Библиографическое описание:

Федин И. Г. Многоаспектность категории добросовестность в российском праве [Текст] // Юридические науки: проблемы и перспективы: материалы III междунар. науч. конф. (г. Казань, май 2015 г.). — Казань: Бук, 2015. — С. 7-10.

В настоящее время в рамках правотворчества наблюдается повсеместное внедрение в национальное правовое регулирование такой неоднозначной категории, как добросовестность.

Связано это в первую очередь с необходимостью, с точки зрения законодателя, в укреплении нравственных начал правового регулирования.

На это непосредственно указывает один из самых обсуждаемых, действующих в стране программных актов — Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации, провозглашая, что развитие экономики и становление гражданского общества требуют использовать все возможные меры и средства гражданского законодательства, чтобы обеспечить добросовестное и надлежащее осуществление гражданских прав и исполнение гражданских обязанностей. С этой целью в Концепции предлагается широкий спектр мер, направленных на укрепление нравственных начал гражданско-правового регулирования, — введение в гражданское законодательство принципа добросовестности в качестве одного из наиболее общих и важных принципов гражданского права.

Одно из первых введений в ст. 1 ГК РФ положения об обязании участников гражданских правоотношений действовать добросовестно, указало на необходимость нововведений провозглашенных в Концепции.

Наиболее частое употребление категории добросовестность при нормативном конструировании наблюдается непосредственно в отраслях частного права.

Так, категория добросовестность встречается в Гражданском кодексе РФ более тридцати раз при регулировании корпоративных, договорных, вещных отношений, правоотношений вытекающих из интеллектуальных прав, а так же иных отношений.

Особенно обсуждаемым в юридической литературе на сегодняшний день является институт добросовестного приобретения, установленный ст. 302 ГК РФ и регламентирующий материальные основания вещных прав приобретателя имущества от неуправомоченного отчуждателя [6, с. 14].

Кроме этого, категория активно используется при регулировании семейных, предпринимательских, трудовых правоотношений.

Например, ст. 30 Семейного кодекса РФ вводит в правовое регулирование такое понятие как «добросовестный супруг». Трудовой кодекс РФ, ссылается на необходимость добросовестного исполнения работником трудовых обязанностей в целом ряде статей.

Не обделены внедрением рассматриваемой категории и отрасли публичного права. Использование понятия добросовестность встречается в таких отраслях публичного права, как административное право, налоговое право, процессуальное право, а так же в большинстве комплексных отраслей публичного права.

Статья 32.13 Кодекса РФ об административных правонарушениях, например, устанавливает, что лица, которым назначено административное наказание в виде обязательных работ, обязаны, в том числе добросовестно работать на определяемых для них объектах. В силу ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Категория «добросовестность», таким образом, используется в частных и публичных отраслях права в материальных и процессуальных нормах, как императивного, так и диспозитивного характера.

Необходимо сказать, что широкое распространение этого понятия связано также с желанием законодателя заполнить тот правовой вакуум, который неизбежно возникает при реализации адресатом нормативных положений прав и исполнении обязанностей, и подтолкнуть тем самым правораспорядителей к обязательной оценке каждой урегулированной правом ситуации, на предмет утверждённых в обществе мнений о добре и зле, хорошем и плохом.

Именно добросовестность, вытекающая из такого качества правового регулировании, как равновесность [5, с. 4], способна справится с такой задачей.

При этом в юридической литературе нет единого мнения о том, что следует понимать под термином добросовестность [1, с. 9].

В общепринятом смысле «добросовестный» означает «честно выполняющий свои обязательства, обязанности» [10, с. 169].

Нужно отметить, что вопросу о лексическом смысле добросовестности посвящено достаточно много правовых исследований, которые, однако, не разрешают проблемы связанные с абстрактностью данной синтагмы.

Между тем, при громадном количестве публикаций на темы связанные с добросовестностью, в юридической литературе не ставится вопрос, чем является данная категория в общеправовом смысле.

В данной литературе встречаются лишь фрагментарные исследования посвященные рассмотрению отдельных аспектов добросовестности.

Чаще всего добросовестность рассматривается как оценочное понятие [7].

Диссертационное исследование А. В. Поповой посвящено рассмотрению добросовестности исключительно как принципа [12].

В. А. Микрюков, рассматривает добросовестность не только как принцип, но и как предел осуществления гражданских прав [8].

В свою очередь А. А. Батяев считает добросовестность презумпцией [2].

Имеется также большое количество работ, посвященных исследованию добросовестности в рамках отдельных институтов (договорного [3] или вещного права [4]).

В рамках одного из таких исследований Т. П. Подшиваловым, добросовестность рассматривается, как институт конвалидации сделки [11].

Пожалуй, наиболее общую оценку понятию добросовестности постаралась дать в своем диссертационном исследовании Т. В. Новикова, которая, рассмотрев категорию в рамках гражданского права, установила, что добросовестность одновременно является: началом, принципом, презумпцией, источником последней очереди и даже зонтичной конструкцией [9].

Как следует из вышеизложенного, категория добросовестность носит многоаспектный характер. И хотя попытки комплексного исследования понятия предпринимались, тем не менее, они ограничивались либо рамками одной отрасли, либо частичным освещением, а поэтому носили фрагментарный характер. Об исследованиях, посвященных данной категории в рамках публичных отраслей права, не приходится говорить вовсе, так как они носят единичный характер. В качестве примера можно привести статью А. Ю. Чупрова «Презумпция добросовестности субъектов экономических и служебных преступлений в российском и зарубежном праве» [13]. Кроме того, до сегодняшнего дня не рассмотрены множество аспектов категории, например, воспитательный потенциал данного понятия и его влияние на правосознание.

Многоаспектность категории добросовестность проявляется в том, что она, как инструмент юридической техники, необходима для применения во всех отраслях российского права. При этом понятие используется в разном качестве, а именно как оценочное понятие, презумпция, идея, начало. Рассматривается как предел, мера и т. д. Недаром, по мнению М. Ф. Лукьяненко, категория добросовестность является универсальной [7, с. 230].

Отсутствие при этом унифицированного понимания данного явления позволяет в рамках правоприменения придавать категории весьма различную трактовку, что открывает возможности для злоупотребления правом или допущения судебных ошибок и предопределяет необходимость комплексного исследования понятия добросовестности, в рамках научных работ более высокого порядка.

 

Литература:

 

1.      Антипова Е. Абстрактная добросовестность // ЭЖ-Юрист. 2013. N 41. — С. 9.

2.      Батяев А. А. Презумпция добросовестности родителей при распоряжении ими имуществом несовершеннолетних // СПС КонсультантПлюс. 2014.

3.      Богданова Е. Е. Критерии добросовестного поведения в договорных отношениях // Цивилист. 2013. N 4. С. 16–22.

4.      Ведерников, М. А. Правовой статус добросовестного приобретателя: Теоретический и практический аспект: автореф. дис.... канд. юрид. наук: 12.00.03 / М. А. Ведерников. — М., 2009. — 22 с.

5.      Волков А. В. Соотношение принципа добросовестности и принципа недопустимости злоупотребления правом // Юрист. 2013. N 8. С. 3–7.

6.      Колесникова М. М. Конституционная защита прав добросовестного приобретателя // Государственная власть и местное самоуправление. 2010. N 6. С. 9–14.

7.      Лукьяненко М. Ф. Оценочные понятия гражданского права: разумность, добросовестность, существенность. М.: Статут, 2010. 423 с.

8.      Микрюков В. А. Принцип добросовестности — новый нравственный ограничитель гражданских прав // Журнал российского права. 2013. N 6. С. 17–24.

9.      Новикова Т. В. Понятие добросовестности в российском гражданском праве: Дисс.... к. ю. н. — М., 2008. — 192 с.

10.  Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка. М., 1997. — 423 с.

11.  Подшивалов Т. П. Конвалидация сделки, совершенной добросовестным приобретателем // Современное право. 2013. N 2. С. 58–61.

12.   Попова А. В. Принцип добросовестности в международном коммерческом обороте: законодательство и судебная практика Российской Федерации и стран-членов Европейского Союза: Дисс.... к. ю. н. — М., 2005. — 195 с.

13.  Чупрова А. Ю. Презумпция добросовестности субъектов экономических и служебных преступлений в российском и зарубежном праве // Юридическая техника. 2010. № 4. С 584–587.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle