Автор: Мышинников Игорь Алексеевич

Рубрика: 4. История отдельных процессов, сторон и явлений человеческой деятельности

Опубликовано в

III международная научная конференция «Вопросы исторической науки» (Москва, январь 2015)

Библиографическое описание:

Мышинников И. А. Проблема преемственности взглядов на семейные отношения у славян после принятия христианства [Текст] // Вопросы исторической науки: материалы III междунар. науч. конф. (г. Москва, январь 2015 г.). — М.: Буки-Веди, 2015. — С. 102-106.

Тема крещения Руси всегда остаётся актуальной для исследования ввиду того, что влияние этого события-процесса (христианизация Руси проходила не одно столетие, причём не без использования «огня и меча») на общественную, политическую, культурную, экономическую жизнь Древней Руси невозможно переоценить. Виду многоаспектности данного процесса в данной работе мы попытаемся проследить как происходила преемственность и изменение взглядов «крещёных язычников» на семью, семейные отношения, регламентацию взаимоотношений с домочадцами.

Принятие христианства затронуло все аспекты жизни славян, в том числе и семейные отношения. Существуют разные позиции учёных по данному вопросу. Хотелось бы выделить два взгляда на проблему. Первую позицию представляют, прежде всего, учёные атеисты. Их позиция заключается в том, что языческая традиция была ассимилирована христианством с сохранением языческих праздников, но уже в новом качестве, они как бы наслоились на христианские. Другая позиция, весьма осторожная заключается в признании того, что народ, приняв христианство, исключительно «по просьбе-повелению» Владимира воспринял сначала форму, а уже затем, с течением времени вник в смысл христианского вероучения.

Хотелось бы отметить, что одномоментно ни один народ не может изменить своё мировоззрение. А если вспомнить, как проходила христианизация в Римской империи, то мы также увидим, что процесс растянулся на целое столетие, начатое Константином в 313 году и законченное Феодосием в 392 году.

До христианства именно язычество проникало во все сферы жизни общества. Насколько велико было влияние древнего культа можно судить по народным праздникам, известных до сих пор — Масленице, сжигания чучела, гаданьях на Святках, гуляньях на Ивана Купала и других. Языческие элементы сохранились в обрядах на свадебных гуляньях, песнях, фольклоре. И эти элементы мы можем видеть сегодня, их не смогло искоренить тысячелетнее господство христианства на Руси.

Хотелось бы отметить, некоторые языческие традиции, трансформировавшиеся уже в христианстве. В апреле, когда активно начинается пробуждение природы, язычники поклонялись божествам, покровительствующим семейной жизни, браку, роду, любовным отношениям—Ярилу, Лелю, Ладе. Рано утром 22 апреля все славяне поднимались на холмы для встречи «рождения солнца», символизирующего рождение новой жизни. Этот ритуал был частью культа Даждьбога, сам день назывался «Красная Горка». После крещения Руси (988 год — весьма условная дата, это прежде всего крещение Киева) «Красная Горка» трансформировалась в христианский праздник в первое воскресение после Пасхи, только место языческого культа Даждьбога заменил Христос.На Фоминой неделе (Навиев День) древние славяне отмечали Радоницу — весенний праздник для умерших. Данный языческий праздник был связан с воспоминанием родовых божеств и приношением жертв на погребальных курганах.

До сих пор этот праздник остаётся ярким показателем синкретизма русской культуры и православной веры, заключающейся в слиянии разных, порой координально противоположных элементов. В то же время это свидетельствует о невозможности с принятием христианства сразу уничтожить любые проявления языческого верования. Выход из ситуации нашли в принятии формы обычая, но принципиально нового наполнения его христианским смыслом. В связи с обозначенной темой мы остановимся на самых важных, принципиальных трансформациях сферы семейных отношений, связанных с принятием христианства на Руси.

Затрудняет изучение данной темы малое количество источников, дошедших до наших дней. Именно поэтому опорой в изучении язычества на Руси можно считать, прежде всего, этнографические источники: обряды, песни, заговоры, игры, хороводы, заклинания, сказки. Также ответы на многие вопросы даёт древнерусская литература, а также описания исследователей.

Мировоззрение славян по отношению к семье и семейной жизни определялось, прежде всего, позицией силы, превалировала грубая чувственная естественная основа. Семья, как правило, представляла собой случайный и непрочный союз, построенный по принципу господства физической силы мужа. Глава семьи не был ограничен ни нравственными обязательствами, ни нормами правового закона, ни теми же высокими христианскими нормами морали. В таких условиях муж находился на правах деспота и тирана, имевшего полную власть над домочадцами. Понятия любви, на котором строится всё христианское вероучение, если и было знакомо славянам-язычникам, то вероятно очень смутно и не могло быть крепкой основой-фундаментом древнерусской семьи.

Об отношениях в семье, семейным традициям можно сделать определённые выводы из отправления славянами языческого религиозного культа. Древние русы особо почитали культ Рода и Рожаниц. Род был первым в славянском пантеоне божеством мужского пола, если так можно сказать. Материальных следов этого культа не сохранилось, ни изображений ни ритуальных тотемов. Однако в славянском языке осталось много однокоренных слов, вероятно связанных с именем божества «Род», например: родители, родственник, роды, родинка, природа, урожай, родник и другие. Род» повсюду окружал человека, ничто нельзя было скрыть от его ока. Отсюда и родовое мышление у славян, формировавшееся не одно поколение и связанное с ним почитание предков (с принятием христианства и эта черта древнерусской ментальности трансформируется в поминовения усопших родителей в ходе совершения того или иного религиозного обряда). Каждый Рода пользовался его защитой. Интересен тот факт, что невеста, когда выходила замуж, делала вид будто её насильно заставляют покидать род, чтобы не оскорбить хранителей своего рода, отсюда и сохраняющиеся до сих пор рыдания невест перед свадьбой. Культ Рожаницы был связан с богиней плодородия и плодовитости всего живого. Отсюда и популярная в народном сознании и запечатлённая в народном творчестве тема плодородия и многочадия, воспринимавшееся славянами как благоволение им божества.

Для лучшего понимания проблемы приведём некоторые свадебные обряды, ярко показывающие черты, связанные с нашей тематикой. На славянской свадьбе все были одеты в ярко-красные одежды и золотые украшения, символизирующие то же плодородие и богатство. Молодожёны же были одеты в чёрно-белый цвет, символизирующий невзгоды и радости семейной жизни. Ночь молодые проводили на снопах с мехами также символизирующих богатство и многочадие. Остальные участники свадебного пира в это время «разгулом помогали делу» — пили, дрались, развлекались. То есть ни о каком нравственном и целомудренном поведении говорить не приходится.

Другим божеством, покровительствовавшим семейным отношения в любви и благополучии была Лада с сыновьями Лелем и Полелем. Лель олицетворял страсть, молодость, весну. В языческой традиции Лель побуждал природу к оплодотворению, а человека соответственно к созданию семьи. Интересен тот факт, что в русском языке сохранились такие слова, как «лелеять», то есть любить; ладить жить в согласии, и другие. Все эти слова имеют прямое отношение к семье и браку. В «Повести временных лет» мы встречаем слова, которые свидетельствуют о том, что в Древней Руси кроме моногамных существовали ещё и полигамные формы семей: «радимичи, и вятичи... имяху же по две и по три жены» [6; с. 15]. Подтверждает этот факт то, что креститель Руси — князь Владимир, до принятия им христианства имел пять «водимых» по языческому обряду жен [9; с. 56]. Обычные члены древней славянской общины, по свидетельствам зарубежных источников архиепископа Бонифация, Аль-Масуди, Маврикия Стратега вели упорядоченный образ жизни [4; с. 207–208]. Это можно понимать и иначе — содержать несколько жён и наложниц весьма накладно, а средств у простых общинников, как известно, было не много.

Ещё одной чертой, характерной для семейных отношений древнерусского общества был левират — обычая брать в жены вдову умершего брата, что доказывает С. Бахрушин. Доказательством этому служит тот факт, что князь Владимир после убийства своего брата Ярополка женился на его вдове [1; с. 20].

Жена в языческой семье полностью подчинялась мужу. А. Савельев уточняет характер и причины этого положения и говорит, что «жёны подчинялись мужчине не как бесправные существа, лишенные какой- либо самостоятельности, а только как более слабые члены общества сильным» [8; с. 25]. В. О. Шульгин отмечает, что идея превосходства мужчины над женщиной есть в космогонии славян в образах, связанных с природой [11; с. 38–39]. Женщина — это вода, символизирующая пассивное начало, а вот мужчина — это свет, то есть активность, творчество, преобразование. Весьма интересным представляется дальнейшее развитие мысли: без света и тепла вода — это снег, лёд, смерть. Значит, только под воздействием мужчины женщина получает жизнь и движение. На наш взгляд всё-таки самым ярким проявлением статуса женщины по отношению к мужчине является обряд разувания женой мужа во время брачной церемонии. Таким образом, древние славяне придерживались патриархального взгляда на отношения мужа и жены: муж — глава семьи, кормилец, а жена — хранительница очага. В соответствии с таким укладом вполне рациональными представляются себе права мужа судить жену и подвергать телесным наказаниям, вплоть до распоряжения её жизнью. Так В. Н. Татищев приводит пример как за подготовку покушения на жизнь своего мужа князя Владимира Рогнеда (его жена) чудом избежала наказания, от клинка женщину спасло появление в покоях малолетнего сына Изяслава. [2; с. 164–165].

Женщине всегда была хранительнецей очага, она отвечала за атмосферу жилища, должна была уметь рукодельничать, грамотно вести хозяйство, уметь готовить и так далее. Положение жены характеризует и тот факт, что у славян-язычников было принято после смерти мужа сжигать и его жён. Немецкий архиепископ Бонифаций, укоряя английского короля Этельреда в ведении распутной жизни, приводит ему именно этот пример [4; с. 207–208].

Особое место в семейных отношениях славян-язычников занимали отношения родителей и детей, вот где ни о какой ювенальной юстиции никогда бы не подумали. Дети были полными «рабами» своих родителей, их жизнью распоряжались иногда и так: в голодные годы в Новгороде родители продавали или отдавали лишние рты «отецъ и мати чадо свое въсажаше в лодью даромь гостьмъ» или когда «даяху свои дети отець и мати дерень гостимъ изъ хлеба» [5; с. 22]. Дети даже супругов себе не выбирали, всё решали родители. Князь Игорь женился по указанию Олега, как говорится в «Повести временных лет» [6; с. 23, 53]. Но нельзя забывать о том, что родители несли ответственность за своих детей, содержали их до выхода во взрослую жизнь, связанную со вступлением в брак. Дети же должны были заботиться о родителях, содержать их в старости, именно дети в первую очередь должны были осуществлять право кровной мести за убийство родителей [7; с. 5]. Власть отца и матери над своими чадами прекращалась полностью только со смертью обоих родителей [2; с. 467,]. Власть родителей над дочерьми прекращалась с момента выдачи их замуж, поскольку последние переходили под власть мужа, исключавшую власть отца и матери.

Такими были брачно-семейные отношения в дохристианской Руси. Что же изменилось после 988 года с принятием высоконравственной религии, ставящей перед каждым христианином идеалы добра, любви, жалости и действенного сострадания?

Христианство должно было изменить языческие обычаи семейных отношений: мужа и жены, родителей и детей, взрослых и ребенка. Как это происходило, мы можем говорить на основании памятников древнерусской литературы: «Поучениея Владимира Мономаха своим детям», «Русской правды», «Повести о Петре и Февронии», «Пчеле» и другим.

Летописец отмечает изменения, произошедшие с князем Владимиром после крещения. Он остался мудрым полководцем и правителем, но стал «примером доброты, милосердия и сострадания» [6; с. 55–56]. Бесспорным является предоставление христианством русскому народу идеального образа брака, при котором союз мужа и жены освящается Богом и служит залогом верности и любви (в её высшем проявлении), которые простираются даже за пределами земной жизни. «Повесть о Петре и Февронии» передаёт новую христианскую традицию отношения к семье (и недаром сегодня в XXI веке эту традицию пытаются восстановить после советского периода). На наш взгляд одним из самых интересных эпизодов этого произведения заключён в отрывке: «И вот поплыли они по реке в судах. В одном судне с Февронией плыл некий человек, жена которого была на этом же судне. И человек этот посмотрел на святую, имея нечистые помыслы. Феврония же, сразу угадав его дурные мысли, преподнесла мужчине урок, сказав ему: «Зачерпни воды из реки сей с этой стороны судна сего». Он почерпнул. И повелела ему испить. Он выпил. Тогда сказала она снова: Теперь зачерпни воды с другой стороны судна сего». Он почерпнул. И повелела ему снова испить. Он выпил. Тогда она спросила: «Одинакова вода или одна слаще другой?» Он же ответил: «Одинаковая, госпожа, вода». После этого она промолвила: «Так и естество женское одинаково. Почему же ты, позабыв про свою жену, о чужой помышляешь?» [12; с. 79]. Так просто христианская традиция разъясняет нелепость и невозможность измены.

«Поучение Владимира Мономаха» даёт нам образец духовной и нравственной модели жизни христианина. Князь предостерегает детей от пороков (грехов): лжи, блуда, пьянства и прочих [3; с. 57].

Владимир видит в женщине уже, не пассивное начало, а идеалы добра, целомудрия, верности и красоты. Христианство раскрыло женское достоинство и призвание, дав им религиозное обоснование, непреложной вершиной которого стало почитание Богородицы. Христианство, признавая разность, но равнозначность полов, подчеркнула, что в браке зависимость женщины от мужчины такая же, как мужчины от женщины. В «Русской правде» содержится много статей, определяющих права женщины в семье на позициях равноправия с мужем, в частности как полновластной хозяйки имущества покойного мужа. Из этого можно сделать вывод о том, что общественная мысль начинала видеть в женщине мать, ближайшего соратника мужа, хранительницу тёплого семейного очага.

Христианство в древнерусскую традицию привнесла и новый взгляд на личность ребёнка, его жизнь и воспитание. Ребёнок — это такой же носитель образа и подобия Бога как и взрослый. Христианство определяет рождение и воспитание детей как одну из главнейших целей брака, как великую радость, поэтому и отношение родителей к своим чадам должно быть подобно отношению Бога к людям и основываться на любви. Дети даются Богом родителям на воспитание и являются ответственными за это воспитание перед Богом. Христианское вероучение не допускает никакого насилия над детьми, даже, раздражение и гнев как формы несдержанности и нетерпимости не допускаются. В фольклоре нашли отражение основные христианские принципы семейных отношений: «Детей наказывай стыдом, а не кнутом»; «Кто красен дочерьми и сыновьями в почете, тот в благодати»; «Кто родителей почитает, тот навеки не погибает».

Даже эти немногочисленные примеры позволяют утверждать, что наши предки с принятием христианства, старались воплощать в жизни христианские идеалы, хотя нельзя забывать, что языческие традиции не могли в короткий срок изжить себя, поэтому многие обычаи либо изжили себя, либо трансформировались под влиянием христианства.

Таким образом, принятие христианства на Руси с течением времени коренным образом изменило воззрение славян на семью и семейные отношения. Христианское вероучение внесло в институт семьи совершенно чуждый древнему языческому восприятию мира возвышенный и чистый идеал духовности и божественности, признавая брак не союзом, а таинством соединения любящих друг друга людей и призывающих Бога быть свидетелем этого таинства.

По христианскому учению только Бог является владыкой жизни, Он один имеет власть дать человеку жизнь, или лишить его жизни. Ни один человек, будь то отец, или муж, или кто-то иной не имеют права лишить человека жизни. И если в христианской семье муж признается главой семьи, то это означает, прежде всего, принятие ответственности на себя перед родными и Богом за материальное, социальное, духовное благополучие семьи.

Если в дохристианскую эпоху господствовал патриархальный уклад и взгляд на человека в целом, на ребенка в том числе, то христианство возвестило ценность человеческой личности самой по себе, ценность человека не только как члена общества, но как образа и подобия Божия, ценность человека. Поэтому и родителям предписывает относиться к детям как к Божественному дару и сокровищ.

Христианство как религия высокой нравственности была принята нашими предками славянами, однако путь отказа от языческих воззрений был непростым и долгим. И в народных традициях, обрядах язычество удерживалось ещё достаточно долго.

 

Литература:

 

1.         Бахрушин С. К вопросу о крещении Киевской Руси // Религия и церковь в истории России. М., 1975.

2.         Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор истории русского права. Киев, 1915.

3.         Древняя русская литература: Хрестоматия: Учеб. Пособие для студентов пед. ин-тов по спец. № 2101 «Рус. яз. и лит». / Сост. Н. И. Прокофьев. 2-е изд., доп. М.: Просвещение, 1988. 429 с.

4.         Нидерле Л. Славянские древности. М., 2000.

5.         Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. М., 1950.

6.         Повесть временных лет. По Лаврентьевскому списку. М. — Л., 1950. Ч. 1.

7.         Черниловский 3. М. Русская Правда в свете других славянских судебников // Древняя Русь: проблемы права и правовой идеологии. М., 1984.

8.         Савельев А. Юридические отношения между супругами по законам и обычаям великорусского народа. Н. Новгород, 1881.

9.         Татищев В. История Российская. М., 2003. Т. 1.

10.     Татищев В. История Российская. М., 2003. Т. 2.

11.     Шульгин В. О. О состоянии женщины в России до Петра Великого. Киев, 1850.

12.     Этика и психология семейной жизни: Хрестоматия для учителя. Часть II. Семья в русской литературе / Сост. Т. Г. Кислицыной. М.: Школа-Пресс, 1999.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle