Автор: Кириллова Алина Игоревна

Рубрика: 4. История отдельных процессов, сторон и явлений человеческой деятельности

Опубликовано в

международная научная конференция «Вопросы исторической науки» (Москва, январь 2012)

Библиографическое описание:

Кириллова А. И. Проблема занятости населения в национальных селах Дальнего Востока в 1970-1980-х годах (на примере Быстринского района, Камчатская область) [Текст] // Вопросы исторической науки: материалы междунар. науч. конф. (г. Москва, январь 2012 г.). — М.: Ваш полиграфический партнер, 2012. — С. 51-53.

Данная статья посвящена вопросу занятости населения национальных сел Дальнего Востока, в которых этническое большинство составляли КМНС. Освещается период 1970-1980-х годов, в который сложились предпосылки продолжающегося кризиса занятости населения. Автор для анализа ситуации использует данные Быстринского района Камчатского края. В статье описана структура занятости трудоспособного населения, причины формирования скрытой безработицы в советские годы.

Ключевые слова: Быстринский район, национальные села, занятость, безработица, занятия населения


The article describes the employment structure in national settlements of Soviet Far East, the phenomenon of disguised unemployment and reasons of its emerging. The article covers the period of 1970-1980-s when the trends of modern employment crisis appeared. The author uses material of Bystrinsky district, Kamchatka.

Key terms: Bystrinsky district, employment, national settlement, way of living


Проблема безработицы, как явной, так и скрытой, на сегодняшний день является одной из острейших для национальных сел, в которых проживают коренные малочисленные народы Севера (далее в тексте КМНС). Действительно, зачастую расположенные в удалении от региональных центров, не обладающие развитой инфраструктурой (промышленные предприятия и сфера обслуживания), населенные пункты сталкиваются с избытком рабочей силы и нехваткой рабочих мест. Особенно остро проблема безработицы встала в связи с кризисом традиционных занятий народов Севера (оленеводство, рыболовство, охота) и снижением количества людей вовлеченных в них, а также крахом советской экономики, обеспечивавшей рабочие места всему населению. Знание истоков проблемы может помочь в ее решении, по этой причине исследование данного вопроса является актуальным и социально значимым.

Быстринский район расположен в Камчатском крае (до 01.07.2007г. существовала Камчатская область и Корякский Автономный округ), на территории района находится два села (Эссо и Анавгай), этническое большинство населения составляют быстринские эвены, относящиеся к КМНС.

Формально в национальных селах в период развитого социализма население было трудоустроено на 100%. Такой проблемы как безработица не существовало до начала 1990-х годов. Однако, и в годы существования СССР безработица существовала, но в скрытом виде (на одной ставке могло работать до 3-4 человек). Одной из причин ее появления послужила политика укрупнения населенных пунктов 1960-1970-х годов. Развитие мощной социальной инфраструктуры в национальных селах Быстринского района требовало значительных капиталовложений со стороны местных и центральных властей, а также строительства дорог для регулярного снабжения населенных пунктов. Суммы и рациональность капиталовложений просчитывались государственными и местными властями. Они же выявляли «перспективность»/«бесперспективность» развития населенных пунктов. В 1964 году Решением № 338 Камчатского Облисполкома был утвержден перечень перспективных и сселяемых населенных пунктов (КГУ ГАКК Ф.Р-88 оп.1 д.708 лл.196-200, д.712 лл.112-117). Административно-территориальная политика советских властей в Быстринском районе была направлена на укрупнение и развитие социальной инфраструктуры существовавших сел, местоположение сел выбиралось властями, а не исходя из признака его комфортности для местного населения, что снижало мотивацию населения жить и работать в данном месте, приводило к замедлению экономического развития вновь образованных или сселенных поселков.

В описываемый период социалистическая экономика уже сложилась, но в национальных селах она имела ряд характерных черт. В качестве одной из таких особенностей В.А.Тураев называет специфику социалистического производства в традиционных отраслях хозяйства народностей Севера в целом, и эвенов в частности. В своих трудах он пишет: «специфика традиционных отраслей хозяйства народностей Севера такова, что они не в состоянии обеспечить занятость всего трудоспособного населения» [6; c.18]. По указанной причине государственные власти СССР постоянно вкладывали значительные суммы в развитие традиционных отраслей хозяйства на Севере – оленеводства и рыболовства. Эти данные подтверждают и дальнейшие исследования Института этнографии им. Н.Н.Миклухо-Маклая АН СССР. В 1989 году учеными института была подготовлена концепция этнокультурного развития народностей Севера на перспективу до 2005 года [7]. Исследователи отмечали, что «в производящих отраслях северных хозяйств занято от 30 до 40% трудоспособного коренного населения. В эту категорию входят оленеводы, охотники, рыбаки, звероводы, чумработницы, работники пошивочных мастерских, сотрудники хозяйственного аппарата» [7; c.21]. Кроме того, в монографии приводятся следующие цифры, описывающие уровень образованности коренного населения: лишь 15-20% населения работают на должностях, требующих высшего или среднего специального образования, около 10-30% - в сфере неквалифицированного труда (разнорабочие, дворники, сторожа, кочегары и т.п.). Как правило, в колхозной усадьбе трудилось около 150 человек, из них определенный процент, зачастую, не являлись представителями коренного населения – ветеринары, зоотехники, руководители управленческого аппарата, медработники. В поселках Быстринского района в это время проживало 776 эвенов (по данным переписи 1989г.) [2; c.69], а колхозов в районе после укрупнения осталось два, то есть насчитывалось примерно 300-350 рабочих мест в сфере производительного труда. Так, совхоз «Анавгайский» в 1980-х годах насчитывал 193 колхозника, из них сельским хозяйством было занято 167 человек (КГУ ГАКК Ф.Р-802 оп.1 д.151 лл.1-213) из них в оленеводстве 59 человек (КГУ ГАКК Ф.Р-802 оп.1 д.117 лл.105-110), а совхоз «Быстринский» - 7 звеньев оленеводов, звенья животноводов, коневодов, в которых трудилось менее 150 человек (КГУ ГАКК Ф.Р-801 оп.1 д.167 лл.144-151). В табунах Быстринского района, согласно полевым материалам А.Б.Спеваковского, в 1978-1982гг. трудилось 47 человек (пастухи и чумработницы) [5; c.202]. Кроме того, в совхозах были стройцеха, хозцеха, мехпарки и аппараты управления. Остальные обитатели сел трудились в учреждениях народного образования (школы, детские сады, ДОУ), культуры, торговли, связи, общественного питания, сферы бытового обслуживания (бани, парикмахерские, ремонтные мастерские и т.п.).

Это же доказывают данные занятости молодежи Быстринского района: «в районе насчитывается 350 молодых рабочих и служащих в возрасте до 29 лет. Из них 134 работают в совхозах, 51 – в строительстве, 88 – в здравоохранении, просвещении и культуре, 37 – в торговле, 21 – на предприятиях связи, 20 – на предприятиях коммунально-бытового обслуживания» [4]. Таким образом , 62% трудоспособной молодежи было занято вне совхозов, следовательно, оторвано от традиционных занятий. Сфера обслуживания оказалась пресыщена молодыми кадрами, что при распаде СССР и сокращении капиталовложений в инфраструктуру национальных сел в 1990-е годы привело к стремительному росту безработицы. Не имеющие достаточных знаний, умений и навыков для работы в оленеводстве, рыбозаготовке и рыбопереработке молодые люди не могли найти себе применение. Как отмечает Е.А.Папо, «большинство детей тундры стало проживать в интернатах…два-три поколения росло на всем готовеньком, не приспособленным к выживанию…не знающее, как без стрельбы и шума охотиться и ловить рыбу, то есть не наносить вреда фауне и флоре Севера» [3]. Особняком стоят дети, родившиеся после 1950-х годов в усадьбах, ставшие трудоспособными в 1970-1980-х годах. Эти эвены изначально жили в домах европейского типа и практически не бывали в табунах оленеводов. Естественно, они не знали даже азов выживания в тундре и не имели навыков обращения с оленями, зачастую, видя их пару раз в год. Таким образом, из-за нарушения традиционного порядка обучения и передачи опыта от старшего поколения к младшему сформировалось поколение, не приспособленное к жизни в тяжелых условиях тундры, эти люди шли работать в сферу обслуживания, создавая избыток кадрового ресурса в одной сфере и приводя к дальнейшему развитию кадрового кризиса.

В совхозах также наблюдалась тенденция «перегрузки» кадрами, то есть с существовавшим объемом работ могло справиться меньшее количество человек, чем состояло в штате. Это было связано с социальной политикой СССР: максимально трудоустраивать население, не допуская безработицы. Как отмечают авторы концепции этнокультурного развития, «везде слишком много разнорабочих. В среднем они составляют от 30 до 60% рабочих совхозов (иногда даже 90%), выполняя объем работ, с которым ранее справлялись не более 10% работников хозяйств» [7; c.21]. Таким образом, население, имея работу, на самом деле не трудилось в полном объеме, что способствовало развитию таких асоциальных явлений как пьянство, тунеядство, прогулы и хулиганство. Зачастую, жившие в селе разнорабочие, получая зарплату, просто сидели на рабочих местах, не зная, чем себя занять. В рамках борьбы с безработицей наблюдались случаи грубого нарушения КЗоТа, когда на одной ставке работали 2-3 человека. Естественно, что и зарплата у таких работников была очень низкой [7; c.21]. Все указанные причины способствовали тому, что люди теряли уважение к труду и трудовой дисциплине, наблюдался рост асоциальных явлений в среде работников сферы обслуживания и молодежи. В 1990-е годы это привело к крайне низким темпам адаптации населения к рыночной экономике, отсутствию частных инициатив на начальном этапе кризиса (население зачастую не знало, что можно сделать в сложившейся ситуации). Неумение применить свои способности в частном секторе экономики, отсутствие рабочих мест и экономические кризисы также способствовали росту количества суицидов в замкнутых национальных селах, так как многие их обитатели не видели иного выхода из тяжелого положения. По данным Е.В.Етылькута, председателя АНС Быстринского района, в 1998 году число официальных безработных составляло 150 человек, не учитывая скрытой безработицы (люди формально работали в обанкротившихся предприятиях, которые уже не вели никакой экономической деятельности) [1]. Также он отмечает, что в семьях месяцами не видели зарплаты, поэтому дети ходили в школу, чтобы поесть, так как дома еды не было. По этой причине в селах совершаются самоубийства, причем из жизни уходит молодое и трудоспособное население. Только в Анавгае за 1998 год умерло 19 человек. Для населенного пункта, где проживало менее 1000 человек, – это очень высокая цифра.

Таким образом, для национальных сел в 1970-1980-х годах характерен избыток трудовых ресурсов, отсутствие достаточного количества действительных (а не номинальных вакансий). Причиной «перегруженности» кадрами во многом послужила политика укрупнения центральных усадеб коллективных хозяйств. Там оказалось слишком много коренного населения. Избыток кадрового ресурса еще в советские годы и скрытая безработица в 1970-1980-х годах послужили предпосылками сложившегося в 1990-х – начале 2000-х годов кадрового кризиса в национальных селах Дальнего Востока в целом, и Быстринского района в частности. Стимулирование частной инициативы и развитие малых предприятий на грантовые средства могут способствовать решению сложившейся проблемы занятости населения.


Литература:

  1. Етылькут Е.В.Только в Анавгае умерло 19 человек//Абориген Камчатки, 9 мая 1998,с.2

  2. Кривошапкин А.В. Эвены, СПб: Просвещение, 1997, 79 стр.

  3. Папо Е.А. Народные знания – детям //[электронный ресурс] Системные требования: Adobe Acrobat Reader, URL: http://www.siberian-studies.org (последнее обращение 12.03.2009)

  4. Руками молодых // Новая жизнь, 20 августа, 1970, с.2

  5. Спеваковский А.Б. Традиционное в современной хозяйственной деятельности населения севера Дальнего Востока//Культурные традиции народов Сибири /под ред.Ч.М.Таксами/, Ленинград, 1986, 264стр.

  6. Тураев В.А. Традиции и современность в социалистическом образе жизни народностей Севера//Традиции и современность в культуре народов Дальнего Востока. Владивосток: ДВНЦ АН СССР, 1983, 156стр.

  7. Этнокультурное развитие народностей Севера в условиях научно-технического прогресса на перспективу до 2005 года (основная концепция), М.,1989,131 с.

Врезка1

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle