Библиографическое описание:

Гасанов Э. Л. К вопросу о научном исследовании наследия М.Ш. Вазеха [Текст] // Исторические исследования: материалы III междунар. науч. конф. (г. Казань, май 2015 г.). — Казань: Бук, 2015. — С. 146-147.

«Устады Востока обладали способностью в своих устных и письменных высказываниях облекать содержание в красивую, доступную форму», — отмечал Ф. М. Боденштедт. Именно по этой причине «дети» Запада в течение веков направлялись для обучения мудрости к поэтам и философам этой части света. Мирза Шафи вазех считал, что в Европе молодежь живет «без убеждений и веры». Поэт твердо верил, что в созданном им литературном меджлисе «Дивани хикмет» возможно привитие им необходимых поучительных качеств. Автор историко — этнографической книги «Тысяча и один день на Востоке» Ф. М. Боденштедт подробно описал деятельность этого «дярняя» (кружка) и его идейного вдохновителя Вазеха по распространению морально — этических норм Востока. Знакомство с записками путешественника Боденшдедта свидетельствует о четкой системе обучения, включающей разнообразные приемы по усвоению закономерностей суждения и умозаключения. Поэт, учитывая континент иностранных учеников, помогал им в овладении фарси, арабского и азербайджанского языков, в постижении глубины мысли поэтов и философов незнакомой для них страны. Обычно «устад читал стихи, растолковывал особенности рифм и содержания, внимательно работал над произношением». Ученики нередко самостоятельно определяли значение арабских слов, что вело к более сознательному усвоению лексики. Элементы интерактивного обучения видны в таком дидактическом приеме: после образцового, мелодического исполнения стиха устад обязывал «каждого из нас составить мудрое высказывание или рассказать свою версию услышанного». В ответ учитель предложенное или меткое выражение трансформировал в очередную песню — стих. Как видим, занятия строились на активном диалоге с учениками, что исключало монотонность обучения, готовила их к спонтанной речи на изучаемом языке. Это является показателем прогрессивности «Дивани хикмет» в сравнении с косностью обучения в медресе. Мирза Шафи не пренебрегал бурными диспутами на философско — литературные темы различных направлений. В конечном итоге ученики приобретали те навыки и умения, что важны для формирования их собственного взгляда. Круг этот был достаточно широк и охватывал интересные проблемы:

-        специфика национальных качеств народов Запада;

-        гендерное равновесие;

-        типографское издательство книг и рукописные образцы;

-        литературная критика и языковедение.

В процессе урока устад не ограничивался лишь устными формами работы, а сочетал их с письменными. Например, «когда он, забывшись отвечал на заданный вопрос на привычном ему диалекте, я часто не мог понять мысль. В таком случае Мрза повторно задиктовывал высказывание и старался направить мои усилия в доступное мне русло». Основным дидактическим материалом служили рукописные тетради со стихами и мудрыми мыслями под названием «Ключи от мудрости», образцы из которых подвергались совместному объяснительному чтению и критическому анализу. Другим источником были высказывания учеников, анализируемые с целью достижения филигранности в написании метких выражений, афоризмов. Помня о возникающей в ходе урока усталости от напряженной мыслительной работы, учитель продумывал и момент «разрядки». «На каждой перемене исполнялись песни. В них отражалась каждая мечта, каждое пожелание». Здесь видим пример коллективной медитации. Восточному уму Мирза Шафи учил на творчестве Джами и Саади, Хагани и Хафиз, Низами и Физули, цитируя их. Он всегда при этом называл имя автора, давал объективную оценку их литературному наследию. Поэт без тени ревности упоминал имена мудрецов — современников, например: Аббасгулу хана, Омара эфенди. Он не претендовал на абсолютную исключительность в когорте мудрецов. Хотя по словам автора книги, «если существовал человек, создавший сокровище из стихов, то это Мирза Шафи Вазех».

Устад высоко ценил эти личности. Одного из представителей бакинских ханов, Аббасгулу хана он характеризовал так: уважения достойны его «просвещенность и простота». Омара эфенди он прочил после своей смерти в учителя Фридриха: «Он обладает большим умом и благовоспитанностью. Он станет первым, а ты — вторым мудрецом ». Пословицы и поговорки — тоже кладезь восточной народной мудрости. Вазех много цитирует, рассказывает легенды и притчи, которые раскрывают национальные ценности того или иного народа, например:

-        притча о шайтане;

-        грузинская притча о Давид — горе;

-        легенда о 40 девушках.

Автор восхищается тонким языковым чутьем Устада: «Если даже Мирза Шафи не знал этого (немецкого) языка, я бы сказал, что он и сеть настоящий знаток языка». Подтверждением этому является чуткое восприятие и большой интерес к поэзии Томаса Марра и Гейне, Байрона и Шиллера. Меткое высказывание поэта по этому поводу подчеркивает его природную мудрость: «Посторонние воспринимают язык звезд в меру своего понимания». Если «расшифровать» семантику слов образного умозаключения, то можно установить такие соответствия: «звезды» — далекие страны, «посторонние» — те, кто не владеет языком. Вот пример краткости, облаченной в красочную художественную форму. Особенность метких высказываний прежде всего в их содержательности, четкости изложения, образности языка. Подобное высказывание может включать в себя цепочку умозаключений, состоящих из суждений, завершаемых выводами. Вот пример рассуждения на тему истинной любви: «… Не стоит тратить время на такие занятия! Большими запросами от всего не урвать доли. Есть колодцы, которые даже всем мудрецам не заполнить мудростью. Подобная мысль не придет даже в голову глупых устадов, но последние доводят толковых устадов до исступления. Как сказал Саади: «Если облако окрасило землю животворным дождем, и в стране взращен богатый урожай, даже и в этом случае кипарис не станет плодоносить!» Можем ли изменить местоположение солнца, если оно не обогревает нас? Если роза недостаточно благоухает, это значит, что в болоте она росла бы лучше?». За цепью риторических вопросов следуют логические выводы: «Жизнь — борьба между светом и тенью, добром и злом, красотой и безыскусностью устадом является тот человек, который в уродствах мира способен заметить красоту. Это такое чувство, которое исходит от нашего сознания и солнца, алых щек красавиц и лепестков роз. Я преклонюсь перед такой любовью.». Сам Фридрих Мартин недаром обучался у Мирза Шафи. Вот одно из его высказываний об Устаде: «…свою, состоящую из гасидов, газелей, рубаи и песен книгу, являющуюся источником ума, Мирза Шафи написал для просвещения глупцов и укрепления ума устадов».

 

Литература:

 

  1. Aslanov A. Mirzə Şəfi Vazeh. “Nəğmələr”. Bakı, 2004.
  2. Bayramov A. F. Bodenştedtin Mirzə Şəfi Vazeh haqqında xatirələri. Bakı, 2008.
  3. Bayramov A. Nəğmələr şairi. Bakı, 2008.
  4. Ələsgərov S., Abdullayeva S. “Azərbaycan xalq alətləri”. Bakı, 1996.
  5. Mirzə Şəfi Vazeh. Şerlər məcmuəsi. Bakı: Elm, 1987.
  6. Сеидзаде А.А. Мирза — Шафи Вазех. Баку: Азербайджанское Государственное Издательство, 1969.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle