Библиографическое описание:

Пивень А. А. Основные тенденции развития французского королевского двора в XVI — первой половине XVII вв. [Текст] // Исторические исследования: материалы III междунар. науч. конф. (г. Казань, май 2015 г.). — Казань: Бук, 2015. — С. 18-20.

Франция XVI — XVII вв. представляла собой государство, где шел переход от сословно-представительной монархии к абсолютной. Этот процесс начался при Франциске I в XVI в. и завершился при Людовике XIV в XVII столетии.

Двор в эпоху абсолютной монархии приобретает совершенно новый и особый статус: он не только служит жизнеобеспечению королевской семьи и ее приближенных, но и приобретает важнейшую функцию репрезентации власти. Это проявляется в пышности двора, увеличении придворного штата с 300 человек в конце XV в. до 8000 человек при Людовике XIV, его новой организации, театрализации придворной жизни, концентрации вокруг двора всего культурного потенциала страны. Этот феномен активно подчеркивается и в исследованиях, посвященных двору, и даже в работах по истории искусства. По словам А. Фюретьера, писателя «Великого века», «роскошь двора демонстрирует могущество государя» [1, с. 90–91].

От роскошного Ренессанса до блестящего Нового времени, королевский двор был символом силы государства и личной власти короля. Исторически сложилось так, что французский королевский двор во многом служил примером для подражания других государств Европы. В его развитии, в интересующий нас период, мы можем выделить несколько тенденций.

Во-первых, проникновение ренессансных тенденций во Францию оказали прямое влияние на становление и развитие Дома короля, начиная с первой половины XVII вв. Именно тогда, Франциском I и Генрихом II закладываются основные структуры двора, когда король и его двор стали занимать особое, в социальном плане, положение, и их статус со временем только возрос. Это время установления этикета при дворе, особенно по отношению к монарху.

Во-вторых, от Франциска I в первой половине XVI в., до Генриха IV в началеXVII в. сохраняется традиция кочевания двора из замка в замок. Правда, если Франциск I и его свита перемещались по стране потому, что Париж был все еще не пригодным для осуществления своей функции как места постоянного расположения двора короля, то Генрих IV переезжал с места на место не так часто и в результате того, что король любил путешествовать, особенно по замкам, которые были восстановлены по его указу — Фонтенбло, Сен-Жермен-ан-Лэ и пр. Окончательно двор «осядет» в Версале только в правление Людовика XIV.

В-третьих, важной частью придворной жизни, особенно во времена Религиозных войн и далее, стали различные интриги и заговоры. Со временем они стали повседневным занятием знати. Особенно многочисленными они стали во время усиления авторитарного режима королевской власти. Таким примером могут служить заговоры времен Людовика XIII, направленные не только против власти короля, но и его министра, кардинала Ришелье, о которых мы писали ранее. Причем, во главе этих «действий» часто стояли королевы.

В-четвертых, постепенно усиливающееся влияние королевы на придворную жизнь. Примером может служить королева-мать Екатерина Медичи, при непосредственном участии которой совершались многие деяния при дворе. На протяжении более 20 лет она оказывала влияние на политико-дипломатические решения французских королей. Таким же примером может служить и Анна Австрийская, которая активно вмешивалась в государственные дела, в том числе касающиеся внешней политики (в частности, отношений с Испанией).

В-пятых, королевский двор XVI — XVII вв. был сосредоточением культурной и просветительской жизни страны. Балы и маскарады, театр и балет, охота и азартные игры — все это имело место при дворе.

В-шестых, двор периода раннего нового времени стал местом трансформации образа монарха, от короля-рыцаря, коими были короли XVI в., и, даже Генрих IV, к королю придворно-аристократического типа, каким стал Людовик XIV. Параллельно с этим, шел процесс изменения общества, окружавшего короля. Возникало совершенно новое, аристократическое общество, основанное на дворянстве, на служилых людях.

Эта тенденция, занявшая более полутора столетий, берет свое начало от Франциска I, с его еще средневековыми, феодальными порядками, ко двору Людовика XIV, где король выстроил двор исходя из того, что теперь дворянство находилось в постоянной зависимости от короля.

В-седьмых, между дворами XVI, даже XV и XVII столетий была прямая преемственность. Дело Франциска I и Генриха II по обустройству двора, продолжил Генрих III, что выразилось в серии регламентов короля, касающихся правил придворной жизни, системы служб двора и церемониала. Эти регламенты в дальнейшем будут неоднократно применяться и дополняться Генрихом IV (он восстановит их действие после неразберихи, творящейся при дворе в конце 80-х — начале 90-х гг. XVI в.) и Людовиком XIII. Как уже было отмечено ранее, своего пика придворная организация достигнет в Версале, при дворе Людовика XIV.

Эволюция королевского двора во Франции XVI — первой половины XVII вв. говорит нам о последовательной политике королей в области организации придворной жизни и церемониала. При этом двор часто становился местом противостояния королевских фаворитов и оппозиции. Этот процесс во второй половине XVI в. сменился затяжной борьбой крупных политических и религиозных группировок на фоне углубившегося процесса Реформации.

В результате Франция окажется впутанной в продолжавшиеся почти полвека кровавые Религиозные войны. Причиной им послужит политическая и религиозная неоднородность состава королевского двора и высшей знати, находящейся на службе у короны.

Однако, именно в это тяжелое для Франции время, при королевском дворе мы наблюдаем, процесс начала организации и регламентации королевского двора, который был положен регламентами Генриха III в 1578–1585 гг. Цель их — соблюдение придворными распорядка дня, который был подчинен занятиям короля. Так же, при дворе должны были соблюдаться определенные правила поведения, которые были изданы по указу короля в форме брошюры и носящие название «Генеральный регламент».

Все это стало началом формирование придворного этикета, расцвет которого мы наблюдаем в эпоху Людовика XIV. А пока все нововведения Генриха III вызвали недоумение, в том числе в области религиозной политики.

Несмотря на заботу короля в деле процветания его двора, за его пределами эти правила не действовали. Перед монархом стала проблема организации жизни в королевстве, прекращение Религиозных войн.

Новая династия Бурбонов смогла разрешить проблемы, которые стояли перед государством накануне XVII столетия. Генрих IV наладил диалог между противоборствующими сторонами, участвующими в Религиозных войнах, издав Нантский эдикт. Тем не менее, противоречия внутри государства сохранялись вплоть до Генеральных штатов 1614–1615 гг.

Новый виток политики короны в отношении двора мы находим в правление Людовика XIII. В XVI в. расходы на содержание Дома короля мотивировались тем фактом, что королевский двор должен быть ничуть не хуже и даже лучше самых известных дворов Италии. Этому способствовало появление во Франции Екатерины Медичи, супруги Генриха II. Теперь же, в первые годы правления Людовика XIII двор переживал соперничество двух культур: роскошной Италии и пышной Испании. За этим стояли две женщины: мать короля итальянка Мария Медичи и его спутница жизни, испанка Анна Австрийская.

Нет сомнения в том, что двор придется повергнуть определенным изменениям. В результате, двор королевы разросся до невиданных размеров и стал участвовать в решениях, напрямую касающихся судьбы государства. При дворе разыгрывался новый конфликт — между кардиналом Ришелье и объединившимися королевами.

Тем временем, Людовик XIII продолжает дело отца, сокращает число служащих, проводит политику по привлечению родовитых дворян на службу, тем самым формирую вокруг себя слой преданных ему лиц. Такие действия короля сыграли роль в постоянном пребывании королевского двора в Париже, в Лувре. Однако порядок при дворе не был долгим: вскоре вновь расцветет практика продажи должностей, возникнет «новая знать», основывающая свое положение на величие предков, но уже с новыми титулами.

Под знаком противостояния кардинала и главу правительства Ришелье с королевой-матерью Марией Медичи и королевой Анной будет проходить придворная жизнь в 30–40 гг. XVII вв. При дворе формируются фракции, одни будут поддерживать «Красного кардинала», другие — королев. В результате, двор будет наполнен родственниками кардинала, а ставленники королевы Анны будут организовывать все новые заговоры. Резидент австрийского императора во Франции докладывал в Вену: «Двор переполнен шпионами, которые находятся повсюду, исполненные лжи, обмана, фальши и лицемерия» [1, с. 150].

Ришелье понимал, что королевский двор — место сосредоточения оппозиции, поэтому еще с середины 20-х гг. он начинает высылать всех неугодных ему, что обезопасить себя и подчинить двор власти слабого Людовика XIII. «Никогда ни в одном государстве заговорщики не были столь сильны; легче назвать тех, кто не был замешан в заговоре, чем тех, кто был к нему причастен» [2, с. 67],- пишет Ришелье. Кардинал всеми силами поддерживает короля в его противостоянии «давлению матери», а после ее бегства, его супруге, Анне Австрийской, происки которой мешали кардиналу.

Поворотным моментом в вопросе жизни двора стали смерть Ришелье и Людовика XIII и регентство Анны Австрийской, когда при королеве «составилась тесная группа придворных, главным образом из числа тех, кто при жизни покойного короля сохранял преданность королеве; их назвали Высокомерными» [3, с. 28]. Вскоре они были разогнаны Мазарини, к которому королева, как уверяет Таллеман, «издавна была расположена» [4, с. 108]. Период развития Франции в 1640-х — начале 1650-х гг. известен под названием «Фронда». Это время противостояния Мазарини и парламента Франции, в дальнейшем в борьбу включились принцы крови.

Фрондеры боролись с двором периода регентства королевы-матери и оказавшегося в сфере влияния кардинала Мазарини. Но Фронда была разрозненным движением, с высокой степенью разделения. В результате, Анна Австрийская подавила Фронду и закончилось противостояние Парижского парламента и двора в пользу последнего. Родовая знать постепенно слилась с верхушкой парламентских семей и семей высшей бюрократии, образовав замкнутое общество придворной знати. Двор стал единственным реальным источником власти и богатства, поглотив властные прерогативы парламента и всецело подчинив себе бюрократический аппарат [5, с. 195].

В результате, двор первой половины XVII в. стал местом борьбы дворянства за место подле короля. При этом при дворе процветали интриги и заговоры, шел процесс формирования нового дворянства и эмиграция недовольных политикой двора представителей высшей знати. Много из них пытались сформировать оппозицию за пределами государства, чем пользовались соперники Франции на международной арене, пытаясь повлиять на судьбы французской монархии. Но за правителями первой половины XVII в. стояли опытные высшие сановники (Сюлли, Ришелье, Мазарини) и все внешние альянсы оппозиции потерпели крах.

Таким образом, французский королевский двор на всем протяжении его существования представлял собой сложный институт, был одним из мест непосредственного влияния короля. При этом, двор монарха служил как опорой его власти, так и местом зарождения оппозиции. Он постоянно совершенствовался и являл собой венец величия французского короля.

 

Литература:

 

1.                  Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время / Ответ.ред. Т. П. Гусарова. М., 2011.

2.                  Ришелье А. Ж. дю Плесси де. Политическое завещание. Принципы управления государством / Пер. с фр. Л. Сифурова. М., 2008.

3.                  Ларошфуко Ф. де. Мемуары / Пер. с фр. А. С. Бобовича. Л., 1971.

4.                  Жедеон Таллеман де Рео. Занимательные истории. 1657 / Пер. с фр. Энгельке А. А. Л., 1974.

5.                  Шишкин В. В. Королевский двор и политическая борьба во Франции в XVI-XVII веках. СПб, 2004.

 

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle