Библиографическое описание:

Рощупкин В. Г. Особенности российской модели совета директоров акционерного общества [Текст] // Право: история, теория, практика: материалы III междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, июль 2015 г.). — СПб.: Свое издательство, 2015. — С. 66-69.

При создании акционерного общества важнейшим вопросом является выбор структуры управления. В зависимости от корпоративного законодательства страны, размера компании, ее целей может выбираться комбинация различных органов управления и формироваться определенная структура его управления. Структура управления и компетенции органов, входящих в нее, подробно регулируются законодательством каждой страны [6, с. 107]. Правильный выбор структуры управления позволяет повысить эффективность деятельности общества, а также минимизировать возможность конфликтных ситуаций внутри корпорации. При этом структура управления, как правило, не является постоянной и может меняться в зависимости от условий внешней и внутренней среды компании.

В мировой практике используются две основные модели корпоративного управления акционерными обществами, которые выделяются в зависимости от отношений собственности, форм и методов их регулирования: 1) монистическая — основана на принципе единого управления — двухзвенная структура управления: общее собрание и правление (совет директоров); характерна для англо-американской правовой системы; 2) дуалистическая — трёхзвенная структура органов управления общества характерна для стран романо-германского права. Система органов германского акционерного общества включает: общее собрание акционеров, наблюдательный совет, представляющий интересы акционеров в период между собраниями, и правление, являющееся исполнительным органом [11].

В американской модели ключевой орган управления представляет собой единый совет директоров, в руках которого сосредоточены функции надзора и управления. Для исполнения обеих функций совет директоров формируется из исполнительных директоров, исполняющих роль управленцев, и независимых директоров, которые исполняют роли контролёров и стратегов. Решение о распределении функции членов совета директоров принимается акционерами компании или советом директоров непосредственно и закрепляется во внутрикорпоративных документах [7, с. 52].

Для континентальной модели характерен двухзвенный совет директоров, который состоит из наблюдательного совета, куда входят независимые директора, и правления (управленческого совета), состоящего из менеджеров. Особенностью данной модели является чёткое разделение функций надзора и управления в компании. Наблюдательный совет осуществляет функции надзора над исполнительным органом, который непосредственно управляет текущей деятельностью компании. Контроль включает в себя проверку правомерности того ли иного действия со стороны правления, а также с точки зрения целесообразности и коммерческой необходимости [5, с. 159].

Таким образом, в странах англо-американского права совет директоров (правление) получает полное управление делами компании. Контроль осуществляется в основном за счёт законодательства о рынке ценных бумаг. Континентальная же система обладает промежуточным звеном — наблюдательным советом, задача которого состоит в контроле исполнительного органа. Можно согласиться с В. В. Прохоренко, что деление совета директоров на модели основано на различиях в распределении контрольных и управленческих функций между органами, а также в типовых конструкциях полномочий и процедур в построении органов корпорации. Приведенные различия вызваны, прежде всего, характером историко-политической и экономической эволюции определённой страны [8, с. 43].

Вместе с тем, рассмотренная классификация представляется условной, сегодня наметилась тенденция взаимопроникновения элементов моделей корпоративного управления, поскольку ни одна из моделей не может являться универсальной для национальных экономик и, кроме того, каждая обладает своими преимуществами и недостатками. Так, законодательство стран Европейского союза (далее — ЕС) допускает использование обеих моделей. В 2001 г. Совет ЕС утвердил регламент об Уставе Европейской компании и Директиву, дополняющую Устав Европейской компании по вопросам участия наемных работников в управлении компанией. Эти документы положили начало формированию новой наднациональной организационно-правовой формы юридического лица, которая является общеевропейским аналогом национальных акционерных обществ стран — членов ЕС. Регламент устанавливает возможность использования двух вариантов структуры системы управления— двух- и трехзвенную структуру. В нем содержатся нормы, которые должны соблюдаться компаниями после выбора одного из двух вариантов [6, с. 108–109].

Российское законодательство регламентирует трехуровневую структуру корпоративного управления: общее собрание акционеров (как высший орган управления обществом), совет директоров или наблюдательный совет, осуществляющий общее руководство деятельностью компании, и исполнительный орган, занимающийся текущей деятельностью общества. При этом предусматриваются различные варианты управления акционерным обществом.

По мнению И. С. Шиткиной, реальная роль совета директоров российской корпорации (в состав которого, как правило, входят руководители и подчиненные им работники общества или аффилированные с ними лица) как представителя акционеров, выполняющего в период между собраниями надзорные функции за деятельностью исполнительных органов, в значительной степени нивелируется [11]. Это обстоятельство позволяет некоторым исследователям заключить, что российская модель корпоративного управления, являясь в соответствии с законом дуалистической, фактически включает обе модели управления и находится в стадии становления [9, с. 105]. По мнению же Г. В. Цепова в России сложилась германская схема управления, главенствующее место в которой отводится крупным акционерам, осуществляющим контроль над деятельностью компаний как непосредственно (акционер — менеджер), так и через зависимых лиц. Кроме того, наблюдается тенденция по усилению роли государства в управлении крупными компаниями. Однако, в отличие от классической германской модели, в силу слабости банковской системы долгосрочное финансирование с использованием банковских кредитов практически не осуществляется [10, с. 41–42].

Здесь можно согласиться с В. В. Прохоренко, считающим, что российская система органов управления акционерного общества до принятия последних поправок в Гражданский кодекс (далее — ГК РФ) в сентябре 2014 г. по форме больше походила на германскую модель двухуровневого совета, где в совет директоров включены два органа: управленческий (правление) и контрольный (наблюдательный совет), однако структуру двухуровневого совета в чистом виде нельзя было соотнести с российской моделью, так как совет директоров обладал скорее управленческими функциями, чем контрольными, а также, потому что, если рассматривать российскую модель в качестве двухуровневой, то вставал вопрос разграничения компетенций между советом директоров (наблюдательным советом) и коллегиальным исполнительным органом (правлением) [8, с. 65].

При наличии совета директоров правление обладало ограниченным перечнем полномочий и, находясь в статусе исполнительного органа, тем не менее, лишено было каких-либо существенных приёмов управления акционерным обществом. Автономность и независимость правления также подвергались сомнению в связи со сложностью разграничения компетенций с советом директоров и генеральным директором.

Кодекс корпоративного поведения рекомендовал акционерным обществам создавать коллегиальный исполнительный орган, к компетенции которого следует отнести решение наиболее сложных вопросов руководства текущей деятельностью общества. К их числу относятся вопросы, выходящие за рамки обычной хозяйственной деятельности общества, и вопросы, которые хоть и находятся в рамках обычной хозяйственной деятельности, но оказывают значительное влияние на общество либо требуют коллегиального одобрения. С точки зрения основных моделей совета директоров данные функции должен осуществлять коллегиальный орган, который состоит из лиц, вовлеченных в непосредственное управление предприятием (директоров, членов правления и т. п.), а следовательно, этот орган является либо советом директоров в двухзвенной системе управления, либо правлением в трехзвенной системе [8, с. 67]. На практике правление в структуре органов акционерных обществ встречается редко, в основном в учредительных документах крупных компаний, имеющих государственное присутствие в уставном капитале (например, ОАО «РусГидро», ОАО «Газпром», ОАО «Татнефть»).

Анализ отечественного законодательства показал, что российское акционерное законодательство в части регулирования деятельности органов управления, представляет собой смесь американской и германской систем. Относительно совета директоров можно согласиться с К. М. Алиевой, что отечественный законодатель, позаимствовав опыт романо-германской и англо-американской правовых семей, не определил четко статус совета директоров акционерного общества: орган непосредственного управления или контроля [4, с. 46]. Совет директоров, с одной стороны, представляет интересы акционеров и защищает их перед исполнительным руководством, а с другой — выступает как представитель менеджеров перед лицом акционеров. В идеале основное предназначение совета директоров заключается в балансировании интересов обеих сторон, в процессе которого он выступает в роли арбитра и коммуникатора. Исходя из действующего отечественного законодательства, прежде всего Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», создать конструкцию чистого совета директоров или наблюдательного совета в классическом понимании не получится. К контрольным полномочиям членов совета директоров можно отнести принятие решения об одобрении крупных сделок, а также сделок, в совершении которых имеется заинтересованность. В полномочия совета директоров можно также включить возможность принятия решения о досрочном прекращении полномочий исполнительного органа. Если же к компетенции совета директоров отнести утверждение сделок свыше определённой суммы, утверждение сделок с недвижимым имуществом, принадлежащим обществу, принятие решения об участии и о прекращении участия общества в других организациях, то речь будет идти, прежде всего, об органе управления акционерным обществом.

Таким образом, различные варианты объёма компетенции совета директоров, предусмотренные законодательством, дают возможность строить различные модели совета директоров как органа управления обществом. Используя рычаги законодательства, которые позволяют весьма широко варьировать компетенцию совета директоров (в частности, используя свободу «уставотворчества»), можно усилить позиции данного органа управления и практически свести на нет деятельность правления и генерального директора (компетенция последнего формируется по принципу «остаточной компетенции»). При подобной ситуации совет директоров будет фактически реализовывать полномочия исполнительных структур, а не контролировать процесс исполнения решений [7, с. 67]. В случае, если компетенция совета директоров будет определена по минимуму, судьба общества полностью окажется в руках исполнительных органов.

Проведенный анализ отечественного законодательства и юридической литературы показал, что российская модель совета директоров не относится ни к германской, ни к англо-американской моделям в их чистом виде. Учитывая возможность создания нескольких моделей управления акционерного общества, российскую систему органов нельзя отнести и к смешанной системе. Наиболее близка она к европейской модели, если считать таковой указанное выше законодательство стран ЕС, допускающее использование как германской, так и англо-американской моделей. Отечественные учредители корпораций, как и в ЕС, могут выбрать любую из предусмотренных законодательством моделей. Главный же недостаток российской системы был в сосредоточении у одного органа (совета директоров или наблюдательного совета) функций управления и контроля, что является препятствием эффективному управлению компанией, основанному на балансе интересов и разделении компетенций.

Исправить данный недостаток должны помочь изменения, вносимые в последнее время в отечественное законодательство. Так, 1 сентября 2014 г. вступили в силу изменения в главу четвертую части первой ГК РФ, которые посвящены, в том числе, корпоративному управлению [3]. Так, вводится статья 65.3 «Управление в корпорации», в соответствии с которой система корпоративного управления стала выглядеть следующим образом. Высшим органом управления корпорации является общее собрание её участников (членов), при этом предусматривается исключительная компетенция высшего органа корпорации. Кроме того, в корпорации образуется единоличный исполнительный орган (директор, генеральный директор, председатель и т. п.), уставом корпорации может быть предусмотрено предоставление полномочий единоличного исполнительного органа нескольким лицам, действующим совместно, или образование нескольких единоличных исполнительных органов, действующих независимо друг от друга. В качестве единоличного исполнительного органа корпорации может выступать как физическое лицо, так и юридическое лицо. В случаях, предусмотренных ГК РФ, другим законом или уставом корпорации, в корпорации образуется коллегиальный исполнительный орган (правление, дирекция и т. п.). К полномочиям исполнительных органов относится решение вопросов, не входящих в компетенцию ее высшего органа и коллегиального органа управления.

Последний может быть образован в случаях, предусмотренных ГК РФ, другим законом или уставом корпорации. Коллегиальный орган управления (наблюдательный или иной совет), контролирует деятельность исполнительных органов корпорации и выполняет иные функции, возложенные на него законом или уставом корпорации. Лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов корпораций, и члены их коллегиальных исполнительных органов не могут составлять более одной четверти состава коллегиальных органов управления корпораций и не могут являться их председателями.

Еще одним новшеством стало введение понятия «публичное акционерное общество», под которым понимается акционерное общество, акции которого и ценные бумаги, конвертируемые в его акции, публично размещаются (путём открытой подписки) и публично обращаются на условиях, установленных законами о ценных бумагах. В соответствии с п. 3 ст. 97 ГК РФ в публичном акционерном обществе образуется коллегиальный орган управления общества, число членов которого не может быть менее пяти; порядок образования и компетенция указанного коллегиального органа управления определяются законом об акционерных обществах и уставом публичного акционерного общества. В продолжение данных изменений в ближайшее время логично ожидать отменены ФЗ об АО и введения единого для акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью закона «О хозяйственных обществах».

Анализ новой редакции ГК РФ показывает, что она направлена, прежде всего, на исключение дублирования полномочий органов юридического лица, при этом за коллегиальным органом управления (используется понятие «наблюдательный или иной совет», а не «совет директоров») закрепляются, прежде всего, контролирующие, а не управляющие функции («контролирует деятельность исполнительных органов корпорации и выполняет иные функции»). Такой коллегиальный контролирующий орган, работающий на постоянной основе, в отличие от прежней модели совета директоров, ориентированной на решение вопросов управления, лишь «может быть образован в случаях, предусмотренных ГК РФ, другим законом или уставом корпорации». Хотя в п. 3 ст. 97 ГК РФ и определено, что в публичном акционерном обществе образуется коллегиальный орган управления общества, но порядок его образования и компетенция должны определяться новым законом об акционерных обществах и уставом публичного акционерного общества.

Таким образом, российское законодательство сохраняет за учредителем возможность выбора из нескольких моделей управления акционерного общества (европейская модель), по прежнему ориентируясь на трехуровневую структуру корпоративного управления: общее собрание акционеров (как высший орган управления обществом), наблюдательный совет, осуществляющий теперь, прежде всего, не общее руководство деятельностью компании, а функцию контроля, и исполнительный орган (органы), занимающийся текущей деятельностью общества.

 

Литература:

 

1.         Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс» [Электронный диск]. Дата обновления 06.06.2015.

2.         Федеральный закон от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах». Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс» [Электронный диск]. Дата обновления 06.06.2015.

3.         Федеральный закон от 05.05.2014 № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации». Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс» [Электронный диск]. Дата обновления 06.06.2015.

4.         Алиева K. M. Роль совета директоров акционерного общества при совершении сделок, выходящих за пределы его обычной хозяйственной деятельности: Дис. … канд. юрид. наук. М. 2005. — 267 с.

5.         Васильев Е. А. Гражданское и торговое право капиталистических государств. — М.: Международные отношения, 1993. — 560 с.

6.         Дементьева А. Г. Высший уровень управления в акционерных компаниях: отечественный и зарубежный опыт — М., Издательство «Магистр», 2009. — 318 с.

7.         Павлова К. П. Актуальные вопросы правового регулирования организации и деятельности совета директоров (наблюдательного совета) акционерного общества по российскому законодательству: Дис. … канд. юрид. наук. М. 2005. — 219 с.

8.         Прохоренко В. В. Совет директоров в системе органов акционерного общества: Дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург. 2006. — 241 с.

9.         Радыгин А. Корпоративное управление в России: ограничение и перспективы // Вопросы экономики. 2002. № 1. С. 101–120.

10.     Цепов Г. В. Акционерные общества: теория и практика. — М.: Проспект, 2010. — 200 с.

11.     Шиткина И. С. Корпоративное право. М.: Волтерс Клувер, 2007. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс» [Электронный диск]. Дата обновления 03.04.2015.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle