Библиографическое описание:

Ачилов С. М. Нравственные проблемы производства экспертизы по уголовным делам [Текст] // Юридические науки: проблемы и перспективы: материалы II междунар. науч. конф. (г. Пермь, январь 2014 г.). — Пермь: Меркурий, 2014. — С. 87-89.

Статья посвящена значению нравственных норм при производстве экспертизы по уголовным делам. Предлагается принять Присягу судебного эксперта и разработать Правила этического поведения экспертов с целью нравственного совершенствования уголовно-процессуальной деятельности.

Ключевые слова: экспертиза, нравственность, этические требования.

Keywords: expertise, morality, ethical exaction.

В последнее время, в процессе доказывания по уголовным делам, трудно обойтись без привлечения специалистов различных профессий, так как с развитием науки и высоких технологий потребность в специальных знаниях для установления обстоятельств, имеющих значение для дела, существенно возрастает. При этом особое значение приобретает не только разработка современных технологий и методов проведения различных видов экспертиз, но и ее нравственно-этические аспекты.

В свое время М. С. Строгович, рассматривая отдельные нравственные вопросы производства экспертизы, писал: «Серьезные и сложные вопросы этического порядка возникают при производстве судебной экспертизы. Судебная экспертиза является тем основным руслом, по которому в уголовное судопроизводство проникают и в него внедряются достижения естественных и технических наук» [9; 142].

Еще одним дополнительным нравственным обоснованием данного мнения является то, что от результатов экспертного исследования зависит качество расследования уголовного дела, а значит — судьбы людей, как привлекаемых к уголовной ответственности, так и нуждающихся в возмещении вреда, причиненным общественно опасным деянием.

Кроме того, во многих случаях сам человек является объектом экспертных исследований, при производстве которой могут вскрываться сведения о личной жизни, в таких случаях вопросы нравственности в экспертной деятельности приобретают еще большую значимость.

Например, наиболее проблемными, с нравственных позиций, выступают два момента: необходимость помещения лица в стационар для производства судебно-психиатрической экспертизы и необходимость получения образцов для сравнительного исследования в ходе экспертизы.

Первый момент находит свое разрешение в уголовно-процессуальном законодательстве, т. е. охрану прав и свобод лица гарантирует судебный контроль. Во втором случае, моральный ущерб связан с широко распространенными представлениями об унижении достоинства самим фактом изъятия образцов и связанными с этим медицинскими манипуляциями [8; 186]. Данное действие воспринимается гражданами как нечто обидное и унизительное.

Исходя из этого, можно отметить, что эксперт, как и профессиональные участники уголовного процесса, должен обладать высоким уровнем нравственности. Он, являясь лицом, незаинтересованным в исходе дела, призван посредством своих специальных знаний, оказывать помощь в расследовании уголовных дел. Как судья, прокурор и следователь он несет ответственность перед обществом и государством за качество своей деятельности.

Соблюдение экспертом не только правовых, но и нравственных норм также является определенной гарантией достоверности его выводов, обоснованности его заключения. Это необходимо, поскольку независимо от конкретных объектов экспертизы (почерк, след папиллярного узора, следы орудий взлома и т. д.), в конечном счете, объектом исследования является человек, и от заключения эксперта нередко зависит судьба человека и его близких, его будущее, а иногда и жизнь. Необходимость в глубоком исследовании нравственных начал деятельности судебного эксперта определяется самой сущностью экспертизы как способа получения доказательств путем использования специальных познаний, а также той большой ролью, которую играет экспертиза в судопроизводстве [5; 214].

Большинство ученых придерживаются мнения о том, что нравственная деятельность судебного эксперта является составной частью судебной этики. Они указывают, что положения судебной этики распространяются как на деятельность эксперта на предварительном следствии, так и на его деятельность в суде [4,7; 3,35].

Однако существует и другая противоположная точка зрения. Ее сторонники указывают, что проблемы экспертной этики не входят в круг вопросов, разрешаемых судебной этикой [10; 20]. М. С. Строгович к особенной части судебной этики относит лишь вопрос оценки заключения эксперта [9; 142–144]. В перечень специальностей, которые охватывают начала судебной этики, не включал экспертов и А. Л. Цыпкин, указывая, что в качестве эксперта нередко привлекаются лица, не являющиеся сотрудниками экспертных учреждений, и в силу этого их деятельность не является профессиональной [11; 64–65].

В свою очередь А. Д. Бойков указывает, что эксперт не является представителем юридических профессий, его участие в уголовном процессе носит эпизодический и локальный характер и потому о его нравственных качествах речь должна идти особо [6; 206].

Тем не менее, представляется, что деятельность эксперта очень сильно связана с уголовно-процессуальной деятельностью должностных лиц, осуществляющих производство по уголовному делу, т. е. она входит в ее содержание и потому нельзя, говоря о нравственных началах уголовного процесса, не касаться нравственных аспектов экспертной деятельности.

По данному поводу А. В. Кудрявцева указывает, что работа любого эксперта всегда теснейшим образом связана с деятельностью судебно-следственных органов и имеет ту же цель — способствовать установлению истины в уголовных делах специальными средствами и методами. Именно, исходя из этого положения, мы можем говорить о том, что у экспертов правосознание по своему содержанию очень близко к профессиональному правосознанию юристов.

Деятельность судебных экспертов регламентируется теми же законодательными актами, что и деятельность судей, прокуроров, следователей, дознавателей, адвокатов: например, уголовно-процессуальным законодательством. Отступление от требований закона и нравственности равно недопустимо как со стороны следователя, судьи, так и со стороны судебного эксперта. Заключение эксперта как источник доказательств во многом определяет ход уголовного дела, влияет на судьбы людей. Поэтому все участники процесса должны быть убеждены не только в высокой профессиональной квалификации эксперта, но и в его моральной стойкости. Малейшее сомнение в безупречности нравственного облика эксперта делает его заключение сомнительным, не имеющим доказательственного значения [5; 215–216].

Вместе с тем, в деятельности эксперта можно выделить множество проблем, которые носят отчетливо выраженный нравственный оттенок. Так, в юридической литературе не получили должной разработки вопросы, связанные с профессиональной деформацией личности эксперта.

По мнению Л. Е. Ароцкера, наиболее характерными проявлениями ее являются переоценка своих возможностей, знаний, поспешные выводы, игнорирование мнения своих коллег, упрощение методик исследования и т. д. [1; 82].

Действительно, в качестве негативных характеристик правосознания эксперта выступают завышенная оценка значимости экспертной деятельности, стремление принять на себя функции следователя и судьи в определении виновного в совершении преступления лица.

Основным содержанием судебной этики и, соответственно, этики судебного эксперта, должны быть собственно моральные нормы поведения участников судопроизводства, которые, конечно, связаны с правовыми (процессуальными) нормами, но в то же время имеют и самостоятельный характер [2; 83]. Следует добавить, что нуждается и в самостоятельном закреплении. От соблюдения нравственных норм экспертом напрямую зависит ценность заключения эксперта как источника доказательств.

По этому поводу А. М. Зинин и Н. П. Майлис отмечают, что «Судебно-экспертная деятельность предъявляет к лицу — субъекту — следующие требования, являющиеся сочетанием психологических свойств и нравственных установок: эрудированность, наблюдательность, любознательность, тренированная помять, интеллектуальная целостность, оперативное мышление, развитое воображение, гибкость в оперировании образами, стремление к творческой деятельности, самодисциплина и самоконтроль» [3; 228].

Моральные установки и корректность поведения эксперта, его вежливость в общении, соблюдение прав и свобод человека, уважения чести и достоинства личности, безусловно, важны. Главное, чтобы эксперт не просто старался выполнять эти предписания, а понимал их нравственную сущность, осознавал, что предоставленные ему права вторгаться в частную жизнь, требуют очень бережного обращения.

Усложняет положение и то, что большинство экспертов не проходят подготовку в образовательных учреждениях, где обязательным предметом является профессиональная этика. Не разработаны также требования к личности эксперта, профессионально важные нравственные качества. Например, для занятия этой деятельностью в Законе Республики Узбекистан «О судебной экспертизе» предусмотрено лишь наличие высшего образования, а в исключительных случаях — среднее специальное, профессиональное образование, проведение подготовки по конкретной судебно-экспертной специальности и аттестации в качестве государственного судебного эксперта (ст. 11). Отсюда вытекает, что еще окончательно не решена задача по подбору и подготовку кадров для экспертных учреждений, в которой необходимо большое внимание уделять нравственно-этическим вопросам.

Исследования по подобному вопросу проводились в США, где был обнаружен блок этических проблем в деятельности эксперта, зачастую носящих скрытый характер, но влияющих на качество правосудия. Целесообразно было бы использовать накопленный опыт США в аспекте практического разрешения нравственно-правовых проблем производства экспертиз, к примеру, с положительной стороны зарекомендовала принятые в США различными региональными ассоциациями экспертов Кодексы этики. Среди них наиболее детально разработанными считаются Кодекс и Положения, предусматривающие его проведение в жизнь (прилагаемые к Кодексу), имеющиеся у Калифорнийской ассоциации криминалистов [12; 749].

Ценность Кодексов этики, действующих в США, заключается в том, что они активно используются в повседневной жизни. Например, в Калифорнийскую ассоциацию криминалистов с момента принятия Кодекса (1957 год) поступило более 30 жалоб на неэтичное поведение экспертов, которые были успешно рассмотрены.

В этой связи, в целях повышения ответственности экспертов и качества, предъявляемых к ним этических требований, в законе «О судебной экспертизе» целесообразно установить для сотрудников судебно-экспертных учреждений своеобразной Присяги, которую они могли бы давать при его аттестации, расписываясь на бланке свидетельства в подтверждение своей готовности служить обществу и государству в качестве экспертов. Аналогичные требования, например, установлены в УПК Японии, согласно статье 155 которого, эксперт, прежде чем заступить своим обязательствам должен быть подвергнуть присяге [13].

Помимо этого, нравственные требования к судебным экспертам существенно возросло бы, если было приняты Правила профессиональной этики применительно к судебно-экспертной практике. Разработка подобных Правил явились бы для лиц, назначающих экспертизы, своеобразной гарантией единообразия критериев качества работы и нравственного поведения любого представителя экспертной профессии, позволили бы избежать необоснованных претензий к эксперту, при его отказе совершить какие-либо действия из соображений профессиональной этики.

Таким образом, следует отметить, что процессуальная деятельность судебного эксперта характеризуется наличием контактов с различными участниками уголовного процесса, с которыми он вступает в правоотношения. Поэтому, в этих условиях соблюдение требований закона является недостаточным, необходимо постоянно руководствоваться этическими принципами, постоянно прибегая к нравственным оценкам своих действий. Решению данной задачи способствовало бы закрепление Присяги судебного эксперта в законе «О судебной экспертизе», а также принятие и утверждение Правил этического поведения судебных экспертов со стороны Совета по проблемам судебной экспертизы.

Литература:

1. Ароцкер Л. Е. О нравственных началах деятельности судебного эксперта. Применение научных методов при расследовании преступлений и изучении преступности // Материалы научной конференции. — М., 1973.

2. Арсеньев В. Д., Белкин Р. С. Нравственные начала деятельности судебного эксперта. Методология судебной экспертизы. Сбор. науч. трудов. — М., 1986.

3. Зинин A. M., Майлис Н. П. Судебная экспертиза. — М.: Право и закон; Юрайт-Издат, 2002.

4. Крылов И. Ф. Принципы нравственности и этика судебного эксперта // Судебно-медицинская экспертиза, 1970. — № 1.

5. Кудрявцева А. В. Судебная экспертиза в уголовном процессе: Монография. — Челябинск, 2001.

6. Курс уголовного процесса / Под ред. А. Д. Бойкова. — М., 1989.

7. Леоненко В. В. Профессиональная этика участников уголовного судопроизводства. — Киев, 1981.

8. Петрухин И. Л. Свобода личности и уголовно-процессуальное принуждение. — М., 1995.

9. Проблемы судебной этики / Под ред. М. С. Строговича. — М., 1974.

10.              Ратинов А. Р., Зархин Ю. М. Следственная этика // Соц. законность. 1978. — № 10.

11.              Цыпкин А. Л. Очерки советского уголовного судопроизводства. — Саратов, 1975.

12.              Peterson J. L. Murdock J. E. Journal of Forensic Sciences, JFSCA. 1989. — Vol. 34, № 34.

13.              http://www.wipo.int/wipolex/ru/text

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle