Автор: Секирин Андрей Александрович

Рубрика: 4. История отдельных процессов, сторон и явлений человеческой деятельности

Опубликовано в

IV международная научная конференция «Исторические исследования» (Казань, май 2016)

Библиографическое описание:

Секирин А. А. Миссионерская деятельность Русской Православной Церкви и церковная политика в отношении сектантства и старообрядчества во второй половине XIX века [Текст] // Исторические исследования: материалы IV междунар. науч. конф. (г. Казань, май 2016 г.). — Казань: Бук, 2016. — С. 67-71.



The article investigates the origin and development of missionary work in the Russian Orthodox Church against sectarianism and the Old Believers in the second half of the XIX-th century. Particular attention is paid to the analysis of missionary activity Orthodox church brotherhoods and Orthodox Missionary Society among the sectarians and Old Believers, as part of church policy against religious groups the data in the second half of the XIX-th century.

Keywords: missionary, missionary activity, sectarianism, Old Believers, a sect, schismatics, sectarians, church-state relations, church policy, church brotherhoods, Missionary Society, Orthodox Church.

Религиозные движения сектантского типа в Российской империи, законодательно ограничивались в своих правах и преследовались в уголовном или административном порядке. Таким образом, политика государства в конфессиональном вопросе, в отношении данных религиозных групп, была направлена, прежде всего, на регулирование их правового статуса в рамках конфессиональной системы империи и заключалась, прежде всего, в императивном законодательном регулировании по отношению к ним. Государство, как правило, будучи источником права в позитивном отношении, основывало свою политику на стремлении урегулировать правовой статус данных групп населения с учётом правового положения Православной церкви и защиты интересов общества и государства.

Однако в условиях конфессионального государства, обеспечивающего поддержку государственной системы духовной власти, было недостаточно лишь регулировать правовой статус отдельных вероисповеданий. При наличии государственной религии — Православия, которая являлась фундаментальной и идеологической основой русской самодержавной монархии, государство исходило из идеи «симфонии властей» [1, с. 43], при которой, государственная власть обеспечивает законодательное, правовое регулирование жизни своих подданных, а Церковь, обеспечивает духовное, пастырское руководство жизнью народа. Соответственно, одних лишь законодательных актов регулирующих деятельность сектантов и раскольников, и применения к ним мер административного воздействия со стороны государства, было недостаточно, чтобы решить вопрос о существовании сектантства, так как государство активно действовало в отношении сект, как правило, лишь в случае выявления нарушения ими существующего законодательства.

Таким образом, основная деятельность по работе с сектантами, как и вообще со всеми иноверцами, ложилась на Православную церковь, как идеологическую основу государства. Так как только Православная церковь могла распространять своё вероучение среди населения империи, то, следовательно, и проблема существования сект, находилась в плоскости духовной жизни подданных империи. Поэтому во второй половине XIX века, в Русской Православной Церкви, активизировалась противосектантская и противораскольническая миссионерская деятельность, направленная на то, чтобы христианским духовно-нравственным примером, распространять Православие и способствовать возвращению «заблудших», и «отпавших» чад, в ограду церкви.

Следует сказать, что миссионерство как таковое, является одной из важнейших основополагающих форм служения Церкви, как Тела Христова, института, сообщества верующих призванного, распространять Евангельскую весть, среди всех людей. Все члены Церкви, как Тела Христова, все верующие, должны нести миссионерское служение, каждый православный христианин, должен свидетельствовать своей собственной христианской жизнью, об Иисусе Христе, таким образом, все верующие призваны быть миссионерами в широком смысле слова. Миссионерская деятельность Церкви, как апостольское служение, является прямым исполнением заповеди Господа Иисуса Христа своим ученикам: «Итак, идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать всё, что Я повелел вам (Мф. 28:19–20)» [2, с. 1053]. Таким образом, миссионерская деятельность, распространение учения Христова, проповедь Благой Евангельской вести, лежит в самой природе Церкви.

Следует сказать, что практически, вплоть до середины XIX века, в Русской Церкви практически не было строго организованной миссионерской деятельности направленной именно на служение среди сектантов и раскольников. В течении XVIII — начале XIX века, в связи с установлением Синодальной системы управления Церковью, подчинением её государству, миссионерская деятельность была выражено достаточно слабо, что обуславливалось недостаточностью развития духовного образования, секуляризационной реформой 1764 года, значительными сложностями синодального периода, вызванными бюрократизацией и подчинённостью Церкви государству. Миссионерское служение в этот период, прежде всего, выражалось в существовании отдельных миссий, направленных на распространение христианства среди иноверцев, и практически никак не затрагивало в этот период сектантов и старообрядцев.

Эти миссии действовали, прежде всего, в регионах со значительным иноверческим населением среди мусульман, буддистов и язычников — «Контора новокрещенских дел в Поволжье, Казанская миссия среди татар и башкир, Осетинская духовна миссия на Северном Кавказе, Алтайская миссия, Якутская миссия, Кадьякская миссия на Аляске» [3, с. 20]. Таким образом, специально подготовленные миссионеры в этот период, действовали, как правило, в отношении инородцев и иноверцев, обязанности же текущей миссионерской работы среди населения, лежали практически целиком на приходском духовенстве, что конечно, в условиях постепенного роста сектантства и старообрядчества, было малоэффективным.

Со второй половины XIX века, с началом «Великих реформ», начались существенные изменения в культурной и социально-экономической сферах жизни российского общества, которые не могли не затронуть и религиозную жизнь народа. Общая либерализация общественной жизни, освобождение крестьян от крепостной зависимости, развитие промышленности, рост городов, приводило к быстрому разрушению традиционного, патриархального сельского уклада жизни. Огромная масса бывших малообразованных крестьян, оторванных от земли, направлялась в города, где становилась объектом воздействия различного рода идей, от нигилизма, социализма и атеизма, до сектантства и различного рода религиозного вольнодумства, что явно способствовало быстрому росту и распространению, различного рода сект и религиозного инакомыслия. Для государственных и церковных властей становилось очевидным, что в условиях быстро роста сектантов, одних административных, законодательных мер не достаточно, для решения конфессионального вопроса и ограждения православного населения от влияния сектантства и раскола. «Необходимо было наладить хорошо организованную миссионерскую работу в епархиях, организовать противораскольническую и противосектантскую миссии, улучшить положение приходского духовенства, поднять его образовательной уровень, укрепить в народе Православную веру и нравственность» [3, с. 396].

Становлению полноценной миссионерской деятельности Церкви, способствовали и церковные реформы императора Александра II, в результате которых был поднят образовательный уровень духовенства, улучшено положение приходов, учреждены новые епархии. С середины XIX века, миссионерское служение Церкви, становится более организованным и скоординированным, постепенно формируется соответствующая законодательная база, которая позволяет организовать полноценное миссионерское служение среди сектантов и старообрядцев.

В миссионерской деятельности Церкви, ко второй половине XIX века, сформировалось два вида миссий — внутренняя и внешняя. «Внутренняя миссия действовала среди римо-католиков, греко-католиков, протестантов и других христианских конфессий на территории России, сюда же относились старообрядцы и сектанты, то есть среди инославного населения империи, а также была направлена на христианизацию иноверного населения — мусульман, буддистов, иудеев и язычников. Внешняя миссия, главным образом, действовала за рубежом — на Среднем и Ближнем Востоке, в Северной Америке, Корее, Китае и Японии» [4, с. 130]. Для подготовки соответствующих миссионерских кадров, в духовных академиях и семинариях были открыты соответствующие отделения, особенный упор делался на подготовку миссионеров для служения среди раскольников.

С 60-ых годов XIX века начинается формирование активной миссионерской политики в отношении сектантов и раскольников, как на высшем церковном уровне, так и на уровне епархий. Синодом подготавливаются и издаются соответствующие нормативные акты, призванные упорядочить и скоординировать миссионерское служение духовенства, содействовать вовлечению приходов, мирян в активную миссионерскую деятельность. В связи с этим, Кабинетом Министров 8 мая 1864 года, был принят устав «О правилах для учреждения Православных церковных братств» [5, с. 409–410], который предусматривал создание в епархиях, на местах, при приходах и монастырях, с благословения и утверждения епархиального архиерея, церковных братств — объединений православных верующих и духовенства, для миссионерской и общественно-просветительской деятельности среди населения.

В статье 1 положения, устанавливались цели создания и полномочия членов братств: «Православными церковными братствами именуются общества, составляющиеся из Православных лиц разного звания и состояния, для служения нуждам и пользам Православной церкви, для противодействия посягательствам на её права, со стороны иноверцев и раскольников, для созидания и украшения Православных храмов, для дел Христианской благотворительности и для распространения и утверждения духовного просвещения» [5, с. 409], таким образом, братства были призваны, способствовать распространению и укреплению Православной веры среди населения. Члены братств занимались благотворительностью и духовным просвещением, вели активную миссионерскую работу, прежде всего в епархиях, со значительной долей инославного и иноверного населения. Исторически, Церковные братства существовали в Западных губерниях, со значительным католическим и униатским населением, однако, после издания данного положения, они стали организовываться по всей стране. «К 1893 году уже насчитывалось более ста таких братств, они вели активную миссионерскую деятельность среди как инославных конфессий, так и среди старообрядцев и сектантов. Святейший Синод регулярно выдавал существенные финансовые средства на деятельность и организацию братств, они имели своих штатных миссионеров, регулярно проводили съезды, активно занимались различными духовно-просветительскими проектами, издавали книги, журналы, организовывали миссионерские школы, различные социальные и благотворительные заведения» [6, с. 453–454].

Однако, духовным, так и светским властям становилось, очевидно, что для наиболее эффективного противодействия распространению раскола и сектантства, организации миссионерской деятельности среди инославных конфессий и иноверных вероисповеданий, необходимо создание общероссийской организации, которая занималась бы миссионерским служением и курировала бы деятельность миссионеров на местах. С этой целью, 16 июля 1865 года, Комитетом Министров, был утверждён устав «Миссионерского Общества» [7, с. 792–794], которое призвано было заниматься распространением Христианства, первоначально, только среди язычников и нехристианского населения империи. В параграфе 1 устава общества, указывались цели его создания: «Миссионерское Общество имеет целью распространение Православного Христианства между язычниками в пределах Империи (кроме Кавказа) и соседних стран, а также между другими нехристианами, в нашем отечестве обитающими» [7, с. 792]. В четвёртом параграфе, устанавливалась территориальная сфера деятельности общества — это районы Алтая, Забайкалье, а также населённые мусульманами регионы, так же общество планировало распространить сферу на сопредельные регионы Средней Азии. Планировалось, что основными видами деятельности общества будут материальная и организационная поддержка миссионеров, постройка церквей, организация социальных учреждений, строительство и содержание школ и больниц, содействие епархиальным властям в организации и снабжении миссий, а также всеобщая поддержка в Православных верующих миссионерского призвания.

Однако действия учрежденного общества не отличались сколько-нибудь заметными успехами. Выявились организационные трудности, не было достаточно хорошо продумано и организовано взаимодействие с Церковными властями, кроме того, сфера миссионерской деятельности общества, а именно, распространение христианства только среди язычников и иноверцев, явно не соответствовало общим миссионерским задачам Церкви, особенно касательно сферы борьбы с сектантством и расколом. «В связи с этим, обер-прокурор Синода Д. А. Толстой, сообщил руководству общества, о том, что его деятельность будет перенесена в Москву, и подчинена непосредственно Церковному начальству. Руководство реорганизованным обществом, было решено поручить выдающемуся церковному деятелю, Святителю Иннокентию (Вениаминову), Митрополиту Московскому и Коломенскому, который много лет потрудился в деле миссионерского просвещения народов Сибири, Дальнего Востока и Аляски» [8, с. 4–5].

Вопрос с перенесением деятельности общества, столкнулся со значительными трудностями, в связи с этим, владыка Иннокентий, решил заново организовать эту деятельность и 25 января 1870 года в Москве, было вновь создано «Православное Миссионерское Общество», которое было призвано стать основным координирующим органом, в деле развития миссионерского служения, но уже во всероссийском масштабе. Ранее, 21 ноября 1869 года, был Высочайше утверждён новый устав «Православного Миссионерского Общества» [9, с. 300–305], также разработанный при непосредственном участии Святителя Иннокентия, которое теперь состояло под покровительством Государыни императрицы, при непосредственном наблюдении Святейшего Синода. Тем самым, миссионерская деятельность Церкви, отныне находилась под самым пристальным вниманием высших духовных властей, что говорило о чрезвычайной важности политики миссионерского служения среди населения и распространения Христианства.

По сравнению с предыдущим уставом, новый устав, предусматривал значительные изменения в целях создания и действиях общества, расширение миссионерского служения на всё население империи, параграф 6 устава общества устанавливал: «Миссионерское Общество имеет целью содействовать, …, Православным миссиям в деле обращения в Православную веру обитающих в пределах Русской Империи нехристиан и утверждения обращенных в истинах Св. Веры, так и в правилах Христианской жизни» [9, с. 300–301]. В седьмом параграфе устава, устанавливалось, что Общество стремится к пробуждению у православных христиан интереса к миссионерскому служению, содействует в материальном обеспечении миссионеров, организует постройку и содержание миссионерских церквей, школ и больниц, организует издание и распространение среди населения духовно-нравственной, миссионерской литературы, книг и журналов. В организационном плане, делами Общества руководил Совет, под председательством Митрополита Московского и Коломенского, находящийся в Москве, а на местах, в каждой епархии предписано было создавать Комитеты Общества, под председательством местных епархиальных архиереев. Тем самым, деятельность общества была поставлено под строгий контроль духовенства, для наиболее успешных действий в деле миссионерского служения. Православное Миссионерское Общество поставило задачу с одной стороны просветительско-благотворительную деятельность среди населения, его ознакомление и привлечение к миссионерскому служению, с другой, организационную, материальную поддержку миссий и создание различных миссионерских учреждений.

Однако духовным и светским властям становилось, очевидно, что принятых мер явно не достаточно в деле миссионерского служения, особенно в вопросе противостояния сектантам и раскольникам. За период либеральных реформ Александра II их численность значительно выросла, а дарование определенных гражданских прав и свобод старообрядцам законом 3 мая 1883 года, чем также воспользовались и некоторые сектанты, привело к значительной активизации и к увеличению численности данных конфессиональных групп. Изменение социальной структуры Российского общества, вызванного реформами Александра II, либерализация общественной жизни, а также ведомственно-бюрократическое положение Православной Церкви в государстве, несмотря на некоторые реформы в её правовом статусе, приводили к религиозному расслоению населения, росту маргинальных конфессиональных групп, росту сектантства. Было очевидно, что необходимо значительно активизировать миссионерскую деятельность в отношении сектантов, деятельность в этой сфере, Православного Миссионерского Общества была явно недостаточной, так как Миссионерское Общество, в первую очередь, осуществляло миссионерское служение и просвещение среди нехристианского населения.

Одной из значительных сложностей в деле борьбы с сектантством и расколом было отсутствие значительного количества хорошо подготовленных миссионерских кадров для служения именно в сектантской среде. Для этого в семинариях и академиях, при подготовке будущих пастырей в первую очередь, необходимо было устранить недостаток знаний о сектантстве и расколе. «С 1885 года в учебную программу духовных учебных заведений вводятся новые предметные дисциплины и создаются кафедры по истории и обличению раскола и сектантства, тем самым, в Церкви стали готовить миссионерские кадры, направленные на деятельность именно в старообрядческой и сектантской среде» [4, с. 114].

Таким образом, можно сделать вывод, что во второй половине XIX века, в условиях изменения социокультурных и экономических реалий в жизни российского общества, роста религиозного инакомыслия и сектантства, в Русской Православной Церкви, создаётся организованная миссионерская деятельность, направленная как на противодействие раскольникам и сектантам, так и на широкое духовно-нравственное просвещение населения. Миссионерская деятельность, являлась частью церковной политики, в отношении данных религиозных групп населения в условиях сложившейся в Российской империи системы государственно-конфессиональных отношений.

Литература:

  1. Фирсов С. Л. Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х-1918 гг.). М.: Культурный центр «Духовная Библиотека», 2002. 639 с.
  2. Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. М.: Изд-во Московской Патриархии, 1989. 1371 с.
  3. Ефимов А. Б. Очерки по истории миссионерства Русской Православной Церкви. М.: Изд-во ПСТГУ, 2007. 688 с.
  4. Фёдоров В. А. Русская Православная Церковь и государство. Синодальный период. 1700–1917. М.: Русская панорама, 2003. 480 с.
  5. «О правилах для учреждения Православных церковных братств», высочайше утвержденное положение Комитета Министров от 8 мая 1864 года. // Полное собрание законов Российской империи. Собр. второе. Том XXXIX, Отд. I, 1864. № 40863. С. 409–410.
  6. Русское православие: вехи истории. / Под. ред. А. И. Клибанова. М.: Политиздат, 1989. 719 с.
  7. «Устав Миссионерского Общества», высочайше утвержденное положение Комитета Министров от 16 июля 1865 года. // Полное собрание законов Российской империи. Собр. второе. Том XL, Отд. I, 1865. № 42309. С. 792–794.
  8. Православное Миссионерское Общество. Историческая записка о деятельности Общества за истекшее двадцатипятилетие (1870–1895 гг.). / Сост. А. В. Никольским. М., Печ. А. И. Снегиревой, 1895. 147 с.
  9. «Устав Православного Миссионерского Общества», высочайше утвержденный именной указ, данный Святейшему Правительствующему Синоду от 21 ноября 1869 года. // Полное собрание законов Российской империи. Собр. второе. Том XLIV, Отд. II, 1869. № 47699. С. 300–305.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle