Автор: Фомин Дмитрий Михайлович

Рубрика: 4. История отдельных процессов, сторон и явлений человеческой деятельности

Опубликовано в

III международная научная конференция «Исторические исследования» (Казань, май 2015)

Библиографическое описание:

Фомин Д. М. Основные тенденции развития строительной отрасли в Кемеровской области в 1943 — начале 1950-х гг. [Текст] // Исторические исследования: материалы III междунар. науч. конф. (г. Казань, май 2015 г.). — Казань: Бук, 2015. — С. 118-120.

Угольная промышленность является основой экономического благополучия Кемеровской области как сейчас, так и на протяжении всего существования региона, поэтому это не удивительно, что именно ей в Кузбассе уделялось первостепенное значение, как на уровне руководства страны, так и на уровне руководства области. Успешное развитие угольной промышленности было бы немыслимо без мощной шахтостроительной индустрии. На момент образования области в регионе работала всего одна шахтостроительная организация — Прокопьевскшахтострой. Этот трест осуществлял строительства шахт и объектов инфраструктуры угольных городов. Основную трудность в рассмотрении шахтостроительной отрасли в годы войны и первые послевоенное время вызвано отсутствием полноценных отчетов о деятельности Кузбассшахтостроя (Первый отчет датирован 1949 годом). Тем не менее, данные партийного архива компенсируют этот недостаток. В годы войны строительство объектов угледобычи велось по упрощенным проектам, но, несмотря на это Кузбассшахтострой не справлялся с выполнением поставленных задач. Об этом свидетельствует тот факт, что на втором пленуме Обкома ВКП (б) (29.09.1943) начальник шахтостроительного треста Т.Д. Давыдов был подвергнут жесточайшей критике. Спустя несколько месяцев в декабре 1943 года, на собрании партийного актива области критика начальника единственного шахтостроительного треста, была продолжена с новой силой. В этот раз ему в вину ставили на равне с плохой организации работы на строительстве шахты им. Сталина, Молотого, и Капитальная 2, еще и не выполнение планов по строительству шахт Андреевская и 7-а и 7-б. [1] Несмотря на то, что угольная отрасль была в приоритете для Кузбасса, избежать трудностей шахтостроителям так и не удалось.

В годы Великой Отечественной войны в Кемеровской области продолжалось возведение стратегически важных объектов металлургической отрасли. Прежде всего, это касалось расширения действующих производств КМК и алюминиевом завода в городе Новокузнецке. За каждым из этих металлургических гигантов южной столицы Кузбасса была закреплена своя строительная организация — Сталинскпромстрой и ОСМЧ-3 соответственно. Оба треста подчиненные Наркомчермету имели совершенно различную структуру. Дело в том, что Сталинскпромстрой, наследник знаменитого Кузнецкстроя, считался основной строительной организацией города, поэтому на его нужды обращали больше внимания, чем на относительно новый, образованный в 1942 году, ОСМЧ-3. Особенность ОСМЧ-3 в годы войны была в том, что трест абсолютно не имел собственной базы производства строительных материалов, а все потребности этой организации в строительных деталях удовлетворялись за счет других строительных организаций. Об этом свидетельствует распоряжения Обкома ВКП (б) о выделении ОСМЧ-3 необходимых фондов кирпича за счет заводов, принадлежащих Кузбассшахтострою и Сталинскпромстрою. [2] Между тем как трест вел активные работы по строительству ТЭЦ алюминиевого завода, поэтому вполне не удивительно, что такой не полноценный трест постоянно получал замечания со стороны партийного руководства страны за срыв строительно-монтажных работ. Несколько лучше дело обстояло у Сталинскпромстроя. Трест вел активное как промышленное, так и гражданское строительство. Несмотря на самую мощную в городе строительную базу, тресту также не удавалось оставаться без замечаний вышестоящего начальства. На совещании в Обкоме в апреле 1943 года, Первого секретарь охарактеризовал строительство трестом дополнительных мощностей ТЭЦ КМК как “совершенно пущенными на самотек”, к этому было добавлено, что также неудовлетворительно ведется строительство двух печей на заводе ферросплавов. [3] В столице области, основные тяжесть по обслуживанию строительных потребностей ложилась на ОСМЧ-30. Из-за перегруженности треста, ему не удавалось выполнять в срок строительно-монтажные работы, даже по стратегически важным объектам, например, в комбинате № -392, трест не успевал в срок пустить дополнительные мощности по производству пороха, тоже самое и на заводе № -75, выпускающим детали для артиллерийских орудий. Положение осложнялось тем, что, как подчеркивалось на заседании бюро Кемеровского обкома, проходившего в начале июля 1943 года, срыв сроков пуска этого объекта воспринималось как государственная измена. Поэтому Обком мобилизовал все имеющиеся у него резервы, чтобы не допустить этого. Активные действия партийных органов области по перераспределению и концентрации ограниченных ресурсов на ключевых направлениях возымело действие, в конце декабря трест отчитался, что выполнил план на 101,3 %. [4] К концу войны положение в строительстве нисколько не улучшилось, только за счет жесткого перераспределения имеющихся ресурсов в ущерб многим объектам проводилось строительство на стратегически важных направлениях. Здесь вполне уместно процитировать

После окончания войны потребность, как в Кузбасском угле, так и в металле по всей стране начала возрастать. Как следствие, необходимость, как в шахтном строительстве, так и в целом промышленном строительстве также была достаточно велика, об этом говорит хотя бы тот факт, что к концу 1940-х годов в области было уже 4-ре шахтостроительных треста, объединенные в один комбинат, Главкузбассшахтострой (с 1951 года Кузбассшахтострой). [5] Задача для шахтостроителей в 4-й пятилетке (1945 — 1950) была действительно сложная, необходимо было ввести в строй 30 новых шахт, общей мощностью 18 млн. тонн угля. Несмотря на то, что плановые показатели, не учитывали реальные возможности шахтостроителей, благодаря вниманию к отрасли со стороны, как центральных, так и местных властей, к концу 1940-х годов Главкузбассшахтострой представлял собой мощный строительный комбинат, который включал в себя помимо 4-х шахтостроительных трестов, еще специализированную шахтомонтажную, а также дорожно-строительную организацию, трест по производству строительных материалов, ремонтно-механическую базу и песчано-гравийный карьер. Благодаря такой структуре комбинату удавалось направлять ресурсы на наиболее важные участки строительных работ, что было необходимо в ситуации, когда ощущался общий послевоенный дефицит фондируемых материалов. Сеть шахтостроительных организаций позволяла обеспечить комплексное угольное развитие региона. Так в каждом из разрабатываемых месторождений угля в Кемеровской области находилась своя строительная организация. О масштабах фронта работ Главкузбассшахтостроя говорит хотя бы тот факт, что в 1949 году комбинат вел разнообразные работы на 31 шахте, из которых 18 относились к новому шахтному строительству, и в итоге, к концу года комбинат должен был вести в строй 4 новые шахты в бассейне. [6] Вторая половина 1940-х годов стала началом освоения нового способа добычи угля. Всего к 1949 году в Кузбассе было построено три карьера (Краснобродский, Бачатский, Прокопьевский), тем не менее, основным все еще оставался открытый способ добычи угля. [7] В начале 1950-х годов экстенсивное развитие угольной отрасли вызывает необходимость расширения сети шахтостроительных организаций, так в 1951 году, на базе Ленинск-Кузнецких и Полысаевский строительно-монтажных управлений треста Кемеровошахтострой создается новая шахтостроительная организация — Ленинскшахтострой. [8] В 1953 году происходит объединение всех автобаз шахтостроительных трестов в единое автоуправление, это решение позволяло концентрировать автотранспортные ресурсы на самых важных строительных объектах. Наращивание шахтного строительства продолжалось и в середине 1950-х годов. В 1953 году план по вводу новых шахт для Кузбассшахтостроя составил 7 шахт, а всего комбинат вел строительные работы на 22 шахтах. Причет в начале года план по новым шахтам был на уровне 4-х, но в течение года он возрос до 7-ми. [9] Увеличение плановых показателей приводило к нарушению ритмичности работы шахтостроителей. Так из-за работ на 7-ми пусковых шахтах во втором полугодии 1953 года почти полностью были остановлены строительно-монтажные работы на других не пусковых объектах. [10] Невыполнение годовой пусковой программы приводило к переводу не сданных в отчетном году объектов на следующий год, что в итоге сбивало график работ по строительству на будущий год.

Вторая половина 1940-х — 1950-е годы стали временем начала строительства основных промышленных комбинатов других отраслей промышленности. На основе трофейного оборудования в конце 1940-х начинается строительство НКХК, которое будет завершено только в начале 1950-х годов. Но гораздо более сложные изменения происходят в металлургической отрасли. Дело в том, что металлурги Кузбасса в годы войны работали на привозном, уральском сырье, так как не было никакой возможности разрабатывать богатые рудные залежи южной Сибири. После окончания войны такая возможность появилась. Поэтому 9 июля 1946 года выходит постановление Совета министров СССР: “строительство горнорудных предприятий Кузнецкого металлургического комбината”. В постановлении, ответственность за строительство местной сырьевой базы КМК возлагалась на Сталинскпромстрой. Причем в титульный лист строительных работ входили совершенно разнопрофильные объекты: железная дорога, автодорога, два рудника, две обогатительные фабрики, плюс к этому строительство жилых поселков со всей инфраструктурой. Это все нужно было построить к концу пятилетки (то есть к 1950-му году) в местах, где до этого не велось никаких строительных работ. [11] Действительно ни сроки, ни мощность самой ответственной строительной организации не позволяли выполнить это задание в срок. Министерство строительства предприятий тяжелой индустрии предлагало провести ряд мероприятий по усилению Сталинскпромстроя, включая выделения во временное пользование различного рода техники, радиостанций и лесорам и других необходимых для работы в новых условиях материальных ресурсов. Поэтому не стоит удивляться, что плановые показатели Сталинскпромстроя второй половины 1940-х годов находятся на низком уровне (1946 — 69 %, 1947 — 51 %, 1948 — 46 %, 1949 –71 %). [12] Тем не менее, мероприятия министерства, направленные на усиление треста, имели некоторый эффект, так в 1947 году в тресте были 150 автомобилей, к 1951 году их число достигло 361. Но, несмотря на все приложенные усилия все-таки выполнить плановое задание в срок не удалось. Шалимский рудник, ввод которого был намечен на 1948 год, реально был построен только в 1951 году. Такая же ситуация складывалась и по всем остальным объектам, реальных ввод которых был завершен лишь в следующей пятилетке (1950 — 1955). Причины этого стоит искать в отставании мощностей промышленного и гражданского строительства от плановых показателей. Например, в течение всех 1950-х комбинат Кузбассшахтострой ни в один год осваивал полный объем выделенных капиталовложений.

В целом, строительная отрасль — это весьма сложная система, включающая в себя большое количество разнообразных связей, а рассмотрение проблемы индустриализации строительства подразумевает многогранное исследование всех этих связей, что в полной мере не представляется возможным на таком большом хронологическом периоде, обозначенном в ведении к данной работе. Таким образом, мы решили рассмотреть в данной главе два основополагающих фактора, которые помогают определить уровень индустриализации строительной отрасли. Так, с одной стороны наличие достаточно мощной проектно-сметной базы позволяет говорить не только о наукоемкости строительства, но и об эффективности работы, как предприятий строительной индустрии, так и отрасли в целом. С другой стороны выявление уровня материального снабжения, технической оснащенности строительных трестов, а также механизации общестроительных процессов позволяет выявить основные тенденции в развитии капитального строительства области. Наконец, в-третьих, качество выполняемых работ является если не ключевым, то очень важным показателем в определении завершенности процесса индустриализации отрасли.

 

Литература:

 

1.      ГКУ КО ГАКО. П-75, Оп-1, Д.6, Л.61, 65-66; Д.35, Л.43.

2.      ГКУ КО ГАКО. П-75, Оп-1, Д.26, Л.139.

3.      ГКУ КО ГАКО. П-75, Оп-1, Д.12, Л.24.

4.      ГКУ КО ГАКО. П-75, Оп-1, Д.33, Л.9, 13-15.

5.      ГКУ КО «Государственный архив Кемеровской области в городе Новокузнецке». Р-195, Оп-1, Д.13, Л.1.

6.      ГКУ КО «Государственный архив Кемеровской области в городе Новокузнецке».. Р-195, Оп-1, Д.13, Л.16.

7.      Угольная промышленность Кузбасса 1721 — 1996. Кемеровское книжное издательство. Кемерово. 1997. С.79.

8.      ГКУ КО «Государственный архив Кемеровской области в городе Новокузнецке».Р-195, Оп-1, Д.29, Л.1.

9.      ГКУ КО «Государственный архив Кемеровской области в городе Новокузнецке».Р-195, Оп-1, Д.45, Л.12.

10.  ГКУ КО «Государственный архив Кемеровской области в городе Новокузнецке».Р-195, Оп-1, Д.45, Л.18.

11.  ГКУ КО ГАКО. П-75, Оп-2, Д.101, Л.68 — 84.

12.  ГКУ КО ГАКО. П-75, Оп-2, Д.442, Л.18.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle