понять отмеченные выше традиционные формы развития политико-правовых явлений.

Если рассматривать функциональное состояние выше сформированной структуры государственного устройства с позиции такого параметра, как наполнение её по кругу лиц, то совершенно очевидно, что во всех случаях все компоненты исследуемой структурной организации государственного устройства — это граждане, либо их статусные модификации, которые обладают властно-волевой энергетикой, психофизическими и эмоциональными свойствами.

Функционирование государственного устройства в предлагаемой интерпретации во времени обусловлено правовой природой структурных составных частей государства и определяется правовыми актами. В частности, срок полномочий Президента Российской Федерации, как главы государства, закреплён в Основном Законе государства — Конституции; временные пределы действия органов государства устанавливаются в органических законах; а правовое состояние физического лица в российском гражданстве бессрочно, оно может быть прекращено только на основании юридически оформленного желания самого гражданина.

Особенно рельефно и зримо объективированы в реальной действительности пространственные формы государственного устройства, на основе которых образуются и действуют органы государственной власти. В качестве таковых используются политико-территориальные и административно-территориальные единицы с различными названиями. В России это республики, края, области, города и т. д. Издавна и до настоящего времени этот признак привлекает особенно пристальное внимание исследователей государственного устройства [6].

Концепция изложенного выше понимания государственного устройства как системного взаимодействия основных форм отношений гражданства, то есть через конституционно-правовой статус человека как гражданина позволяет по новому определить и форму государственного устройства России. Формами государственного устройства при таком подходе являются организационно-правовые структуры, через которые публично-властные территориальные коллективы граждан осуществляют государственную власть. Конкретными организационно-правовыми формами функционирования Российского государства являются те субъекты политической системы, которые предусмотрены Конституцией Российской Федерации. Это:

Во-первых, Российская Федерация — суверенное союзное государство, обладающее полной международной правосубъектностью;

Во-вторых, 22 унитарных государства: республики в составе РФ;

В-третьих, 58 унитарных территориально-государственных образований: края, области, города федерального значения;

В-четвёртых, 5 унитарных национально-государственных образований: одна автономная область и четыре автономных округа;

В-пятых, 23.616 муниципальных образований [7], которые осуществляют государственную власть в пределах государственно-властных полномочий переданных им субъектами РФ в соответствии с частью 2 статьи 132 Конституции РФ. При этом муниципальные образования в системе государственного устройства России представляют собой самостоятельные политические системы (в данном случае в той части, в которой они осуществляют государственно-властные функции) и не являются административными единицами ни центрального (федеративного), ни регионального (субъекта федерации) правительства.

Из вышесказанного видно, что внутренняя сторона формы государственного устройства России в целом не однородна и не одинарна, а представляет собой оптимальную композицию разнопорядковых политических субстанций осуществляющих функции государственной власти. С одной стороны, это отношения федеративного устройства, включающие в себя отношения федеративного центра с субъектами РФ и отношения субъектов федерации между собой; их основное содержание предопределяется Конституцией РФ (ст.ст. 5, 66, 67, 73, 77 и др.) и текущим законодательством принятым в развитие конституционных норм. С другой стороны, это отношения унитарного государственного устройства, составляющие содержание государственной организации входящих в состав Российской Федерации унитарных государств, унитарных государственных образований и муниципальных образований в части осуществляемых последними государственных полномочий; конституционная основа этих отношений — статья 73 Конституции РФ и принятое на её основе федеральное и региональное законодательство.

Широко дифференцированный характер внутренней стороны формы государственного устройства ни в коем случае не умаляет важность и самостоятельность внешней стороны формы государственного устройства России, которую составляют общественные отношения возникающие между российским государством в целом с зарубежными государствами. В этой системе взаимодействия с иностранными государствами, то есть в международно-правовых связях, Россия выступает как политически монолитное образование («политический монолит» или «суперунитария»), представляющее собой единое целостное государство, обладающее суверенной государственной властью, и как полноправный субъект международного права, который самостоятельно (без согласования с какими-либо другими участниками политического процесса) осуществляет свою исключительную компетенцию на основании статьи 71 Конституции РФ. Из сказанного вытекает, что российское государство в сфере внешнеполитических отношений взаимодействует с другими суверенными государствами через специальные и самодостаточные, присущие внешней стороне государственного устройства, формы, которые с известной долей условности можно обозначить терминами «политический монолит» или «суперунитария».

Внутренняя и внешняя стороны формы государственного устройства России гармонично дополняют и уравновешивают друг друга, образуя комбинированную композицию структуры Российского государства, которая представляет собой дифференцированную систему взаимодействия всех организационно-правовых состояний процесса осуществления в стране государственной власти.

Все субъекты, составляющие систему российской государственности, являются самостоятельными политическими единицами (публично-властными территориальными коллективами) осуществляющими государственную власть; они самостоятельно создаются населением соответствующих территорий и самостоятельно реализуют свою компетенцию.

Анализ исторически сложившегося состава субъектов российской государственности убеждает в том, что, во-первых, государственное устройство России не ограничивается только Российской Федерацией как отдельно взятым политически единым суверенным государством — полноправным субъектом международных отношений, но и включает в себя целую подсистему унитарных государств и государственных образований, а также унитарных государственно-общественных муниципальных образований; во-вторых, понятия «Российское государство» и «Российская Федерация» соотносятся как целое и его часть, первое включает в себя как федеративные, так и унитарные формы государственно-правовой жизни, а второе состоит только из совокупности союзных (федеративных) связей и отношений; в-третьих, государственное устройство России имеет сложноорганизованную иерархическую структуру и многовидовой состав.

Предлагаемый вариант понимания сущности, содержания и структуры государственного устройства представляется наиболее предпочтительным, так как в основание гипотезы положено представление о том, что высшей универсальной ценностью социума является человек, что закреплено в статье 2 действующей Конституции России, а человек в своих устойчивых правовых отношениях с государством в целом, как общеизвестно, выступает как гражданин. Следовательно, во всех тех случаях, когда речь идёт о структурировании отношений, составляющих сущность и формы существования государства, и об устроении государства, разумно и рационально в качестве критерия для определения государственного устройства использовать основной и главный признак исследуемого явления, то есть в данном случае — это «отношения гражданства» и «гражданин».

Анализируемая концепция позволяет через человеческий фактор, заложенный в институте гражданства, конкретизировать понимание государственного устройства и вместо нередко обобщённых и абстрактных понятий определить содержание данного конституционно-правового института в опоре на наполненные интеллектуальными, чувственными и эмоциональными элементами представления, которые не являются отвлечёнными для обычного гражданина. Это в свою очередь формирует у граждан ощущение сопричастности к государственной власти и к механизму организации и функционирования государства. В итоге такое представление о государственном устройстве укрепляет и стабилизирует всю политическую систему общества в целом.

Понимание государственного устройства, как логически и иерархически выстроенной системной совокупности определённых форм отношений гражданства: граждане, состоящие из граждан органы государства и глава государства, как гражданин в особом правовом статусе,- по-новому высвечивает политико-правовую личность самого гражданина, который при этом испытывает чувство гордости за свою страну и осознаёт личную ответственность за судьбу своего государства. Что совершенно естественно, поскольку из данной концепции однозначно вытекает вывод о том, что само государство есть не что иное как сами граждане.

В результате использования в теории и на практике предлагаемой концепции, когда государственное устройство России воспринимается как системное и структурированное единство конституционных состояний российских граждан, интересы государства и интересы граждан сливаются в неразрывное и целостное единство.

Литература:

  1. Баглай М. В. Конституционное право Российской Федерации. Учебник для вузов. 9-е издание. М.: НОРМА ИНФРА-М, 2011. С.339.
  2. Енгибарян Р. В., Тадевосян Э. В. Конституционное право. Учебник. М.: Юристъ, 2005.С.23–24
  3. Енгибарян Р. В., Тадевосян Э. В. Конституционное право. Учебник. М.: Юристъ, 2005. С.281
  4. Авакьян С. А. Конституционное право России. Т.2. М.:Юристъ,2005. С.23–24.
  5. Ильин И. А. Об органическом понимании государства и демократии / Ильин И. А. О грядущей России. С.40
  6. См.: М. В. Баглай Конституционное право Российской Федерации. Учебник для вузов. М.: НОРМА ИНФРА-М, 2011.С.339; Иванская Л. Н. Административно-территориальное деление страны и национальный вопрос: политическая психология. СПб.:Астерион,2008; Барциц И. Н. Территориальная целостность Российской Федерации: вопросы теории //Журнал российского права. 2002. № 10; Иванов В. Е. Новые подходы к теории территориального устройства и федеративная система России //Правоведение. 2002. № 3;Бабурин С. Н. Территория государства. Правовые и геополитические проблемы. М.: Издательство Московского университета,1997.
  7. Численность муниципальных образований в РФ указана по состоянию на 6 февраля 2015 года.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle