Автор: Савицкая Надежда Алексеевна

Рубрика: 4. История отдельных процессов, сторон и явлений человеческой деятельности

Опубликовано в

II международная научная конференция «Вопросы исторической науки» (Челябинск, май 2013)

Библиографическое описание:

Савицкая Н. А. Специфика внутренней торговли Старого города Ташкента (1865–1917 гг.) [Текст] // Вопросы исторической науки: материалы II междунар. науч. конф. (г. Челябинск, май 2013 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2013. — С. 70-72.

Ташкент — столица Республики Узбекистан — имеет интереснейшую историю длиною более чем в 2200 лет. На протяжении всего этого времени город был связан с торговлей, это и транзитные международные пути (Великий шелковый путь), и места стоянки купцов (караван-сараи), множество мастерских с искусными мастерами, работа которых ценилась далеко за пределами города, а также многочисленные красочные базары. Крупные городские базары с давних времен и по сегодняшний день являются одними из главных достопримечательностей города и показателем достатка и благополучия Республики.

В истории города особый интерес представляет царский колониальный период (1865–1917 гг.), когда появились такие понятия как Старый и Новый Ташкент. После захвата Российской империей территорий Центральной Азии и образования Туркестанского генерал-губернаторства, Ташкент был избран столицей Сырдарьинской области (всего было три области: Сырдарьинская, Ферганская и Самаркандская) [15, с. 320–346]. В столице были сосредоточены основные подразделения административной царской власти.

Изначально Старый город Ташкент (Эски Ташкент) был обнесен оборонительной стеной, протяженностью более 21 км [6, с.405] с 12 воротами и не располагал территориальными ресурсами для постройки новых муниципальных зданий и жилья для нового приезжего европейского населения. С этой целью часть оборонительной стены, около Кокандской цитадели, была снесена, и рядом с городом быстрыми темпами возводился Новый город, в 1895 году [9, с.43]Ташкент получил официальное разграничение на Старый и Новый город, границей между ними была река (арык) Анхор.

Город был крупным торговым центром, только если в Новом городе Ташкенте больше были развиты такие сферы торговли как Торговые Дома, Торговые Товарищества, магазины, фабрики и прочее, то в Старом Ташкенте — это были крупные и мелкие базары, торговые улицы, бесчисленное количество арб, нагруженных сельскими продуктами, мастерские, отдельные ларьки, чайханы. П. А. Маев в одной из своих статей писал: «Общий вид азиатского Ташкента не имеет резких отличий от других азиатских городов, те же узкие не мощеные улицы, по обеим сторонам которых тянутся глиняные стены домов и заборов, те же плохие и поломанные мостики через арыки, протекающие поперек улиц, и только часто встречающиеся базарчики оживляют однообразную картину» [7, с.287].

Рассматривая специфику внутренней торговли Старого города Ташкента можно обоснованно утверждать, что основная часть коренного населения в той или иной мере была задействована в торговой сфере (торговля, кустарное производство и пр.). В подтверждение данного высказывания приведем данные о специализированной занятости каждого уголка Старого города и всевозможных способах заработка на территории базара и за его пределами, которые были развиты в царский колониальный период.

Старый город Ташкент состоял из узких переплетенных улочек, многие из которых заканчивались тупиком, и был разделен на четыре части — даха [19, с.80]: Шайхантаур; Бешагач; Кукчи; Себзар (Сибзар). Новый город Ташкент состоял из двух частей.

В Шайхантаурской части города было 48 махаллей (квартал) [6, с.405]. Согласно статистическим материалам полковника генерального штаба Л. Ф. Костенко в 1880 году, в этой части города проживало примерно 10 194 человек. Одна из махаллей — Гоукуш была занята литейщиками чугунных котлов (казанов) [7, с.290]. Но основным родом занятости здесь было ткачество местной хлопчатобумажной ткани, которая здесь называлась маты (буз, бязь). В 1870-х годах здесь насчитывалось до 567 подобных специализированных мастерских.

В городской части Бешагача было 32 махалли и проживало 12 450 человек, здесь преимущественно занимались изготовлением кирпичей.

Себзарская часть состояла из 38 махаллей, с населением 18 650 человек. Основными направлениями мастерства Себзарской части заключалось в сапожном деле, ткачестве и покраске тканей. В Себзарской и Бешагачской частях города было наибольшее число торговых точек и специализаций товара [20].

Кукчинская часть состояла из 31 махалли с численностью населения — 22 088 человек. В 1871 году в этой части города было 695 мастерских, из них: 341 кожевенных мастерских, 218 сапожных [7, с.265] и 136 других специальностей. По центральной дороге, которая из этой части города вела к главному городскому базару Чорсу, велась «кочевая торговля». Здесь останавливалось бесчисленное количество арб (повозок) до 200 единиц [21] с привозными арбузами, дынями и другими сельскими товарами. Подобная торговля велась практически у всех городских ворот, хотя не раз подобную торговлю пытались запретить, разрешая торговлю только у определенных ворот.

На центральных дорогах, которые вели к тому же главному базару Чорсу, тянулись вереницы торговых и сервисных «пунктов»: мастерские, цирюльни, торговые лавки, чайханы и прочее. Многие лавки на этих дорогах были сделаны из первого этажа жилого дома.

Ташкент был одним из связующих звеньев в торговом пути между Оренбургом и Туркестаном. На базарах Ташкента была сконцентрирована оптовая торговля привозного товара из других стран. Уже отсюда купцы скупали привозной товар и вывозили его на продажу в другие города Туркестанского края по более высокой цене, например, в Бухару из Ташкента везли чай, фарфоровые чашки, чугунные и стальные изделия и много другого [18, с.176].

О точном количестве торговых лавок в Ташкенте вопрос спорный, так например, согласно отчетной записке коммерческого агента С. Н. Трубчанинова, в конце 1860-х годов в Ташкенте было 3 000 торговых лавок, 20 караван-сараев и крытых базаров [8, с.4]. А. К. Гейнс в этом статистическом вопросе подчеркивает следующий момент: «аксакалы, узнав слух о том, что появится дополнительный подоходный налог, старались уменьшить и число лавок в своих рядах, и сумму, на которую они продают товар ежегодно» [16, с.522]. В последующем, путешественник М. Достоевский приводил данные о том, что главный базар города состоял из 4500 лавок [5, с.4].

Описания главного базара у многих путешественников, исследователей конца XIX — начала ХХ вв. схожи: «… и мы на базаре, в этом сердце азиатского города. Бесконечный лабиринт. Все улицы и переулки перекрыты навесом из нетолстых жердей, поверх которых кое-где набросана солома.».. [1, с.254], «Главный базар лежит в самой середине города. Это … лабиринт маленьких лавочек …, крытою по балкам, перекинутым с крыш одной стороны на другую, соломою, хворостом, матами и пр». [16, с.178].

Как правило, лавочные торговцы были наемными, либо снимали лавку в аренду. Торговые лавки различались по объему, но по строению были однотипными, они состояли из трех стен и двери [10, с.434], это могла быть одна створка, которая подпиралась палкой, либо как обычные двухстворчатые двери. Лавки были небольшого размера, внутреннего пространства хватало только для товара и продавца, хотя, в большинстве случаев, продавец стоял около входа в свою лавку [3, с.37].

Мастерские отличались от торговых лавок лишь внутренним пространством, в зависимости от специализации. В Туркестанском крае Ташкент был крупным центром кустарной промышленности [13, с.3], количество мастерских по городу, о которых упоминалось выше, ярко свидетельствуют об этом. Кустарный промысел зависел от сезонного спроса, занятости работников и прочих факторов. Например, в теплые сезоны в основном были заняты изготовлением кирпичей, гончарных изделий, когда глина могла быстро и качественно просохнуть. Глина считалась особым материалом для местного населения, благодаря оптимальным природно-географическим факторам, глина занимала лидирующее место по использованию в хозяйственной и художественной деятельности коренного населения [17, с.8]. Изготавливали из глины практически всё, от крепких кирпичей и печек (тандыр) до изящных ваз, а также делались игрушки, светильники и многое другое.

В основном мастерские были сосредоточены в центральной части базара. В мастерских рядах изготавливали товар, где его и продавали, производили починку аналогичных предметов. Товар изготавливали как в больших количествах, так и в единичных — на заказ. Это отделение базара было одним из самых шумных. А.Кауфман об этих рядах писал следующее: «Громкий стук молотков по металлу привлекает внимание к медному ряду: несколько десятков лавок, где куют медные изделия, делают из них высечки, лудят. В токарном ряду на глазах у всех точатся и отделываются ручки для бритв, детские люльки и всякие деревянные изделия. Рядом изготавливаются деревянные гребни, которые выпиливаются вручную пилой» [1, с.256].

Большим спросом пользовались мастерские по починке и производству арб, которых в городе насчитывалось более ста единиц [14, с.233]. К началу XX века арбы являлись главным, и единственным, транспортом, как грузовым, так и для обычных перевозок людей по городу.

На базаре и в отдельных мастерских по городу можно было встретить ювелирных мастеров (которые в основном делали украшения из серебра); мастеров по изготовлению бешика (детская люлька) и многие другие. Еще одним видом мастерских, которых было значительно меньше, были мастерские по починке фарфоровой посуды. Любопытен и тот факт, что узбекское название фарфоровой посуды — чини, обозначает ни что иное, как — China (Китай) [12, с.413], откуда она привозилась.

Кроме того местное население занималось еще шелководством, ткачеством бумажных, полушелковых и шелковых материй.

Самым неотъемлемым пунктом на базаре, да и среди улиц города, были чайханы. Чайханы превышали значимость простого желания утолить жажду, это был пункт отдыха и задушевного общения с короткой молитвой с собратьями. В основном, отдыхающие располагались на топчанах компаниями, схожими по возрасту и интересам. Чайханы были единственными лавками, которые никогда не пустовали.

На базаре продавали большое разнообразие лепешек. Они были разного типа и отличались по своей форме и вкусу. В хлебной пекарне (лепешечной) всегда трудилось по несколько человек.

Базары были открыты только в светлое время суток — от восхода солнца до заката, чтобы избежать попыток обмана сбыть некачественный товар в темноте [2, с.89]. Исключением являлись дни уразы, в эти дни вся общественная жизнь была полностью сосредоточена на базарах города. «Население стотысячного города, воздерживалось от пищи в течение дня, а с наступлением вечера являлось в чайханы и харчевни, и тут шло веселье до самого утра» [4, с.213]. Это был период ночных базаров — башраб [11, с.86].

Еще одна группа людей, желающая заработать на базаре, были — дервиши, которые ходили по рядам с курильницей, считалось, что тем самым они изгоняли злых духов и болезни, за это им платили, каждый, сколько считал это нужным.

Если в Европейских странах, торговля больше велась в магазинах и прочих заведениях, то в городах Средней Азии это всегда были шумные базары с большим количеством продавцов и покупателей, открытым товаром, активным торгом и общением. Это было связано с тем, что согласно постулатам шариата — торговлю можно было производить только в общественных местах — на людях. Э. С. Вульфсон об этом писал: «никакая торговля купля-продажа не могла происходить заглазно — на дому, сбываемый товар, всегда должен был быть налицо. Кроме того, Коран советует, — при совершении торговых сделок приглашать двух свидетелей, которых не всегда можно было найти на дому» [2, с.89 -91]. На базаре всегда находились люди, желавшие заработать в роле свидетелей. «Свидетели» искали крупную сделку купли-продажи и вовремя подоспевали к ним. В такой сделке при свидетелях должны были прозвучать ключевые вопросы: «Продал? Купил?» после чего сделка считалась совершенной. «Свидетели» за это получали вознаграждение и удалялись в поисках новой сделки. Мелкие покупки не требовали такого засвидетельствования.

Помимо всего вышеперечисленного был широкий спектр других видов занятости, от искусного мастерства пошива и вышивок национальных костюмов, до более трудоемкой работы — мельники, кузнецы и др.

Подводя итого, можно обоснованно утверждать, что рыночная торговля, базары, мастерские, ежедневный труд были неотъемлемой частью повседневной жизни коренного населения Старого города Ташкента.

Литература:

1.         Азиатская Россия. Иллюстрированный географический сборник/ Сост. преподавателями географии А. Кубером, С. Григорьевым и др. — М., 1905. — 626 с.

2.         Вульфсон Э. С. Где на Руси какой народ живет и чем промышляет. Как живут сарты. — М., 1908. — 119 с.

3.         Гейер И. И. Весь русский Туркестан. — Т., 1908. — 308 с. + прил.

4.         Гейер И. И. Путеводитель по Туркестану. — Т., 1901. — 255 с.

5.         Достоевский М. Старина и быт Средней Азии. — М., 1917. — 61 с.

6.         Костенко Л. Ф. Туркестанский край. Опыт военно-статистического обозрения Туркестанского военного округа. Материалы для географии и статистики России.– СПб., 1880. Т. I. — 452 с.

7.         Маев П. Азиатский Ташкент // Материалы для статистики Туркестанского края. Под ред. Н. А. Маева. — СПб., 1876. Вып IV. — С. 260–313.

8.         Материалы по вопросу о торговых путях в Среднюю Азию. — СПб., 1869.

9.         Отчет по ревизии Туркестанского края, произведенной по Высочайшему повелению Сенатором Гофмейстером Графом К. К. Паленом. Городское управление. — СПб., 1910. — 483 с.

10.     Отчет ревизующего, по Высочайшему повелению, Туркестанский край, Тайного Советника Гирса. — б.м, б.г.

11.     Пулатов Х. Ш. Архитектурно-планировочная структура старого Ташкента (конец XIX начало ХХ веков) // Дис. …Ташкентский архитектурно-строительный институт. — Т.: ТАСИ, 1994. — 185 с.

12.     Реклю Э. Россия и европейская и азиатская. Азиатская Россия и Среднеазиатские ханства. — СПб., 1884. Том II. — 704с.

13.     Сборник статистических материалов для статистики Сыр-Дарьинской области. –Т., 1899. Т. 7.– 150 с.

14.     Сборник материалов для статистики Сыр-Дарьинской области. Издание Сыр-Дарьинского областного Статистического комитета. // Под. ред. Гейера И. И. — Т., 1900.Т.8. — 247с.

15.     Собрание законов Российской империи. Собрание третье. //Законы 1886 июнь (3814). — СПб., 1888. Т. VI.

16.     Собрание литературных трудов А. К. Гейнса.– СПб., 1898. Т. 2. –743 с.

17.     Туркестан в старых фотографиях и керамике. Материалы выставки / Составитель и ответственный редактор Мкртычев Т. К. — М., 2000. — 64 с. ил.

18.     Ханыков Н. Описание Бухарского ханства. — СПб., 1843. — 281 с.

19.     Хорошхин А. П. Сборник статей, касающихся до Туркестанского края. — СПб., 1876. — 533с.

20.     ЦГА РУз Ф. Р- 2231, оп.1,д.146, л.115–120.

21.     ЦГА РУз Ф. И-718, оп.1, д.19, л. 370 об.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle