Автор: Федорова Зинаида Андреевна

Рубрика: 4. История отдельных процессов, сторон и явлений человеческой деятельности

Опубликовано в

международная научная конференция «Вопросы исторической науки» (Москва, январь 2012)

Библиографическое описание:

Федорова З. А. Деятельность уполномоченного совета по делам Русской Православной Церкви Калининской области в период Великой Отечественной Войны [Текст] // Вопросы исторической науки: материалы междунар. науч. конф. (г. Москва, январь 2012 г.). — М.: Ваш полиграфический партнер, 2012. — С. 71-74.

Проанализирована деятельность уполномоченного Совета по делам Русской Православной церкви (Совета по делам религий) на территории Калининской области в период Великой Отечественной войны (ВОв). На базе архивных материалов исследована благотворительная деятельность Русской Православной церкви (РПЦ) в 1941- 1945-е гг.

Ключевые слова: Калининская область, Русская Православная церковь (РПЦ), Совет по делам религий, государственно-церковные взаимоотношения, открытие церквей, благотворительность, Великая Отечественная война (ВОв).

В современной исторической науке одним из актуальных вопросов стало изучение деятельности Совета по делам РПЦ (Совета по делам религий) и его региональных уполномоченных. Привлечение регионального материала способствует воссозданию объективной картины политики государства по отношению к РПЦ в годы ВОв. Потребность в подобного рода исследованиях обусловлена, прежде всего, тем, что Русская Православная церковь с недавних пор принимает активное участие в развитии российского общества. Церковь сегодня определяет не только свое место и роль в сложившихся социально-исторических политических условиях, но и предлагает российскому обществу свое видение политического устройства страны в соответствии с религиозными нормами православия.

С 1943 г. советская власть осознала необходимость нормализации взаимоотношений с церковью, и проводила курс на частичное восстановление традиционных форм церковной жизни. 14 сентября 1943 г. советской властью был создан орган, который занимался осуществлением новой политики в отношении церкви — Совет по делам Русской Православной церкви при СНК СССР. 7 октября 1943 г. было утверждено «Положение о Совете по делам Русской православной церкви при СНК СССР», в котором описывались полномочия Совета. В его ведение входило предварительное рассмотрение церковных вопросов, разработка проектов законодательных актов и постановлений по делам церкви, наблюдение за их правильным и своевременным проведением в жизнь, своевременное информирование правительства о положении РПЦ в стране, ее положении и деятельности на местах, общий учет церквей и составление статистических сводок. Первым председателем Совета по делам РПЦ был назначен Георгий Григорьевич Карпов, 45-летний кадровый сотрудник НКГБ СССР в звании полковника [1, с. 45]. И.В. Сталин предостерег Г.Г. Карпова от того, чтобы представлять себя обер-прокурором Синода, и рекомендовал своей деятельностью больше подчеркивать самостоятельность церкви. Со стороны правительства деятельность Совета в 1943—1945 гг. курировал заместитель Председателя СНК СССР В.М. Молотов. Он рассматривал предоставляемые Г.Г. Карповым доклады, отчеты, письма итоговые записки. Решения в большинстве случаев принимались при личной встрече, однако И.В. Сталин в первые годы существования Совета лично рассматривал церковные вопросы.

На местах при СНК союзных и автономных республик и при обл (край) исполкомах осенью 1943 г. были введены должности уполномоченных Совета по делам РПЦ. В целом по стране процесс создания института уполномоченных затянулся вплоть до середины 1944 г. Уполномоченные назначались решениями местных органов власти и утверждались на бюро областных, краевых, республиканских комитетов партии. Совет согласовывал кандидатуры, но на практике, это было лишь формальностью, окончательное решение оставалось за председателем облисполкома. Права и обязанности, уполномоченных Совета по делам РПЦ подробно регламентировались инструкцией, принятой 5 февраля 1944 г. В соответствии с инструкцией на уполномоченных Совета возлагалось:

  1. Предварительное рассмотрение поступающих от групп верующих заявлений об открытии церквей или молитвенных домов, проведение соответствующей проверки и представление заключения.

  2. Регистрация религиозных общин.

  3. Проведение учета всех действующих молитвенных зданий (храмов).

  4. Наблюдение за правильным и своевременным проведением в жизнь законов и постановлений правительства СССР, относящихся к РПЦ; за деятельностью религиозных общин и служителей культов, которая должна строго регламентироваться целями, как-то: совершением богослужений в культовом здании, отправлением религиозных обрядов и треб, управлением культовым имуществом.

  5. Проведение служебного приема представителей религиозных общин и духовенства по рассмотрению жалоб. Выезды на места для обследования церковных зданий и культового имущества, для проверки жалоб и др.

  6. Предварительное рассмотрение материалов по закрытию и ликвидации религиозных общин при нарушении ими действующего законодательства о религиозных культах.

  7. Ведение учета и отчетности [2, с. 48.].

Уполномоченный являлся ключевой фигурой в процессе взаимодействия советских органов и православных организаций по всем направлениям: финансовым и хозяйственным, административным и идеологическим.

В Калининской области, как и в других областях в конце 1943 г. при Облисполкоме была введена новая должность – уполномоченный Совета по делам РПЦ по Калининской области. Распоряжением Облисполкома уполномоченным по Калининской области был назначен Василий Иванович Хевронов. С самого начала В.А. Хевронов зарекомендовал себя ревностным проводником идей «советской законности» по отношению к церкви. Как следует из первых его отчетов перед Советом и секретарем Обкома ВКП (б), целью своей деятельности он считал максимальное уменьшение религиозного влияния на население области.

Русская православная церковь заняла четкую патриотическую позицию с первых дней Великой Отечественной войны. 22 июня 1941 г. Патриарший местоблюститель митрополит Сергий выступил с обращением «Пастырям Христовой Православной церкви». Митрополит Сергий призывал народ защищать Родину с оружием в руках и принять посильное участие в сборе средств в фонд обороны. О том, что этот призыв нашел широкий отклик, свидетельствуют многочисленные документы Совета по делам Русской Православной церкви при СНК СССР. Приведем некоторые из них.

Из докладной записки о материальном выражении патриотической деятельности Русской Православной церкви в Калининской области уполномоченного Совета по делам Русской Православной церкви при СНК СССР по Калининской области В.И. Хевронова, адресованной председателю Совета по делам Русской Православной церкви при СНК СССР Г.Г. Карпову следует, что на оборону страны верующие Калининской области с 22 июня 1941 г. по 1 июля 1944 г. собрали 447 697 рублей деньгами и 500 рублей продуктами и различными предметами. Также были собраны средства на подарки Красной армии в размере 50 000 рублей, оказана материальная помощь детям и детским учреждениям 3 000 рублей, семьям Красных воинов 2 300 рублей, на другие патриотические цели прихожане собрали 684 425 рублей. Таким образом, на территории Калининской области верующие всего собрали 1 187 922 рублей [3, л. 14].

Однако Уполномоченный Совета по делам Русской Православной церкви по Калининской области В. И. Хевронов сообщил Г.Г. Карпову в докладе от 8 июля 1944 г. о некоторых упущениях в сборе пожертвований: «…Из бесед со служителями культа и председателями церковных Советов выяснил, что средства, сданные на оборону страны и др. патриотические цели, собирались среди верующих во время церковных служб (тарелочный сбор), специальных сборов для этой цели почти не проводилось. Объясняется это тем, что руководители исполнительных органов церковных общин не имели инструктажа о своих обязанностях…». «Сам архиепископ Василий Калининский в беседе со мной заявил, что без указаний патриарха дать установку служителям культа организовать в дни пасхальной службы сбор средств на оборону страны он не может»[4, л. 12.]. В силу изложенных причин взносы на оборону страны и др. патриотические цели не имели системы, а носили единичные случаи. Подписка на заем общинами верующих и служителями культа проходила наиболее активно. Большую работу в этой области провели сельские Советы.

Уполномоченный Совета по делам РПЦ при СНК СССР Калининской области В.И. Хевронов докладывает секретарю калининского обкома ВКП(б) товарищу И.П. Бойцеву о деятельности РПЦ на территории области. По данным В.И. Хевронова, всего на 20-е апреля 1944 г. по районам и городам области 64 действующие церкви, 507 недействующих, а 305 используются под культурно-хозяйственные цели и 202 церкви пустуют. С января по апрель 1944 г. поступило около 500 заявлений об открытии 106 церквей. После рассмотрения части заявлений по 33 церквям заявления отклонены, только по 14 церквям документация была отправлена в Совет по делам РПЦ при СНК СССР.

Из отчетов В.И. Хевронова следует, что заявления поступают от жителей, где церкви пустуют или здания используются не по назначению, т.е. не под культурные учреждения. Например, жители села Рождествено, Оршинского района указывают на то, что церковь используется не по назначению и ремонта в здании не проводят, «…райкомбинат из железной крыши делает ведра, разбираются стены здания, колокольня превращена в уборную...» [5, л. 7]. Исполком Нерльского райсовета широко практикует продажу церковных зданий. За 5 лет с 1939 по 1944 г. продано 7 зданий и 3 переданы на снос [6, л. 8].

Верующие обосновывают свое желание об открытии церквей по нескольким направлениям, чаще всего это необходимость поддержки морального состояния в условиях военного времени с помощью религии. В заявлениях также подчеркивается необходимость открытия церквей для сбора средств в фонд обороны страны, были и такие кто желал возобновить деятельность церквей для личной наживы. Прежде всего, это бывшие церковные старосты, которые без разрешения органов советской власти избирали при недействующих церквях двадцатки и советы, далее выезжавшие в советские органы с прошениями об открытии церквей и молитвенных домов [7, л.1].

Случалась фальсификация при сборе подписей в заявлении об открытии церкви, например, «бывшая монашка Николаева из деревни Гороцен Козловского района и старик Соболев написали протокол от якобы состоявшегося собрания верующих об открытии церкви»[8, л.1], ходили по домам и собирали подписи даже у несовершеннолетних лиц. Под протоколом произведены подписи фамилий, владельцы, которых об этом не знали и не желали открытия церкви. Гражданин Борин из села Болонино Овинищевского района организовал церковную двадцатку и ходатайствовал об открытии церкви, но ему отказали, по причине того, что есть церковь в 5 км от села, которая, по мнению советской власти, удовлетворяет потребности верующих.

Особая активность об открытии церквей имела место перед религиозным праздником Пасха, особенно в Каменском, Бологовском, Новокарельском, Спировском, В. Волоцком, Кушалинском, Максатихинском, Кесовогорском районах. Посещаемость в ночь на 16 апреля (время пасхальной службы) в сельской местности в среднем 750-1000 человек на церковь, а в городе 1500-2000 человек. По возрастному составу церковь посещают 25% молодежи, которая быстро разошлась по домам, 25% средний возраст, остальные старики. По большинству церквей служба сопровождалась сбором средств на оборону страны, например, в Кимрском районе для раненых в госпиталь прихожане собирали яйца и масло, в Калининском районе собрали пожертвований на 17 845 рублей. В некоторых церквях зачитывались проповеди о благодарности Богу, также были и проповеди, в которых звучал призыв любви к Родине, помощи Красной армии. Верующие в Спировском и Брусовском районах молились у разрушенных церквей, и пели Христос Воскрес.

В.И. Хевронов отмечает, что активность по ходатайствам после 16 апреля 1944 г. не снизилась. Верующие не понимали, почему не разрешают открытие церквей, объясняя это нежеланием руководителей районных органов пойти им на встречу [9, л.2].

25 апреля 1944 г. В.И. Хевронов получил инструктивное письмо № 2. от председателя Совета по делам РПЦ при СНК СССР Г.Г. Карпова, в котором говориться о незаконных действиях со стороны духовенства и приходских советов на территории всей страны. Например, в городах Ставрополь, Краснодар, Ярославль, Ростов на Дону существуют «черные кассы взаимопомощи». Вещи и деньги собранные на оборону страны и помощь Красной армии раздаются отдельным гражданам по усмотрению руководителей церковных общин, по мнению Г.Г. Карпова, церковь это делает для того, чтобы распространить еще большее влияние на массы. Ставропольский архиепископ Антоний (Романовский) объявил о создании богословских курсов для подготовки духовенства без разрешения советской власти [10, л. 4].

Исследователями справедливо замечалось, что благотворительная деятельность Русской Православной церкви в годы Великой Отечественной войны носила противоречивый характер. Конкретная помощь нуждающимся официально оставалась под запретом и после начала войны. Приходам разрешалось перечислять деньги только в общие фонды [11, с. 126].

Г.Г. Карпов в своем инструктивном письме отмечает, что имеют место быть и неправильные действия Райисполкомов и Сельсоветов либо это оскорбление религиозных чувств или привлечение представителей церкви к делам советской власти. При отклонении ходатайств допускались неправильные формулировки мотивов отклонений [12, л.4]. Законными мотивами для отклонения ходатайства верующих об открытии церкви следует считать: отсутствие зданий, невозможность освобождения зданий используемых под культурные нужды, фальсификация в заявлении об открытии церкви при сборе подписей, количество верующих должно составлять не менее 20 человек.

Уполномоченный Совета по делам РПЦ при СНК СССР Калининской области В.И. Хевронов докладывает секретарю калининского обкома ВКП(б) товарищу И.П. Бойцеву о состоянии , положении и деятельности РПЦ по Калининской области на 1-е августа 1944 г. Согласно отчету, имеется 81 действующая церковь на территории Калининской области, 23 действую с дореволюционного времени, с 1917 по 1941 г. были открыты 2 церкви. В ходе Вов было открыто 56 церквей, 11 в период немецкой оккупации и 11 по решению Совета по делам РПЦ при СНК СССР.

В районах, где нет близко действующих церквей, отмечались случаи церковной службы в домах верующих и кладбищах духовенством, не состоящим на регистрации в Исполкоме Облсовета. Больше всего церквей на 1-е августа 1944 г. в Кашинском - 9, Овинищенском - 8 и Молоковском - 5 районах. В Максатихинском, Удомельском и Новоторжском районах служители культа проводили свою деятельность без ограничений, ходя с молебнами в дома верующих, организовывали крестные ходы. В 28 районах действующих церквей и молитвенных домов не имелось [13, л. 6].

Всему имуществу церквей была дана оценка. В 25 церквях проведена регистрация церковных общин, их исполнительных органов, ревизионных комиссий и служителей культа. Были и те, кто остались не довольны регистрацией, например, «Священник церкви с. Елинец, Невельского района Милославский заявил, что при немцах не было ни исполнительных органов, ни ревкомиссий, всем руководил священник» [14, л. 6]. По мнению В.И. Хевронова, ряд крестьян работали в церквях только из-за нежелания вступать в колхоз и погоней за легким заработком. Необходимо отметить, что встречались и случаи подкупа служителями культа уполномоченного Совета по делам РПЦ при СНК СССР Калининской области В.И. Хевронова, так А.И. Херасков и И.И. Пономарев перевели по телеграфу 2 000 рублей за положительный ответ на прошение по открытию церкви [15, л. 7].

Законодательством о культах 1929 г. благотворительная деятельность религиозных организаций в СССР была запрещена. Однако в годы Великой Отечественной войны государство было вынуждено прибегнуть к политике двойных стандартов. Не изменяя действующих законодательных норм, власти получали значительную материальную помощь от церкви и верующих в виде взносов на «патриотические» нужды. Жители Калининской области также приняли активное участие в сборе средств в фонд обороны страны, что подтверждается размером собранных денежных средств — 1 187 922 рублей.

Поток поступающих заявлений верующих с ходатайствами об открытии храмов, а также и выезды в Исполком Облсовета представителей верующих позволяют сделать вывод, о том, что количество действующих церквей спроса верующих не удовлетворяло. Все здания недействующих храмов находились под наблюдением верующих и в каждом случае переоборудования этих зданий, частичный или полный разбор вызывали организованные протесты. Также большая часть жалоб поступала по проблеме пренебрежительного отношения к использованию церковных зданий, особенно райпромкомбинатами и артелями промкооперации. На Пасху и великие праздники «незаконная» религиозная активность резко увеличивалась.


Литература:
  1. Гераськин Ю.В. Возникновение и становление института уполномоченного Совета по делам Русской православной церкви при Совете Министров СССР// Известия Алтайского государственного университета.Серия «История и политология». 2008. № 4-4. С. 45-51.

  2. Церемпилова И.С., Злыгостева Ю.Г. Деятельность уполномоченных Совета по делам Русской православной церкви (Совета по делам религий) в 1940-х—1980-х гг. (на примере Байкальского региона)// Власть. 2010. N 10. С. 47—50.

  3. ГАТО. Ф. Р-2723. Оп. 1. Д. 22.

  4. ГАТО. Ф. Р-2723. Оп. 1. Д. 22.

  5. ГАТО. Ф. Р-2723. Оп. 1. Д. 2.

  6. ГАТО. Ф. Р-2723. Оп. 1. Д. 2.

  7. ГАТО. Ф. Р-2723. Оп. 1. Д. 2.

  8. ГАТО. Ф. Р-2723. Оп. 1. Д. 2.

  9. ГАТО. Ф. Р-2723. Оп. 1. Д. 2.

  10. ГАТО. Ф. Р-2723. Оп. 1. Д. 2.

  11. Шкаровский М.В РПЦ при Сталине и Хрущеве: Государственно-церковные отношения в СССР в 1939 — 1964 годах. М., 1999. 400 с.

  12. ГАТО. Ф. Р-2723. Оп. 1. Д. 2.

  13. ГАТО. Ф. Р-2723. Оп. 1. Д. 2.

  14. ГАТО. Ф. Р-2723. Оп. 1. Д. 2.

  15. ГАТО. Ф. Р-2723. Оп. 1. Д. 2.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle