Библиографическое описание:

Кулаков В. О. Персидский посол Исмаил-бек и Астрахань в 20- е гг. XVIII века [Текст] // Вопросы исторической науки: материалы междунар. науч. конф. (г. Москва, январь 2012 г.). — М.: Ваш полиграфический партнер, 2012. — С. 21-23.

Персидский поход 1722 г., стал первым крупным военным предприятием внешней политики России в Прикаспии. Во время его проведения Астрахань окончательно оформилась как главный военный центр России в прикаспийском регионе. О важной роли астраханского губернатора в осуществлении похода свидетельствует указ Петра I генерал-майору М. А. Матюшкину, командующему сухопутными войсками, о подчинении А. Волынскому: «Когда будет Вам, о чем предлагать здешний губернатор Волынский, тогда по его требованию исполняйте, а наипаче в здешних работах чинить ему всякое вспоможение»[2, с. 46]. Данный указ написан Петром в Астрахани 5 ноября 1722 г. Когда же российские войска уже заняли Гилян и Баку на астраханского губернатора были возложены обязанности по материальному и финансовому поддержанию военных частей, находившихся там. Это подтверждает еще один указ российского императора М. Матюшкину от 9 сентября 1723 года: «Писали мы к губернатору Волынскому, чтоб он отправил в Гилян к Левашову рекрутов с довольствием….. и денег велено ему отправить из Астрахани три тысячи рублей» [2, с. 56].
После завершения первого этапа Персидского похода Петр I, который принимал в нем личное участие, вернулся в Астрахань. Здесь, он получил сведения от российского консула в Гиляне Семена Аврамова, что жители этой провинции просят прислать помощь для защиты от бунтовщиков: «Тамошние жители от бунтовщиков весьма утеснены и ничего так не желают, как чтобы пришло Российское войско и приняло их в защищение» [3, с. 116]. Срочно созванный в Астрахани военный совет решил, воспользовавшись благоприятной обстановкой, немедленно направить часть войск к городу Решту. Было сформировано два батальона пехоты под командованием полковника Н. М. Шипова, а вести суда должен был Ф. Соймонов, пожалованный Государем в капитан-лейтенанты.
Необходимо заметить, что в подготовке данного предприятия существенную роль сыграли данные, полученные от купцов, которые вели торговлю с Гиляном через Астрахань. Как отмечает Соймонов, в Астрахани нашелся приказчик московских купцов Андрей Семенов, который, прожив много лет в Гиляне «обо всем имел довольное знание». На основе полученных от приказчика сведений Ф. Соймонов составил план города Решта, а также получил от Петра указание возвести крепость на дороге Решт-Казвин для защиты Гиляна от наступающих бунтовщиков.
Получив такие данные, в начале декабря 1722 г. суда флотилии вышли из Астрахани, достигли Энзелийской бухты и высадились на берег, вступив в Решт. По прибытии российской военной эскадры в гилянскую столицу, выяснилось, что здесь еще находился персидский посол Исмаил-бек, назначенный шахом Тахмаспом для совершения дипломатической миссии к Петру I для того, чтобы заключить с Россией мирный договор. Предполагалось, что за оказание военной помощи Персии в ее борьбе с афганскими захватчиками Россия получит некоторые прикаспийские территории этой страны. Однако шах Тахмасп не имел реальной власти в тот момент, и со стороны его министров возникло сопротивление по отношению к данной миссии Исмаил-бека. Но, несмотря на это, полковнику Н. Шипову удалось встретиться с персидским послом и, предоставив в его распоряжение два судна под командованием лейтенантов Лунина и Татищева, он отправил его в Астрахань.
В это время Астрахань приобретает еще одну важную роль в персидской политике России, которую она играла на протяжении всего XVIII столетия. Речь идет о том, что она начинает выступать еще и как дополнительный центр дипломатической деятельности Российской империи по отношению к Персии. Занимая выгодное стратегическое положение на Каспийском море, именно через Астрахань к царскому двору в Петербург отправлялись из Персии посольства и дипломатические миссии, одним из представителей которых и был Исмаил-бек, в судьбе которого этот город сыграл далеко не последнюю роль.
Ко времени окончания военной кампании 1723 года Петр I уже находился в Петербурге, поэтому, пробыв некоторое время в Астрахани, Исмаил-бек отправился в российскую столицу на аудиенцию к императору. Там 12 сентября был заключен трактат между Россией и Персией, по которому персидская сторона уступала России свои прикаспийские провинции Гилян, Мазандаран, Астрабад, а также Дагестан [4, с. 98].
Подписанию договора предшествовала деятельность Исмаил-бека в Астрахани, во многом определившая столь выгодные для российской стороны условия договора. Исмаил-бек, находясь весной 1723 г. в Астрахани и будучи информирован о готовящемся российском предприятии в отношении Азербайджана, написал письмо на имя султана города Баку, в котором призывал последнего не оказывать русским сопротивление, поскольку целью похода является защитить город от бунтовщиков. Письмо было отправлено М. Матюшкиным в город вместе с майором Нечаевым, который также должен был передать слова командующего: «и того ради он уповает, что султан не будет противиться его предприятиям, но наипаче поступит по предложенному от Исмаил-бека совету» [4, с. 101].
И хотя сначала бакинцы отвергли просьбу Исмаил-бека и приняли решение вести боевые действия с русскими войсками, ссылаясь на то, что письмо было написано не в Персии, во многом сам факт отправки этого послания персидским послом обусловил очень непродолжительное время, которое было затрачено русскими на осаду Баку. Уже 26 июля войска заняли город.
Следует подчеркнуть, что персидский посол после подписания договора сначала вернулся в Гилян, но пробыл там недолго и, опасаясь за свою жизнь в связи с тем, что многие здесь считали его изменником за подписание Петербургского трактата, попросил вывести его отсюда. Вплоть до своей смерти он прожил в Астрахани, получая из российской казны жалованье за свои прежние заслуги, оказанные им России на дипломатическом поприще. Астраханский губернатор И.П. Измайлов лично контролировал весь процесс перевода его сюда из Дербента, находясь в постоянной переписке по этому поводу с Государственной Коллегией иностранных дел с одной стороны и командующим персидским корпусом в Гиляне генерал-майором В.Я. Левашовым и комендантом Дербента генералом А.Б. Бутурлиным с другой [5, Л. 2-4]. В октябре 1731 г. И. Измайлов получил донесение от генерала В. Левашова, в котором тот извещал его, что по императорскому указу отправил на казенных судах бывшего персидского посла Исмаил-бека из Гиляна в Дербент. Однако вскоре получил от него письмо, в котором посол просит перевести его дальше в Астрахань «для перемены воздуха, поскольку он слаб здоровьем». Поэтому поводу был выслан соответствующий ордер коменданту Дербента А. Бутурлину.
Также В. Левашов просит астраханского губернатора содержать Исмаил-бека государственным жалованьем в тех же размерах, какие были установлены ему в Гиляне, то есть: «надлежит ему кормовых денег давать на месяц по 300 рублей и по три батмана табаку кальянного, да на 2 месяца соли по рогоже, дров в неделю 24 коромысла» [5, Л. 7]. В Гиляне к персидскому послу был приставлен почетный караул, сопровождавший его, а каждый выезд и въезд в город отмечался пушечной стрельбой, однако в Астрахани до поступления прямого указа императрицы так поступать, по мнению Левашова, не стоит: «понеже его та честь преминовала, а в Гиляне той чести надобность требовала для интересов Ея Императорского Величества» [5, Л. 8].
Через полгода, как свидетельствует письмо генерала Бутурлина Измайлову, Исмаил-бек был направлен из Дербента в Астрахань в сопровождении команды солдат из 15 человек под начальством капитана Трусова. Они, по-видимому, были не последние люди при коменданте, поскольку тот просит при первой возможности отправить их к нему обратно. Это свидетельствует об особой важности порученной им миссии и большом значении, которое придавало российское руководство жизни и безопасности Исмаил-бека.
Что касается вопроса обеспечения его в Астрахани жалованьем и всем необходимым, то губернатор Измайлов предлагал осуществлять её из средств комиссии Низового корпуса, которая здесь находилась. Государственная Коллегия иностранных дел в соответствии с данным предложением И. Измайлова направила указ генералу Левашову, чтобы он выделил нужную сумму из расходов на корпус. В случае же если требуемых денег в комиссии не найдется, то, как был извещен губернатор указом Коллегии от 2 декабря 1731 г.: «надлежащую на Исмаил-бека сумму он [Левашов] присылал Вам в Астрахань из доходов персидских наших провинций и надлежит Вам из тех денег послу в бытность его в Астрахани дачу производить» [5, Л. 12].
В связи с возвращением Исмаил-бека необходимо отметить еще одну важную деталь, проливающую свет на те внешнеполитические функции, которые выполняли астраханские органы власти на персидском направлении. В ведении астраханской губернской канцелярии находились дела по обеспечению переводчиками персидского языка тех или иных дипломатических миссий, либо отправка их для работы в города Кавказа, являвшиеся опорными базами России на границе с Персией. Одними из первых в 1726 г. были присланы из Астрахани в Дербент в качестве переводчиков несколько казанских татар. Но по прошествии нескольких лет А. Бутурлин просит астраханского губернатора заменить состарившегося толмача Аят Евдашева, которого он отправляет обратно в Астрахань вместе с бывшим послом Исмаил-беком, на: «другого к толмачеству способного» [5, Л. 14]. Следует сказать, что деятельности астраханских властей по определению переводчиков персидского языка придавалось большое значение на самом высшем уровне. Так для решения вопроса о замене переводчика в Дербенте судье татарских и калмыцких дел в губернской канцелярии Астрахани Федору Черкесову уже через неделю после обращения А. Бутурлина к И. Измайлову был написан императорский указ. В нем от судьи требовалось максимально быстро найти замену толмачу и доложить об этом в Государственную Коллегию иностранных дел [5, Л. 15-16].
Занимая важное стратегическое положение, Астрахань выступала в роли транзитного пункта на пути следования представителей шахского престола к императорскому двору и в последующие годы. Причем именно власти Астрахани были уполномочены контролировать путь таких миссий и обеспечивать их безопасность и комфорт. Так в 1736 г. в Персии произошло важное событие – умер малолетний шах Аббас III и на собранном курултае новым правителем был избран Надир, являвшийся регентом при Аббасе, который именно с этого времени стал официально именовать себя шахом. В связи с этим событием в Санкт-Петербург был отправлен посланник Мигра Али Бек с извещением о смене власти в Персии [1, С. 117].
Когда эта задача была им выполнена, Али Бек со своей свитой возвращался обратно из столицы в Москву и оттуда в Царицын. Причем на всем протяжении пути его сопровождал капитан астраханского гарнизона Петр Микулин с 17 драгунами, о чем он получил отдельную инструкцию из Коллегии иностранных дел. В августе 1736 г. губернатору И. Измайлову был направлен указ императрицы Анны Иоанновны подписанный генералом Минихом, о том, что по прибытии посланника в Астрахань его нужно будет принять с надлежащим почтением и «отправить из Астрахани без задержания водой на добрых морских судах до которого места надлежит» [5, Д. 6, Л. 41]. То есть именно на астраханское руководство ложилась задача обеспечения транспортом до Персии миссии посланника. Кроме того, в указе также предписывалось и материально обеспечить Али Бека, ежели тех денег, которые ему были даны в Москве не хватит: «кормовые деньги ему даны на август-октябрь, но ежели он задержится в пути до Астрахани более трех месяцев, то Вам выдать ему кормовых денег на сколько времени потребно по 10 рублей на день» [5, Д. 6, Л. 42]. В упомянутой инструкции сопровождающему посланника П. Микулину, которая, как и указ губернатору, сохранилась в астраханском архиве, говорится о том, что в пути к Али Беку следует относиться с максимальным почтением, охранять и сберегать его свиту. Кроме того, от капитана требовалось максимально быстро доставить посланника в Астрахань, поскольку «обоих государств интересы того требуют, чтобы он нынешней осенью непременно мог море Каспийское переехать и ко двору Шахова Величества вскоре прибыть» [5, Д. 6, Л. 43].
Таким образом, определение дипломатических функций астраханских губернаторов дает возможность заявлять о том, что правительство страны возлагало большую ответственность на местных руководителей, предоставляя им право обеспечения всем необходимым персидских миссий, а также дальнейшего содержания в Астрахани их представителей. Эти полномочия активно способствовали обеспечению внешнеполитических контактов России и Персии, а это в свою очередь говорит о том, что Астрахань в первой половине XVIII века превратилась в форпост региональной (каспийской) дипломатии Российской империи.


Литература:

1. Броневский, С.М. Исторические выписки о сношениях России с Персиею, Грузиею и вообще с горскими народами, в Кавказе обитающими со времен царя Ивана Васильевича доныне. М. 1996 г.
2. Комаров В.В. Персидская война 1722-1725. Материалы для истории царствования Петра Великого. М., 1867 г.
3. Лысцов В.П. Персидский поход Петра I. М., 1984 г.
4. Соймонов Ф.И. Описание Каспийского моря и чиненных на оном российских завоеваний, яко часть истории государя императора Петра Великого. СПб., 1763 г.
5. Государственный Архив Астраханской Области (ГААО) Ф.394, Оп. 1, Д. 6, Л. 40- 43; Д. 262, Л.1-17.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle