Библиографическое описание:

Нургалеев М. С. Понятие параллельного импорта и его актуальность в РФ [Текст] // Актуальные вопросы юридических наук: материалы II междунар. науч. конф. (г. Челябинск, февраль 2015 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2015. — С. 89-93.

Из всех проблем, связанных с товарными знаками, проблема параллельного импорта, пожалуй, самая молодая. Десять лет назад этот термин вообще не был известен многим специалистам в области промышленной собственности. Достаточно вспомнить начальный этап рыночной экономики в России. В 90-е гг., особенно в начале, в России не было не только параллельного импорта, но и импорта вообще. Сейчас уже мало кто помнит пустые прилавки магазинов и очереди за самыми необходимыми товарами. Большую помощь в наполнении (не будем говорить о насыщении) рынка товарами в то время оказали так называемые «челноки», которые на своих плечах перетаскивали громадные партии товаров. Понятно, что в таких условиях говорить о проблемах интеллектуальной собственности было неуместно. Но время шло, экономическая ситуация в России постепенно выправлялась. Бурно развивалось законодательство новой России. Наша страна вела переговоры о вступлении в ВТО, и в этой связи было необходимо, чтобы российское законодательство соответствовало требованиям ВТО. В 90-е гг. были приняты все основные российские законы в области интеллектуальной собственности. Примечательно, что Закон о товарных знаках был принят в России в 1992 г., а Гражданский кодекс Российской Федерации — в 1994 г., что само по себе свидетельствует о значении, которое правительство придавало интеллектуальной собственности с самого начала существования независимой России.

Суды в те годы уже начинали рассматривать дела о нарушении прав на интеллектуальную собственность, но возбужденных дел было немного, профессиональная компетенция судов в делах по интеллектуальной собственности невысокой. В подтверждение этого можно привести такие цифры: с 1994 по 2001 г. импорт в Россию колебался в среднем вокруг 35 млрд. долл. США. Затем он неуклонно рос, достигнув в 2008 г. примерно 267 млрд. долл. Административных дел по интеллектуальной собственности в 2004 г. было всего 154. Затем их число выросло до 1500.

От потока контрафактной продукции не отставал и поток продукции оригинальной, которую в страну начали ввозить не сами правообладатели или их представители, а мелкие предприниматели, закупавшие товар небольшими партиями за границей и привозящие его на продажу в РФ. По сути своей, это были те же «челноки» 90-х годов, но уже с товаром совсем другого качества, который в связи с нарастающим спросом мог составить серьезную конкуренцию самим правообладателям и их представителям. Так в РФ появилось экономико-правовое явление — параллельный импорт, под которым понимается импорт товаров за рамками каналов распределения, о которых имеется договоренность с изготовителем. Поскольку изготовитель/владелец интеллектуальной собственности не имеет договорной связи с параллельным импортером, импортируемые товары иногда называются «товары серого рынка», что на деле не совсем точно, поскольку как таковые товары являются оригинальными и лишь каналы распределения не контролируются изготовителем/владельцем интеллектуальной собственности [2].

Чаще всего, параллельный импорт осуществляется из страны с низкой ценой на товар в страну с высокой ценой [4].

Представители крупных компаний-правообладателей товарных знаков выступают, конечно же, за ограничение параллельного импорта, а противоположной точки зрения придерживаются специалисты, либо связанные с параллельными импортерами, либо логично и непредвзято оценивающие состояние рынка товаров при наличие в нем параллельных импортеров. Необходимо рассмотреть обе позиции.

Итак, что же говорят сами правообладатели и их представители. М. В. Лабзин директор юридической фирмы «Лабзин и партнеры» в своей статье «Параллельный импорт. Право против эмоций» выступает резко против параллельного импорта и в поддержку правообладателей приводит следующие доводы [3]:

1)                                         Затраты на производство товара, включая стоимость материальных и трудовых ресурсов.

2)                                         Затраты на маркетинг и рекламу.

3)                                         Нормативно установленные требования и условия производства и выпуска товаров, например получение лицензии на деятельность и т. д.

4)                                         Потребительский спрос.

5)                                         Таможенные пошлины.

Далее представляется необходимым привести позицию известного бизнесмена Давида Якобашвили, представленную им на совещании в Доме Правительства на тему «О принципах исчерпания исключительного права на товарный знак» посвященного в частности параллельному импорту. В своей статье Давид Якобашвили приводит следующие последствия отказа от национального принципа исчерпания исключительного права на товарный знак [6]:

1)                 Значительный рост числа контрафактной продукции.

2)                 Снижение инвестиционной привлекательности российской экономики.

3)                 Снижение степени защищенности отечественных потребителей.

Рассмотрим последствия более подробно. Единственной проблемой, которую высказывают специалисты, независимо от их позиции по параллельному импорту, является проблема контрафактной продукции. Конечно же, к сожалению, проблему контрафакта решить сложно, если не сказать практически невозможно. При легализации параллельного импорта упрощается и попадание на рынок контрафактной продукции, что в свою очередь отражается и на отношении к добросовестным параллельным импортерам. Но в то же время ошибочным является ограничение параллельного импорта на основании увеличения потока контрафакта на рынок. Проблема контрафакта, таким образом, должна решаться на моменте его появления, а не на моменте его попадания на рынок. На 2012 год доля рынка контрафактной продукции, при ограниченном параллельном импорте составляет в разных отраслях от 50 до 73 % [5], что, скорее всего, вряд ли можно еще больше увеличить, легализовав параллельный импорт. Разрешение параллельного импорта не влечет за собой автоматическую отмену действий таможенных органов про проверки товаров, попадающих на территорию РФ на наличие признаков контрафактности. Несомненно, потребуется более тщательный контроль за товарами, а соответственно большие усилия при выполнении таможенными органами своих функций. Данный довод не должен ставиться как основной в поддержку ограничения параллельного импорта, потому что если таможенные органы не справляются с потоком контрафактной продукции, быть может, проблема в них, а не в параллельных импортерах, которые ввозят на территорию РФ оригинальный товар. Только меры всестороннего контроля помогут сделать параллельный импорт очищенным от контрафактной продукции и воплотить в нем идею развития конкуренции и малого бизнеса.

Что касается довода, приведенного в отношении защищенности потребителя, то, конечно же, параллельный импорт требует особого внимания в плане качества продукции и исполнения импортерами норм Гражданского Кодекса, Налогового Кодекса, ФЗ «О защите прав потребителей» и др., но это тоже нельзя признать аргументом в пользу правообладателей. На территории РФ действует ряд законов, позволяющих потребителям в полной мере защитить свои права при их нарушении. Параллельные импортеры и правообладатели в этом смысле как субъекты предпринимательской деятельности обязаны в одинаковом объеме предоставлять покупателю товар в надлежащем качестве, гарантийное и сервисное обслуживание, при этом права покупателей не должны зависеть от приобретения товара у официального дистрибьютора или параллельного импортера. В противном же случае и правообладатель, и параллельный импортер несут ответственность за ненадлежащее исполнение своих обязанностей по договору.

Соответственно, исходя из вышесказанного, можно сделать вывод, что на защищенности покупателя никак не отражается тот факт, что товар был куплен у параллельного импортера, а не у официального дистрибьютора.

Что касается снижения инвестиционной привлекательности РФ, то данный довод в поддержку ограничения параллельного импорта так же можно считать спорным. В поддержку своей позиции Давид Якобашвили приводит доводы о том, что параллельные импортеры паразитируют на заслугах правообладателей, которые разрекламировали свой товар, потратили средства на создания рабочих мест, наладили производство. Ситуация, как показывает практика, обстоит несколько иначе. За всеми «благими» намерениями, к сожалению, скрывается явный интерес к получению ничем не оправданной сверхприбыли. Сходные доводы ранее были представлены М. В. Лабзиным и уже были признаны несостоятельными, но опять же, стоит еще раз сказать, что все издержки, которые правообладатель понес в связи с производством и выпуском в гражданский оборот своего товара, параллельным импортером были возмещены при его покупке за рубежом непосредственно у правообладателя или у его официального представителя. Все последующие издержки несутся как правообладателем, так и параллельным импортером, в той степени, в которой каждый из них может себе это позволить. Если правообладатель или его представитель желает тратить свои средства, создавая рабочие места, рекламные площадки и т. д., то это его законное право. Параллельный импортер же решая сэкономить на данных необязательных издержках готов предоставить потребителю оригинальный качественный товар за меньшие деньги, что тоже можно понимать как один из способов ведения бизнеса.

При этом «снижение инвестиционной привлекательности» не должно ставиться в разрез с правами и законными интересами собственных граждан. Никакие «благие» намерения правообладателей не должны позволять им выставлять непомерно высокие цены, в несколько раз отличающиеся от цен на их продукцию в странах ее происхождения, а так же злоупотреблять своим исключительным правом, не допуская на рынок параллельных импортеров, готовых продавать качественный, оригинальный товар за приемлемую цену.

Стоит также обратить внимание на, предложения С. Ю. Барсуковой по сдерживанию параллельных импортеров.

Так в своей научной работе С. Ю. Барсукова предлагает принять следующие меры [6]:

1)                 Следует по ряду товаров устанавливать относительно низкие цены, доступные только для «официальных дилеров», что устранит возможность получения прибыли «серым параллельным импортерам»;

2)                 Следует синхронизировать и гармонизировать цены на товары во всех странах рынка сбыта, наладить строгий учет продажна внутреннем рынке в целях создания единого пространства цен;

3)                 Необходимо использовать технические средства борьбы с «серым импортом» (например, разработка, использование разных упаковок одного и того же товара для разных стран рынка сбыта);

4)                 Нужна самостоятельная деятельность по выявлению «серых параллельных импортеров», не исключающая возможности проведения переговоров и налаживания взаимовыгодного сотрудничества на легальной основе.

Разберем подробнее предложения С. Ю. Барсуковой. К сожалению, данные предложения сложно назвать действенными. Что касается первых двух предложений, то основная их цель, по сути, убедить правообладателя отказаться от предоставляемой ему монопольной возможности завышения цен на продукцию в отсутствии серьезной конкуренции, а также сделать практически одинаковую ценовую политику на всех рынках сбыта, что, по крайней мере, абсурдно, ведь именно из-за нежелания правообладателя соблюсти эти предложения, и появился параллельный импорт. Цель правообладателя — максимальное извлечение прибыли, а по возможности и сверхприбыли. Если есть возможность продавать товар в стране сбыта монопольно и по максимально высокой цене, правообладатель наверняка этим воспользуется, ведь в этом смысл бизнеса. Идея о том, чтобы от этого отказаться является, скорее всего, утопичной.

Что касается использования различных упаковок для товара в разных странах сбыта, можно сказать следующие. Параллельный импортер действует на основе спроса на рынке продукции. Категория лиц, покупающих товары у параллельного импортера, больше заинтересована в том, чтобы получить товар надлежащего качества за адекватные деньги и скорее всего цвет упаковки товара, наличие добровольной сертификации и подобные усовершенствования вряд ли повлияют на выбор данной категории лиц. В соответствии с этим, данное предложение, скорее всего, не будет эффективным, так как сделает производимый товар дороже за счет дополнительных издержек, что вряд ли получит одобрение у покупателя.

Деятельность по выведению параллельных импортеров из тени и заключение с ними лицензионных соглашений с целью официального представительства правообладателя в стране сбыта могла бы дать свои результаты. Но, к сожалению, лицензионное соглашение обычно, во-первых, носит возмездный характер, а во-вторых, ставит импортера в определенные рамки в отношении территории, ассортимента и количества продукции. При заключении лицензионного соглашения параллельный импортер, по сути, теряет все те возможности по насыщению рынка товарами хорошего качества, различного ассортимента и по адекватной цене, которыми он обладал до его заключения.

Исходя из вышесказанного, можно сделать вывод, что данные предложения далеки от решения проблемы параллельного импорта.

Наибольшую пользу от параллельного импорта, естественно, получает сам покупатель, ведь он получает возможность приобретать необходимый ему товар хорошего качества по приемлемой цене. Вышеизложенной позиции в настоящее время придерживается Федеральная Антимонопольная Служба, а также Министерство Промышленности и Торговли РФ, Министерство Образования и Науки.

Также стоит привести позицию Ныровой Н., которая считает, что национальный принцип исчерпания нуждается в переосмыслении по следующим причинам [4]:

1)                 Зарегистрировав товарный знак в одной стране, затем в другой стране, правообладатель как бы «стирает» границы между этими странами (рынками этих стран).

2)                 Регистрируя товарный знак, правообладатель получает право на защиту продукции, несущей этот знак, от незаконного копирования или изготовления (контрафакта). Но вовсе не на защиту своих личных прав управления потоками товаров, ограничения доступа к продажам своего товара, который был произведен вполне легально. Не получает он права и на «дискриминацию цен».

3)                 Регистрация товарного знака делается для защиты индивидуальности продукции, а не для получения разрешения на введение продукции в товарооборот на определенном рынке. В принципе, собственник (создатель, пользователь) товарного знака может и без его регистрации производить и продавать свой товар.

4)                 Искусственно придает негатив «параллельному импорту» и появление такого понятия, как «товар, поставленный с нарушением прав эксклюзивного дистрибьютора». Однако появление эксклюзивного дистрибьютора как очередного правообладателя на товарный знак, происходит на основании договора с основным правообладателем. Этот договор как бы пытается убедить общество, что именно дистрибьютор «вводит товар в хозяйственный оборот». Не происходит ли здесь нарушения «правила первой продажи»? Отношения между собственником ТЗ и его дистрибьюторами также представляют собой отношения купли-продажи товара. Просто эти отношения носят специфический финансовый характер: предполагают особые условия по ценам (скидки), расчетам (отсрочка платежа) и т. д. Но дистрибьютор не получает товар безвозмездно. Поэтому продажа товара региональному дистрибьютору и есть факт первой продажи, означающей исчерпание прав.

5)                 «Ценовая дискриминация» незаметно приводит к «дискриминации в области качества». Такие указания как «Предназначено для использования в России», «Разработано и произведено только для использования в Китае» не свидетельствуют об улучшении качества продукции. Скорее наоборот — вызывает сомнение, что в таких случаях качество соответствует лучшим мировым стандартам. Таким образом, возник новый «критерий» качества — «в зависимости от страны предназначения продукции». Хотя во всем мире при разработке стандартов сохраняется стремление к их унификации.

Таким образом, в настоящее время национальный принцип исчерпания прав на Товарный знак уже не позволяет разумно сочетать интересы государства, правообладателей и потребителей. Параллельный импорт является сложным явлением, и он получил очень большое распространение, как в нашей стране, так и в мире в целом. Трудно сказать является ли данное явление положительным и отрицательным, ведь у медали всегда две стороны. Мнения ведущих экспертов в области интеллектуальной собственности поделены практически пополам.

 

Литература:

 

1.                  Барсукова С. Ю. «Три составных части контрафакта: подделка, серый импорт, имитаторы» // Экономическая социология 2008. Т.9 № 4

2.                  Всемирная организация интеллектуальной собственности «Международное исчерпание и параллельный импорт» http://www.wipo.int/sme/ru/ip_business/export/international_exhaustion.htm

3.                  Лабзин М. В. «Параллельный импорт: право против эмоций» // Патенты и Лицензии 2011 № 7 — С.2–14

4.                  Нырова Н. «Параллельный импорт — за и против» [Текст] / Н. Нырова // Интеллектуальная собственность: Промышленная собственность. — 2007. — N 7. — С. 4–18.

5.                  Фурсова И. Российская Бизнес-газета, № 875 от 4 декабря 2012 г. http://www.rg.ru/2012/12/04/kontrafakt.html

6.                  Якобашвили Д. М. «О принципах исчерпания исключительного права на товарный знак» // Совещание в Доме Правительства 09.08.2011 г.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle